Цель: Изменить прошлое.

Всё было чёрным. Не темно — а именно чёрным, лишь тусклый свет луны, освещал только одну часть спальни. Пур Ванила не видел ничего — только ощущал, как холодные пальцы Шедоу Милка давят ему на горло. Он захрипел, хватая ртом воздух, ногтями царапая постель, пока пальцы не нащупали край одеяла. В одно движение он рванул его вверх, накрыв голову врага плотной тканью. Шедоу зашипел, на мгновение ослабляя хватку. Этого хватило. Ванила с силой пнул его в грудь и выкатил с кровати. Но Ваннила даже не успел отдышаться, Шедоу с рывком прыгнул за лампой, что была на прикроватной тумбочке. Бац! Ваннила рухнул на пол, ощущая сильную головную боль. Керамика разлетелась, Нилли вслепую шаря по полу, нащупал обломок — гладкий, острый. Он метнул его в сторону тени. Послышался приглушённый стон — "попал?". Нет времени думать. Он пополз к письменному столу, где всегда в ящике держал канцелярский нож. Дрожащими руками он нащупал ручку. Дёрнул. Заклинило... Давай же... ДАВАЙ! Щелчок. Лезвие выскочило наружу. Ванила повернулся. И в этот момент кто-то швырнул в него подушку — мягкую, но тяжёлую, словно она была забита ещё такими же многочисленными подушками. Он отшатнулся, уронив нож. Шедоу снова был рядом, поразителен тот факт, на сколько он был быстр. Он схвати трость, стоявшую в углу. — Ты не понимаешь, — хрипел Шедоу. — Ты слишком заигрался, я не позволю тебе и дальше менять меня без моего ведома! Ванила отползал к столу, а затем — схватил вазу с цветами и метнул её в голову нападавшему. Раздался звон. Шедоу покачнулся. Сейчас или никогда. Ванила рванулся к ножу, схватил его и в слепом отчаянии вонзил его в своего врага. — Я не хотел делать тебе больно! Но ты вынудил меня на это! Крик. Настоящий, нечеловеческий. Шедоу рухнул на пол, хватаясь за рану. Кровь капала, темнея на ковре. Комната всё ещё была во тьме, и только их тяжёлое дыхание разносилось эхом по пространству. Пур Ванила опустился на пол, прижавшись к стене. С его затылка текла кровь. — Это ты... Во всём виноват! — прохрипел Шедоу. — Я не позволю тебе уйти... не сейчас. Он пытался встать — но ничего не получилось. Тогда Шедоу лишь приподнялся и схватил Ваннилу за запястья. — Знаешь, что самое страшное? Я помню, как ты пах. Как у тебя дрожали руки. Как ты смотрел на меня у фонтана. Я не забыл ничего.