— Вы.. учитель, но мой любовник.

Пик, пик, пик. Антон услышал этот звук, как только очнулся, и замыленным пытался разглядеть то, что стоит в комнате. Все по стандарту: свет в комнате тусклый и холодный, еще одна койка, видимо пустая, тумбочка рядом с койкой Петрова, пара стульев в конце комнаты и окно по левую сторону от Антона. Мужчина лежал, и не мог понять: где он, что с ним, почему он вообще здесь? Где он? Возможно, в палате городской больницы. Смолоду пару раз лежал, из-за того, что его избивали до состояния не стояния. Что с ним? Все что он помнит, это то, что он грохнулся в обморок перед сестрой и ее парнем, и видимо упал он от голода. Почему он здесь? На этот вопрос уже все было отвечено. Пиликанье не прекратилось даже через время, и это даже хорошо, Тоша знал, что хотя бы не умер, а то, что пищит, наверняка монитор контроля гемодинамики «Как же меня бесит этот звук, я конечно теперь понимаю, что не помер, но зачем вы поставили эту пищалку. Да еще и в больницу привезли. Ненавижу. Я хочу спать, а не слушать монитор, что прямо над ухом пикает» - Антон несколько раз проморгался, и вновь огляделся – все размыто. Ну, а что он ожидал? Очки ему сняли, когда привели в палату, неудивительно, что он ничего не видел. «Я пытался начать видеть без очков? Да я сумасшедший гений». - Антон, вы проснулись? - Слету задала вопрос вошедшая медсестра. - Вам принести воды? - Д… да... пожалуйста, принесите воды... - едва выдавил из себя мужчина, и его горло внутри будто разрывало от того, что пересохло. «Вроде не так много времени прошло... А горло настолько пересохло, будто я вчера пил без остановки.» - И.. можете родственникам не звонить... Чтобы не приезжали?.. - через силу договорил Тоша, и закашлял. Девушка подошла, и аккуратно помогла сесть Антону, чтобы тот смог нормально прокашляться. - Ваша родственница приехала сразу, вместе с вами. И невестка сейчас с ней сидит. Если желаете, я могу их пригласить сюда, но ненадолго. - Медсестра, видя, что Антон не выражает ясного протеста, слегка кивнула и ушла за водой, одновременно с этим пригласив Олю и Катерину. - Тошенька, солнце ты мое... - Оля сразу подбежала к койке брата, и взяла того за руку. - Тош, почему ты не сказал, что тебе плохо?.. Ты не должен был терпеть, если чувствовал себя плохо. Мы всегда рядом, готовые помочь. Никогда не сомневайся в этом. - Да и мне он ничего не говорил, Лель. Если бы знала, я б его из школы сразу бы в больницу повезла, а он как дурак, ни слова не промолвил. – Катя аккуратно присела на край койки Антона и взяла руку мужчины в свою. - Мы все переживаем за тебя, и, если бы ты рассказал, все могло бы обойтись гораздо проще. - Катюш, дорогая моя, единственное что хочу узнать: ты когда моей невесткой стала? - Тошенька, меня бы не пустили, не являясь я родственницей или хотя бы невесткой. А мне же нужно как-то с тобой находиться рядом, я хочу тебя поддерживать и помогать. - Катерина, можно вас на пару слов? — медсестра открыла дверь, и посмотрела на девушку, что сидела на краю койки и держала мужчину за руку. — Нужно поговорить по поводу выписки Петрова Антона. – Действительно, кого же еще могли выписывать. Вместе порассуждаем? Катя кивнула девушке, и отпустив руку Тоши, встала и чмокнула того в лоб, как любящая своего парня девушка: — Антон, побудь с Олей, я сейчас вернусь. — улыбнувшись, проговорила женщина, и вышла из палаты.

***

Пока Катерина разговаривала с медсестрой, краем глаза она заметила, что в коридоре сидит фигура. По виду, эту фигуру можно описать как: мужская, сидит в спортивном костюме Abidas, на ногах ботинки, слегка расхлябанные. Очень уж похоже на Пятифана, но… тому здесь делать нечего, поэтому девушка старалась не обращать на него внимание. — Антону нужно принимать таблетки, по графику. Нужно убедиться, что он будет принимать эти таблетки, а не выкидывать или смывать их в туалете, а то были у меня такие люди на практике. — Да, хорошо, я обязательно за ним прослежу, где можно будет рецепт взять? — К терапевту подойдёте, он выдаст рецепт. — Медсестра улыбнулась, и посмотрев на время, произнесла — Вы можете посидеть ещё 2 часа, а потом Антону нужен будет отдых. Выписка у него завтра, поэтому если нужно, то подъезжайте и встречайте его. Так же, хочу сказать, что как вы знаете, обморок был голодным. Проследите за тем, чтобы он хорошо питался три раза в день, по возможности лучше четыре. – медсестра сказала ещё пару пунктов, что нужно обязательно соблюдать, и потом удалилась Когда девушка решила ещё раз посмотреть на парня, что сидел в коридоре, она увидела: что парень то, и вправду Пятифан. Он сидел, теребя в руках зажигалку, смотря в пол. На нем не было капюшона, видимо снял, чтобы Катя его точно узнала: — Пятифан? Чего здесь сидишь? В очередной драке раны получил? Это тебе в травмпункт тогда надо, но никак не сюда. — Катя не придерживалась тона учителя, ведь они были не в такой формальной обстановке как школа, а лишь были в больнице. — Катерина Павловна, что случилось с Борисычем? — у Ромы начали слегка дрожать руки. Но он же это спрашивает не от волнения, или не от большой любви (он же не педик), а просто интересуется, чтобы узнать, будут ли завтра уроки. — Я вижу ты от большой любви к Антону интересуешься? Ты сам наверняка все слышал, завтра его выписывают. А что, ты резко стал добреньким пай-мальчиком и захотел прийти проведать учителя литературы? — Рома встал и шагнул ближе к Кате, давая той понять, что «да, зайти он все же желает» — От тебя это очень неожиданный жест, ну пошли тогда. Зайдя в палату, Катя увидела, что Антон резко заулыбался, но когда заметил рядом рому, то слегка покраснел. Борисович не ожидал увидеть здесь ученика, что иногда цепляет его взгляд, и замечает это в ответ: — Ты вернулась! Без тебя эти 10 минут были невыносимо долгими! — Тоша хотел встать, и обнять подругу, что не сделал, когда она пришла изначально, но Оля его остановила. После чего сама встала, и подойдя к Кате обняла ее, и с издевательской улыбкой посмотрела на Тошу. — Леля, не дразни моего Тошика! А то ругаться буду. Ром, возьми стул и подсаживайся к нам, а не оставайся в сторонке.

***

Отведенные два часа пролетели незаметно — Катя и Антон вспоминали смешные моменты из школы, шутя и смеясь; Антон с Олей разговаривали о моментах с мамой, или думали, как завтра проведут время в городе; Антон с Ромой почти не пообщались... но обсудили некоторые моменты учебы Пятифана, на что тот что-то бормотал, и обещал исправиться. — Тош, а помнишь тот день, когда я тебе про Киру рассказала? — Не вспоминай тот день, прошу! Я ходил красный как рак, это ужас был! — Тоша моментально покраснел, смотря на Олю и ища в ее лице поддержку, но та лишь посмотрела на Катю, и подмигнула. — Оля и ты ее поддерживаешь?! — Конечно, была бы моя воля, я бы вас свела. — Оля посмеялась, а Катя улыбнулась. Рома же посмотрел шокированным взглядом на девушку, – Хотя с Катей ты смотришься куда лучше, она тебе в жены подходит. — Не подходит. — Резко сказал Пятифан сам того не осознав. Петровы и Смирнова обернулись на Рому, и посмотрели на него с такими лицами, в которых отражалась тень шока и непонимания, с немым вопросом «Чего?» — Нет, я не то имел в виду! Я не про то, что Катя… Катерина Павловна...— Спасая положение, он выискивал слова, но только путался всё больше. — Я про то, что больничная атмосфера не подходит для обсуждений свадьбы Борисовича! «Как я мог ляпнуть такое? Я же — не педик, и я уже с этим разобрался. Я люблю только Полину. С Борисычем я вообще дел иметь не хочу!! Пятифан, ты вообще дундук…» - чуть поразмышляв, Ромка и вовсе ушел в свои мысли. «Хотя я не буду отрицать того факта, что Антон безумно красив, ему бы только так девушек и заманивать, ну или меня… Хочу искусать его шею… Стоп, что?!» - резко встрепенулся парень, понимая что мысли текут не в то русло, и нужно срочно возвращаться в реальность — Я тоже так думаю, но вопрос: Тош, ну чего ты меня в жены не берешь? Я тебе кушать готовить буду, и рядом всегда буду. — Улыбнувшись проговорила девушка, и тихо посмеялась, заметя, что Тоша покраснел, но разозлился. Она знала причину злости, но постоянно давила на больное. Думаете специально? Да нет конечно! Это вылетало моментально и так не обдуманно, что после становилось стыдно. — Гадюка, пожалуйста, не беси меня. Ты знаешь причину, почему я на тебе не женюсь, хватит мусолить эту тему. — А что за причина то? Мне даже интересно стало. — Рома глянул на Катю с Антоном, и когда понял, что те причину явно не озвучат, решил, что этот вопрос останется в подвешенном состоянии.       

***

На следующий день, когда Антону сообщили, что ему нужно пройти последние обследования и его выпишут, соврать невозможно: Антон был чрезмерно рад. Он с самого утра собрал вещи, хотя что у него с собой было? Лишь бутылка воды, что Катя забыла вчера, и его вещи, во что он переоденется, когда поедет домой. «Может, не сразу домой поехать, по городу прогуляться возможно?» — Антон присел на койку, и задумался. — «Ну а что? Из поселка мы почти не выбираемся, так, хоть как-то в городе погулять выйдет. Если за мной приедет Катя, сходим все же, пройдемся. Думаю, она тоже уже устала только в поселке сидеть». В конечном итоге своих размышлений, Тоша встал, и сразу же услышал, как его позвали на процедуры, куда он покорно и пошел.

***

— Катя... а его точно сегодня выписывают? — Леля, ты думаешь, что я тебя обманывать буду? Конечно, его сегодня выписывают, мне медсестра все сказала, не волнуйся. Ромка, тоже хотел прийти его встретить. Опережаю твой вопрос, я не знаю, зачем он решил попереться еще и сегодня на выписку Тоши. – Оля вздохнула, понимая, что встречи с Пятифаном просто не миновать, и решила смириться — Катерина Павловна, а что за херь? — Пятифан, что подоспел сразу после слов женщины, сразу вклинился в разговор. — Почему Ольке можно обращаться на «ты», а мне в неформальной обстановке – нельзя? Это же как минимум неуважение к вашей персоне, со стороны Ольги, это бескультурщина. — Роман, начнем с того, чтобы ты не матерился в присутствии меня и в общественном месте. - произнесла Катя, поднимая брови и слегка осуждающе качая головой. - Закончим тем, что это сестра Борисыча, и с ней я знакома с детства. – Катя улыбнулась, и потрепала Олю по волосам, на что та тихо посмеялась и мило покраснела — А ты, лишь ученик, Пятифан, и сближаться с тобой, в мои планы не входило. Так же, как и с остальными ребятами вашего класса, но все же парочка ребят достаточно хороши, поэтому с ними я готова общаться все время напролет. — Катерина! Во-первых, так нельзя… — Оля слегка ударила девушку по руке, и закатила глаза. А потом, видимо, резко опомнившись, что хотела кое-что попросить, и виновато посмотрела в пол, — Во-вторых… Катюш, можешь поговорить с Кириллом?.. — Так вот, Ольга, как ты оценки по предметам получаешь, выпрашиваешь их. Я-то думал ты прилежная ученица, а ты. — Рома кинул сигарету на пол, и придавил ее ногой. — Сама учиться больше не желаешь, и просишь помощи у брата, и его подружки, дабы набрать оценок? — Нет… Нет, я учусь сама... честно, сама… — Оля тихо произнесла, её голос дрожал от усиливающегося напряжения и страха. Сколько лет прошло? Свыше 8 лет точно, а Оля все такая же ранимая, и если обесценят ее заслуги, то слезы потекут рекой, что даже Катя или Кирилл остановить не сможет. — Я сама учусь… — Да? А зачем тогда просишь разговаривать с учителем? Они по старой дружбе решат любой конфликт, и видимо у тебя по предмету Кирилла плохие отметки, ведь так? — Роман увидел, что глаза Оли моментально заблестели, и словно потеряв контроль над собой, она тихо всхлипнула и побежала в сторону больницы, издавая тихие, но слышимые всхлипы. — Оля, стой! — Твою мать. Пятифан, ты вообще язык за зубами держать в состоянии?! — Катя сорвалась на крик. У нее было чувство неприятности, ведь Оля заплакала из-за кого? А Пятифан кто? Хулиган-задира, с ним по-другому общаться и нельзя. — Я… я не хотел! — Рома выглядел растерянным и вскоре осознал всю полноту своего проступка. Он шагнул к Кате, и старался наладить контакт глаз, он искал в них чувство понимания. — Я просто… думал, что выведу на чистую воду… — Ты понимаешь, что я её сейчас хрен успокою? — перебила она его, отчаяние прорывалось в её голосе. — Оля - нежная и добрая душа, и с её чувствами играть... это просто уму не постижимо, Роман! Ей и так нелегко, у нее проблемы с информатикой, а своими словами, ты только усугубил ситуацию, которую я сейчас не вырулю вообще ни в какое русло. Катя посмотрела на Олю, которая стремительно убегала в сторону больницы, и в ее сердце вдруг взыграла паника и страх, что Оля может наделать при истерике. Она резко увидела, что впереди идет Антон, и если девчушка не остановится, то снесет своего брата на раз и два: — Леля, стой! Но Оля, похоже, не расслышала её. Разум девчонки был затуманен тем, что она в очередной раз ничего не добилась, и все что может, это «выпрашиваешь их». Роман, наблюдая за всей этой ситуацией, ощущал вину, но его слова застряли в горле, он не мог крикнуть Оле, дабы та остановилась, он стоял и молча наблюдал за действиями дамы. Внезапно она резко врезалась в Антона, и тот, не ожидая такого поворота событий, непроизвольно обнял её. Парень, сначала слегка смутился, но быстро сориентировался, увидев, что у сестры заплаканные глаза, дрожащие губы и услышав тихие всхлипы, смешанные с рваными вздохами. — Лучик мой, что случилось? — с крепко обнимая её, как будто хотел защитить от всей боли, которую она испытывала. — Ты чего? Почему ты плачешь? - Она прижалась к нему, и слёзы рекой потекли по её щекам, а голос дрожал, когда она начала говорить — Не могу… не могу, Тош. Рома… он… он просто не понимает, что я не выпрашиваю оценки… а заслуженно их …— её слова прерывались всхлипами. Оленька была такой хрупкой и ранимой, что ему стало безумно больно за это маленькое сердечко — Всё будет хорошо, я рядом. — Он погладил девушку по волосам и прижал к себе, а его голос, как всегда, был полон заботы. — Пятифан? Дуреха, ты что, не знаешь, как он учится? Он же двоечник со стажем, вот он как раз-таки и выпрашивает оценки. Кстати, как там твой Илья, не сильно испугался? Оля слегка покраснела и еще раз шмыгнула: - Тоша! Илюша переживал вообще-то и за тебя, и за меня. И… переночевал у нас, боялся, что мне тоже плохо станет… - смущенно проговорила девушка, и слегка отвернула голову - Ольга, я, конечно, люблю вашего парня, но все же давай я с ним сначала получше познакомлюсь и получше его узнаю как человека, а не ученика, а потом уже ты на ночевки его звать будешь, ставить на пьедестал и так далее. Да хоть замуж выйдешь за него, я тебя даже под венец поведу и руку твою ему передам В этот момент Катя и Рома подошли ближе и расслышали все то, что сказал Антон. Они округлили глаза и быстро переглянувшись, остановились и их лица застыли в немом вопросе, как будто до них только сейчас дошла важная информация. - В смысле у Оли есть парень? И в смысле я о нем узнаю не от нее? – Катя посмотрела на Лелю, и достав платочек, сделала вид, что вытирала слезы. – Ольга, вы что, совсем не любите меня? Почему я узнаю это не от вас, а от Дона Антонио? - Сеньорита Катерина, я бы вам рассказала позже... Просто иногда… кажется, что все вокруг и так заняты своими делами, что рассказ о моей личной жизни никому не интересен, да и проблемы в последнее время навалились - Оля, прости, что я перебиваю тебя… но, я… должен сказать… - Рома опустил голову вниз, и слегка покраснел. - Оля, прости меня, — произнёс он, стесняясь сильнее и чувствуя, как внутри него разгорается сочувствие к ней. — Я не хотел тебя обидеть. Я не знал, что это так на тебя повлияет. Я просто и вовсе разучился ду… - Успокойся, Ром, все хорошо! – перебила того девушка и встав на носочки потрепала по волосам, как делал ей брат, когда перед ним извинялись. – Все делают ошибки, я ведь понимаю, что ты ничего плохого не хотел, все же, ты не знал, что я безумно ранимая. Но если уж ты передо мной желаешь извиниться… - девушка лукаво глянула на Романа, - я не буду обижаться, если ты покатаешь меня на плечах! — Ну, Ромаш, ты готов к этой пытке? — подмигнул он, понимая, что катать Олю это одно из испытаний на выносливость, ибо если дать ей волю, как всегда, то она потеряет счёт времени и будет сидеть на плечах часами, не желая слезать. В конечном итоге, Рома все же согласился покатать девушку на плечах, а Катя с Антоном шли, обсуждая все возможные новости…

***

- Кирилл, блять, ну ты серьезно? - Антон говорил, сжав кулаки, его голос был переполнен гневом, а глаза наливались чувством ярости - У меня Оля в слезах домой опять пришла, после твоего урока, жалуется, что ты ей оценки занижаешь. Разъяснишь? – Когда дело доходило до его сестры, и того, что ей занижали оценки, Тоша или Катя шли сразу разбираться, ибо «а что за херь, почему это так?» — Это уже не первый раз, ты ей тупо занижаешь оценки. - Антош, знаешь… ты бы мог ей прекрасно помочь с моим предметом, только пара твоих действий, – Он резко замолчал, и в пару шагов уже оказался перед Тошей, на что тот начал пятиться назад от страха. На лице Кирилла застыла улыбка, и не спадала с самого начала разговора, будто и вовсе эта тема не была серьезной – и у Ольги годовая пять уже сейчас. – Когда Тоша уперся в стену, он судорожно начал оглядываться по сторонам, куда бы он мог отступить? - Чего это ты боишься? Я тебя бить не буду, насиловать тоже, даже мыслей таких не было и нету. Тогда чего бояться? - К…кирилл, отойди от меня, ты же знаешь, что я боюсь такого? Ты же меня тогда и успокаивал… Я к тебе приходил, и плакался в плечо, ты же должен помнить! Поэтому не подходи ко мне так близко, и тем более не трогай! – Но Кирилл, не послушав того, резко взял учителя литературы за подбородок, - Я сказал, не тро… - его заткнули поцелуем. Жадным и требовательным, отчего Тоша начал задыхаться, это было слишком неожиданно. Все мысли из головы испарились, на смену им пришли чувства неприязни, страха и эмоцию удивления. - Что же происходит?.. Уж не думал, что увижу такую идеальную сцену педорастии. Ох, Кирилл Петрович, зря вы позарились на это сокровище, ахуевший вы человек. – пробормотал Рома наблюдал за этой ситуацией из-за приоткрытой двери. Кто-то позарился на его золотого учителя? «Так, стоп, с какого хуя он уже мой, он не мой, да и вообще… Я не пидорас.» - Может подойти и вмазать ему промеж ног? Не, слишком больно… Хотя нет, если он посмел позариться на мое золото, то значит и по яйцам заехать можно. Стоп, какого хуя мое золото то?! Что-то я уже кукухой полетел. Антон пытался оттолкнуть. Пытался. Да, он только пытался, а вы что думали? Человек, что на данный момент ошарашен ситуацией, сможет отпихнуть друга, что был и ростом больше, и по физической силе круче? Ошибаетесь. Эти несколько секунд длились будто вечность, но, от него резко отстранились, и учитель информатики чуть ли не закричал от боли. — Что ты, блять, делаешь?! Ты что, шкет, оборзел?! — вырвалось у него в итоге, когда Кирилл, резко повернув голову увидел старшеклассника. А литератор, что также повернул голову в бок, и начал быстро дышать, восстанавливая дыхание, он заметил… Пятифана?! «Пятифан? Этот… боже, да я же его боготворить буду до конца жизни, обязательно тебя отблагодарю потом, дорогой мой Ромочка.» - Антон посмотрел на Рому, что уже начал бычить на информатика, разбираясь с этим инцидентом. А Петров, а что Петров? Он, резко сорвавшись с места, убежал в уборную; хотелось промыть рот, особенно если перед этим он хорошо выблюет остатки пищи и возможно таблетки, что не успели раствориться. – «Боже, как же мне плохо, нахер я только поел, а эти таблетки… Твою ж ебанную мать. Чтоб я еще хоть раз повелся на сладкие речи Кати о том, что мне нужно обязательно поесть и мне сразу полегчает… Да ни за что!!» - И с такими мыслями он засунул два пальца в рот, отчаянно надеясь на то, что это поможет ему избавиться от того, что вызвало такую жуткую тошноту, и выбить из мыслей силуэт мужчины, и его губы, что нахально накрыли губы Петрова…

***

- А вы, Антон Борисович, думали, безнаказанным останетесь? –проговорил Пятифан, и довольно резко толкнул Антона в стену в солнечное сплетение, отчего у последнего дыхание перекрыло. Глаза Ромы налились яростью, левая рука уже сжимала раскрытую бабочку, а правая сжимала ворот одежды Петрова. – Такие дела не делаются, педерастию я прощать не готов. Да, поцелуй был видимо без вашего согласия, но вы даже не пытались оттолкнуть. – Да пытался, пытался, но Рома не хочет осознавать своих чувств и уж тем более того, чтобы они пробивались в жизнь. – Что выберете? Вилку в глаз или в жопу раз? А, точно, раз глаз на месте, значит выбрали другое место, да? - Усмешка этого парня показывала, что тот наслаждается моментом. Он с ноги ударил Антона в живот, и лишь сильнее натянул улыбку. — Я ведь угадал, можете и не скрываться. - Ром…ма... Подожди… —Антон говорил отрывисто, задыхаясь от удара. Он пытался схватиться за рукав парня, но тот лишь резанул тому по запястью, отчего на руке Тоши прошла тонкая полоска крови. Еще одна. Ему что, своих не хватает, раз свои руки под нож подставляет? – Стой, стой, стой, не надо! – Сказал Антон на последнем дыхании, и ему еще раз прилетело с ноги в живот, и почувствовав, что во рту что-то появилось, он выплюнул… - О… кр…овь… — У тебя есть последнее слово, Антошка, — вновь с усмешкой произнес одиннадцатиклассник. — Ты понимаешь, что твоя жалость к себе только раздражает? Тебе нужно определиться, что ты хочешь: либо смириться с подобным, либо встать и отстоять свои принципы. Хотя как ты встанешь? Вон, от пары ударов уже кровью плюешься, эх, бедненький мой учитель литературы, домой придешь с погонялом педик, и разукрашенный. Знаешь, хм… - Рома поднес нож к лицу, и сделал порезы на скулах, — Вот, просто идеальная картина, педераст ебанный. Интересно, а тебе нравится с мужиками трахаться? Со мной понравится, если предложу? – И тут Рома громко засмеялся, чуть ли не отпуская руки и хватаясь за живот. Он слегка опустил рукав пальто и водолазки, и вдруг, краем глаза заметив бинты, парень моментально отпустил руку Петрова. От усталости и боли, голова Антона опустилась, и Рома решил принять это как жест согласия – Педик ебанный. Тебя ебать я уж точно не буду, я не такой как ты. - Рома сплюнул куда-то рядом с пятном крови, что выплюнул Антон, и ушел от него прочь, а мужчина так и продолжил сидеть на месте.

***

«Я что, совсем идиот?.. Я настолько, мать вашу, головой ебанулся?!» - Рома резко пнул ближайший сугроб, и из-за резкого удара нога в районе коленки жалобно хрустнула. - «Почему я опять полез с кулаками? Антон же не виноват... он же просто хрустальный, а я блять его избил. Он же прекрасен, зачем, зачем, почему?! Я что, настолько слаб… стоп, о чем я думаю?! Опять все мысли о нем, так… так, нужно с Бяшей…» - вспомнишь солнце, вот и лучик, как говорится. Бяша тут как тут подбежал к своему другу со спины, и обнял, на что роман фыркнул и убрал от себя руки друга. - Я не люблю объятия, Бяш - вырвалось у Ромы, хотя внутри него разгоралось что-то теплое и приятное от этого братского жеста. - А вот ты думаешь, на, мне не все равно? Чем ты тут... занимаешься? - Домой иду, ёпт. Не видно нахуй? – Рома закатил глаза, а потом резко изменившись в поведении, пожал тому руку и сомкнул их тела в дружеском объятии. – Слушай, ты не прочь прогуляться до ментовки? Хочу кое-что у Тихонова попросить. - Пошли сначала домой заскочим, ты вещи хоть оставишь, на. Я видел, как твой папаша, на, съебал куда-то, в общем... опасности нету. – Словив измену в поведении друга, поведение Игоря тоже сменилось на дружеский лад, тот принял и рукопожатие, и объятия. – Да и пивка у твоего бати спиздим, не думаю, что заметит, на. Рома на это лишь кивнул, по-видимому, соглашаясь на условия, продолжал идти, попутно рассказывая то, что произошло с ним и учителями литературы и информатики. Бяша… Рома доверял Игорю все, будь то проблемы в семье, проблемы с оценками или одноклассниками, а тот взамен хранил все его секреты и всех их обсуждения. Можно было бы сравнить их с школьницами-сплетницами, которые только то и делали, что ходили, собирали сплетни и придавали им больший окрас. Что насчет Тихонова? Хочется узнать, почему и зачем им надо к нему? Объясню. Тихонов – милицейский в их маленьком поселке, где недавно была шумиха, какой-то старшеклассник зарезал своего друга. Из-за чего именно, парень не рассказывал, хотя разговорить его пытались. Ну да сейчас не об этом. Он всегда был образцом для подрастающего поколения — строгий, но справедливый, уверенный, но внимательный к людям. Многие ребята в поселке стремились равняться на него, искать у него совет и поддержку. Будто тот, являлся самым старым жителем поселка, и знал все и про всех. - Кстати, помнишь, как чел, с 10Б друга своего забил? Так вот, оказывается, он ревновал его же, к подруге. В общем он этот… передаст хренов. – Рома резко вытянул сигареты из кармана, и засунув одну в зубы – прикурил, а вторую протянул другу. – Желаете отведать сигарету? - Не откажусь, на. – Бяша улыбнулся, забирая свойственное для него лакомство, и сразу ее поджог, а насчет истории до него доперло не сразу, а когда дошло – проняло по полной, что он аж глаза раскрыл. – Стоп, чего? А, все, на, доперло… Да, я в принципе с ним лично был знаком, грех было не знать того, что он педик. Мне помнится, на, ты сам говорил, что втюрился в литератора, и что? — Я не педик! — резко ответил Рома, его голос прозвучал напряжённо. — И я вообще-то не люблю его! Я же уже тебе рассказывал, что избил его. Но, знаешь, что я заметил... - Бяша хмыкнул, подмигнув, чтобы облегчить атмосферу. — Ну-ка, рассказывай, что ты там заметить успел, на? Рома наклонился ближе, как будто хотел поделиться важным секретом. — Я заметил, что он совсем не такой, как его описывают. Все говорят, что он жизнерадостный, милый, добрый, а если будут проблемы, то и сам побьет, и в обиду не даст… Но, когда я его избивал, он не закричал, не стал защищаться, просто... просто молчал. Да, он один раз попросил остановиться, и да, я как придурок все равно его ударил еще пару раз. Но в любом случае… - Мдааа… Это… реально безумно странно. Я с ним поговорю, на… - Увидев округленные глаза Ромы, Игорь понял – лишнего сказанул. Он быстро попытался придумать отмазку, и получилось – Я имел ввиду… - Да ладно, не оправдывайся, и чему я тут удивляюсь, я часто видел тебя что с ним, что с Павловной. Ладно, пошли уже, иначе я заебусь.

***

- Его нет? Можно у него в кабинете посидеть хотя бы? –Быканул Рома, с подозрением косясь на охранника, который стоял у двери. Тот лишь закатив глаза, кивнул, давая понять, что спорить ему лень, и пусть они уже заходят, ведь в принципе это возможно осуществить. – О, идеально, Бях, пошли. – обрадовавшись, Рома лучезарно улыбнулся и сразу потянул Игоря за собой. Пока Рома тянул Бяшу в кабинет Тихонова, они резко решили изменить маршрут и еще раз осмотреть все здание милиции. Здесь парни были, и не раз и их частые посещения — дело уже для всех привычное. Но именно сейчас им внезапно стало любопытно узнать, что будет, если заглянуть в другие кабинеты, помимо того, который принадлежал лейтенанту Тихонову. - Бяшааааа, пошли заскочим в чей-нибудь кабинет? Нет, ну а вдруг что-нибудь интересное найдем? – Сказал Рома, и не дожидаясь ответа друга, опять потащил того в какой-то кабинет недалеко от кабинета Кости.

***

- Так, аккуратно, заходи, давай, давай. – Тихонов завел мужчину в свой кабинет. Он постарался аккуратно усадить мужчину на стул, и быстро стал искать аптечку по своему столу. – Антон, если происходит такая хрень, нужно как минимум постараться дать отпор. А ты что? - строго посмотрел на него Костя, не скрывая разочарования. - Я…я… Костя, ну ты же знаешь, что я хоть и мужчина, я идиот и пиздец слабый. – Увидев, что Константин закатил глаза, Петров из себя попытался выдавить усмешку, но получилось хрипение, а позже и сдавленный кашель. – Я и в детстве таким же был. - Я тебя пытался учить драться, ты что сказал? Цитирую: «Я сам справлюсь, все будет отлично», гениальность из тебя прямо так и прет. - с лёгким упрёком произнёс Тихонов, вытащив из бокового ящика аптечку и доставая вату и перекись, а потом и большие пластыри. - Все, а теперь сиди и не дергайся - Во-первых, я не просил тебя сейчас помогать мне. Во-вторых, я просто, - он закрыл глаза, словно пытаясь припомнить ту ситуацию - и сколько нервов это ему стоило, - я просто не был готов ко всему этому. - Быть готовым — это навык, который нужно развивать, - ответил Тихонов, теперь совершенно сосредоточенный на работе. – Это не значит, что ты немедленно должен стать великим бойцом, но хоть немного осознание ситуации и готовность её изменить в свою пользу — это как раз то, что тебе надо, как минимум помнить. Мужчина сосредоточенно и аккуратно начал обрабатывать порезы своего знакомого. Тихонов старался быть максимально деликатным, но Антон все равно тихо шипел, и мужчина, что обрабатывал раны, усмехнулся и задумавшись, про себя отметил то, что Тошка очень похож на кота, который злиться, и умилился этому. В конце концов, после нескольких минут напряжённой работы, Тихонов закончил с «операцией». - И не так уж и страшно было, согласен? – Петров кивнул, а Константин еле улыбнулся. — Вот именно, Тох, пить будешь? Чтобы окончательно успокоиться. – Петров вновь кивнул, и перед ним тут же поставили стопку с коньяков. Одну, потому что Костя работает, ему нельзя. – Что у тебя вообще произошло? Из-за чего драка? - А что? Переживаешь настолько сильно? - Ты лучше ситуацию расскажи. Я тебя как старший брат и друг пойму, ты же это знаешь - произнёс Тихонов, за его словами скрывалось искреннее беспокойство. - О, Тихонов, вы вернулись уже что ли? - любопытно спросил он. Увидев Антона, который сидел с повязками на руках, Петров резко опрокинул в себя стопку коньяка, будто это вовсе не алкоголь, а простая вода. – А, так вы еще и бухаете, Антон Борисович? Не ожидал, не ожидал. - А я походу нашел того, кто избил моего друга. – Проговорил Тихонов, обернувшись на Рому и Бяшу, что уже потихонечку начали хозяйничать в его кабинете. – Если ты пришел позлорадствовать над Тохой, то валите. - Стоп, в смысле друга? Вы что, знакомы что ли? Или как? – с недоумением спросил он, переводя взгляд с Тихонова на Петрова и обратно, словно пытаясь собрать кусочки головоломки. - Да, представляешь Пятифан, я с Костей знаком. Опережу твой дурацкий вопрос: с ним я нев отношениях, он просто знакомый моего детства. – и потом тихо буркнул себе под нос: – идиот, и почему он в моем классе. – Но Тихонов это услышал, и тихо начал смеяться, а Тоша подхватил это настроение. - Я про твою ориентацию вообще молчал. - А кто меня за это избил? Игорек что ли? – Он посмотрел на Игоря, что в свою очередь посмотрел на учителя, типа «Я тут вообще не причем так если что!» - Вот именно, не Игорь, а ты. А все из-за чего? Да что ты просто увидел то, что меня насильно поцеловали. Ром, да ты просто… Антон уже не знал, что сказать, поэтому просто взял бутылку коньяка попутно попивая, и пошел на выход из кабинета, но перед этим повернулся и кинул через плечо: – Кость, я у тебя сигареты возьму, и пойду чутка проветрюсь. Тихонов на это лишь кивнул, и когда учитель вышел, то Игорь вышел за ним, уж очень сильно ему хотелось курить и конечно же поговорить с литератором. Рома тоже хотел было уйти, но Константин успел перекрыть ему путь: - А вот к тебе есть очень серьезный разговор, Роман.