Яркая Львица.

В этот день природа, казалось, выражала глубокую скорбь вместе с людьми, собравшимися у места погребения. Сильный дождь, словно символизируя очищающее и одновременно траурное событие, сопровождал процессию, подчеркивая трагизм момента. Звучание колоколов, возвещающих о начале церемонии, создавало атмосферу торжественности и одновременно печали. Вслед за колокольным звоном появилась процессия рыцарей, сопровождавших четыре фигуры, несущие богато украшенный гроб, на котором были изображены золотые львы. Мужчины осторожно внесли гроб в склеп, где их ждали остальные участники церемонии. После того как гроб был установлен на специальное возвышение, самый старший из несущих его мужчин открыл крышку. Перед собравшимися предстала фигура пожилой женщины с серебристыми волосами и благородными чертами лица, которые свидетельствовали о её былой красоте. Она была облачена в своё любимое фиолетовое платье, расшитое золотыми нитями, её волосы были уложены в форме короны, а в скрещённых руках она держала алую розу, являющуюся её любимым цветком.  - Матушка очень любила цветы, — сквозь слезы сказала золотоволосая женщина, обнимая мужа. — Мама любила смеяться, — подхватил младший из львят. — А помните, как она обожала спорить? — с печальной улыбкой заметил черноволосый мужчина. — Бабушка никогда не терпела ссор в семье, — поддержала его женщина с золотыми волосами. — Мама любила жизнь, — сказал другой мужчина. — Не верится, что её больше нет. Тайвин, что ты думаешь? Старший из Ланнистеров не сводил глаз с матери. Она всегда была рядом, поддерживала, оберегала всю семью. Мама была единственным человеком, с кем он мог спорить и чьё мнение уважал. Второй такой была его любимая жена. — Вы уже столько сказали, что я не знаю, что добавить, — произнёс Тайвин. — Мама была настоящей львицей, защищавшей свой прайд. Она была некороннованной королевой. Её свет был таким ярким, что казалось, он мог сжечь любого. Она спасла нас от гибели. Если бы не она, род Ланнистеров прекратился бы. Я горжусь, что я её сын. В словах главы рода Ланнистеров не было лжи. Все собравшиеся это знали. Для каждого леди Джейн была не только матерью и бабушкой, но и добрым другом, надёжной опорой и советчицей.  Именно Джейн Марбланд нашла лекарей из Узкого Моря, спасших жену Тайвина Ланнистера. Она смягчила его отношение к младшему сыну. Вырвала Джейме из плена Безумного Короля. Стала опекуном детей принца Рейгара и наставницей принцессы Элии. Джейн лишила Ренли Баратеона преимущества в войне Пяти Королей. При Герольде Золотом возвысила род Ланнистеров. Такой женщины больше не будет. Тайвин закрыл глаза, боясь, что окружающие заметят слезы. Он лорд Утеса, ему не пристало плакать. С детства презирал слабость. Хотя мать считала, что слезы — это признак сердца.  «Тот, кто говорит, что слезы — это слабость, просто бездушная тварь, которая ничего не теряла в жизни», — прозвучал в его голове голос матери. - «Мы люди, и нам положены человеческие слабости. Запомни, Тайвин, человек не может быть слабым, если сам себя таким не чувствует». Он никогда не чувствовал себя слабым и мог позволить себе слезы только в присутствии матери. Только она видела его таким, потому что только ей он доверял быть свидетелем его человечности. Для всех остальных он был Львом Утеса, и только таким его знали. Вздохнув, он дал команду слугам, и те, закрыв гроб, опустили его в могилу. Глядя, как хоронят его мать, Тайвин вдруг почувствовал себя опустошенным. Это было похоже на то время, когда он был маленьким и боялся грозы. Пожалуй, это была его главная тайна, о которой не знала даже Джоанна.  В три года он часто прятался в покоях матери. Она обнимала его и говорила, что гроза — это рык льва, который не должен пугать. После этого он любил слушать раскаты грома. Иногда они его успокаивали. А когда мама сидела рядом, ему становилось совсем спокойно. Матушка была сердцем Ланнистеров и настоящей королевой Запада. Она не была Ланнистером по крови, но по духу — точно. Никто, даже король, не смел ей перечить. Джейн Марбланд воплощала девиз обоих своих домов. Ее называли Яркой Львицей — и она оправдывала это имя. Когда на могилу опустили мемориальный камень, Ланнистеры вышли из склепа. На улице все еще шел дождь, и Тайвин вдруг вспомнил, как однажды чуть не потерял мать.