Часть 8
13 июня 2025 г., 17:30
Уже на следующий день они принялись за изучение записей здешнего Джейса. Мужчина успел перебрать в голове десятки вариантов, как именно стоит объяснить их существование, но в итоге потребность отпала сама собой. Виктор самодовольно хмыкнул и напомнил, что отсутствие реакции на некоторые вещи не означает, что он их совсем не замечает. Например, в последний раз, когда они были на гала-ужине, Виктор отметил долгий искушающий взгляд Мэл в сторону Джейса, но успешно сдержался, чтобы не пройти мимо девушки и совершенно случайно двинуть ей тростью по ноге.
Ранее Джейс с жаром заявил бы, что Виктору не стоило даже думать о подобном, но сейчас, выслушав историю двойника, повторил его полушутливую улыбку, про себя подумав, что с большим удовольствием глянул бы на это представление.
Джейсу казалось, что он окунулся в прошлое. Он и Виктор проводили целые дни, запершись в мастерской. Совместно они выдвигали гипотезы, размышляли о методах их доказательства, строили механизмы и с особой осторожностью испытывали их на практике.
Никого из них не тяготила постоянная компания партнёра. Джейс успел хорошо изучить своего напарника и отлично знал, что Виктор мог быть очень настойчивым в плане сохранения дистанции. Учёный особенно ценил уединённую атмосферу и своё личное пространство, а потому далеко не каждый мог получить его высочайшее дозволение находиться рядом долгое время.
Это была одна из причин, по которым ассистенты часто покидали их лабораторию. Вкупе с постоянно растущим уровнем требовательности Джейса, Виктор отпугивал новичков своей прямотой. Поначалу он мог быть достаточно лояльным к их ошибкам, понимающим, чтобы спокойно объяснить просчёт и указать верный путь решения проблемы, но если человек не внимал как следует его советам и продолжал допускать однотипные ошибки, то он не отказывал себе в грубой, но справедливой критике.
Выдерживать его непростой характер могли только Джейс и Скай. Первого он легко мог обозвать большим глупышом, и этот взрослый мужчина, габаритами сравнимый с целыми двумя Викторами, только покорно кивал и увивался за ним хвостом, выпрашивая прощение. Со Скай всё было понятно. Эта девушка просто обожала Виктора и глаза её буквально в сердечки превращались каждый раз, когда она смотрела на своего кумира.
Ранее Джейс оправдывал своё навязчивое нахождение рядом с Виктором тем, что понимал партнёра лучше других и единственный пользовался его безоговорочным доверием. Сейчас же он понимал, что на деле сильно ревновал Виктора, и переживал, как бы другой случайно встреченный талантливый учёный не захватил полностью его интерес.
Не то что бы он проявлял подобную реакцию в отношениях с Мэл. Очевидные знаки внимания и даже флирт в сторону девушки могли вызвать у него разве что снисходительную улыбку, но стоило случайному знакомому коснуться плеча Виктора в дружеском жесте, как он отправлял в его сторону тяжёлый подозрительный взгляд и уже не оставлял партнёра наедине с очередной жертвой его харизмы, не отходя ни на шаг, точно сторожевой пёс.
Несмотря на это, Виктор что в этой, что в родной реальности никогда не давал ему причин для ревности. Его взгляд, улыбка и даже жесты, направленные в сторону партнёра, всегда были особенные. Он смотрел на других и слушал их речь с вниманием и спокойствием, не без тени любопытства, всегда присущего его натуре, а потом поднимал взгляд на Джейса, и глаза его расширялись, а медовая радужка становилась ярче. В них будто зажигались звёзды, он смотрел на партнёра с неприкрытой привязанностью и восторгом, и Джейс не мог не признать, что один этот молчаливый взор волновал его больше, чем самая вдохновлённая лесть Мэл.
В прошлом Джейс не понимал, что именно это взгляд человека, нашедшего центр всего своего мира. Сейчас он находил его отражение в собственном. Виктор улыбался Джейсу своей абсолютно очаровательной улыбкой, выставляя на показ крупные передние зубы, которых всегда в тайне очень стеснялся, и весь мир замирал, в возникшей тишине вознося молитвы за возможность просто быть рядом с этим потрясающим человеком, которого, как Джейс теперь точно знал, он не заслуживал.
Умный, добрый и нежный Виктор был величайшим благословением, которое он мог получить в своей жизни, и Джейс не знал, кого именно ему нужно благодарить за этот дар. Возможно, после сотен трудностей, которые ему пришлось пережить в своей жизни и, как он подозревал, в десятках других, судьба решила преподнести ему щедрый подарок.
Дни сменялись неделями. Они работали над хэкстеком и изредка отвлекались, чтобы прогуляться и освежить голову. Виктор решил на неопределённый срок закрыть их лавку в городе, и Джейс ничуть не протестовал. В конце концов, это изначально была идея партнёра и воспринималась им как хобби, поэтому Джейс не рвался контролировать их дело.
Оказалось, что намного приятнее, когда ты не просто работаешь со своим напарником, разбавляя будни юмором и неожиданными ситуациями, которые позже превращаются в избранные истории, но и можешь относится к нему как к возлюбленному. Джейс и раньше нередко требовал объятий и поглаживаний Виктора для подзарядки, и несчастному зауниту приходилось мириться с капризами этого большого ребёнка. Со стороны выглядело ужасно нелепо, когда высокий мускулистый мужчина сгибался в три погибели, чтобы уткнуться в милосердно подставленное плечо товарища, или тыкался макушкой в его живот и спину, точно крошечный слепой щенок, выпрашивающий защиту и утешение. В такие моменты Виктору оставалось только похлопывать его по спине и слегка покачиваться, баюкая своего капризулю.
Не менее комфортно было обхватывать его со спины, зарываясь носом в пряди, чтобы ощутить неповторимый запах Виктора. Они пользовались одними средствами для душа, но на Викторе привычные ароматы раскрывались совершенно новым образом. Он мог пройти дорожкой поцелуев по его затылку, слегка оттягивая ворот одежды, чтобы дотянуться до явственно проступающих позвонков. Виктор смущённо вёл плечом и призывал его вернуться к работе, однако никогда не отталкивал, и Джейс заявлял в ответ, что рассмотрит его предложение, а сам прижимался ещё теснее, чтобы разделить с партнёром ощущение полного умиротворения.
Джейс не мог не признать, что нередко ленился, только чтобы оттянуть момент окончания их работы. Виктор принялся за дело со всем свойственным ему энтузиазмом и старанием, в то время как Джейс постоянно отвлекался, позволяя самым разнообразным мыслям курсировать в голове. Он нередко обсуждал с Виктором события из своей прошлой жизни, выставляя их как сон или полёт фантазии, обсуждая способы изменения ситуации. Ранее Джейс не решался на это, не желая добавлять в и без того сложную жизнь Виктора ещё больше проблем, но, как оказалось, намного лучше было получить поддержку от партнёра и выслушать его взгляд со стороны.
Мысленно он уже продумывал диалог со своим Виктором после возвращения в родную реальность. Как отыщет его в Зауне, встретится, твёрдо настроенный на примирение, и без лишних обиняков и увиливаний расскажет обо всём, что было у него на душе всё это время. Поведает о своём чудесном путешествии в этом мире, не переживая, что партнёр посчитает его сумасшедшим. Выразит искреннюю надежду, что вдвоём им под силу воссоздать по меньшей мере десятую часть атмосферы спокойствия и умиротворения, которая пропитала каждый уголок этого мира.
Джейс мечтательно представлял, как признался бы Виктору в любви. Взял бы его хрупкую ладонь в свою, заглянул бы в чарующие глаза изменившегося, но всё же хранящего следы прежнего себя партнёра, и рассказал всю правду без витиеватых клишированных фраз. Именно так, как Виктору понравилось бы больше всего.
***
Когда последние приготовления были закончены, они с немалым трепетом рассматривали своё очередное детище, будто в первый раз сталкивались воочию с результатом общего плодотворного труда. Джейс кинул быстрый взгляд в сторону меловой доски, перепроверяя основные параметры и вычисления, которые они выписали для наглядности, пока Виктор продолжал не мигая рассматривать колбу с заключённым в ней хэкстеком. Ему не верилось, что всё это происходит с ним. Механизированная магия, навязчивые мысли о который он гнал от себя много лет, сейчас находилась в его руках. Сложно было не поддастся соблазну продолжить исследования, но Виктор призвал себя собраться с мыслями, напоминая, что всё это было сделано только ради Джейса. В то же время, он не мог не очароваться партнёром, вернувшимся в подходящую ему стезю. Джейс был способен на по-настоящему удивительные вещи, и Виктор даже отчасти жалел, что трудные жизненные обстоятельства вынудили его забросить весь свой потенциал. Наблюдая за Джейсом, он испытывал смутное чувство дежавю, будто вспоминал человека, в которого влюбился. Видел перед собой молодого, пышущего энергией мужчину, позитивный настрой которого нередко влиял и на него самого. Жизни в богатстве и известности никогда не удастся заменить моменты, разделённые между ними в крохотной квартирке под самой крышей с обледеневшими трубами и сбоящим светом. В те годы они были юными учёными, готовыми наперекор всему и вся бороться за свои идеи и создавать нечто уникальное. Действительно жаль, что эти двое гениев со временем превратились в неизлечимо больного инвалида, доживающего свои последние дни, и привязавшегося к нему партнёра, теряющего себя со скоростью, с которой болезнь пожирала остатки сил его любимого мужчины. Виктор громко вздохнул. Джейс расценил его жест как выражение протеста и попытался успокоить, на что Виктор только слабо улыбнулся. Ему не хотелось портить момент триумфа партнёра своим упадническим настроением, поэтому он мог только сделать вид, что всё в порядке. Джейс попросил Виктора отойти подальше, а сам взял в руки их самодельную машину времени. Они ни разу не применяли её до этого. В работе участвовал комплексный процесс воссоздания аномалии, в котором сам Джейс был не до конца уверен, поэтому прежде всего стоило обезопасить Виктора от последствий использования механизма. Несмотря на это, партнёр отказался выйти из комнаты. Он похромал в сторону двери и устало привалился к стене: его тело, отвыкшее от долгих нагрузок, в очередной раз дало сбой, вынудив Виктора вспомнить, почему он постоянно таскает с собой трость, а по всему их дому расставлены стулья. Джейс покрепче ухватился за изобретение, приноравливаясь, и обратил неуверенный взгляд на Виктора. Партнёр ответил ему успокаивающей улыбкой, безмолвно передавая свою веру, и Джейс решился, заводя машину. Механизм внутри колбы раскручивался, стремительно ускоряясь, фигуру Джейса объяло сияние голубых молний. Мужчина мог наблюдать, как стоящий у стены Виктор отстранился от опоры и спиной двинулся навстречу Джейсу. Ощущения от этого короткого перемещения во времени показались ему очень странными. Джейс почувствовал, как загудело в ушах, но, не успел он привыкнуть, как дискомфорт быстро исчез. Перед ним снова оказался Виктор, взявший трость и медленно двинувшийся к двери. Джейс остановил его, развернув к себе. Пока Виктор удивлённо смотрел на него, учёный смог выдавить только одно слово: – Работает. Виктору этого было достаточно. Он повторил его широкую улыбку и ласково погладил по предплечью, помогая заземлиться. Джейс неверяще хохотнул, покрепче ухватившись за Виктора. Ватные ноги с трудом удавалось удерживали его на месте. Виктор предложил ему присесть и рассказать обо всём поподробнее, и Джейс послушался, позволяя довести себя до ближайшего стула. Некоторое время он собирался с мыслями, и только потом, с натугой подбирая слова, рассказал об увиденном. Виктор кивнул ему со знанием дела: это именно тот результат, которого они ожидали. Несмотря на желание и интерес, он быстро отбросил идею самому опробовать машину времени. Кто знает, как его ослабший организм мог перенести подобную нагрузку, и Виктору вовсе не хотелось, чтобы Джейс потом его откачивал. Пока Виктор погрузился в раздумья, Джейс бросил короткий взгляд в сторону накрытой брезентом установки в неприметном углу. Это был усилитель, который Джейс сделал, бегая в кузницу, пока Виктор спал. Рассчитанный ими максимум отката времени насчитывал до десяти секунд, причём чем дольше действовала аномалия, тем сильнее деформировалось пространство вокруг. Джейсу было необходимо реализовать потенциал устройства на все сто процентов, и он точно не собирался делать это, пока Виктор был поблизости. – Закончим на сегодня? – предложил Джейс. Виктор внимательно взглянул на него, и на мгновение мужчине показалось, будто он прочитал все его потаённые мысли, однако это чувство быстро пропало. Партнёр согласно кивнул. – Честно говоря, я ужасно голодный и требую свою лазанью. Джейс расслабленно улыбнулся. Он сам очень любил это блюдо и, когда подрос, попросил у Ксимены семейный рецепт. Джейс подсадил на лазанью и Виктора, принося с собой обед на работу и тактично делая вид, будто совсем не замечает пропажи половины порции. – Конечно! С меня праздничный ужин! Джейс направился на кухню, Виктор остался на месте, провожая его удаляющуюся спину взглядом. Мальчишка в самом деле умел врать лучше Джейса.***
Глубокой ночью Джейс выбрался из постели, предварительно удостоверившись, что Виктор спит. Рассматривая его лицо и вслушиваясь в ритм дыхания, он не мог не ощутить укол вины: из-за сильной занятости кожа партнёра стала бледнее, появились тёмные круги под глазами. Изначально он планировал работать в подходящем им обоим темпе, однако Виктор настаивал, что вполне способен справиться с парой бессонных ночей. По крайней мере, он надеялся, что после его ухода другой Джейс сможет исправить оставленный ущерб. Не сдержавшись, он напоследок поцеловал его в щёку, оставив на своей опустевшей половине письмо. После долгих размышлений он пришёл к выводу, что Виктор заслуживает знать правду, а потому оставил свой рассказ на бумаге, надеясь, что партнёр сможет понять и простить его. Он направился вверх по лестнице, по пути отмечая каждую с трудом рассматриваемую деталь помещения. Больше ему уже не суждено будет вернуться в этот дом, а потому он ощущал особую ценность каждой детали их семейного гнёздышка. Про себя он решил, что обязательно постарается воссоздать нечто похожее в родной реальности со своим Виктором. Джейс убрал брезент и расставил всё по своим местам. Настолько мощный выброс энергии наверняка обесточит ближайшие пару кварталов, но разбирательство с соседями было уже проблемами его копии. Пока он путался в проводах и настраивал пульт управления, Джейс совсем перестал прислушиваться к окружающим звукам, и не заметил, как в комнате появился другой человек. Виктор молча наблюдал за его взволнованными копошениями. Намного проще было бы сделать вид, что он всё это время не обращал внимания на ненароком оставленные Джейсом улики, однако это было не в его характере. Виктору хотелось как следует попрощаться с переселенцем, и вопрос временных аномалий уже не волновал его настолько сильно. В конце концов, если подозрения мужчины были верны, то этот юный Джейс из другого мира заслуживал только его участия и сожаления. Джейс не решился включить свет, боясь ненароком разбудить Виктора. Несколько ламп и фонариков освещали только его угол комнаты, поэтому и чужую вытянутую тень он заметил только когда луна вышла из-за облаков, и её льющийся из окна свет подсветил силуэт, замеревший в дверном проёме. Джейс медленно обернулся. Видимо, оба партнёра из этой реальности имели общую привычку появляться в самом неожиданном месте и в самое неподходящее время. Глаза мужчины забегали, пока он спешно пытался придумать план действий, но Виктор опередил его, медленно двинувшись к партнёру. Каждый стук его трости отдавался в ушах Джейса ударом судейского молотка. Джейс по-прежнему сидел на полу, и с его ракурса худое бледное лицо в искусственном свете смотрелось поистине жутко. Виктор походил на высшего бога, спустившегося со своего трона, чтобы обличить во лжи неверного последователя. Джейс тяжело сглотнул. По одному взгляду Виктора он уже понял, что тот знал всё, и никакие уловки не в силах ему помочь. В отпирательстве не было смысла, поэтому ему оставалось только молчаливо ждать приговора партнёра. Виктор неожиданно отвёл глаза. Его профессиональный взгляд за секунду распознал ошибку в сборке, на которую он указал наконечником трости: – Ты плохо закрепил провод. Джейс невольно проследил за его движением и покорно потянулся, чтобы исправить допущение. После этого Виктор отметил несколько расшатанных болтов и даже подал инструменты. Джейс быстро понял, что, несмотря на гнетущую атмосферу, Виктор на него ничуть не злится. Его партнёр выглядел весьма сдержанным, но на деле, когда сильные эмоции захлёстывали его, никогда не стеснялся их проявлять. Тот факт, что трость Виктора всё ещё находилась на безопасном расстоянии от его черепушки, наглядно говорил о том, что партнёр не держит на него обиду за продолжительный обман. Однако серьёзный разговор был им необходим, и Джейс уже порывался встать, чтобы попытаться объяснить сложившуюся неприятную ситуацию, когда Виктор остановил его, попросив, наоборот, помочь сесть ему самому. Слабые кости партнёра не оценили его идею оказаться на холодном полу, пообещав на следующее утро напомнить о себе тупой болью, но Виктору это было решительно безразлично, а Джейс испытывал трудности и посерьёзнее. Оказавшись на одном уровне с мужчиной, Виктор неожиданно положил сухие ладони на его щёки, по-новому всматриваясь в хорошо знакомые черты. Только сейчас он отметил, насколько несуразно смотрелись на преждевременно постаревшем лице яркие и живые глаза переселенца. Верно говорят, что глаза – это зеркало души, и раз она принадлежит другому человеку, то никакое внешнее сходство не сможет перекрыть совершенно иной взгляд. – Тебе ведь не тридцать четыре года? – осторожно спросил Виктор. – Нет, – ответил Джейс, несильно покачав головой. – Ты никогда не жил со мной в одном доме? – Нет. – Ты… не мой Джейс? – Прости, – выдохнул мужчина. Джейс опустил глаза, уже не решаясь взглянуть в лицо напротив, и ощутил, как на заметно похолодевших руках Виктора выступил холодный пот. Несмотря на давно закрепившиеся в его подсознании опасения, он не мог не ощутить удушающий страх, когда они подтвердились. Перемещение во времени и переселение душ было далеко не привычным для него явлением, поэтому и растерянность учёного можно было легко понять. Ситуация ухудшалась осознанием, что невиданный прежде процесс затронул его самого близкого человека, и мужчина путался в догадках, как именно ему стоит реагировать. Боясь, что Виктору может стать плохо от потрясения, Джейс заключил его ладони в хватку собственных, постаравшись успокоить: – На самом деле, он с нами сейчас. Я сам не до конца понимаю, как именно это работает. Моё сознание как бы подавляет его, но не полностью. Поверь, с твоим Джейсом всё в порядке. Прозвучит жутко, но нас двое в одном теле. Виктор взглянул на Джейса, опасаясь уловить в его тоне голоса и выражении глаз намёк на ложь, но столкнулся только с искренностью и уверенностью. Последние краски схлынули с лица Виктора, и по тремору его рук Джейс понимал, что, несмотря на все попытки сохранить самообладание, партнёр уже находился на грани истерики. Мужчина притянул его в свои крепкие объятья, поглаживая по спине. Виктор спрятал всхлип в изгибе плеча Джейса, пока тот продолжал нашёптывать ему слова утешения. Неожиданно они поменялись местами: это уже не Джейс находился отчаянии, потеряв всё, что было ему дорого, но это не влияло на желание мужчины забрать всю боль партнёра себе. Джейс был неотделимой частью жизни Виктора на протяжении долгих лет, а теперь незнакомец заменил его, да ещё и настолько пугающим образом, вызвав немалую растерянность и страх мужчины. Джейс вовсе не винил его. Он понимал, что Виктор легко возьмёт себя в руки, как только выпустит затяжные переживания, поэтому ему оставалось только переждать с ним эту бурю. Постепенно ясность начала возвращаться в сознание Виктора. Он с неохотой отстранился от Джейса, виновато поглядывая на мокрое пятно на его одежде. Сам владелец вещи не обратил никакого внимания на устроенный партнёром беспорядок, наоборот, растянув ткань, помогая ему обтереть лицо. – Если тебе удаётся подавлять другого Джейса, – вернулся к животрепещущей теме Виктор, – то, как только ты вернёшься в свой мир, он должен снова стать полноправным владельцем тела? – Я думаю, что да, и он согласен с моими выводами. – Ты говорил с ним? – поражённо уточнил Виктор. – Да, во сне. Он очень за тебя переживает и хочет поскорее увидеться. Глаза Виктора опасно заблестели. Он поджал губы, с успехом сдерживая вновь обострившееся желание заплакать. Самое главное, что его возлюбленный был в порядке, в силах же Виктора сделать всё, чтобы помочь ему вернуться обратно. – Я помогу тебе. Пусть у тебя отличные от моего Джейса методы, но строение усилителя не кажется слишком сложным. – Ты уже знал о нём? – удивлённо поинтересовался Джейс. – Ну, разумеется, – вмиг повеселев, отозвался Виктор. – Я легко понял, что в теле моего партнёра другой человек. Думаю, это несколько посложнее, чем заметить огромную махину в углу комнаты. Вдвоём они принялись за работу, Джейс достраивал установку, пока Виктор подкручивал детали и разбирался в правильном расположении проводов. Не желая надолго оставлять партнёра наедине со своими мыслями, Джейс не прекращая болтал с ним и, естественно, не мог не спросить о своём разоблачении: – Как тебе удалось заметить подмену? – Если уж на то пошло, то ты и не особо скрывался, – пояснил Виктор. – К тому же, ты не помнил очень много вещей, без которых я не могу представить себе Джейса. – Например? – Ну, он уже давно не такой манерный, как ты. Совет лишил его не только доступа в Академию, но и титула. Когда это произошло, он начал вести себя намного проще. Позже они, разумеется, захотели его вернуть, но Джейс сам отказался. Он прилюдно объявил, что признание старшего поколения семейства – Ксимены Талис – ему уже достаточно, и мелкие подачки совета ему уж точно ни к чему. – Звучит так, будто он их ярый противник. – Конечно, – легко подтвердил Виктор, не прекращая работать отвёрткой. – А ты – нет? – На самом деле, в своём мире я член совета. Виктор отвлёкся от занятия, чтобы бросить на Джейса долгий удивлённый взгляд. – По правде говоря, даже хорошо, что мой Джейс не узнал об этом. – Почему? – Он бы точно тебя ударил. Джейс только хохотнул. – Ладно. А что насчёт конкретных случаев? – Подпись, – не раздумывая отозвался Виктор. – Во всей документации ты вписываешь наши имена отдельно, ещё и указываешь рядом с моим фамилию моего наставника. – Разве ты не всегда ей пользовался? В моём мире ты тоже Виктор Реверк. – Да, но по сути она мне не принадлежит. У заунитов в принципе нет фамилий, нам отказано в этом праве с самого рождения. Когда Джейс узнал об этом, то заявил, что можем разделить его фамилию на двоих. С тех пор я насильно стал для всех Виктором Талисом, хотя фактически мы ещё не женаты. – Другой Джейс назвал тебя своим женихом, – припомнил Джейс. – Ох, избавь меня от этого, – смущенно прыснул Виктор, но, несмотря на приподнятый тон голоса, Джейс не мог не почувствовать в нём тоску и горечь. – Я не давал ему прямого согласия. И это возвращает нас к случаю с кольцом. То, что ты назвал «безделушкой», на деле помолвочное кольцо, которое он сам сделал. Джейс невероятно его ценит, поэтому по твоему обращению с ним я сразу понял, что дело нечисто. – Почему ты отказал в браке? – Потому что я умираю, – равнодушно пожав плечами, будто сердце любого из Джейсов не сжимало тисками от этого факта, произнёс Виктор. – Я не вижу никакого смысла в том, чтобы он женился на ходячем трупе. – А ты сам хотел бы этого? Виктор ненадолго притих, концентрируясь на особенно своенравной гайке, и Джейс уже было решил, что разговор закрыт, когда услышал негромкий ответ: – Да. Очень. – Тогда не раздумывай сильно и соглашайся. – Но разве не станет ему ещё сложнее отпустить меня, когда придёт время? – Знаешь, мой Виктор постоянно говорил мне одну и ту же фразу: «мы никогда не узнаем с точностью, пока не решимся на эксперимент». Виктор в ответ фыркнул. – Действительно. Звучит как нечто очень знакомое. За обсуждением они и не заметили, как последняя деталь была поставлена на место. Джейс взял Виктора на руки, перенеся на диван, пока сам сверялся с чертежом и удостоверялся в крепости конструкции. Партнёр наблюдал за ним, размышляя, стоит ли задавать вопрос, который заинтересовал его больше всего. Чувство такта проиграло любопытству, и Виктор спросил: – В твоей реальности ты и я не вместе, верно? Плечи Джейса заметно поникли. Он уже знал, что правда расстроит Виктора не меньше, чем самого мужчину. – Нет, мы были только друзьями и коллегами по работе. Потом я завёл ту интрижку с Мэл и случилось нечто… ужасное. В общем, когда я всё понял, было уже слишком поздно. – Ох! – воскликнул Виктор. Он ощутил холодок на душе и попытался спрятаться от него, накинув плед себе на плечи. – Мне жаль. – Ты не представляешь, как мне жаль, – длинно выдохнув, признался Джейс. – Я не могу перестать думать о том, что было бы, признай я чувства раньше. К тому же, я не знаю, любил ли меня Виктор вообще. – Любил, – мгновенно ответил собеседник. Джейс обернулся к нему, смотря с удивлением и нескрываемой надеждой. – Любит. Тебя невозможно не любить. – Даже после всего, что я сделал?.. – Разумеется. Ты мог бы убить его, и он придумал тебе оправдание. – Я бы никогда!.. – Это я образно сказал. Я уверен, что он вовсе не злится на тебя. Скорее, чувствует себя одиноким и потерянным. Ни он, ни я этого не показываем, но на деле нам всегда очень страшно. Не так-то просто примириться с неизбежностью смерти и осознанием того, что всё, чему мы посвятили жизнь, рано или поздно пойдёт прахом. Для меня это причина, которой я хочу насладиться каждым моментом, для него – несправедливость, которую он обязан исправить. Но если то, что ты рассказывал мне об аркейне, правда, то я могу предположить, на что он собирается пойти. Джейс затаил дыхание, боясь пропустить любое его слово. В самом деле, кто мог разбираться мотивах Виктора лучше, чем он сам? Пускай их жизненный путь был не слишком похож, однако двух Викторов из разных миров связывала одна боль и одни страхи, и только он сам мог выбрать направление, которое сможет помочь мужчине сделать правильный выбор. – Честно говоря, мне хотелось бы ошибаться, но если я окажусь прав, то совладать с ним будет… весьма непросто. Ты должен быть готов к этому. Если у тебя будет возможность, то не мог бы ты передать ему мои слова? – Да, конечно. – Вместо того, чтобы иметь сотни навязанных почитателей, разве не лучше, чтобы рядом был всего один человек, любящий тебя настоящего? Джейс внимательно выслушал каждое слово, мысленно повторяя их у себя в голове, силясь запомнить. Смысл фразы Виктора был ему не до конца понятен, но он не сомневался, что его партнёр сможет его осознать. Дело оставалось за малым: убедиться, что послание дойдёт до нужного адресата. Никто из них не любил долгие прощания. Джейс в последний раз заключил Виктора в долгие крепкие объятия, стараясь хорошенько запечатлеть в памяти это волнующее ощущение партнёра в его руках. Ему придётся провести без него всё то долгое время, пока он будет скитаться в поисках своего Виктора. Мужчина в объятиях Джейса не мог не посочувствовать его судьбе. Он подсознательно чувствовал, что его партнёру из другого мира суждено столкнуться ещё со многими невзгодами, и искренне жалел, что не может быть рядом в его продолжительном путешествии. Всё, что ему оставалось, это пожелать Джейсу удачи и выразить искреннюю надежду, что он со всем справится. Машина была вновь включена, благодаря усилителям производя максимум своей мощи. Казалось, в комнату ворвался ураган, сметая бумагу со столов и разбрасывая мебель. Джейс же находился в самом его эпицентре, окружённый синими вспышками. Голова его шла кругом, зрение размывалось, а уши наполнились десятками голосов из самых разных вселенных. Среди них он чётче всего слышал голос Виктора, отдающий металлическим скрежетом, который раз за разом звал его по имени, прося о помощи, и Джейс готов был не раздумывая отправиться на этот зов. Виктор старался как можно дольше оставаться рядом с ним, несмотря на увещевания Джейса спасаться, если ситуация выйдет из-под контроля. Мощный поток ветра отодвигал его всё дальше и дальше, заставляя прикрывать руками глаза от бьющего прямо в лицо потока воздуха. Он же выбил трость из его рук, и Виктор неловко упал на подогнутые колени. Джейс протянул руку, инстинктивно пытаясь подхватить его, но очередной приступ боли пронзил всё тело мужчины, вынудив отшатнуться. Комната начала меняться, наполняясь помехами. Предметы исчезали и появлялись на других местах, он видел размытые образы себя самого и Виктора, которые резко проявлялись и так же быстро пропадали, точно несколько временных линий пытались наложиться друг на друга. Неожиданно всё стихло. Джейс ощутил странную невесомость и неожиданно обнаружил, что и правда парит над землёй. Однако ещё более неожиданной находкой стало бессознательное тело его двойника, лежащее прямо перед Виктором. Джейс легко узнал его по отросшим волосам и бороде и, осмотрев себя, понял, что и сам возвратился в своё настоящее воплощение. Аномалия постепенно закручивалась вокруг Джейса, создавая вакуум. Мужчина смотрел на неё, широко распахнув глаза, и уже обернулся партнёру, чтобы крикнуть, что план сработал превосходно, однако Виктор, к которому вернулся его Джейс, уже был целиком поглощён осмотром возлюбленного. Он быстро нащупал пульс на шее и запястье Джейса, приставил ладонь ко рту, чтобы почувствовать мягкое мерное дыхание. Слёзы вновь блеснули на его глазах, но уже не от тревоги, а облегчения, и он приподнял его тело, чтобы прижаться щека к щеке. Джейс смиренно улыбнулся. Он не мог не испытывать счастье за них двоих, и всё же зависть неприятно жгла его сердце. Джейс и Виктор из его реальности были вынуждены выживать в мире, настроенном против них, в то время как эти двое из чужой наслаждались каждой минутой спокойствия и радости, разделённой на двоих. Возможно, в прошлом Джейс и был настроен на достижение совершенно иных целей, но сейчас, как он думал, перед ним открылся совершенно новый курс, к которому действительно стоило бы стремиться. Аномалия поглощала Джейса целиком, и всё, что он мог увидеть в свой последний миг в чужом мире, это двое тесно прижавшихся друг к другу мужчин, не собиравшихся больше никогда расставаться. Колба треснула в его руках, оставляя осколки на том месте, где Джейс находился всего мгновение назад.***
Когда Джейс открыл глаза, он оказался в уже знакомом пустом пространстве прямо напротив крупной аномалии. Пытаясь отдышаться, он периферическим зрением заметил ещё одну фигуру, и быстро обернулся к ней, мгновенно обомлев. Тот самый маг в белом халате, который спас его и маму от снежной бури. Поначалу растерянный, Джейс быстро пришёл в себя, уже собираясь завалить мага всеми накопившимися вопросами, как тот опередил его, проговорив: – Ты не должен был оказаться там, – его низкий механический голос заставил Джейса умолкнуть, послушно внимая речам. – Мой просчёт. Переговоры – не путь к примирению. И я покажу тебе это. Джейс двинулся к нему на встречу, уже подозревая, что произойдёт дальше, но оказался недостаточно быстрым. Аномалия в очередной раз окружила его, перемещая через время и пространство, но ощущения разительно отличались от переселения в чужое тело. Разум Джейса не сливался с чужим. Скорее, он летел с огромной высоты, чтобы упасть на холодную пустынную землю. Открыв глаза, Джейс обнаружил, что оказался в апокалипсисе.
