Созвездие непохожих

---   Была середина ночи, тучи освободили небосвод и звезды ярко светили на нем, убывающая луна одиноко висела в космической пустоте.   В лагере ариралов царила тишина. Две стрелы стояли в овраге, новый плед и выключенный светильник были на уже привычном месте.   Юнона лежала на полу кабины стрелы, растянувшись во весь рост. Циановые пряди распластались по полу, а немного грустные аметистовые глаза за линзами очков рассматривали замысловатые узоры внутренней обшивки корабля. Ей не давала покоя мысль: «что забыл человек в таком месте и почему он настроен так агрессивно?». Поворочавшись с боку на бок еще несколько десятков минут, Юнона села и привела в порядок волосы. В стреле было неудобно спать — необходима была альтернатива, хотя, видимо, Астрею это не смущало, либо та тоже предпочитала молчать.   Подняв с пола лабораторный халат, который служил Юноне подушкой, она облачилась в него и потянулась рукой к лежащему неподалеку комплекту стелс-брони.   — И все же она неудобная, не то что контактный комбинезон… — протянула арирал.   — Кому вообще в голову пришло, что в этом костюме надо будет ходить с прижатым к спине хвостом? Это же просто абсурд. — Заключила бирюзоволосая, открывая дверь шлюза.   Прохладный ветер ударил ей в лицо, заставляя немного поморщиться. Вдохнув полной грудью свежего альпийского воздуха и бросив прощальный взгляд на стрелу Астреи, Юнона убрала очки в одну из сумок и водрузила шлем на голову, предварительно убрав длинные волосы.   Полная темнота сменилась экраном запуска интерфейса брони, и вскоре шлем стал почти прозрачным, обеспечивая обзор почти на 180 градусов. От обычного зрения картинка из шлема отличалась немного другой цветопередачей, а также наличием показателей прочности костюма и еще рядом функций, которые можно было активировать, просто подумав об этом. Ведь почти у каждого арирала есть чип в голове, позволяющий им на родной планете пользоваться разными изысками высоких технологий. Стелс-броня не была исключением.   Активировав невидимость, Юнона растворилась в воздухе. Ее можно было обнаружить, только если ты знал ее конкретное местоположение — по легкому искажению воздуха.   С целью изучить человека и нагулять сон Юнона отправилась в сторону обсерватории.   Ботинки ступали то по траве, то по гравийным дорогам. Бирюзоволосая не раз останавливалась у радиотелескопа и стояла, задрав голову кверху, пытаясь понять предназначение этой гигантской структуры.   У нее в голове было несколько предположений: система связи, антенны или передатчики для связи с орбитой. Перебирая в голове мысли, Юнона вышла к озеру и поняла, что сбилась с маршрута. Впрочем, ее это не особо пугало — гораздо интересней было озеро.   Песчаный дикий пляж окружал водоем.   Место было хорошим, даже немного романтичным. С водной глади поднимался пар, что свидетельствовало о том, что вода нагрелась за день. Присев на корточки, она провела экспресс-анализ воды и, поняв, что та непригодна для питья, но достаточно чистая и теплая для купания, огляделась и сняла шлем.   — Мне бы не помешало помыться, — заметила Юнона.   — Уже три дня тут торчим, и черт знает, сколько еще мы пробудем тут, а гигиена — неотъемлемая часть жизни…   Думала арирал, снимая стелс-костюм. Вскоре на песке лежали шлем, броня, халат, а затем к ним присоединился контактный комбинезон.   Луна освещала прекрасное стройное тело инопланетянки. Она сделала несколько шагов по песку и зашла в воду.   Поначалу было немного холодно, но через несколько минут арирал привыкла.   Полностью отдавшись своим желаниям, Юнона, вдоволь наплававшись, легла на поверхность воды.   — Как хорошооо… — протянула та, закрывая глаза от нахлынувшего блаженства.   — Нигде на своей планете я бы не смогла вот так поплавать нагишом, — пробормотала бирюзоволосая, выходя на берег.   Немного обсохнув, она принялась одеваться. Взяв контактный комбинезон в руки, та поняла, что он совершенно не пахнет, как будто он новый. Напротив, он немного отдавал синтетическими материалами, из которых был сделан.   — Невероятно, вот что значит военные технологии — даже это продумали, — с восторгом говорила Юнона, облачаясь в приятную удобную ткань.   — Даже боюсь подумать, сколько он стоит и продается ли он вообще? — говорила кошка, а сама думала, как Астрея умыкнула целых два комплекта брони и не попалась…   Водрузив шлем на голову, Юнона с новыми силами продолжила путь до обсерватории, теперь уже ориентируясь по указателям.   И вот невидимая гостья подходит к зданию. Ее встретила дверь с кодом, которую она уже вскрывала и знала нужную комбинацию. Нажав кнопку с цифрой «1» четыре раза, дверь радушно распахнулась, впуская Юнону внутрь.   Перед ней была прихожая, из которой можно было попасть в разные помещения. Она уже была тут и направилась к главному залу. Перед ней стояли несколько терминалов непонятного для нее предназначения. И та, в свою очередь, села на кресло и, подключив к работе не только свой интеллект, но еще и КПК, за час разобралась в основных принципах работы этого оборудования. Также она поняла, что человек является здесь единственным работником и, судя по аппаратуре, он был астрофизиком или астрономом, но так или иначе был связан с космосом. А те гигантские тарелки — это радиотелескопы, которые нужны для поиска и фиксации сигнала.   — Теперь понятно, что он тут делает… — протянула арирал, вставая с кресла и направляясь к выходу.   Но тут на глаза ей попалась картонная коробка с одним диском. Повертев его в руках, она вернулась к терминалу и вставила дискету в консоль для прослушивания. И то, что она там увидела, поразило ее.   Две варп-стрелы висели в космосе, а на панели с текстовыми данными виднелись не полностью расшифрованные переговоры двух пилотов стрел. Было несложно сделать вывод, что это их стрелы и что они говорят — это обсуждение побега с космической станции.   Вернув данные на диск, Юнона хотела разбить его, но в голове родилась мысль: раз человек не отправил его начальству, значит, он не хотел, чтобы о нас узнали? Или у него есть свои причины на это…   Внутри арирала зародилась мнимая благодарность, и она вернула диск в коробку.   Шатаясь по коридорам обсерватории, бирюзоволосая забрела на второй этаж, и перед ней возникла комната в конце коридора. Открыв ее, она увидела погруженную в тьму комнату: кухонный стол, посуда и кровать, на которой лежал человек.   Юнона мысленно пожурила себя за неосторожность, но интерес взял верх, и она медленно подошла к человеку.   Она еще никогда не видела его так близко: черные непослушные волосы, уставшее исхудалое лицо и несколько ссадин…   — А он довольно красивый, — шепотом проговорила Юнона.   — Только почему ты так себя ведешь? Какие цели ты преследуешь?   Ей стало жалко человека — ведь было видно, что он часто дышал во сне, а лицо изредка морщилось.   Юнона положила ладонь ему на лоб и сквозь броню, при помощи тактильных датчиков, почувствовала, что он горячий.   Кошка знала, что температура тела людей выше, чем у ариралов, на несколько градусов, но у этого явно была лихорадка.   Сердце Юноны сжалось. По ней было видно, что она понимает: человек, запертый здесь в одиночестве, погряз в страхе и был предоставлен сам себе. Никто не поможет ему, даже если тот будет при смерти.   — Бедный… — прошептала арирал, отойдя от кровати.   Окинув комнату взглядом, та увидела на полу изрядно порванную одежду, а в ванной — кучу окровавленных бинтов. Грусть и тоска подкрались незаметно. Она понимала, в какую ситуацию попал этот человек, а ведь люди не многим отличались от ариралов.   Найдя в комнате полотенце, она смочила его холодной водой и положила на лоб юноши. Вскоре лицо человека расслабилось, а дыхание выровнялось.   — Келлин… Так вот как тебя зовут… — заботливо сказала Юнона, прочитав имя на бейдже. — Надеюсь, мы сможем подружиться…   Еще немного полюбовавшись человеком, она вышла на балкон и, бросив прощальный взгляд на спальню, перемахнула через перила.   Ночная прогулка продолжалась, и кошка вышла к смотровой площадке. В середине стояла каменная статуя козла на пьедестале. Немного посмотрев на статую, Юнона встала у перил и подняла взгляд вверх. Камеры шлема плохо передавали всю красоту земного неба, и она сняла его.   Ветер развивал ее длинные циановые пряди. Начинался рассвет.   Арирал стояла и думала о человеке и о том, что, скорее всего, его поведение вызвано страхом и потерянностью. Кто знает, что с ним произошло в этом месте…   Вскоре мысли перетекли в другое русло. Хоть она и не одна, а с подругой, им больше некуда вернуться. На родной планете они — преступники, и их там ничего не ждет, кроме тюремной камеры. А где они теперь? На чужой планете. И что делать дальше — они совершенно не знают. Их будущее предрешено: либо вернуться домой и сгнить в камере, либо погибнуть где-то на краю вселенной в результате какой-нибудь катастрофы во время бесконечных скитаний. Одним словом — будущего нет…   Из-за этих мыслей к горлу подкатил ком, а в глазах собрались слезы.   И вот Юнона стоит, облокотившись на деревянные перила, а по ее щекам стекают слезы, капая на землю…   Постояв у склона горы еще несколько десятков минут, бирюзоволосая решила: во что бы то ни стало подружиться с человеком. Ведь скорее всего такой другой планеты, как Земля, они не найдут…   — Нужно будет поделиться этим с Астреей… — всхлипнув, проговорила Юнона, направляясь в сторону их лагеря.   Такая насыщенная переживаниями ночь измотала девушку. Непослушные мысли со временем улетучились из головы, и ей полегчало.   И вот она уже видит знакомые стрелы, плед и светильник.   — Вот я и дома… — пролепетала Юнона, снимая шлем. — Видимо, теперь это и есть наш дом…   Она сняла броню, положила ее в угол кабины и закрыла шлюз.   Подойдя к бортовому компьютеру, она включила отопление. Волосы окончательно высохли, а сидя у обогревателя, кошку окончательно разморило. И, свернув халат в рулон, сделав импровизированную подушку, Юнона провалилась в сон.   Вскоре солнце показалось из-за горного хребта, знаменуя о начале нового дня. Но всем обитателям комплекса полагалось еще несколько часов сна…