Hunting Dogs of Montana

Прошёл месяц. Официально, к этому моменту было сыграно уже восемь матчей: с Чёрными Котами, Куницами, Зарянками, Красными Пандами, Ястребами, Незабудками, Сипухами и Буревестниками. И Псы идут очень даже хорошо со своим отношением проигрышей и побед: семь выигрышей, и только один проигрыш Ястребам. В общем, всё складывалось даже более, чем отлично! В целом, налаживалась жизнь и на личном фронте. Из того, что Тэтте заметил, Тачихара и Гин стали чуть ближе. Кажется, Мичидзо всё ближе подбирался к "женщине своей мечты", про которую прожужжал уши ему и Дзёно. Марк и Люси уже достаточно долгое время жили в гармонии, готовили парные костюмы на Хэллоуин. Тэтте еще раз встречался с Достоевским, когда Фёдор нагнал его и попросил передать Гоголю некоторые записи, когда Коля не пришёл в университет из-за простуды. И к слову о них, в последнее время Коля и Сигма реже появлялись среди своей компании, отдавая предпочтение компании Фёдора. Здесь, возможно, Суэхиро уже показалось, но Рюноске будто стал мягче по отношению к Хигучи. Нет, Рюноске в основном был со всеми строг (кроме сестры), но на последних тренировках он стал интересоваться её состоянием. Сказать о том, что она была на седьмом небе от счастья — не сказать ничего. Да и как будто стал с другими людьми ближе, не считая, опять же, сестры и Чуи, выступавшего для него своеобразным наставником. Нет смысла перечислять вообще всё, но одним выражением: команда стала сплоченнее. И Тэтте искренне хотелось верить, что это не временный эффект. Возвращаемся в реальность. Это была предпоследняя неделя октября, последняя неделя перед Хэллоуином. Погода последнее время стояла прекрасная: солнечная, спокойная, относительно тёплая. Почти вся листва деревьев и кустов давным-давно опала, во всю чувствовалась осень. И в честь того, что большая часть осеннего сезона была успешно пройдена, на этих выходных было решено организовать маленькую вылазку в лес: отдохнуть, расслабиться, насладиться природой перед тем, как все накроет снегом. Воздух был колющим и холодным, но пока не сжигал лёгкие. Тэтте стал всё чаще завязывать волосы в маленький низкий хвост, и на тренировках, и на учебе. В общежитии вообще мог просто заколоть чёлку наверх. Ацуши как-то сказал ему, что у него достаточно большой лоб, и потом боялся, что ему за эти слова прилетит. Но Суэхиро по большому счёту всё равго. Зато удобно. Очередная пятница. Но помимо планируемого на сегодня ещё одного матча, конечно же, есть ещё и учебное расписание. Тэтте сегодня был даже опрятнее, чем обычно. Надел любимую полосатую облегающую кофту, сверху простую чёрную футболку. Джинсы, кроссовки, в общем, всё по классике. Правда, в результате он совсем немного, но опоздал, но всё же препод, у которого была первая пара, был довольно лояльным, потому Суэхиро спокойно разрешили пройти и занять место. Не особо задумываясь, он приземляется возле одной из одногруппниц. Вроде, её зовут Мариссоль. Тэтте достаёт все принадлежности, и в момент, когда наконец тянется за любимой ручкой, понимает, что забыл её дома. И не остаётся ничего, кроме того, как... — Марисоль, — тихо окликаёт он её, на что она неохотно, но оборачивается. — Что?.. — Можешь ручку одолжить? — Извини, нету запасной. Тэтте немного и неловко молчит, прежде чем ответить. — Ладно, спасибо. В итоге Тэтте принимает решение забить, и просто писать карандашом. И, по идее, его это волновать не должно, но буквально через пару минут Суэхиро краем глаза заметил, как другой одногруппник попросил у Марисоль запасную ручку, и без проблем ее заполучил...

***

День пролетал незаметно. Раз — и уже обед, нужно идти, ведь Псы собираются вместе в столовой. Вероятнее всего, его уже ждут внизу. Наверное, одно из любимых занятий их компании — перемывать косточки за столом, жуя обеденную пищу в столовой для спортсменов. Тэтте уже и сам начал втягиваться, пусть и почти не болтал с остальными. Только слушал. А Ацуши, кажется, всё еще не мог смириться. — Тэтте! — окликнул его звонкий девичий голос. К нему уже во всю направлялась она: неотразимая Тэруко Оокура, самая яркая капитанша спортивной команды, которая словно собиралась не на учёбу, а на парижскую неделю моды. В джинсах клёш и сапожках на высоком каблуке, в длинной вишнёвой кружевной кофте и кожаной куртке сверху, в серьгах от Vivienne Westwood, словно настоящая киношная femme fatale. Рядом с ней шагал Осаму: конечно, не такой стильный, но зато высокий, и этим выделяющийся. Просто рубашка, брюки, любимое и затертое до дыр пальто и туфли. — Как раз тебя искали. Ребята доходят до Тэтте. Вокруг идут и куда-то спешат студенты, толпой обтекая три людские фигуры, стоящие посреди коридора. — Хотели тебя сопроводить, — улыбнулась девушка. — Ну, мне как раз было по пути. У меня сейчас пара была в западном корпусе, — Осаму задумчиво почесал затылок. Тэтте только усмехнулся. — Снова у мистера Вуд? Дазай издал лёгкий смешок. — Мамочки, даже ты уже его имя запомнил. Насколько я уши про него прожжужал... — Вполне достаточно, — саркастично цокнула Оокура, следом руками подгоняя парней, чтобы они двигались вперёд. Втроём они вписались в толпу и движение, продолжая его по направлению к лестнице на первый этаж. Сегодня насыщенный день был, видимо, не только у Тэтте, учитывая опоздания, сломанный будильник, суматоху и, так сказать, "интересные" занятия. Была только середина дня, а социальная батарейка уже стремительно двигалась вперед. Осаму и Тэруко звонко смеялись, пока обсуждали что-то своё и подначивали Тэтте. И в такой динамике они дошли до столовой, где их за столиком уже ждали Хигучи, Марк и Сигма. Последний как раз занимался приводом себя в порядок. — Всем доброго дня, — энергично поздоровался Дазай, пожимая Марку руку крепким дружеским рукопожатием. — А где остальные? Хигучи как раз отвлеклась от чтения конспектов, разбросанных по её маленькому уголку столика, чтобы ответить. — Ну, у Ацуши было занятие в другом корпусе, так что опаздывает, а Гоголь вроде был во внутреннем дворе с другими театралами. А вы здесь, — Ичиё оперативно начала складывать всю бумажную волокиту себе обратно в сумку, освобождая место. Суэхиро мельком кинул взгляд на другой столик, где уже сидели Дзёно, Тачихара и Гин. Про себя Тэтте подметил, что Сайгику с небрежными прическами смотрится красиво. Да и в целом, он хорошо выглядел в в лонгсливе с ремнём, джинсах с изящным узором дракона и цветов и паре кулонов, которые нацепил поверх. Вроде просто, но Тэтте то и дело на него поглядывал. — Боже, — внезапно выпалила Тэруко. — Я только вспомнила, что сегодня рыбный день... — Если не хочешь, могу съесть твою порцию, — дружелюбно ответил Суэхиро, занимая местечко на лавочке, кидая на него свою сумку. Оокура сразу же недоброжелательно на него покосилась. Вот что бывает, когда встречаются два человека с большими аппетитами. Марк, пережёвывая кусочек лосося, только тихонько посмеялся. Оставив свои вещи на скамье, компания направилась за едой. Сегодня на обед был вареный лосось, спаржа, варенный рис вперемешку с какими-то овощами. Вдобавок Тэтте только попросил у буфетчицы сахар, на что она странно на него взглянула, но дала сахар в маленьком бумажном пакетике. В ответ на это Тэтте лишь улыбнулся, а следом пошел к столу за уже удаляющейся туда же Тэруко. Пока они получали свою порцию, Гоголь и Ацуши уже подтянулись. Началась общая трапеза. Нужно было ещё успеть нормально поесть за отведенное время, хотя лично у Тэтте с этим проблем особо не возникало, так как ел он достаточно быстро, но из вежливости ждал, пока закончат другие. Не то, чтобы ему было интересно обсуждаемое за столом, если это не касалось предстоящего выезда на природу, которым Суэхиро полностью забил свои мысли, пока пережёвывал любимый рис с сахаром и лосося, политого специально купленным клубничным соусом. — Эй, — тихонько позвал его Марк. — Чего тебе? — отозвался Тэтте, даже не отрывая глаз от тарелки. — Захвати с собой плавки. Я знаю то место, куда нас собрались вести. Там недалеко есть классное озеро, — улыбнулся парень, говоря все еще шепотом. — Зачем? У меня нет возможности отказаться? — Возможность есть. А еще есть возможность не отказываться. Ты разве не хочешь выбраться на озеро ночью? И искупаться без лишних глаз? — Можно было бы. Но это опасно. — Тогда как знаешь. Я уже сказал, что тебе сделать, — хмыкнул Твен, после чего, как ни в чём не бывало, вернулся в оживленную беседу с Тэруко, Марком, Дазаем и Гоголем. Тэтте только сейчас поднял глаза, уставившись на Марка и слегка прищурившись, постепенно заканчивая с трапезой. Вдали от обсуждения держались Хигучи и Ацуши. Ичиё как раз уже закончила трапезу, когда взглядом пересеклась с Суэхиро. Он кивнул ей и указал рукой в направлении сбора подносов. Ребята синхронно встали и направились туда. В последнее время они мало разговаривают, что немного расстраивает Тэтте. Но сам он также остаётся в стороне, не спеша делать первый шаг. — Как дела с Рюноске? — внезапно спрашивает Суэхиро, сбивая сокомандницу столку. Хигучи удивленно взглянула на парня, после чего опустила глаза в пол. — Да нормально, вроде, — вздохнула она, нервно постукивая пальцами по донышку подноса. — Ничего. Просто ничего. Хотя у нас вроде и не должно что-то "быть". — В плане? — Я не понимаю, что у него на уме и как он ко мне относится. И не понимаю, понимает ли он меня и чего хочу я, — Ичиё наконец взглянула Тэтте глаза в глаза. — Он мне нравится, правда нравится: он точно мой типаж! Мне всегда нравился кто-то сильный, кто может меня защитить, кто-то надёжный и немного строгий. — На самом деле, мне показалось, что тебе просто нравятся властные, чёрствые и холодные, — невозмутимо ответил Суэхиро. Ичиё поджала губы. — Не называй его так, пожалуйста. Он хороший, я точно это знаю. Он тоже бывает милым и заботливым, так по-особенному, — именно так говорила Хигучи о объекте воздыхания, словно о недостижимой мечте. — Он совершенно особенный, не такой. Но Ева говорила мне, что должны быть какие-то "знаки", — тут она замолкла. — И я поняла, что знаков он мне не особо давал. А я бы так хотела нравиться ему, — уголки губ медленно поползли вниз. — Мы ведь так друг другу подходим! Не мог же тот комплимент ничего не значить. Здесь Тэтте не знал, что говорить. Вроде как, ему следует быть честным. Но перебивать Хигучи не хотелось. И не хотелось ранить так же, как объект воздыхания, который сначала отвешивает пощёчину на глазах у всей команды, а потом помогает управиться с травмированной конечностью. Честно, таких людей Суэхиро не любил: не нравилось, когда не знаешь, чего ожидать. А ему нравилась предсказуемость и размеренность. Потому, в голове крутился только вопрос: что Хигучи нашла в Рюноске? — Знаешь, существует ведь не только романтическая любовь, — задумчиво начал свой ответ Тэтте. — Тот комплимент мог быть просто комплиментом. У него могло быть много значений. Твои действия для него тоже могут быть не проявлением любви, — фразу "а фанатизмом" Суэхиро засунул в своей голове куда подальше. — Я не знаю как сказать, но он ведь не единственный. Либо поговори с ним, либо прими, что вам не суждено, — Тэтте лишь немного улыбнулся. — Ты хорошая девушка. Но если не найдёшь кого-то, то знай: защитить себя можешь ты сама. Судя по реакции Хигучи, ей не стало особо легче. Но она сказала лишь тихое: — Спасибо. Я попытаюсь.

***

Поздно вечером Тэтте с остальными уже собирал вещи для похода. — Ребят, вы не видели мои носки? С белым и чёрным котами, — смущённо спросил Накаджима. — Посмотри под кроватью Тэтте, я вроде их там видел, — спокойно ответил Сайгику, складывая в рюкзак запасную тёплую кофту. Тэтте, тем временем, держал в руках тёмные плавки, над которыми и размышлял. Точнее то он размышлял над предложением Марка, напрямую связанному с плавками. И, всё таки, решившись, он просто закинул их вглубь любимого рюкзака.

***

Выехали они рано, следующим утром, когда только-только начинало подниматься солнце. Приехали же они примерно в обед. Честно? Большую часть этого временного промежутка спала. Тэтте в том числе. Этой ночью было холодно, потому Тэтте, сидя с Хигучи, Сигмой и Гоголем на задних рядах, укрывались пледом, а утром грелись, разливая чай из термоса. Вместе, такой скромной маленькой компанией было, на удивление, очень приятно и уютно. Этой ночью Тэтте действительно согрелся и смог поспать, несмотря на лёгкий храп Николая. В 13:25 автобус остановился, и вся команда начала выходить наружу. Единственные моменты, когда они до этого останавливались — это на заправке, для того, чтобы быстро перекусить, сходить в туалет и в последний разок насладиться благами цивилизации перед окончательным отъездом. Так что, как только ребята стали выходить, то первое, что они начали — так это разминаться и ходить, оглядывая всё вокруг. Единственные, кому эта местность уже была знакома, это Марк и Люси, потому они были уже не так заинтересованы, как остальные. — Что за красота, — вздохнул Чуя, на этот раз собирая волосы в уже высокий хвост. Кто-то сразу же принялся все фотографировать. Разбежался народ в разные стороны, пока Тэтте только выходил из автобуса вместе с Дзёно, ступая на землю. Вместе они быстро друг друга оглядели, после чего отвернулись и направились к своим компаниям: Сайгику пошел в сторону Гин и Тачихары, а Суэхиро к Гин, Сигме и Тэруко. Фукучи громко похлопал в ладоши, обращая внимание всех на себя. — Так, все собрались в кучу, — громко провозгласил мужчина. — Сейчас нам нужно будет пройти ещё примерно километр или два пешком, от меня далеко не уходим, кепки и панамы все надели и не смейте мне здесь ныть пока идем. Ослушаться Фукучи было почти равносильно обоюдному согласию на дальнейшую неприятную лекцию и разочарование, а так же потере очков уважения, потому обычно мало кто шел на подобный шаг. Пусть он был даже больше не от того, что команда боялась своего тренера — напротив, Оочи, несмотря на шутки и подколы молодых, уважали и любили. Некоторым он даже заменил отца, в буквальном и переносном смысле: Марка и Люси Фукучи с Фукудзавой воспитали, выкормили и выходили, они действительно уже были как семья, а Тэруко к Фукучи была, очевидно, по-особенному привязана. Было тяжело не заметить это во время летних каникул. Возможно, если бы Тэтте и Фукучи были знакомы раньше, у них было бы что-то похожее. Но, увы, Суэхиро вырос без какой либо отцовской фигуры, и таковую в других мужчинах не жаждал признать. Возможно, это одно из главных упущений его жизни. Передав автобус знакомому, который должен был на следующий день приехать за командой, Псы выгрузили все свои вещи, и направились по направлению, которое им указал Фукучи, и которое ещё хорошо помнили его приёмные дети. Это была местами каменистая, поросшая травой и сорняками протоптанная широкая тропа, ведущая на восток, а значит, встречать первые лучи солнца они будут в первом ряду. Шли, ребята, неосознанно разбившись на групки. Впереди, с Фукучи, шли Люси и Тэруко. В центре или ближе к нему шли Хигучи, Акутагавы, Накахара и Накаджима с Дзёно. А Тэтте же затесался в конце замыкающим, в компании остальных парней. Обычно как раз именно в такие моменты дружба Коллинза и Гоголя хорошо себя проявляла, так и произошло: именно они с Марком в основном вели активную беседу, сами же её поддерживали. Осаму больше выступал наблюдателем, иногда вкидывая щепотку чёрного юмора. А Суэхиро просто смотрел и слушал, неосознанно впитывая в себя и наслаждаясь компанией. Ещё живя в Германии Тэтте любил ходить длинные дистанции бесцельно, так что один-два километра не стали для него проблемой, в отличие от некоторых. Прошло, сравнительно, немного времени. Но это стоило того, ведь местность, в которую Фукучи привёз команду, просто восхитительной. Какие открывались горные виды здесь, абсолютно замечательные замечательные: хвойный лес, душистые травы, и ни одной живой души. Тэтте в то время, пока они шли до того самого нужного "укромного местечка", смог сполна ими насладиться, пусть и не долго. А укромным местечком оказалась поляна, где с одной стороны был лес, а с другой — длинная река, уходящая на север. И всё это окружали горы и холмы. Свежий лесной и горный воздух заполнял лёгкие и кровь. Солнце высоко стояло над небосводом, сжирая все объекты под собой. А ведь это был октябрь, даже не сентябрь... Но именно на этих выходных погода была весьма сентябрьская. Листья пока ещё не опали, но начинали темнеть и желтеть. Было так же свежо и приятно. И по поляне было видно, что люди здесь уже останавливались. — Так, молодняк, раскладываемся, — сразу же начал Фукучи, когда подоспел за убежавшими вперёд ребятами. Со своих плеч он скинул мешок с палаткой, коробку из под мангала и прочие вещи. Так же поступили и остальные, кто нёс на себе хоть что-то: от рюкзака с личными вещами, до палаток, спальных мешков и пакетов с продуктами. Парней Оочи сразу запряг помогать и смотреть как ставить палатки и в целом обустраивать место для ночлега. Девчонок послали насобирать дополнительного хвороста по принципу "лишним не будет", а заодно и камней, чтобы было чем оградить костёр. Тэтте смотрел, как Хигучи медленно уходила вглубь леса, когда Фукучи заорал: — Ну чё ты как хлюпик блять? Крепче держи, а то все руки тебе отобью молотком этим дырявым! От такого у Суэхиро аш ёкнуло сердце, что заставило перестать его воздыхать по девушке и начать помогать делу. Потребовался примерно час, чтобы наконец расставить все палатки, всё расстелить и переходить к установке мангала. С этим Фукучи, при помощи Гоголя, справился достаточно быстро, после чего сел на свой любимый складной стул и закурил, скидывая с себя кофту и оставаясь в футболке. Погода всё еще стояла отличная, солнце высоко. Когда спросили насчет возможности зайти в реку, Оочи лишь пожал плечами: "вы, конечно, можете, но я не рекомендую". Подобный перерыв у тренера в итоге стал просто поводом перекусить и для остальных, потому команда стала рассаживаться вокруг насыпанного костра из древесины, хвороста, камней и земли. Кто-то растелал пледы и садился на них, кто-то садился на раскладной стул, как и тренер. Просто перерыв на отдых и перекус, чтобы спокойно дотянуть до вкусного ужина уже непосредственно вечером. Но в итоге это стало ещё и поводом для того, чтобы Фукучи начал рассказывать истории из молодости. Рассказывал о путешествии по Сахалину и поездке в Японию, про Колумбию и Гавайи. И это, конечно, было ну очень увлекательно, но Суэхиро не совсем интересовало, потому он просто вырисовывал узоры палкой по горстке жёлтого песка. После обеда все вновь разбрелись кто куда до поры до времени, пока дело не стало близиться к вечеру. Фукучи доверил разжигание мангала Осаму, Коле и Тэруко, а сам, взяв в охапку удочки с Марком, Гин и Тэтте, пошёл вниз по реке с целью ловли рыбы. Суэхиро, конечно же, никто не спрашивал, но он и сам был не против пройтись и порыбачить — благое дело, всё таки. И так они прошли достаточно далеко от лагеря, поудобнее устанавливая раскладные стулья, вёдра и беря удочки в руки. Твен с прелестями работы удочкой был уже более чем ознакомлен, потому Оочи принялся объяснять всё Суэхиро и Акутагаве, показывая на пальцах. — Та-ак, это сюда... Вот это — сюда... Вы смотрите? Но одного простого "мы поняли" хватило, дабы наконец окончить поток теории и приступить к практике. Тэтте закинул леску с крючком в воду, и сел в ожидании, что что нибудь да клюнет. Суэхиро смотрел вдаль, на противоположный берег, на котором хаотично росли сосны, ели и пихты. Смотрел на тихую прозрачную водную гладь реки, дно которой, в целом, можно было разглядеть. Там же росла своя экосистема, были видны камни и песок с глиной. Чувствовался свой, особый запах этой сырости, пресности и природы. И пока Тэтте наслаждался окружением, спустя примерно десять минут такого сидения, первый улов пришёлся на Гин. — Клюёт, клюёт! — заорал Марк, так, что пришлось аш немного прикрыть уши. Увидев то, как активно барахтается и противится рыба на крючке, и как Гин пытается урвать её, крепко держа удочку и тяня к себе, Фукучи ринулся ей на помощь, оказывая поддержку сзади. Парни остались лишь наблюдать со стороны. Благодаря усилиям двух людей хорошей комплектации, рыба была поймана. И, к сожалению, рыба оказалась далеко не такой большой, как хотелось бы. Животное быстро переместили в ведро, где ещё какое-то время оно продолжало биться в конвульсиях. — Так себе улов, — тоскливо глянула Гин, надевая новую приманку на крючок удочки. — Это только начало, так что, не унывать! — воодушевленно произнёс Фукучи, похлопав подопечную по плечу. — Не переживайте, мы в любом случае тут надолго. И чтож, Фукучи не соврал. За разговорами и слежкой за рыбой время тянулось сразу и быстро, и медленно, прям как переменчивое течение реки. Они просидели так до заката, даже чуть дольше. И только после того, как не полностью, да набили вёдра свежей рыбой, отправились обратно в лагерь.

***

Когда рыбаки вернулись, то Фукучи сразу же приступил к тому, чтобы начать жарить её и мясо, до этого уже порезанное на кусочки хозяйственными руками Люси. Ребята и сейчас трудились, заняв столик, на котором резали овощи, грибы и прочее прочее. Зато Дазай и Ацуши успели достать маршмеллоу, благополучно пожарить часть и начать скармливать себе и остальным, пока те занимались делом. Для жарки шашлыков Оочи позвал к себе Гоголя, видимо, доверяя его постсоветскому опыту и воспитанию. Тэтте же нашел себя в приготовлении салатов. За делом время и впрямь шло намного быстрее, потому что моргнуть глазом не успеешь — уже свечерело, и единственным источником света стал костёр и лампы, привезенные с собой и расставленные у палаток. Тэтте уселся на бревно. Рядом с ним сел Марк. Бревно напротив заняли Тэруко и Тачихара, которые переговаривались друг с другом о чём-то и весело хихикали, и Дазай с Чуей, который как раз помогал ребятам накладывать еду. На стульях расположились брат и сестра Акутагавы, старший из которых вновь спорил о чём то с Накаджимой. В этот раз о готовке. И здесь Тэтте был полностью согласен с Ацуши: прожаренное мясо лучше, чем с "кровью", которая на самом деле является просто мясным соком. Напротив Ацуши расположился Фукучи, а по бокам от него — Хигучи и Люси. Недалеко уселись и Сигма с Гоголем, уже распивающие безалкогольное пиво: ох, прелести достижения двадцати одного года. — Ацуши, доставай напитки, — приказал Оочи. Кто-то включил песню на колонке. Это была песня Little Sadie — Crooked Still. Суэхиро не особо вслушивался, но ему нравился ритм песни. — Подайте миску с салатом, пожалуйста, — попросил Мичидзо. — Хочешь анекдот? — поинтересовался Коля. — Давай только в этот раз не про расизм, — вздохнул Коллинз, пусть явно и не возражая. — А я вам рассказывал про то, как меня хотели депортировать? — начал шарманку тренер. Древесина и пламя аккуратно периодически потрескивали. Огонь приятно согревал своим теплом. Тэтте ел рыбу, которую сам же и вылавливал: было вкусно. Мясо было нежным, хорошо прожаренным. Мозг постепенно отключался под приятную мелодию, голоса, разговоры и собственные мысли, которые превращались в простую колыбельную для мозга. Тем более, уже стемнело. Но заснуть окончательно ему не дал действительно умиротворенный голос Марка. — Мне здесь нравится, — мечтательно прошептал парень, ковыряя милкой мясо от косточек. — Здесь так спокойно. — Понимаю, — на автомате ответил Тэтте. Ухо в остро. — Я давно не чувствовал себя так хорошо. Может, всё наконец налаживается. А здесь даже атмосфера подходящая, — заговорил он, неловко улыбаясь. Тэтте медленно перевел на него свой постепенно загорающийся любопытством взгляд. — Это ты к чему? Марк немного помолчал, вздохнул, но позже нашёл в себе силы ответить. — У меня хреновое предчувствие, — он самоиронизирующе и болезненно усмехнулся. — Не знаю, может быть нахватался от Хигучи с её "не делай то, не делай это, это плохо кончится", — небрежно процитировал Марк, явно передразнивая. — Но мне становится страшно. Всё ведь только-только наладилось, и, в самом деле, я бы не хотел это всё так быстро потерять. Выпалил Твен на одном дыхании. Он осмотрел свои ботинки, руки, и перевел взгляд на Тэтте. — Не хотел бы я умирать молодым. — По тебе и не скажешь, — без особых раздумий произнёс Суэхиро, отводя взгляд и пережевывая салат. — Я знаю, — Марк лишь печально улыбнулся. Так между ними повисла тишина. После подобного откровения было непонятно, что ещё говорить, что отвечать и чего ждать. Но и здесь Марк нашел, что спросить: — Скажи, Тэтте... — интригующе начал парень, пальцами нервно постукивая по бревну. — Если я умру, ты будешь меня вспоминать? — Ты не умрёшь, — спокойно и даже немного безразлично ответил Тэтте. — Лучше отбрось такие мысли, серьёзно. Или расскажи про это Коё, думаю, она поможет, — хмыкнул он. — Но я не знаю, что тебе сказать. — Спасибо за честность, — натяжно ответил Твен, вновь переводя взгляд вдаль, на Люси. Суэхиро тоже переключил своё внимание на нечто другое. На шелест и хруст травы, чужие ноги в кедах, уносящие куда то тело и мужской силуэт, удаляющийся без слов. Суэхиро привстал. — Ты куда? — выгнул бровь Марк. — Схожу, проветрюсь, — Тэтте поднялся, быстро прихватил с собой пластиковый стаканчик с налитым безалкогольным напитком и отправился за Дзёно, который отошёл от лагеря на пару метров, но всё еще недалеко, чтобы в целом быть в зоне видимости и не потеряться. Тэтте осторожно подошел сзади, глядя на Сайгику, оперевшегося на дерево и положившего на свой лоб руку, тяжело дыша. — Дзёно, — начал он. — С тобой все нормально? — Нормально, просто голова заболела от всех этих разговоров, от шума, — болезненно выдохнул Дзёно сквозь зубы. — Нужно отдышаться. На это Тэтте ничего не ответил. Только спросил: — Может, тебе воды? Могу минеральную попросить открыть. — Не нужно, — на этот раз уже раздраженно ответил Дзёно. Хотя бы не погнал вон. — Просто нужно перевести дух. — Как скажешь... На этой почве их неловкий диалог закончился. Простояли они вместе минут пять, может десять, может пятнадцать. Но после того, как Дзёно почувствовал себя плюс-минус в норме, он пошёл обратно в лагере. А Тэтте остался, провожая взглядом.

***

Глубокая ночь. По крайней мере, судя по окружающей обстановке и тому, что все окружающие сейчас находятся в глубокой фазе сна, словно убитые. Кто-то похрапывал, кто-то что-то бормотал и посапывал, а кто-то спал спокойно. Тэтте тоже встал, но как то получилось, что на автомате встал заранее, по какому то сигналу организма. В палатке с Тэтте спали Тачихара, Сигма и Коля. Суэхиро, благо, удалось спокойно переодеться в плавки, не разбудив никого из соседей, и сверху уже надеть свою обычную одежду. А так же держать на готове рюкзак с полотенцем и сменным бельём, когда снаружи палатки показались силуэты Марка и... Гин? Без лишнего шума Тэтте стал выбираться из палатки, как только увидел их снаружи, прихватив с собой фонарик. Но только тогда он заметил, что кое-кого в палатке не хватает... — Додумался же сам вылезти, — съязвила Гин, светя фонариком куда то в траву. — Ага. Только почему ты с нами идёшь? — Буду следить, чтобы вы не утонули. Додумались же в одиночку пойти купаться ночью, — презрительно хмыкнула девушка. Марк только тихо посмеялся. — Нужно быть тихими. — Очевидно. Кстати, вы не видели Тачихару? — внезапно полюбопытствовал Тэтте, вновь заглядывая внутрь палатки. — Может, отлить пошёл? — Марк лишь пожал плечами. — Не знаю, не видела его. Тэруко тоже как в воздухе испарилась. От второго предложения стало даже немного не по себе. И ведь никто не слышал ничего подозрительного. Когда они вообще успели уйти? Гин прервала тишину: — Не маленькие, разберутся. Может у них ранний брачный период, кто их знает, — развела девушка руками. — Идём. Нам бы в идеале вернуться втечение часа. Ребята начали движение на северо-запад. Марк указывал им правильный путь, ориентируясь на свою память. Тэтте, на всякий, пытался помечать маленькими ништяками дорогу из лагеря, дабы не заблудиться. Шли они недолго, Тэтте и Гин даже не успели надавать Марку по шапке за то, что он завел их в какие-то дебри, как Иван Сусанин поляков (что забавно, ведь, насколько Тэтте знает, у Тачихары присутствуют польские корни), как они вышли к озеру. Это было достаточно большое и свиду глубокое озеро, поверхность которого хорошо освещалась отражаемым бледным светом луны. Тэтте с Гин и опомниться не успели, как Марк побежал к берегу, попутно скидывая с себя одежду и с разгону прыгая в воду. Раздался мощный плюх, Акутагава и Суэхиро лишь быстро переглянулись друг на друга, после чего Марк крикнул: — Тэтте, давай ко мне, если не зассал! "Вода, должно быть, сейчас холодная" единственное, что мельком успело пронестись в черепной головке парня, прежде чем провода перемкнуло и он не последовал примеру Марка, скидывая с себя одежду, рюкзак и разгоняясь, чтобы громко и далеко прыгнуть в воду. Со всех сторон его сразу же окутал холод и маленькие пузырики воздуха. Спустя пару секунд после погружения Суэхиро всплыл, встречаясь лицом к лицу с Марком. — Холодно! — Да хорошо! Это же ты топил за ЗОЖ? Вот, будешь закаляться! — в голос засмеялся Твен, руками толкая воду и заставляя брызги полететь в сторону Тэтте. Тэтте такое отношение к себе терпеть не стал, потому сразу же проделал тот же жест. Плескались они активно, яростно и очень долго. Это стало их настоящим соревнованием. Но напоминание в виде холода дало понять, что долго задерживаться в воде не стоит, потому после волны мурашек по телу они пулей выскочили на сушу. Гин скинула их вещи в одну кучу на берегу, а когда они вышли, то дала им полотенца, чтобы они благополучно обтерелись и прикрылись, пока переодевались. — Боже, холодрыга, — у Тэтте стучали зубы, пока он пытался обтереться и согреться. — Попрыгай, вдруг поможет, — поржал парень, но вдруг тоже замолк. Гин, глядя на двоих оболтусов, лишь закатила глаза, и поспешила достать из сумки термос. В тандеме с махровыми полотенцами, плюс-минус теплой одеждой и горячим чаем, ребятам удалось согреться быстрее, чем ожидалось. Когда же они согрелись, то, не задерживаясь, они направились обратно к лагерю. Шли они уставшие, невыспавшиеся и желающие поскорее очутиться в тепле и покое, потому шли в тишине. И когда они уже были на, примерно, середине пути к лагерю, со стороны раздался подозрительный шорох листьев и треск веток, а потом показался и свет и неожиданные незнакомые силуэты. Увидев друг друга, все от испуга и шока громко заорали, причём одновременно — эффект получился в пять раз жёстче. — Тачихара? Тэруко? — первой успокоилась Гин, приводя себя и остальных в чувства и направляя на ребят фонарик. — Вы то что тут делаете? — Это вы что здесь, блять, делаете? — крикнула Тэруко в ответ вопросительно. Протерев глаза, Тэтте заметил, что ребята были в пижамах, куртках и в уличной обуви: забавное, конечно, сочетание, но не ему их за него осуждать. — Мы искупаться ходили на озеро, — ответил на вопрос Марк. — Тэруко, вопросом на вопрос не отвечают, — устало процедила Гин, переводя взгляд на Тачихару, который лишь рукой вопросительно указал на себя и сделал удивлённое выражение лица: "кто? Я?". Мичидзо сразу же поспешил оправдаться. — Да мы просто гуляли, совпало так, что нам обоим на новом месте не спится. — Зато по лесу гуляется хорошо, — саркастично ответил Тэтте, разбавляя обстановку. — Почему бы нам всем тогда просто не вернуться в лагерь? Мы как раз туда и направлялись. Вся собравшаяся компания переглянулась между собой. Видно, после такого дня и ночи спорить и разрешать что-то сил не осталось ни у кого. Тэтте просто пожал плечами, и решил самостоятельно пойти куда шёл. Остальные же постепенно стали идти за ним. Но втайне, всю оставшуюся дорогу до лагеря, Тэтте про себя хихикал со сложившейся ситуации.

***