Defusing bombs / Обезвреживая бомбы

«Почему ты продолжаешь мучить Бинхэ?» Слова должны были быть резкими, но звучали скорее устало. В его виде не было ничего мягкого и милого, на что можно было бы положиться; не ясно к лучшему это или к худшему, но его брат никогда бы намеренно не причинил ему боль. Всё, что остается – это устало смотреть. «Я защищаю тебя.» Шэнь Юань поднял бровь в вопросе. «Каким образом мучения этой милой маленькой булочки могут защитить меня?» «Ты не видишь как он смотрит на тебя.» Шэнь Цзю хмурится. «Он хочет тебя.» «Бинхэ? Хочет меня?» Недоверчиво спрашивает Шэнь Юань. «Это просто смешно!» У Бинхэ будет целый гарем женщин по одному его желанию, вся любовь мира – зачем ему хотеть Шэнь Юаня? «Ты говорил то же самое про Цю и посмотри, как всё обернулось. Я не позволю этому случится вновь.» Сердце больно кольнуло. «Даже если Бинхэ ‘хочет меня‘, как ты говоришь- » Тяжелый вздох, что он подавил, прекрасно показывал все его мысли об этой идеи. « -Он не стал бы навязываться мне. Он хороший мальчик!» «Он врёт тебе. Притворяется милым и ранимым, манипулирует твоей добротой, заставляет тебя тратить всю свою заботу на него....» «Ну, конечно.» Шэнь Юань моргнул. «Это нормально! Потому что- когда к тебе относятся с презрением и насмешками, ты учишься цепляться за доброту везде, где только её найдёшь. Я уверен, что если бы кто-то другой защитил его, он бы ходил за ним так же! Я не особенный, Цзю-ге: скоро он перейдёт на кого-нибудь другого. Если бы ты относился к нему добрее…. Ему не нужно было бы искать эту доброту везде.» «Ты винишь меня?! Этот маленький зверёныш может казаться безобидным сейчас, но что он сделает, когда его манипуляции достигнут пика? Он уже берёт всё что хочет- твою доброту, твоё внимание- вдруг он возьмёт что-то ещё? Я защищаю тебя!» «Цзю-ге, мне не нужна твоя защита.» Не такая, по крайней мере. И не сейчас. Если Бинхэ вернётся с Бездны полный желанием мести, тогда Цзю-ге может защитить его, но, если серьёзно, то Цзю-ге вероятнее всего станет целью в этом случае. Теперь настала очередь Шэнь Цзю тяжело вздыхать. «О, значит я просто выдумал первое десятилетие нашей жизни?» Взгляд Шэнь Юаня мгновенно похолодел. «И кто именно,» мягко поинтересовался он (мягко, потому что это опасно, мягко, чтобы почувствовать хоть немного контроля и безопасности в этой теме, мягко, потому что Цзю-ге никогда намеренно не навредит ему, но он может, он сделает, и уже сделал случайно), «Вытащил нас из поместья?» Цзю-ге дёрнулся. «Тебе не следовало делать это,» пробормотал он, «Ты..ты.. Я должен был защитить тебя. Я старший.» Взгляд Шэнь Юаня смягчился. «Всего на пару минут,» возмутился он со вздохом. «Цзю-ге, это… это не может больше продолжаться. Ты не можешь просто… мучить кого-то за то, что он может сделать! Бинхэ не А-Ло. Я знаю, что Нин Инъин называет его А-Ло, но это не значит, что он наш А-Ло. Он не имеет ничего общего с Цю Цзяньло. Он не сделает это со мной.» Его взгляд показался потерянным. «Не это.» «Если ты правда веришь в это,» Взгляд Цзю-ге же прожигал насквозь, «Тогда почему ты дёргаешься при каждом упоминании?» Шэнь Юань вздрогнул. «Я не..!» «Ты дёргаешься.» Говорит Цзю-ге, настаивая, «Ты игнорируешь это, но я тебя знаю. Ло Бинхэ пугает тебя.» Шэнь Юань судорожно вздыхает. «Ах, это… То, на что он способен, пугает меня,» Поправляет он, «Бинхэ вырастет хорошим, я знаю. И он заслуживает хорошего! Он заслуживает – всего наилучшего, этот милый белый лотос. Мир падёт к его ногам, и это будет его заслугой. И я просто- где наше место во всём этом? Какова наша роль здесь? Что он сделает со всем своим величием? Если ты будешь пытать его, если ты доведёшь его, однажды эта его добрая душа сломается! Ты не можешь просто- мучить кого-то и потом злиться на него за то, что он сорвался! Любой бы сорвался, это само собой разумеющееся! Может Бинхэ пугает меня, да, то, что он может сделать, но разве это причина ненавидеть его? Просто потому- потому что он может навредить нам? И даже если- даже если он навредит нам, что с того? Мы будем просто сидеть здесь и вести себя так, чтобы это давало ему повод для того, чтобы вредить нам, делало вид, что мы это заслужили? Он может навредить нам в будущем! А может и нет! Ты никогда не узнаешь, пока не дашь ему шанс и не будешь относится к нему с добротой!» Он тяжело дышал после всей этой страстной тирады, но глаза Цзю-ге всё ещё горели. Они оба знали, что проблема была в том, что Ло Бинхэ был метафорической бомбой, которую нужно было обезвредить; они просто в корне расходились во мнениях о том, как справиться с этой проблемой. Лотос, выращенный в яде, тоже станет ядовитым, но разве он не вырастет великолепным, если за ним ухаживать с заботой и любовью? (Он не хотел, чтобы его белый лотос стал ядовитым - он хотел, чтобы он цвёл, не испытывая боли прошлого). «Он пёс, Юань,» Шипит Цзю-ге, «И однажды, он укусит руку, кормящую его.» «Ах, Цзю-ге,» Вздыхает Шэнь Юань, внезапно ощущая сильную усталость. «Разве Цю говорили о нас не так же?»