Ненавижу. Помню. Жду

— Я тебя ненавижу. Ваня молчит. Он сидит на холодных ступеньках подъезда, вытянув ноги вперед, глядя куда-то вдаль. Кирилл стоит рядом, кутаясь в куртку, лицо у него злое, губы сжаты. — Ты слышишь? — Кирилл пинает Ваню носком кроссовка в бок, но несильно. Ваня моргает, но не оборачивается. — Ага. — И что ты молчишь? — Я думаю, — Ваня чуть наклоняется вперед, кладет локти на колени. — В принципе, это справедливо. Кирилл шумно выдыхает. — Ты дурак. Ваня пожимает плечами. Он привык. --- Они не друзья. Никогда ими не были. Просто так вышло, что у них был один двор, одна курилка за гаражами, один и тот же маршрут до школы, а теперь и до работы. Ну и ладно. Кирилл говорит, что ненавидит Ваню раз в неделю, иногда чаще. Ваня улыбается и ждет, когда пройдет. Потому что проходит. Кирилл психованный, вредный, слишком громкий. Он всегда что-то доказывает — миру, себе, Ване. Ваня ни с чем не спорит. Он просто сидит рядом и слушает, как Кирилл в сотый раз говорит, что уедет в Питер. Ваня кивает. — Что ты киваешь, дурак? — Ну… уедешь. — Ты вообще меня слушаешь? — Ага. Кирилл щурится и отворачивается, закуривает, нервно постукивая пальцами по пачке. — Ты бы спросил, хочу ли я, чтобы ты меня слушал. Ваня не спрашивает. Кирилл говорит, значит, хочет. --- Как-то зимой у Кирилла мерзнут руки. Он хватает Ванину ладонь и запихивает к себе в карман. — Не думай ничего, просто мне так удобнее, — быстро бросает он. Ваня не думает. --- Кирилл уезжает в Питер в конце мая. Ваня приходит на вокзал, садится на скамейку напротив перрона. Он не говорит ничего, не машет рукой, не делает вид, что ему грустно. Кирилл его не замечает. Поезд отходит. Ваня сидит еще немного, а потом идет домой. --- — Я тебя ненавижу. Сообщение прилетает в июле, ночью. Ваня читает и улыбается. Он не отвечает. Кирилл все равно напишет еще.