"Больше не малыш"

Тэхен сидел в своём просторном офисе, рассеянно глядя на панорамные окна, за которыми расстилался утренний город. Суета, движение, прогресс — всё так, как он привык. А внутри — хаос. Он провёл рукой по лицу, пытаясь собраться. В голове всё ещё крутились события прошлой ночи. Тело помнило жар прикосновений, но в памяти всплывали не те глаза, не те губы, не тот смех. Чонгук. Тэхен раздражённо сжал пальцы на подлокотнике кресла. «Чушь. Это просто реакция на неожиданную встречу. Это временное». Но мысли не отпускали. Он видел его иначе. Чонгук больше не был тем надоедливым мальчишкой, который таскался за ним и Намджуном. Он вырос. Он изменился. Стал увереннее, смелее. Красивее. Тэхен поморщился, отгоняя эти слова. «Нет. Остановись». Но в его голове звучали предупреждения, одно за другим. Разница в возрасте. Ему 35. Чонгуку 28. Семь лет — это не критично, но достаточно, чтобы это имело значение. Дружба с Намджуном. Тэхен знал его слишком давно. Они прошли через многое, были друг другу больше, чем друзья. Как отреагирует Намджун, если узнает? Если вообще будет на что узнавать? Общественное мнение. Он успешный финансист. Его имя знают. Любые слухи могут навредить. И пусть он никогда не заботился о чужих взглядах, эта ситуация — другая. Он резко оттолкнулся от кресла и встал, пройдясь по кабинету. «Это просто физическая реакция. Он красивый, уверенный, и я давно не позволял себе увлекаться». Вот только внутри всё протестовало против этого объяснения. Его привлекало в Чонгуке не только тело. Голос. Смех. Уверенность. Взгляд, который был полон вызова. Тэхен раздражённо сорвал галстук и бросил его на стол. — Чёрт. Он не мог себе этого позволить. И всё же, стоило закрыть глаза, он снова видел эти проклятые карие глаза. Тэхен никогда не был человеком, который позволял бы эмоциям управлять собой. Контроль — вот что было его фундаментом. Он привык выстраивать границы. Холодные, чёткие, непробиваемые. Его партнёры никогда не становились ближе, чем позволял он сам. Близость была строго дозированной — ровно настолько, насколько нужно, чтобы удовлетворить потребности. Никаких нежностей. Никаких долгих разговоров после. Никаких «а что мы теперь?» утром. Привязанности были слабостью. И он очень тщательно сковал свою принадлежность к партнёрам, не позволяя себе смотреть на кого-то с настоящим интересом. Но сейчас… Сейчас он ловил себя на том, что не мог выбросить из головы человека, которого, по идее, не должен был рассматривать вообще. Чонгук. Тэхен сжал пальцы в кулак, чувствуя, как его раздражает даже собственное имя в его мыслях. Он снова сел за стол, включил ноутбук, открыл последние отчёты, пытаясь зарыться в работу, как делал всегда. Но цифры не складывались в смысл. Потому что перед глазами снова вставала вчерашняя вечеринка. Чонгук, который смотрел на него без страха, без привычного юношеского восхищения, но с чем-то совсем другим. Чонгук, который смело встречал его взгляд, а потом нарочно уходил в другую компанию, словно давая ему возможность наблюдать. Чонгук, который касался его случайно — или неслучайно. Тэхен раздражённо выдохнул, потирая виски. «Это пройдёт. Это просто эффект неожиданности». Но он чувствовал: на этот раз стены, которые он так тщательно выстроил, начали трещать. Тэхен всегда тщательно контролировал свою жизнь. Каждый шаг, каждое решение — всё было выверено до мелочей. Он не мог позволить себе слабостей, а уж тем более — поступков, которые могли поставить под удар его репутацию. Он дорожил своим именем. Его уважают. Его боятся. Его хотят видеть в партнёрах — и в бизнесе, и в жизни. Но никто не знает его настоящего. Тэхен всегда скрывал свои встречи с мужчинами. Они были редкими, незаметными, без последствий. Всё чётко, хладнокровно, под контролем. Он выбирал тех, кто знал правила. Без звонков, без признаний, без вопросов. Только ночь. Только физическая разрядка. А наутро — будто ничего не было. И так годами. Он слишком много работал, чтобы его влияние могло пошатнуться из-за слухов. И он не позволит этому случиться. Но Чонгук… Чонгук был другой историей. Совсем другой. Он был не просто очередным встречным. Он был прошлым. Он был воспоминанием. Он был тем, кого он не должен был хотеть. И именно это сводило его с ума. Тэхен вошёл в переговорную ровно в назначенное время. Ни минуты раньше, ни позже. В зале уже сидели его сотрудники — финансовый директор, глава отдела аналитики и два менеджера по инвестициям. Они моментально замолчали, когда он занял своё место во главе стола. — Начнём, — его голос звучал ровно, без лишних эмоций. — Я хочу услышать отчёт о квартальной прибыли. Ли, начинайте. Финансовый директор кивнул и запустил презентацию на экране. — Доход за последний квартал увеличился на 6,3%. Основной прирост пришёлся на европейский рынок, но… — Не нужно воды. Факты. Что с затратами? — перебил его Тэхен, не сводя глаз с таблицы перед собой. — Операционные расходы выросли на 4%, в основном из-за увеличения затрат на логистику и… — Почему это не было предсказано аналитическим отделом? Глава аналитики сглотнул. — Мы учли риски, но… — Вам платят за прогнозирование, а не за оправдания, — Тэхен щёлкнул ручкой и сделал несколько пометок. — Если мы теряем деньги на логистике, значит, кто-то плохо выполняет свою работу. Я жду новый план сокращения расходов к вечеру. Атмосфера в комнате напряглась, но никто не возражал. — Что с новыми инвесторами? — повернулся он к менеджерам. — Ведём переговоры с тремя потенциальными партнёрами, но один из них требует пересмотра условий. — Нет, — жёстко отрезал Тэхен. — Мы не пересматриваем условия. Если они хотят работать с нами, пусть принимают наши правила. Менеджер нервно кивнул. — Да, я передам это. Тэхен посмотрел на него долгим, холодным взглядом. — Передайте не просто слова. Передайте уверенность. Мы не нуждаемся в них. Это они нуждаются в нас. Запомните: слабость пахнет за километр. Снова тишина. — На этом всё, — он поднялся. — Я жду исправленный анализ и отчёты к концу дня. Если кто-то не справится — завтра здесь будет другое лицо. Он развернулся и вышел, даже не оглянувшись. Так работал Тэхен. Чётко, хладнокровно, без права на ошибку. Тэхен нечасто выбирался на обед в рестораны, тем более в те, что только недавно открылись. Но этот привлёк его внимание — стильный, дорогой, с концепцией, которая обещала стать трендом. Он сидел у окна, листая отчёты на планшете, но его внимание невольно привлекло знакомое лицо. Чонгук. Он сидел за одним из столиков, уверенно улыбаясь и что-то объясняя двум мужчинам напротив. Они явно были его клиентами — заказчиками нового проекта. Чонгук выглядел иначе, чем на вечеринке. Деловой, уверенный, профессиональный. Он жестами показывал на детали интерьера, иногда смеялся, подчеркивая лёгкость общения, но в глазах была та самая острота, которая заставила Тэхена обратить на него внимание в тот вечер. Тэхен не знал, что бесит его больше — этот чертовски привлекательный образ уверенного архитектора или то, что Чонгук ещё его не заметил. Он сделал вид, что просто пьёт кофе, но его взгляд снова и снова возвращался к нему. Каждое движение. Каждая улыбка. Тэхен чувствовал раздражение. И ещё что-то. Что-то, что он предпочитал заглушать. Чонгук закончил презентацию, пожал руку клиентам и проводил их до выхода. Довольные инвесторы что-то обсуждали между собой, а он, оставшись один, наконец позволил себе расслабиться. И тут его взгляд зацепился за знакомый силуэт. Тэхен. Он сидел у окна, элегантный, собранный, как всегда, с чашкой кофе в руке. Но вот что странно — он смотрел на него. Чонгук почувствовал лёгкий укол внутри — азарт? Интерес? Насмешку? Сам не знал. Словно ничего не случилось, он направился прямо к нему и, даже не спрашивая разрешения, сел за его стол. — Не думал, что увижу тебя здесь, — сказал он с лёгкой усмешкой, устраиваясь поудобнее. Тэхен отставил чашку, скользнув по нему оценивающим взглядом. — Я тоже, — ответил он ровным голосом. — Ты впечатлил своих клиентов? — Конечно, — Чонгук ухмыльнулся. — Я всегда впечатляю. Тэхен хмыкнул, сделав глоток кофе. — Скромность — явно не твой конёк. — А зачем мне скромность, если я хорош в своём деле? Он нарочно смотрел Тэхену прямо в глаза. Вызывающе. Тэхен ответил тем же — долгим, внимательным взглядом, от которого у Чонгука внутри что-то дрогнуло. — Должен признать, ресторан выглядит достойно. — Спасибо, — Чонгук чуть склонил голову, принимая комплимент. — Если хочешь, проведу для тебя личную экскурсию. — Звучит так, будто ты пытаешься меня чем-то удивить. — Может быть. Но мне кажется, удивить тебя — задача не из лёгких. Тэхен слегка прищурился. — Ты прав. — Ну, тем интереснее, — Чонгук улыбнулся, откинувшись на спинку стула. Между ними повисло молчание — не неловкое, а напряжённое, наполненное каким-то странным электричеством. Тэхен вдруг поймал себя на мысли, что Чонгук снова умудряется пробраться ему под кожу. Чонгук медленно размешивал лёд в бокале с водой, не сводя глаз с Тэхена. В этом взгляде не было ничего вызывающего, но при этом он ощущался почти… интимным. — Всё-таки ты следишь за трендами, — заметил он, кивая в сторону ресторана. — Обычно ты ходишь в проверенные места. Тэхен чуть наклонил голову, изучая его. — Ты намекаешь, что я предсказуем? — Я говорю, что ты умеешь удивлять, — Чонгук чуть улыбнулся. — Кто бы мог подумать, что ты так быстро адаптируешься к переменам. Тэхен медленно сделал глоток кофе. — Иногда перемены неизбежны. — Или… они просто происходят сами собой, — Чонгук приподнял бровь, словно намекая на что-то большее. Их взгляды снова встретились. Тэхен был спокоен, но внутри чувствовал, как этот парень исподволь играет с ним, проверяя границы. Чонгук чуть наклонился вперёд, облокотившись на стол. — Вижу, ты всё так же держишься особняком. Как тебе моя работа? Тэхен позволил себе медленную оценку — сначала взгляд скользнул по интерьеру, затем снова вернулся к Чонгуку. — Достойно. Стильно. Безупречно выверено. Чонгук усмехнулся. — Это ты сейчас про интерьер… или про меня? Тэхен приподнял бровь, но не дал прямого ответа. — Ты любишь провокации? Чонгук чуть склонил голову, уголки губ дрогнули в ухмылке. — Только если они интересные. Тэхен выдержал паузу, затем наклонился ближе, позволяя голосу звучать чуть ниже, чуть тише. — Тогда тебе стоит быть осторожнее. — А то что? — Чонгук на секунду затаил дыхание. Тэхен позволил себе чуть дольше, чем нужно, задержаться на его губах взглядом. — А то можешь переоценить свои силы. Чонгук усмехнулся, но в глазах мелькнуло что-то другое. — Всегда был азартным человеком, — сказал он, откидываясь на спинку стула. — Разве не в этом суть хорошей игры? Тэхен сделал ещё один глоток кофе, а внутри него что-то дрогнуло. Этот мальчишка вырос. И теперь играл на равных. Чонгук смотрел, как Тэхен поднялся из-за стола, приложил телефон к уху и направился к выходу, даже не бросив прощального взгляда. Всё так же уверенно, всё так же сдержанно. Как будто эта встреча не задела его вовсе. Чонгук медленно провёл пальцами по ободку бокала. — Чёрт возьми… — пробормотал он себе под нос, бросая взгляд на пустой стул напротив. Его сердце всё ещё билось быстрее, чем должно было. Тэхен был не просто спокоен — он был чертовски непробиваем. Как будто между ними не проскочило этого короткого, напряжённого заряда. Как будто его взгляд, его едва заметная ухмылка ничего не значили. Чонгук усмехнулся, покачав головой. — Всё ещё такой же, — пробормотал он. Но это было неправдой. Тэхен изменился. В его глазах теперь не было той снисходительности, что раньше. Он смотрел иначе — оценивающе, изучающе, заинтересованно. Чонгук провёл языком по губам, вспоминая, как тот позволил себе задержать на них взгляд. Это была игра. Тэхен мог делать вид, что не поддаётся эмоциям, но Чонгук знал: никто не смотрит так, если ему всё равно. Он глубоко вдохнул, отбросив ненужные мысли. — Ладно, посмотрим, кто первым сдастся, — усмехнулся он себе под нос и сделал глоток воды. Чонгук провёл рукой по макету нового здания, слегка поправляя одну из деталей. Его брови были хмуро сведены — взгляд цепко выискивал даже малейшие недочёты. — Высота колонн должна быть одинаковой, — сказал он, не отрываясь от работы. — Они одинаковые, — неуверенно ответил один из стажёров. Чонгук выпрямился, скрестил руки на груди и бросил на него выразительный взгляд. — Тогда объясни, почему вот эта даёт тень длиннее, чем остальные? Парень замялся, не находя ответа, но Чонгук уже повернулся к чертежам. — Исправить. Срок — два дня. Если не справитесь, я переделаю сам. Он снова склонился над столом, забыв обо всём на свете. В такие моменты его ничто не могло отвлечь — он был сосредоточен, точен, собран. — Босс, вам кофе? — спросила его ассистентка. Чонгук машинально кивнул, даже не глядя в её сторону. — Чёрный. Без сахара. Рядом с ним раздался тихий смешок. — Как всегда. Чонгук только усмехнулся. Да, в этом он был предсказуем. Работа затягивала его, давала ясность, контроль. Здесь не было места эмоциям, которые колыхали его с того самого вечера у Намджуна. Но стоило ему хоть на секунду замереть, как перед глазами вставал чей-то взгляд. Глубокий, оценивающий. Чонгук сжал карандаш крепче и вновь погрузился в расчёты. Нет. Сейчас не время для этого. Хосок лениво помешивал коктейль, наблюдая за Чонгуком, который уже десятый раз за вечер потянулся к телефону, но так и не разблокировал экран. — Ты или напишешь ему, или перестанешь выглядеть как подросток, ждущий сообщения от первой любви, — хмыкнул Хосок, поднимая бровь. Чонгук отдёрнул руку, тяжело вздохнул и откинулся на спинку дивана. — Не неси бред, — пробормотал он, делая глоток виски. — О, да конечно, бред, — протянул Хосок с явной насмешкой. — Тогда объясни мне, почему ты весь вечер сам не свой? Чонгук закатил глаза. — Я в порядке. — Ты врёшь хреново, — усмехнулся Хосок. — Я знаю тебя слишком долго. И я вижу, что Тэхен тебя зацепил. Чонгук молчал. — Слушай, — Хосок подался вперёд, подперев подбородок ладонью. — Ты чего ждёшь? Вы оба взрослые, состоявшиеся мужики. Это не детская влюблённость, не запретный плод. — Это он так думает? — горько усмехнулся Чонгук. — Да плевать, что он думает! — всплеснул руками Хосок. — Сколько лет ты будешь ходить вокруг да около? Ему тридцать пять, тебе двадцать восемь! Ты больше не тот мальчишка, которого он помнит! Чонгук нервно сжал стакан в руке. — Думаешь, мне легко? — выдохнул он. — В его глазах я… — …не ребёнок, — перебил его Хосок, глядя прямо в глаза. — Он это уже понял. Вопрос в том, когда ты сам это осознаешь. Чонгук отвернулся, чувствуя, как в груди что-то неприятно сжимается. — Я не хочу разрушить то, что есть… — А что есть? — снова перебил Хосок. — Натянутое притяжение? Взаимные переглядки? Ты правда хочешь всю жизнь этим довольствоваться? Чонгук молчал. — Рискни, — серьёзно сказал Хосок. — Если он не дурак, он сам это поймёт. Рискни. Эти слова застряли в голове Чонгука. Зал был наполнен приглушённым светом, мягким гулом голосов и звоном дорогого стекла. Это был закрытый вечер для элиты бизнеса — круг избранных, куда попадали только те, кто действительно чего-то стоил в этом городе. Тэхен всегда чувствовал себя здесь, как рыба в воде. Он стоял в стороне с бокалом виски в руке, выслушивая очередного инвестора, когда вдруг почувствовал лёгкое напряжение в воздухе. И тогда он его увидел. Чонгук. Не в строгом чёрном костюме, не в обычных джинсах и рубашке, а в ослепительно светлом костюме цвета шампанского, идеально сидящем на его теле. Белоснежная шёлковая рубашка, расстёгнутая на две пуговицы ниже нормы, подчёркивала линию ключиц и загорелую кожу. Тонкая золотая цепочка поблёскивала в ложбинке между ключицей. Его волосы были уложены беспорядочно, но стильно, придавая образу непринуждённую сексуальность. Он улыбался — открыто, уверенно, с лёгким вызовом. Он двигался по залу так, словно это место принадлежало ему, а не собравшимся здесь акулам бизнеса. Женщины украдкой бросали на него заинтересованные взгляды, мужчины завидовали его лёгкости. Но Тэхен смотрел не как все. Он видел, как Чонгук с лёгкой насмешкой заглядывал в глаза собеседникам, как плавно двигался, словно танцуя в этом море дорогих костюмов и искусственных улыбок. Как будто всё это — игра, а он прекрасно знает её правила. И в этот момент Тэхен понял: он больше не может бежать от того что неизбежно.. Чонгук привычно вёл себя уверенно — лёгкая улыбка, расслабленные плечи, внимательный взгляд. Он общался с кем-то из гостей, когда к нему подошёл мужчина средних лет. Высокий, представительный, в идеально сидящем костюме, с благородной сединой на висках и лёгкой хищной улыбкой. — Я давно слежу за вашими проектами, — произнёс он, приглушая голос, словно создавая вокруг них интимное пространство. — Вы невероятно талантливы. Чонгук лишь вежливо кивнул, привычный к комплиментам. — Благодарю. Это всегда приятно слышать. — И не только талантливы… — Мужчина чуть склонился ближе, позволяя своим пальцам лениво скользнуть по манжету пиджака Чонгука. — Вы ещё и чертовски обаятельны. Это касание не было ни случайным, ни дружеским. Чонгук привык к флирту, но сегодня это было не просто безобидной игрой. Он чувствовал чей-то взгляд, сверлящий его издалека, и даже без оборачивания знал, кому он принадлежал. Тэхен. Он смотрел. Его взгляд был холодным, колючим, но под этой ледяной оболочкой скрывалось нечто более опасное — напряжение. Чонгук сделал вид, что ничего не замечает, но в следующее мгновение ощутил, как мужчина медленно, уверенно накрывает его ладонь своей, сжимая кончики пальцев. — Может, обсудим ваши проекты в более… неформальной обстановке? Но он не успел ничего добавить. Потому что ровно через секунду между ними возник Тэхен. Неожиданно, резко, всего в два шага — и он уже здесь. — Не думаю, что Чонгуку интересны подобные обсуждения, — голос его звучал спокойно, но в нём сквозил металл. Чонгук поднял глаза. Тэхен стоял слишком близко. Достаточно, чтобы почувствовать аромат его парфюма, достаточно, чтобы ощутить напряжение в его движениях. Его рука почти незаметно скользнула по запястью Чонгука, мягко, но бескомпромиссно оттесняя чужое касание. Вокруг всё ещё гудела вечеринка, смех, разговоры, но для Чонгука в этот момент существовал только этот взгляд. Обжигающий. Запрещённый. Мужчина в дорогом костюме кашлянул, скрывая замешательство, но в глазах его читался интерес — он явно понял, что нарушил чьи-то невидимые границы. — Что ж, не буду навязываться, — с лёгкой усмешкой сказал он и, попрощавшись, растворился в толпе. Но Чонгук не отвёл взгляда. Он смотрел на Тэхена, который стоял всё так же близко, всё так же напряжённо. — Ревнуешь? — негромко, но с вызовом спросил Чонгук. Тэхен чуть прищурился. — Если бы. Но Чонгук видел, как напряглась его челюсть. И от этого в груди разлилось странное, тёплое удовлетворение. — Если бы? — Чонгук повторил его слова с лёгким наклоном головы, с тем самым вызовом в глазах, который Тэхен помнил с детства. Тэхен знал, что нужно просто развернуться и уйти. Прекратить эту опасную игру, вернуться в привычное русло. Но вместо этого он протянул руку, обхватил Чонгука за запястье и потянул за собой. Уединённое место. Они зашли в небольшую комнату для персонала, едва освещённую мягким светом. Как только за ними закрылась дверь, Чонгук заговорил: — Что это было, Тэхен? Но ответом ему стало не слова — а движение. Тэхен не выдержал. Он схватил его за воротник пиджака, резко притянул к себе, и их губы столкнулись в поцелуе, полном запретной жадности. Чонгук не отстранился. Наоборот — он отвечал с той же страстью, с тем же отчаянным голодом, который копился годами. Губы Тэхена были горячими, требовательными, язык жадно вторгался в рот, вырывая глухие звуки, которые они оба не могли сдержать. Руки Чонгука скользнули по его груди, пальцы сомкнулись на лацканах дорогого пиджака, с силой сжимая ткань. Тэхен зарычал, словно зверь, которого выпустили на свободу. Но внезапно он резко отстранился. Тяжёлое дыхание. Расширенные зрачки. Губы, красные от поцелуя. — Это… — Тэхен провёл рукой по лицу, пытаясь взять себя в руки. — Этого не должно было быть. Чонгук усмехнулся, облизывая губы. — Но это случилось. Тэхен отвёл взгляд. — Это было ошибкой. Чонгук шагнул ближе, заставляя его снова посмотреть на себя. — Тогда почему ты всё ещё здесь? Почему не уходишь? Тэхен хотел сказать что-то, но Чонгук поднял руку и медленно провёл пальцем по его нижней губе. — Не ври мне, Тэхен. Ты этого хочешь так же, как и я. Тэхен стиснул зубы. Да. Чёрт возьми, да. Но признать это? Признать означало потерять контроль. Дверь в квартиру Чонгука захлопнулась с громким щелчком. Едва они переступили порог, Тэхен не выдержал. Он грубо прижал Чонгука к стене, его дыхание было горячим, сбивчивым, переполненным жаждой. — Чёрт возьми… — прошипел он сквозь стиснутые зубы, вглядываясь в тёмные, блестящие глаза напротив. Чонгук усмехнулся, проводя ладонями по его груди, вниз, к поясу брюк. — Ты до сих пор думаешь, что это ошибка? Но Тэхен уже не мог думать. Он сорвал с него пиджак, затем рубашку, обнажая горячее тело, которое он так долго пытался игнорировать. Чонгук резко толкнул его назад, заставляя отступить к дивану. — Ты всегда всё контролируешь, Тэ, — его голос был хриплым, низким, проникающим в самую глубину. — Но не этой ночью. И прежде чем Тэхен успел возразить, Чонгук накрыл его губы жадным поцелуем. Поцелуй был яростным, отчаянным, голодным. Тэхен сжимал его талию, впиваясь пальцами в кожу, как будто боялся, что тот исчезнет. Чонгук застонал в его рот, когда Тэхен перевернул их, нависая сверху, удерживая запястья над головой. — Я тебя уничтожу, — прошептал он, скользя губами к его шее. Чонгук рассмеялся, его дыхание срывалось. — Попробуй. Ночь прошла в огне. Они были беспощадны друг к другу. Жадные прикосновения, требовательные губы, жаркие стоны. Сбитое дыхание, горящие тела, сброшенная на пол одежда. Тэхен изучал его, как запретную территорию, которую давно хотел завоевать. Чонгук отвечал ему с той же страстью, с той же безрассудной преданностью. Они снова и снова теряли себя в друг друге, срываясь с грани, лишь для того, чтобы вновь подняться на вершину. Когда всё закончилось, Тэхен тяжело дышал, лежа рядом. Чонгук провёл пальцами по его груди, улыбаясь. — Теперь скажи, что это была ошибка. Тэхен закрыл глаза. Это не была ошибка. Это было неизбежно. В комнате царил полумрак. Лунный свет лениво скользил по обнажённым телам, сплетённым воедино в послеутренней неге. Дыхание замедлилось, сердца, которые несколько часов назад бешено колотились, постепенно приходили в норму. Чонгук лежал на боку, лицом к Тэхену, лениво рисуя узоры на его груди. Взгляд его был мягким, расслабленным, каким Тэхен никогда раньше его не видел. — Ты прекрасен, когда не думаешь слишком много, — пробормотал Чонгук, лениво касаясь губами его ключицы. Тэхен фыркнул, лениво перебирая его волосы. — А ты слишком болтлив, даже после такого. Чонгук усмехнулся, подтянулся ближе, закинул ногу на его бедро и прижался сильнее. — Я просто счастлив. Тэхен замер. Простые слова, но от них что-то перевернулось внутри. Он провёл пальцами по его спине, по линии позвоночника, скользнул вниз, обводя контуры тела. — Чонгук… Тот поднял голову, их взгляды встретились. — Что? Тэхен не ответил. Он просто наклонился и поцеловал его. Долго, нежно, так, как будто пытался запомнить вкус этого момента. Чонгук улыбнулся в поцелуй. — Знаешь, ты можешь просто сказать, что тебе хорошо. Тэхен закатил глаза. — Не слишком льсти себе. Но он продолжал гладить его, продолжал целовать, будто боялся, что с рассветом всё исчезнет. И исчезло. Утро, которое разбило магию ночи Чонгук медленно открыл глаза, потянулся, ощутив пустоту рядом. Холодная простыня. Глухая тишина. Он резко сел, осматривая комнату. Тэхена не было. Ни его дыхания, ни его голоса, ни даже тёплого следа на подушке. Чонгук сглотнул, провёл ладонями по лицу, заставляя себя не думать, не чувствовать. Но где-то внутри уже закрадывалась мысль: Он сбежал.