Божественное плетение

Нил ещё немного постоял, погружённый в размышления, но, подняв взгляд на Эндрю, осознал, что пора принимать меры. Джостен давно обучался у своей напарницы искусству работы с лечебными травами и был уверен, что сможет помочь Аарону. Однако, несмотря на все усилия, состояние Майкла оставалось тяжёлым. Почему же снадобье не сработало? Рыжий не имел чёткого представления о том, что за недуг поразил его пациента. После недолгих раздумий Нил произнёс: — Можно осмотреть его? Эндрю кивнул, но продолжал внимательно следить за действиями Джостена. Осмотрев парня, Нил понял, что без использования своих божественных сил он не сможет ему помочь. Блондин находился на грани жизни и смерти, и лекарю не хотелось видеть, как тот уходит из жизни так безжалостно. Юноша продолжал молчать, но затем осторожно дотронулся до лба Аарона двумя пальцами — указательным и средним. Он закрыл глаза, хотя Эндрю не мог этого заметить, и начал тихо шептать что-то. Это выглядело странно, словно шаман проводил ритуал над безжизненным телом. Вскоре Джостен закончил свои действия и надеялся, что Миньярд не заметил его ритуала. Выпрямившись, Нил не знал, что сказать: разве возможно вылечить человека просто сидя рядом с ним? Конечно же нет. Поэтому он молчал, пока блондин не заговорил первым: — Ну и? Это всё? Джостен обернулся и увидел Эндрю, который стоял в дверном проёме, облокотившись на косяк. — Да, — ответил рыжий. — Это всё, что я мог сделать... Если я закончил, то могу уйти? — Нил действительно выполнил всё, что мог, но Эндрю не спешил его отпускать, преградив путь. — Ты не медик, ты шарлатан. — Блондин не выглядел злым; возможно, он уже смирился с ситуацией, но не собирался пропускать лекаря. — Я медик! Просто у меня другие методы лечения! — И ты действительно веришь, что на этот раз он выздоровеет? Немного подумав, Нил кивнул в знак согласия. Однако парень не отступил и сказал, чтобы тот остался и сам убедился в своих словах. Выбора у Джостена не было; немного постояв в нерешительности, он развернулся и сел на стул рядом с кроватью Аарона, внимательно наблюдая за ним. Прошло около пятнадцати минут, когда к нему подошла девушка. Она немного поговорила с ним и помогла стереть засохшую кровь с лица. Барышня предложила переодеть его в чистую рубаху, так как старая была пропитана кровью, но парень отказался, решив, что ненадолго здесь задержится. Джостен был уверен, что Майкл вскоре придёт в себя и его состояние улучшится. Однако прошло уже несколько часов, а он всё ещё тупо сидел на стуле в ожидании чуда. Спина начинала ныть от долгого сидения, и парень решил немного размяться. Пройдя по комнате и обдумав ситуацию, он вновь обратил взгляд на Аарона и подошёл ближе к кровати. Блондин медленно начал открывать глаза. Спустя несколько десятков секунд он попытался что-то сказать, но его горло было сухим. Увидев кувшин с водой на тумбочке рядом со спальным местом, Нил быстро налил воду в чашку и вернулся к Майклу. Парень немного покашлял и изменил позу: сел, облокотившись спиной о стену. Рыжий протянул ему чашку с водой, но тут же испугался: вдруг сил у блондина не хватит удержать её. Поддерживая его в этом процессе, он заговорил: — Где Эндрю? И... кто ты вообще? Миньярд говорил всё более внятно и выглядел лучше. Джостен схватил его за подбородок и стал осматривать: проверял глаза и горло. Но парень начал вырываться и возмущаться: "Что происходит?!" В этот момент в комнату ворвался Эндрю и замер на месте. Нил даже не удосужился бросить на него долгий взгляд — он был слишком рад тому, что Майкл пришёл в себя. Блондин же сидел на кровати с широко раскрытыми глазами и недоумением смотрел то на брата, то на рыжего. — Аарон! — воскликнул Джозеф, подбегая к брату. Нил, почувствовав, что его присутствие больше не нужно, быстро спрыгнул с кровати, оставив братьев наедине. В этот момент в дверном проёме появилась Рене. Джостен надеялся, что она позволит ему выйти, но, похоже, решила дождаться завершения разговора между Эндрю и его братом. Сердце Нила пропустило удар: что же ему сказать? Что это был массаж, который волшебным образом вылечил Майкла? Да уж. Лекарь, прислонившись спиной к стене рядом с Рене, смотрел на братьев. Он не собирался углубляться в их разговор и погрузился в собственные мысли, пока Джозеф не подошёл к нему и, схватив за воротник рубашки, вытолкнул из комнаты, хлопнув дверью. — Ну что ещё! — воскликнул рыжий, снова получив удар древесиной об спину. Эндрю некоторое время просто смотрел ему в глаза, а затем, опустив руки, произнёс: — Понятия не имею, как ты это сделал, — начал он с грозным выражением лица, от которого даже Бог Войны слегка вздрогнул. — Но спасибо. Джостен молчал, а Миньярд отошёл на приличное расстояние. Поправив свои рыжие волосы, Нил тихо спросил: — Так, могу я идти? — Иди. — Спасибо, Нил, — произнесла Уокер на прощание, закрывая дверь за собой. В голове пронеслась мысль: "Слава Богу!" Но, осознав, о чем он подумал, парень быстро выбросил все мысли из головы и направился обратно в город. Он искренне радовался за эту семью и надеялся, что вскоре сможет повидаться с ними ещё раз — на этот раз без кулаков, конечно.

***

Чёрные волосы развивались на ветру, так же как и одежда: тёмная, скрытная, узнать какой человек находится под ней было нереально. Парень стоял на холме, открывая взору вид на город Тенебрис. Город был таким же мрачным, как и сам Кевин — темным и тесным. Узкие улочки, переплетавшиеся между высокими, угловатыми зданиями, казались лабиринтом, в котором легко заблудиться. Вечернее солнце, едва пробивавшееся сквозь облака, лишь усиливало атмосферу безысходности, создавая длинные тени, которые прятались в каждом углу. Кевин, облокотившись на холодный камень, наблюдал за жизнью внизу. Он видел, как люди спешили по своим делам, их лица были напряжены, а движения — резкими и неуверенными. Каждый из них, казалось, знал свою роль в этом мрачном спектакле, но никто не осмеливался поднять глаза к небу. — Натаниэль, Рико уже заждался тебя слишком долго, — произнёс он тихо, будто это могло помочь ему собраться с мыслями. Это была не просто встреча; это было нечто большее. Морияма, его верный друг и соратник, давно ждал его. Кевин знал, что время не терпит, и если он не поспешит, последствия могут быть катастрофическими. Собравшись с духом, Кевин надел черный капюшон на голову. Он всегда предпочитал оставаться в тени — это было его защитой и маской одновременно. Его лицо скрывалось под капюшоном, а глаза оставались единственным источником света в этом мрачном образе. Он убрал лук, который держал в руках, за спину и быстро скрылся с холма. Спускаясь вниз по склону, Кевин чувствовал, как его сердце бьётся быстрее. Каждый шаг приближал его к встрече Натаниэля с Рико. У него была важная информация — информация, которая могла изменить ход событий в Тенебрисе. Тенебрис всегда был местом загадок и тайн. Его улицы были полны слухов о предательстве и заговоре. Многие искали власти и влияния, но истинный контроль над городом оставался в немногих. Как только Кевин достиг нижней части холма и оказался на узкой улице, он почувствовал себя более уверенно. Здесь было темно и тихо, лишь изредка слышались звуки шагов прохожих или шёпот разговоров. Он двигался быстро и осторожно, стараясь не привлекать лишнего внимания.