Странная симфония Фёдора. / Fyodor’s Odd Symphony.

так они и провели тот день, сидя в чаще леса, где дядя Миша их и оставил, раздосадованный лёгкой неудачей. к вечеру выбрались, изрядно наговорившись – горло высохло, и дико захотелось домашнего молочка, которого у Коли дома всегда хватало. шли неспешно с Федей по дорожке, там, где скоро нужно было расстаться. Коля краем глаза ловил фигуру Фёдора – тот двигался привычно,как знающий лес на все сто. «сколько раз он гулял? возвращался один?» – Коля поёжился, хотя вечер был тёплым. а потом он вспомнил о бабушке, о времени, о том, как они волнуются, и резко, как для себя, так и для Феди, вслух стал задыхаться, хватая ртом воздух. – Коля! что с тобой? всё в порядке? – Фёдор наклонился, то как был наголову выше, к его лицу, смотря прямо в глаза. Коля кивает, но продолжает давиться. он чувствует руку Феди на плече. и, на спине: на всякий случай, если тот подавился. паника отступает ровно настолько, чтобы сделать один вдох. потом отпускает. он в волнении берёт Фёдора за руки. холодные, но крепкие и начинает теряться, оглядываясь по тёмным сторонам. – уже ночь! бабушка, деда.. веник железный, о боже... – подожди-подожди, давай ты сначала и по порядку. – сказал Федя слегка сжимая одежду под руками. – бабушка... мне нужно идти. быстро..сейчас. – Коля отдёрнул голову в сторону хаты, которой не видно на горизонте. Фёдор, видя, как тот не может прийти в себя, начинает щёлкать пальцами перед его лицом, зачитывая считалочку: – раз-два – замри, три-четыре – окуня пни. пять-шесть – окунь сожри. паника сменяется непониманием. Коля моргает. пустота в голове оказывается спасительной. – что?.. – я понял, что тебе нужно идти. и что-то там с дедом и бабой, но железный веник меня смутил.. так что, я с тобой. Коля хмыкнул с лёгкой грустной улыбкой. внутри разлилось тепло от мысли,что Фёдор идёт с ним. видимо, заботясь о его благополучии. – спасти меня намерен? а как же ну, темно, проводишь меня, а самому возвращаться далеко да и опасно. – со мной всё будет хорошо, не впервой. – в его голосе Коля уловил что-то – одиночество, которое Фёдор никогда не показывает, но которое въелось в него так же глубоко, как и привычный сарказм. Коля задумался. побыть вместе до отъезда очень хотелось, а это отличный шанс. но Фёдора оставлять одного – страшно. – давай я... – прикусил губу думая Коля, он часто начинал сначала говорить, а потом думать что сказать – попробую выбраться потом из дома, как уложаться и провожу тебя хоть немного, хотя бы после дома Миши, а там спокойнее. – хорошо. после этого они поспешили по привычным дорожкам. было тихо, звёзды уже высыпали, жучки красиво пели. издалека он услышал знакомый голос. бабушка звала его – голос охрипший, словно сил не хватало кричать. Коля узнал этот голос – так она звала его, когда он в детстве потерялся на ярмарке, и тогда она нашла его и целовала, целовала, приговаривая «живы будем, всё хорошо». сейчас в голосе было то же самое – страх и облегчение, смешанные в один комок. Фёдор потянул его за запястье, возвращая в чувства, после чего они сумели дойти до дома. у крыльца бабушка с дедом стоял дед, он поддерживал бабушку за спину, её рука держала платочек у сердца. Коля заметил, как побелели костяшки деда – он сжимался и самый был на нервах весь. увидев, а после и узнав знакомую фигуру, фигуры вблизи, бабушка завопила и бросилась по лестнице вниз, споткнулась на последней ступеньке, но удержалась. обняла внука и захныкала ему в кофту. Федя отодвинулся в сторону давая семье утехи наедине. бабушка пахла домом и пирожками и ещё чем-то горьковатым, вероятно,валерьянкой. запах был сильный и стойкий, от чего защипало глаза, и он на секунду забыл, как дышать.. от облегчения, от стыда, от того, как сильно он по ним скучал, хотя не прошло и дня. – Коленька! где ты пропадал.. боже, ты целый?.. – она стала ощупывать его лицо, плечи, руки – пальцы шершавые, в морщинах, дрожащие. не увидев ничего, зацеловала в щёки и вновь заплакала. Коля стыдливо опустил голову. «я заставил их так волноваться. я – из-за того, что убежал утром». – бабуль.. ты прости.. за нами просто... не успел он договорить и его отдёрнули за подмышку, дед. пальцы впились в ткань, и Коля услышал, как затрещал рукав по шву. – ты, засранец! где ты пропадал?! ты хоть осознаёшь, как бабу за тебя беспокоились?!! – дед тяжело дышал, слюни разлетались в стороны. лицо красное от гнева, который родился из страха, потому что показать, как ему было страшно, дед не умел. Коля знал это, но знание не помогало – от крика хотелось сжаться и стать маленьким-маленьким. – ты время видел, урод, а?! – не пугай его, деда! дай ему сказать. Коля тяжело задышал. как объяснить зачем убежал утром? «важная причина» – Фёдор. но разве они поймут? разве дед, который никогда не общался с ним сердцами сможет услышать? а понять? – там.. дядя Миша, он снова.. – его перебил звук замаха. удар. Коля упал на землю, колени ударились о камни, ладони скользнули по острой крошке. щеку пекло сначала холодом, потом жаром. ладони оказались расцарапаны – по коже, на обрывистых заветочках потекла местами кровь, он не поднял головы. «дед меня ударил», мысль, которая не укладывалась. дед, который учил его забивать гвозди, который никогда не поднимал так, в открытую, руку, сейчас ударил. «не дослушал! я же собирался всё объяснить...» – Коля смотрел на тёмную кровь, смешанную с землёй, и не узнавал свои руки. внутри что-то оборвалось –может быть, вера в то, что дом всегда безопасен. что дома всегда справедливые люди. дед всегда был в глазах Николая тем, к кому, как ему казалось, нужно стремиться, но сейчас, ещё раз взглянув, в нём щёлкнула лишь обида. – боже, что ты делаешь! не трогай его!! – бабушка прикрыла рот ладонью, голос сорвался на визг, которого Коля никогда от неё не слышал. бабушка крепко, что есть силы держала. она тоже не узнавала человека, с которым прожила столько лет. дед хотел пройти дальше, но жена не пускала, она его по плечу била и отталкивала, параллельно ругая. он тяжело вздохнул, пытаясь подавить гнев, сжав её ладони в своих. его руки дрожали – не от слабости, от желания ударить ещё. это было открыто, и очень ясно видно. этому помешал Фёдор. он резко толкнул деда в грудь, отстраняя, и скрестил руки на груди. Коля поднял голову не ожидая, что Фёдор вмешается. внутри кольнуло неловко чувствуя вину. он увидел как между теми воцарили заряды. а дед впервые взглянул на Федора за вечер. – а ты ещё кто. – произнес тот недовольно, растирая кулаки. бабушка узнала Фёдора. её руки снова легли на локти мужа когда она приводила его в себя. – это ж Федя.. подожди ж ты, старый пень. не трогай сынку. он же как наш Коля. Фёдор вскинул бровь от сравнения. внутри что-то ёкнуло, кольнуло и он взглянул на Колю. после он вздохнул: – я понимаю, вы обеспокоены. но вы даже не стали слушать его, а причина действительно сущая, послушайте хоть меня. но, не как его. меня вы бить право не имеете. дед хмыкнул, высвободился и пошёл на Фёдора. – да? особенный? что ты умеешь? типичный выродок, верующая крыса. Фёдор улыбнулся от такого грубого и прямого вынесения приговора. – какой вы приторно искренний. странно, что ваше "верующий" звучит как оскорбление. сами-то ходите в церковь каждую существующую неделю. – я верующий, но тебе не верю. уж знаю кое-что о твоём прошлом. Фёдор нахмурился. «что он знает? откуда?» – сердце пропустило удар, но он не подал виду. только желваки заходили ходуном. Коля следил с земли. его близкие никогда не примут Фёдора, тем более то дед. Федя вновь отвёл взгляд, который после опустился к Коле, на которого он сочувствующе взглянул, но ободряющее «сейчас я улажу» — это читалось в его взгляде. – сволочь, что ты так на него смотришь, так и что ты здесь вообще делаешь? – дед взглянул на Колю. – с моим Колей! – вдруг до него дошло, и он иначе посмотрел на Федю. в этом взгляде было узнавание. дед понял. – это ты портишь нашего мальчика.. это ты его забрал? курить?! чем вы занимались вообще! дед попытался схватить того за кофту, но, благодаря тому как Фёдор следил за языком тела, он отпрянул в сторону. он знал это движение – захват, замах. на Фёдора замахнулись кулаком, от чего тот еле прогнулся, был в шоке, отпрянул вновь. он не ожидал, что дед замахнётся на него, чужого. не своего. «он вообще кого угодно ударит?» – приговорил тот про себя. бабушка в ужасе за этим наблюдала и оттягивала деда, которого тот ее уже и не слушал. её голос сорвался, она уже не кричала, она выла. – старый! не трогай, он очень хороший мальчик, да и наш Коля! какой курит, ты зовсім.. – она держала плечи мужа всем телом, всеми силами и весом, но, не получилось. в очередном замахе деда в Фёдора, Фёдор отпрянул успешно, но Николай встал перед ним и принял удар по лицу – от чего звонко получил. боль была мгновенной, и такой знакомой, потому что второй раз за вечер. его щёки щипали так, словно ожог. но ему как кажется, нужно было это ощутить. дед шокированно взглянул на побитое лицо внука, он тут же спрятал кулак, в этот раз сожалея. Коля увидел, как побелели его губы. как дрогнули руки. дед испугался, себя. – за нами бегал дядя Миша, он пытался нас пристрелить с ружья, и мы весь день прятались в лесу. – голос Коли был ровным и уставшим. он больше не боялся, не деда, не наказания, ничего. нечего было терять? – ты такой же сумасшедший, как он. найди себе равных и с ними дерись... – всё. Коля не успел договорить – его схватили и потащили в дом. пальцы деда вцепились в плечо, и Коля почувствовал, как старые, натруженные руки тащат его внутрь, подальше от Фёдора. подальше от того, кого дед боялся больше, чем себя. Коля стал сопротивляться, он был почти с тем же ростом, что и дед, его наполнило тошнотой. Фёдор, шокированный тем, что Колю уводят, схватил его за руку и стал быстро договаривать недосказанное Колей. он чувствовал, как пальцы Коли дрожат в его ладони. – мы прятались от дяди Миши, он пытался вашего внука пристрелить. Коля спасал свою жизнь, а я – свою. я его друг. и Коля ваш очень хороший, правда хороший! бабушка дёрнулась при слове «друг». Коля понял, что она поняла – что это тот самый друг, про которого он говорил утром. тот, с кем он поссорился. тот, из-за кого плакал. бабушка взглянула на Колю а после и на Фёдора, взглянув на него иначе в этот самый раз. – так, всё, деда, успокойся. ну дай им хоть попрощаться. – никакого. Коля, ты будешь наказан. – сказал дед, пытаясь внука завести в дом, но тот вцепился в проход и не входил. Коля упёрся ногами в косяк. кеды скользили по дереву, но он держался. он не знал, зачем. просто не мог отпустить. а Фёдор не отпускал – он видел, как коля хмурится от боли в ладонях, а там их ещё и сжимают. он заметил кровь на пальцах коли, когда тот схватил его за руку. заметил, как побелели костяшки от напряжения. Фёдор в сочувствии сузил глаза и постарался переложить давление на запястья, а не на пораненные ладони. чтобы не причинять ещё большую боль. – успокойтесь, пожалуйста. Коля и так сегодня весь в стрессе, дайте пусть поспит и поговорите утром, как успокоитесь. – попытался Фёдор, непривычно уязвимым тоном. – обсудите всё.. Коля расстроенно взглянул на Фёдора в ответ. его глаза были полны нежности – той, которую он боялся показывать при всех. ему хотелось коснуться ладони Фёдора. но не сейчас, не при всех. особенно не при деде, который смотрит так, будто Фёдор грязь. – знаешь что, – начал дед, пытаясь зайти, резко отпустил Колю, сдавшись. – я не знаю тебя самолично и не желаю знать. но не смей портить моего внука. не подходи к нему, никогда. иначе правда убью. – выплюнул он, а кулаки его дрожали. – и не пожалею. нигде. Фёдор задумался, глядя на ладонь Коли. он смотрел на пораненную кожу, на ссадины, на кровь, которая уже по-тихоньку начала подсыхать, становясь тёмной, почти чёрной в свете лампы. ему хотелось успокоить его кожу – приложить холодное, промыть, перевязать. но Коле бы это боком вышло при родственниках. они и так уже в чём-то догадываются. с последним взглялом, Федя посмотрел на него. он помнил, что Коля сказал, что выберется что бы провести, но сейчас это казалось маловероятным. – портить его я не собираюсь. но обещать, что не буду подходить – не могу. я не обещаю того, чего сдержать не смогу. дед раздражённо посмотрел, но ничего не сделал, он в последний раз на них двоиз взглянул и, пошел в хату. бабуля ещё пару секунд постояла и взглянула расстроено на Колю. – Коль, йди в хату. – сказала она и тоже вошла в дом. Федор и Коля переглянулись, первым заговорил Коля, расстроено глядя. – тяжелый вечер, да. Федя помолчал в ответ лишь, он поближе слегка стал что бы поговорить свободнее, но также опасаясь, что за ними подглядывают. – тебе по роже понадавали, так ещё и собственный дед, безусловно не обычный день, как я понимаю.. то до этого подобных.. ситуаций не было? – неуверенно стоило ли спрашивать все же закончил Фёдор. тот хмыкнул и кивнул. – понятно. – Федя отвел взгляд. – тебе.. пора домой. как прощаться будем? Коля поднял взгляд на того, и тут же по сторонам осмотрелся, но самым важным были передние окна дома. было в мыслях попрощаться где-то в кустах, но закрытых мест не было. Федя понял по смятению Коли, что сейчас не стоило. он слегка коснулся запястья того, после сжал.