Коснуться твоего сердца

      Прокрутив ключ в замочной скважине, дверь отворилась. На пороге уже встречал Райли, довольно виляя хвостом. Увидев, что это был не соседский парень, который с ним играл, а та девушка, что приходила как-то раз, кинулся к ней, повалив на пол и начав лизать лицо. Элизабет рассмеялась, пытаясь отодвинуть пса от своего лица и нормально его обнять. — Давай в квартиру, заходи. — произнесла она, поднимаясь с лестничной площадки, отряхивая весенне пальто.       Райли забежал в квартиру, свесив язык наружу и тут же прошел на кухню, садясь у миски. Хайлиге, скинув всю верхнюю одежду и разувшись, нырнула в большие для её ног тапочки. Шоркая ими по полу, она прошла на кухню. Отыскав в шкафу пачку корма, потрясла коробкой, привлекая внимание пса. Тот сел и завилял хвостом ещё быстрее. — Это хочешь? — спросила девушка с улыбкой. — Гав! — ответил Райли кивая мордой, в нетерпении перебирая лапами. — Ладно, не буду долго мучать. — открыв пачку, она высыпала нужное колличество корма в миску, добавила туда нарезанной морковки, найденную в холодильнике в контейнере и набрала миску свежей воды. — Можно. — дала команду Элизабет и пёс тут же принялся за свой обед. — Поешь и пойдем гулять, а то готовить совсем не из чего.       Блуждая между рядов с товарами в супермаркете, в корзинке медленно набирались продукты. Райли был на поводке и в наморднике. Как бы ему не хотелось его надевать, но это было одно из условий, чтобы войти в магазин. Многие обращали внимание на этото дуэт, особенно дети, которые теребили за одежду родителей, указывая пальчиком на животное. Расплатившись на кассе, Жаным осознала, что набрала больше чем нужно. Но делать несколько подходов она не хотела, и взяла все четыре пакета в две руки, привязав поводок к поясу.       Райли послушно шел чуть впереди, и даже не выбегал на проезжую часть, словно чувствуя что-то. Завалившись домой, пёс, после освобождения с поводка пошел в ванную, запрыгивая внутрь. Отнеся продукты на кухню, девушка пошла и вымыла лапы животному, только после этого принялась разбирать покупки.       Элизабет понимала, что залезла без разрешения на чужую территорию, правда пёс бы на порог не пустил тогда, если бы желала зла хозяину. Девушка была воодушевлена и сидеть сложа руки не могла. Поэтому, найдя в этой квартире ведро и швабру, решила убраться, иначе сойдёт с ума со скуки. За уборкой она думала обо всем, особенно голову не покидали слова Гоуста.       В тот момент она не особо задумывалась над чувствами Саймона, но сейчас времени было придостаточно. Мужчина впервые за долгое время смог открыть свое сердце кому-то другому. Выкидыш заставил его сорваться. Он злился не на неё, а на себя, на всю ту ситуацию. Девушка успела позабыть такую важную вещь, как противозачаточные.       Из-за нахождения в руках Гарзы, она не считала сколько прошло времени, да и таблетки с собой не брала. Конечно, после приезда обратно она продолжила пить противозачаточные, но было слишком поздно. Если бы только Элизабет знала, что находится в положении, возможно не влезла бы в потасовку с Макаровым.       Наверное, мир Саймона в тот момент и рухнул, после такой новости. И те слова, он хотел обезопасить её, вот и сорвалось с языка.       После ужина и вечерней прогулки, Хайлиге расстелила постельное на диванчик в гостиной. Райли прошелся из спальни к девушке, цокая когтями по полу и запрыгнул на диван. Удобно устраиваясь в ногах и положив свою морду на живот Жаным. Животное смотрело на гостью, смешно дёргая бровями. Элизабет положила свою ладонь на голову собаке, поглаживая по шелковистой шерсти. — Спокойной ночи Райли. — произнесла она, медленно погружаясь в сон, с надеждой поспать, хотя бы пять часов.       На улице стояла глубокая ночь. Дверь с тихим скрипом отворилась, пропуская внутрь хозяина квартиры. Райли слышал посторонний шум, поднял голову. Но он не убегал, если что вдруг, будет защищать.       Гоуст огляделся. Подсвечивая пространство фонариком на телефоне, вдохнул воздуха больше. Приятный запах еды в перемешку с лавандой. Хотя у него не было средств с таким запахом. Заглянув в ванную, он обнаружил влажное полотенце на змеевике, а ещё пахло вишней. — Что за…? — пробормотал под нос мужчина и тут же направился в гостиную.       Саймон обнаружил тело под одеялом, в свете фонарика, красные волосы в тусклом свете стали ещё темнее, насыщеного винного оттенка. — Бэт… — шопот сорвался с уст, наполненный облегчением, нежности и тоски.       Всю неделю, что девушки не было рядом, корил себя. Кошмары вновь вернулись к нему, преобретая новую форму. Ему снилась Жаным, вся в крови. Она с ненавистью смотрела на Гоуста, но говорить не могла. Горло перерезано, а в попытке сказать что-либо, хлестала кровь, окрашивая белый сарафан. Он чувствовал липкость теплой жидкости на своих руках. Саймон просыпался в холодном поту и смотрел на свои чистые руки. Но сон, словно щупальцами пытался затуманить разум мужчины.       Вот сейчас, он встал на колени перед диваном, на котором спала Хайлиге. Стянул с головы балаклаву, засунув ее за пояс. Саймон потянулся рукой и провел по влажным волосам. Райли поднял голову и смотрел своими темными глазками-пуговками на хозяина. Мужчина соприкоснулся своим лбом о её прикрывая глаза. — Прости меня. За всё мною сказанное. — почувствовав шевеление, он отстранился. — Рай-ли… еще рано играть… — промямлила сквозь сон Хайлиге, поворачиваясь на бок, тем самым сместив пса с ног.       Гоуст опешил от сказанного, но потом усмехнулся и потрепал за ухом пса, который с недовольным лицом сидел теперь рядом. Лейтеннт встал на ноги и поразмыслив немного, поднял девушку на руки и понес её в спальню.       Уложив спящую Жаным на кровать и укрыв одеялом, он скинул с себя одежду оставаясь в одних лишь боксерах и лег рядом, обнимая дорогого ему человека. В мыслях он уже предпологал, как сильно напугает девушку, когда та проснется.       Элизабет стало жарко. Она хотела скинуть с себя одеяло, но не вышло. Первое о чем она подумала, руки затекли. Но дальше её начала беспокоить неподвижность тела. По виску стекала капелька пота, щекотя кожу.       «Дожилась, словила сонный параличь.» — было первое, что пришло в голову.       Но ощущение жара никуда не уходило, так еще больше тело сдавило словно в тиски. Над ухом раздался храп. Ну не может же пес издавать такие звуки? Солнце уже проникало в спальню и девуша смогла понять, что её сонный паралич оказался Гоустом.       Помимо мужчиы за её спиной, на краю кровати лежала морда Райли. Его брови смешно подергивались, а в глазах читался голод. Хайлиге удалось вылезти из крепких рук Саймона спустя пять минут. Конечно, она додумалаь еще подсунуть ему подушку. Пёс собирался гавкнуть, но девушка обхватила ладонью его пасть и повела на кухню.       Стараясь не сильно греметь посудой, Элизабет поставила миску с завтраком. Пока Райли поглощал с невероятной скоростью свою еду, девшка успела натянуть только носки и собрать в неряшливый пучек волосы.       В прихожей Райли крутился вокрук девушки, не давая надеть на себя ошейник. — Как хорошо, что додумлась прикрепить поводок сразу. — запыхавшись побормотала себе под нос, умудряясь затянуть ошейник на собаке. — Раф! — довольно повозгласил тот, виляя хвосто быстрее, чем качался маятни в часах.       Только Жаным открыла дверь, как Райли выскочил на лестничную площадку. — Райли, стой! — натягивая на одну куртку, она выскочила следом за пушистым другом, захлопнув входную дврь.       Саймон резко сел на кровати, с растеряностью посмотрел на пстующее место рядом. Мужчина поднялся на ноги и обошел в квартиру, ища Элизабет и её вещи. Он думал, что она решила уйти от него. Но обнаружив чемодан в шкафу и пропажу пса, спокойно выдохнул.       Вынув из куртки пачку сигарет, Гоуст вышел на балкон. Лучи солнца освещали площадку, где обычно гуляли дети и хозяева с животными. В такое раннее утро практически никого не было. Вот худощавый мужчина с сединой в бороде занимался пробежкой, кто-то пытался завести машину.       Саймон вытащил сигарету и зажав губами фильтр, прикурил. Через открытое окно дул еще прохладный ветер, заставляя табун мурашек пройтись по разгоряченной коже мужчины. Выпустив горьковатый дым, Райли облокотился локтями об оконную рамму, стал взглядом искать Хайлиге.       Когда его взгляд обнаружил такое яркое и знакмое пятно на площадке, уголки губ сами по себе подялись верх, в улыбке. Зажав в зубах сигарету, он поспешил взять с подоконника телефон и включить камеру.       Жаным кидает палку в очередной раз, а Райли бежит за ней из-за всех сил, перепрыгивая по пути цветную шину вкопаную в землю, как препятствие для тренировки собак. Пёс находит, но не то, что ожидал Саймон и Элизабет. В пасти пищала огромная крыса. Девушка визжит и бежит от собаки через всю площадку. — Райли! Нет! Выплюсь! — кричит она и в один момент наступает на развязавшийся шнурок ботинка и падает плашмя в грязь, успев только руки и подставить.       Пёс выплюнул бедное животное и подбежал к хозяйке, нависая сверху и сделал то, от чего Гоуст начал во всю смеяться. Райли стал трахать ногу Хайлиге, а та билась в истерике и смеялась до слез от всей этой ситуации. — Райли! Перестань. — Взмолилась девушка и только спустя несколько секунд пес слез с неё и спокойно сел рядом.       Поднявшись на ноги Жаным оглядела себя с ног до головы. Одежда была мокрой и в грязи, неприятно прилипая к телу. Да и волосы стали выглядеть еще хуже. Прицепив поводок к ошейнику, девушка направилаь вместе с пушистым другом обратно домой.       Открыв дверь, на пороге уже стоял Саймон подпирая плечом дверной косяк. Его взгляд оценивающе прошелся по девушке и вздохнул. А вот её щеки стал заливать румянец. Мало того, что мужчина встречал её без маски, так еще без одежды. Лишь черные боксеры, маняще обтягивающие крепкие бедра. — Что? — не поняла Элизабет, поняв, что прослушала. — В ванну, бегом. Райли уже занял место. — Повторил он и направился в комнату.       Не успела она и глазом моргнуть, как уже стояла в ванной, а рядом с ней сидел пес в ожидании обслуживания лап. — Раздевайся. — оливковые глаза девушки округлились от удивления. — Ты меняя с ним будешь мыть? — Если не разденешься сама, это сделаю я. — слова Гоуста звучали как угроза, и пока он мыл Райли лапы от уличной грязи, Хайлиге чуть дрожащими руками принялась снимать одежду.       Когда трусы оказались в той же куче грязных вещей на полу, Саймон удовлетворенно кивнул и направил душ в сторону, поливая женское тело теплой водой. — Х-холодная. — дрожа произнесла Элизабет. — Лучше? — спросил он добовляя больше горячей воды. — Да.       По коже текли струйки воды, очерчивая мягкие формы женского тела, стремясь ниже к бедрам. Мужчина облизнул кончиком языка пересохшие губы. Он смотрел на свою возлюбленную, понимая, что хочет присоединиться к ней.       Закрепив лейку на стене, Гоуст схватил за руку Жаным и притянул ближе, пылко целуя её губы. От такого напора, из её груди вырвался приглушенный вздох. Мужина залез в ванную, задергивая синюю шторку. Их поцелуй разъеденился и девушка смогла сделать глоток воздуха. — Помнишь прошлый раз? — хрипло спросил мужчина, прижимая разгоряченное тело Элизабет к холодной стенке, создавая котраст. — Их было достаточно, какой из? — вопросом на вопрос ответила она улыбнувшись.       Саймон провел носом по тонкой шее и поцеловал то место, где чувствовал, как быстро пульсирует артерия. Сильные руки огладили бока, спускаясь к бедрам. Он сжал их, но не сильно, заставляя Элизабет прижаться к его телу.       Её палцы провели по идеально накаченому торсу, очерчивая каждый кубик, вырывая тяжелый вздох из груди Саймона. Рука достигла края резинки вымокших трусов. Лейтенант так сильно хотел оказаться сейчас рядом с девушкой, что позабыл снять одежду.       Хайлиге потянула боксеры вниз, раздевая Гоуста словно подарок. Ненужный элемент нижнего белья вскоре присоединился к лежащей на полу кучке одежды. Член уперся в мягкий живот, он не был еще на столько каменным, как положено. Но с каждым горячим поцелуем и касаниями, кровь приливала к мужкой плоти. Разамазывая по коже проступивший предэякулят.       Саймон потянулся рукой к полочке, слепо нащупывая бутылку с гелем для душа. Не давая их губам отстраниться, он налил порцию геля во вторую ладонь и чуть растерев жидкость стал намыливать тело Элизабет. Втирая в кожу аромат вишни. Он буквально опьянял мужину. — Развернись. — прошептал низким баритоном мужина на ушко своей возлюбленной.       Хайлиге повернулась к Райли спиной и его большие руки накрыли грудь и сжали её, вырывая очередной стон. Белая воздушная пена покрывала тело, и скользила вниз словно шёлк. Лейтенант шумно выдохнул, когда ощутил, как женские ягодицы труться об его стояк. Он звонко шлепнул девушку по заднице. Пискнув, она только сильнее прижалась бедрами к паху мужчины.       Элизабет решила не оставаться в стороне и сделала то же, что и Гоуст. Она взяла темно синий флакон и вылила в ладонь шампунь. Приятный запах ментола и муската защекотали ноздри. Повернувшись к Саймону, Девушка провела руками по коротко стриженым волосам, создавая пенную шапку н голове мужины. Саймон чуть пригнулся, дабы Жаным могла спокойно дотянуться до него без напряга. Их лица были на одном уровне. Глаза цвета оливки встретились с молочным шоколадом Райли. Не выдержав, уста девушки растянулись в застенчивой улыбке. Маленькая ладошка опустилась ниже, оглаживая скулу поросшую щетиной. Гоуст накрыл ее руку своей, прижимаясь щекой.       Лейтенант смыл с их тел мыльную пену и первый вылез из ваной, наскоро обтерев тело и повязав полотенце вокруг бедер. Сквозь приоткрытую дверь тянулась прохлада, и девушка ощутив холодок на коже мелко задрожала. Гоуст взял второе полотенце, оно было больше. Обтерев сначала красные волосы от лишней влаги, перешел на тело. Осторожно ведя махровой тканью по порозовевшей от жара коже, он не удержался и стал целовать изящную шеку и ключицы Элизабет. Завернув её в полотенце, мужчина подхватил на руки любимую и понес её в спальню.       Лежащий до этого на кровати Райли, понял, что пахнет жареным, решил унести свои лапы в гостинную, разлегшись там на весь диван.       Саймон опустил Элизабет на хладные чистые простыни. От контраста температур по телу пробежала дрожь. Мозолистыми пальцами заправил ей за ухо алую прядь волос. Их дыхание выравнивалось и становилось глубже. Комната была в полумраке, лишь из-за задернутых штор падали рассеяным светом лучи утренего солнца. Огромное накаченое тело мужчины нависло над миниатюрой с пышными формами фигурой девушки, скрывающееся под полотенцем. Райли медлено раскрыл его. Вид обнаженной Хайлиге заставил затаить дыхание и облизнуть пересохшие тонкие губы. Во взгляде можно было увидеть то, с каким обожанием, нежностью и любовью он смотрел на неё. — Ты такая красивая, — Шопот его голоса был громче крика. — Нежная…       Румянец смущения покрыл и так её порозовевшие щеки ещё больше. Элизабет потянулась к лейтенанту, обнимая того за плечи, заставляя опуститься ближе к ней, придавливая своим телом. Полотенце на бедрах ослабло и скользнуло вниз, обнажая Саймона перед девушкой.       Женские пальчики наткнулись на неровности на коже. Шрамы. Они были разные: длинные, короткие — от острых предметов, а так же несколько круглых — от пуль. — Больно было? — Спросила Элизабет, хотя у самой шрамов тоже не мало. — Я привык… — этот ответ был словно ножом по сердцу.       Они были одинаковыми. Оба привыкли к боли, одиночеству. Несли тяжкий груз на своих плечах. Но находясь рядом — дополняли друг-друга, словно две половинки одного целого.       Гоуст оставил поцелуй на плече девушки, там, где было ранение. Найдя взглядом второй розоватый шрам, накрыл его губами, оставляя невидимый след поцелуя. Он продолжал осыпать ими все тело Жаным, не упуская не одного пореза и шрама. За этими поцелуями скрывалась нежность и вся любовь. До этого никто не думал, что Саймон «Гоуст» Райли, жестокий и холодный способен на любовь, даже он сам.       Возбуждение приятной волной накатывала на них обоих. Это не ощущалось похотью, как это было раньше. А являлась той великой силой, которую сложно описать. Их тела жаждали слиться воедино, ощутить кожа к коже. Заняться любовью.       Внутри девушки ощущалась пустота, которую хотелось наполнить им. И чем дольше тянулись ласковые пытки Райли, тем больше Элизабет изнывала.       Райли чувствовал её желание и сам маялся от тяжести внизу живота. Казалось, лишь прикоснись к ней, он не выдержит.       В комнате были слышны лишь их тяжёлое дыхание и звуки нежных поцелуев. Но вот-вот, добавятся новые, более интимные, чем сейчас.       Хайлиге потерла бедра друг об друга, размазывая выделившиеся соки по коже. Несколько капель впитались в простыни, образовывая влажное и темное пятнышко под ней. Саймон провёл огрубевшими пальцами вниз по атласной коже девушки, запуская руку между ног. Он чувствовал, на сколько там влажно и даже в моменте, мужчина подумал: «а не месячные ли у нее начались?». — Саймон… — сорвалось с ее уст. То, как она стонет его имя, Гоусту просто срывало крышу. — Бэт, раздвинь ножки шире. — еле выдавил он из себя, пристраиваясь между женских бедер.       Жаным закрыла глаза, запрокидывая голову назад, когда ощутила горячую головку члена, скользящую по влажным губам. Это было пыткой. Гоуст дразнил её, но и сам себя в ловушку загнал. — Пожалуйста… — взмолилась Элизабет осипшим голосом, сжав руками простынь под собой.       Лейтенант качнулся бедрами вперёд, проникая полностью головкой и немного плотью, но не до конца. Он медленно скользнул обратно, не выходя полностью. Гоуст чувствовал как стенки влагалища сжимались вокруг него, словно хотели зафиксировать его. Там было жарко и очень влажно. Короткие толчки, заставли Хайлиге взмолиться. Прося большего, ощутить всю глубину проникновения. В один момент, который она не ожидала, Саймон вошёл полностью, упираясь кончиком члена в шейку матки. Девушка взвизгнула от неожиданности и сжалась так сильно, что мужчина зарычал, упёрся головой в её грудь. На мгновение, перед глазами была темная пелена, но вскоре, он возобновил толчки.       Короткие и неглубокие фрикции, размеренного темпа. Элизабет поняла лишь одно, Райли решил поиграть с ней, ведя счёт в голове. Довести своими действиями до оргазма. Каждый последующий толчок был ощутимее, пока два глубоких не заставили её подавиться воздухом и прогнуться в спине.       Если бы не физическая подготовка Саймона, то явно обычному человеку далось не так легко.       Он наблюдал за ней. Смотрел, как содрогается округлая грудь в такт толчкам. Как она прикусывает нижнюю губу до крови, пытаясь сдержать громкие стоны, что начинали заполнять спальню. Райли провел рукой по мягкому животу возлюбленной вверх, сжимая пальцами затвердевший ромовый сосок на груди. — Черт… — прохрипела Элизабет на русском прикусывал тыльную сторону ладони.       Саймон улыбнулся, услышав незнакомый язык, но он точно знал значение этого слова. Понемногу, стал запоминать слова, в частности могучий русский мат.       Девушка запрокинула ноги на бедра мужчины, скрестив из-за спиной. Руки обвили за шею, скользили вдоль лопаток. Ногти впились в кожу, придавая новые ощущения Райли. Наслаждение в перемешку с болью. Хотя. Впивающиеся ноготочки Жаным не причиняли ему достаточной боли, а лишь напоминали комариный укус.       Коротких толчков становилось меньше, как глубоких, становилось так много, что Гоуст стал резче проникать во влажное и горячее лоно. Мышцы напряжены до предела, горя от нагрузки. Пот скатывался по вискам, носу, капая на горячее тело девушки.       Голос возлюбленной сорвался на громкие стоны. Явно соседям не понравится. Ну и по делом. Пусть завидуют. Узел наслаждения готов был вскоре взорваться внизу живота. Ноги задрожали. Эти проникновения на столько были приятны, что Элизабет попыталась хоть как-то выбраться из-под массивной фигуры Гоуста. Но он лишь обнял её, без возможности отстраниться.       То, что делал лейтенант сводило с ума. — Пожалуйста… Саймон. — дрожащим голосом прошептала она не в силах сдерживать то наслаждение, которое увеличивалось с каждым новым глубоким толчком.       Последняя фрикция была короткой. Он ощущал, как горячие стенки пульсируют в долгожданной эстоме. Мужчина и сам излился больше не в силах сдерживать себя.       Их дыхание было сбито. В теле ощущалась приятная усталость. Гоуст уткнулся лицом в шею Элизабет, пытаясь восстановить дыхание.       Хайлиге попыталась сдвинуться с места, как тут же, ее схватили за талию и притянули ближе, переворачивая на живот. Райли заботливо подложил подушку под бедра, девушки и навис с верху. Член вновь затвердел и был готов принять участие во втором раунде. Он резко вошёл не давая Жаным придти в себя. — Почему в тебе столько сил? — хрипло спросила она, качнув бедрами, двигаясь на встречу Саймону.       Лейтенант простонал от её действий. Он звонко шлёпнул по заднице Элизабет, в наказание за подобную выходку. — Ты рядом и этого достаточно… — ответил он, явно думая, где возьмёт девушку в следующий раз.       Пёс лежащий на диване, спрятал голову под подушку. Если бы он был человеком, то явно на лице был бы алый румянец смущения.              Гоуст не планировал покидать сегодня квартиру. Да что там квартиру, из спальни не хотел уходить. Не хотелось отпускать возлюбленную из своих объятий. Комнату вновь наполнили стоны, смешиваясь с шлепками тел друг об друга, приправленные звуками поцелуев. Кровать поскрипывала и постукивала об стену, явно уже сделав дырку в обоях.       Спустя пятнадцать минут раздался звонок в дверь. Лейтенант явно был недоволен тем, что его прервали от дел. Жаным расстроено вздохнула. Звонок повторился. — Откройте это полиция. — глухо раздалось из-за двери. — Черт. — зарычал он, начиная злится.       Подняв с пола полотенце, обернул вокруг бедер и вышел из спальни, готовый прибить того, кто сделал донос. Хайлиге поднялась и завернувшись в простынь, покинула спальню, спрятавшись за углом.       Щелчок. Дверь открылась и раздался голос стражей порядка. — Здравствуйте, на вас поступила жалоба… — твердо начал констебль, его взгляд уставился на обнажённую грудь, не думал он, что собеседник будет в разы выше него. — от соседей на шум…       Гоуст окинул служащего ленивым взглядом, как кот. Его фигура нависала над сотрудником полиции, подавляя своим только видом. Констебль растерялся, но продолжил. — Соседи сообщают, что на протяжении нескольких часов раздаются непристойные зву… — Мы не нарушаем закон тишины и в праве делать, что угодно. — пожал плечами Саймон и собирался закрыть перед носом сотрудника дверь, как тот не дал этого сделать. — Как вы смеете препятствовать полиции, я вам штраф выпишу. Соседи утверждают, что здесь никто не живёт…       Соседи видимо были новенькими, раз не знают, кто здесь живет. Девушка наблюдала за представлением, что устроил сотрудник и в голове появилась идея. Она вышла из-за угла. — Все хорошо? — невинно хлопнула она глазами, взглянув на мужчину и потом на констебля. — Элизабет… — Саймон напрягся, он не желал, что бы кто-то чужой видел ее в таком образе, предназначенном лишь для него. — Иди в комнату. — Что здесь происходит? — спросила она уже более серьезно, встав впереди возлюбленного.       Констебль растерялся такому поведению, да и в принципе, не ожидал увидеть ещё кого-то. — Соседи пожаловались на шум… — И что? Мой муж редко бывает дома из-за службы. Лейтенант вам сказал, что нарушение часов тишины нет и выписывать штраф вы не имеете права. — Констебль похолодел и кожа стала на пару тонов бледнее. Не думал он, что это будет кто-то со званием, так ещё и из старшего офицерского состава. — Приходите после одиннадцати вечера, чтобы действительно зафиксировать нарушение тишины в законное время. — девушка захлопнула дверь. — Хайлиге. — волосы на голове Элизабет зашевелились от интонации мужчины. Слишком низкий и холодный голос был у Саймона. — Значит муж? — Ну… Я же не могла сказать, что я твоя подчинённая… — она попятилась назад и упёрлась спиной в шкаф.       Гоуст навис над ней, уперевшись руками по обе стороны от головы девушки. — Воспользоваться званием вне работы. — Но это же подействовало… Он испугался… — заикаясь стала оправдываться Хайлиге. — Больше никогда так не делай и не выходи в таком виде к чужакам. — Райли приблизился и прошептал на ухо. — Я готов был ему глаза выколоть, чтобы не смел смотреть на тебя. — Ведёшь себя как собственник. — Ревностный собственник. — он коснулся губами тонкой шеи и стал втягивать кожу, оставляя красноватый след от засоса. — Что ты там говорила милая — я муж? — Я пошутила… — встрепенулись Жаным и упёрлась руками в крепкую грудь и неосознанно начала мять её как антистресс. — Знаешь, а я теперь серьёзно задумался. — Что? — растерянный шопот сорвался с губ, а сердце пропустило удар. — Выйдешь за меня замуж? — девушка подняла ошеломлённый взгляд на Райли.       Он был серьёзен. Гоуст хоть и имел своеобразный юмор, который не все понимали, но вот так, он шутить ни за что не будет. Внимательно всматривался, как меняются на ее лице эмоции. От непонимания до шока. — Есть время подумать? — неловко улыбнулась она, в надежде потянуть момент. — Нет дорогая. — его губы растянулись в хищной улыбке, понимая что застал врасплох. Да и сам от себя такого не ожидал. — Я… Да… — прозвучало тихо с её уст, румянец покрыл щеки.       Саймон мягко поцеловал в губы девушку и подхватив на руки, понес её в спальню. Она просила устроить тайм-аут на обед и другие вещи, и получила отказ, но лейтенант пообещал, что после этого приготовит обед.