Утро настало слишком быстро. Солнце будто жгло сквозь занавески, и каждый луч казался обличающим. Ванила сидел на полу, прижавшись к стене, всё ещё сжимая в руке окровавленный канцелярский нож.
Кровать была перевёрнута, ваза разбита. А ковер — пропитан кровью. Но Шедоу Милка нигде небыло. «Видемо он ушёл.» — подумал Ваннила, но всё ещё сомневался в своих словах.
«А вдруг он умер... Вдруг я его убил?» — и это пугало даже больше, чем если бы он сам умер в ту ночь. Комната было, сильно изменилась, и даже отпечатки остались. В воздухе стояла противная атмосфера, а запах был ещё хуже, с нотками металла.
Он попытался встать — ноги подогнулись. Он выругался, затем кое-как добрался до зеркала. Что уж тут говорить, он выглядел так, как чувствовал себя: сломано, утеряно, похоронено. На лбу — кровь, и всё лицо в садинах.
На столе лежала чашка — одна из немногих вещей, каторый не была разбита. Ванила провёл пальцами по гладкому стеклу и сжал зубы.
— Я поменял слишком многое — прошептал он. — И теперь это всё приходит за мной.
Чуть поколебавшись, он наконец решился.
Нужно вернуться обратно в прошлое, и на этот раз, в последний раз.
***
Он прошёл вглубь дворца, туда, куда обычно никто не ходил.
Пальцы дрожали, когда он провёл ладонью по старым стенам, как делал это раньше. Часы пробили полночь.
Треск воздуха. Судорога. Мир дёрнулся.
А он — исчез.
***
Воздух в замке был тёплым и пах ванилью. Птицы пели в саду. Словно ничего и не было. Открыв глаза его ждала приятная картина, он с головы до ног был накрыт одеялом. Это означало одно: он вернулся.
И сразу — тревога.
— Где Милк… — прошептал он. Сердце заколотилось сильнее.
Он должен был найти его. Предупредить, о том что его ждёт.
Потому что если сейчас он не сможет, то и в следующую ночь, может и не проснутся.