Perceptions, and what we make them

      Алисента Хайтауэр - уже далеко не та хорошенькая юная девушка, с которой Рейнира когда-то играла в богороще под сенью древнего чардрева, ела пирог и плела цветочные короны, хихикая над придворными и слушая игры бардов. Тогда она была самой близкой спутницей Рейниры, уступая лишь кузенам Веларионам, но сейчас ее не узнать в той девушке, которая когда-то читала Рейнире сказки о королеве Нимерии и утешала ее, когда та теряла брата за братом. Некогда прекрасные медовые локоны стали ломкими и седыми раньше времени, девичья стройность превратилась в нездоровую худобу, когда она пыталась оставаться хорошенькой юной компаньонкой, на которой женился король. Нежные орехово-зеленые глаза, в которых когда-то горела кроткая, застенчивая теплота, теперь пылали безумием и ненавистью.       Они никогда не летали по всему миру и не ели одни пирожные, и Рейнира тоскует по тем простым дням, но ни одна из них уже не та девушка, которой была когда-то. Слишком много между ними было теперь, слишком много лет горечи и амбиций.       « Алисента», - торжественно произносит она, когда сир Гаррольд вводит ее в апартаменты бывшей королевы. Несколько служанок, нагруженных подносами с чаем и пирожными, молча следуют за ней, суетясь вокруг. «Давненько нам не удавалось просто посидеть и поговорить».       « Ты...» начинает Алисента, но, похоже, отсутствие агрессии со стороны некоронованной королевы застает ее врасплох. Ее поза, все еще настороженная, слегка расслабляется. «Зачем ты здесь, падчерица?»       « Садись, пожалуйста», - отвечает она, жестом указывая на кресла и оправляя черные юбки вокруг себя, расправляя плечи и выпрямляя спину в царственном виде. «Я пришла поговорить о прошлом и будущем». Они так часто сидели вместе, когда-то, когда Рейнира была совсем юной, маленькой и одинокой после того, как Веларионы покинули двор в результате возвышения ее отца до наследного принца, а Алисента была одной из служанок ее матери, моложе остальных, со сладким, музыкальным голосом, подходящим для всех добрых сказок. Когда старый король был прикован к постели, именно юная Алисента читала ему на ночь, скорее всего, это была еще одна манипуляция Отто Хайтауэра, но тогда девочка была еще ребенком, ее чудесный голос утешал старика, прогнавшего семью ради короны, а потом, когда прадед Рейниры скончался, королева Эмма Аррен перевела Алисенту Хайтауэр в маленькую свиту Рейниры, чтобы она была ее сопровождающей.       Ее мать, должно быть, уже тогда ощущала давление, ведь она больше не была просто женой принца и чувствовала груз ожиданий, когда их семья обретет следующего короля Таргариенов. За свое недолгое правление она родила и недоносила множество сыновей и дочерей, никогда не страдавших от амбиций ее отца, желавшего закрепить свой род и правление, и это убивало ее. С единственной дочерью, которая родилась маленькой и болезненной, но все равно жила, набираясь сил с годами, и буйным братом, которого он не мог контролировать, отец одним махом лишил Рейниру всех радостей: убил ее мать, изгнал дядю и украл единственного друга.       Рейнира долгие годы ненавидела Алисенту за это предательство, будучи еще слишком юной, чтобы понять, что Алисента, которой было всего пятнадцать, скорее всего, боялась будущего так же, как и Рейнира, и что корнем ее ненависти был не гнев, а обида. Теперь, став взрослой женщиной, она яснее видела, что действия Алисенты были продиктованы не ее собственными амбициями, и понимала, что за последующие годы ей, скорее всего, так и не удастся узнать много нового, но она также видела, что Алисента причинила себе столько же вреда, сколько и ей, если не больше, за иллюзию власти и защиты, которую давало ей звание королевы-матери.       Возможно, дело было не только в этом, но там, где раньше они могли рассказать друг другу все, что угодно, годы возвели между ними толстую, непроницаемую крепость. Они никогда больше не доверят друг другу ничего столь хрупкого, как свои самые сокровенные мысли и страхи.       Вдова отца, все еще колеблясь, садится, не беря предложенный чай, пока сама Рейнира не отпивает из своего. Это восхитительно пряная смесь, которую производят на Драконьем Камне, и один из главных товаров острова после соли и драконьего стекла. Она сделана из редких вулканических трав, растущих в пепле, и творит чудеса с напряженными нервами и мышцами.       «Мой отец мертв, - без обиняков сообщает Рейнира бывшей королеве, - и лорды и леди королевства едут в Королевскую Гавань, чтобы увидеть меня коронованной королевой». Она наблюдает за тем, как напряглись костлявые плечи Алисенты, как гневно сверкнули зеленые глаза, слишком холодные, чтобы быть похожими на Таргариенов, несмотря на то, в какой Дом она вышла замуж.       Она сомневается, что Алисента когда-либо считала себя членом их Дома. Скорее всего, она даже никогда не думала о себе как об Алисенте Таргариен, а только как об Алисенте Хайтауэр, как и все остальные жители королевства.       Рейнира спокойно спрашивает: «Что ты собираешься делать теперь, Алисента?»       « Эймонд - законный король», - прохрипела ее некогда подруга, сжимая в руках хрупкую чашку. «Королевство никогда не склонится перед узурпатором».       «Нет, не склонится», - просто отвечает Рейнира. « Эймонд никогда не станет королем, как не мог им стать и Эйгон. У моего отца было двадцать лет, чтобы изменить порядок престолонаследия, но он так и не сделал этого».       Губы Алисенты сжались в тонкую бледную линию, когда она попыталась сказать: «По законам Семерых и Королевства, наследство переходит к старшему из живущих сыновей. Эймонд послушен и благочестив, он станет прекрасным королем и принесет мир в королевство».       Рейнира даже не пытается подавить горький смех. «А вот тут ты ошибаешься, Али», - говорит королева вдове-консорту. «Корона - закон, и по королевскому указу короля Визериса Первого трон и все титулы перейдут к его старшему живому ребенку, дочери, чье наследство будет защищено Законом о вдовах королевы Алисанны. Мне». Рейнира наклоняет голову, словно дракон, изучающий свою пищу. «Игра окончена, Алисента, а ты никогда не была больше чем пешкой. Тебе больше нечем играть».       «Я королева...!»       «Ты была королевой-консортом, - перебивает Рейнира, - но твоя корона была потеряна, как только скончался мой отец. Лишь по моей милости ты все еще здесь, а не отправлена в монастырский дом или к Молчаливым сестрам, твои дети объявлены бастардами, а ты - шлюхой моего отца».       «Я лишь исполняла свой долг!» восклицает Алисент, слова льются так, словно она годами ждала, чтобы прокричать их на весь мир. «Я делала то, что велел мне отец. Я трудилась и жертвовала собой ради своего Дома и своего мужа, как велели боги, и родила ему сыновей, к которым он относился как к пустому месту, в то время как ты попирала честь, добродетель и праведность, считая, что все это ничто, ниже твоего хорошенького башмачка! Как и всегда!»       «Тебе было пятнадцать, Алисента, - признает Рейнира, - едва ли ты была женщиной, скорее ребенком. Твоему отцу не следовало отправлять тебя в постель короля, как и моему отцу не следовало укладывать тебя в постель. Тебе следовало бы выйти замуж за красивого рыцаря-землевладельца, который был бы ближе к твоему возрасту, но наши отцы использовали тебя и надругались над тобой, как это делали мужчины на протяжении многих веков. Но ты не просто их жертва, больше нет, не с тем выбором, который ты сделала с тех пор».       «Я не сделала ничего, кроме своего долга...»       «Даяна, - говорит Рейнира не своим голосом, возражая, - Лили. Эсси. Сильвана. Мара. Таяна. Уиллоу. Энни и Хетти. И еще десятки других, я вела алфавитный список, когда, где и сколько раз, если тебе нужны доказательства. Но, конечно же, - ее голос стал насмешливым, - они были обычными женщинами, верно? Служанки, шлюхи и бастарды, стоящие меньше из-за своей низкой крови. А как же Церелла Ланнистер, Патриция Редвин, Мириель Пик? Ты допускала и даже участвовала в страданиях всех этих девушек». Лицо Алисенты бледнело с каждым именем, которое она перечисляла, с каждым обвинением. Рейнира нашла всех этих несчастных девушек, которых Алисента угрозами заставила замолчать и отослала прочь, и дала им новую жизнь на Драконьем Камне, Ступенях, а теперь и на Железных островах, где они могут жить в мире и получать более высокое образование, чем им когда-либо предлагали раньше. «Знаете ли вы, что у Эйгона было около двадцати бастардов в Блошином конце? Большинство из них даже не были наречены, прежде чем их продали в бойцовские ямы или бордели, чтобы их матери могли прокормить себя. А как же Джейхейра и Джейхейрис? Геймон и Мейлор? Все они твои внуки, независимо от положения их матерей». Всех детей, которые еще жили, Рейнира уберегла от несчастной судьбы, ибо валирийская кровь, даже разбавленная, была редкостью, а они были ее родной крови. Все они получат справедливую жизнь, шанс повысить свой статус за счет ученичества и обучения. «Даже Эйгону и Эймонду, которых ты воспитала так, что они стали чудовищами, причиняя боль женщинам и детям, потому что именно этому ты их учила, позволяя им сбежать без последствий, которые они могли бы извлечь из этого. А Хелейна и Дейрон? Все они родились из твоего чрева, и ты обращалась с ними не лучше, чем твой отец обращался с тобой».       «Ты настроила их против меня!» слабо обвиняет Алисента, и Рейнира хмыкает.       «Ты права, - говорит она, не стыдясь своих грязных поступков и манипуляций, потому что Алисента поступала точно так же, - я это сделала. Но и ты тоже».       «Я люблю своих детей!»       «Значит, ты любила их недостаточно», - прямо говорит ей Рейнира. «Ты была жертвой, да, но ты также стала виновной, и все это было лишь фантазией. И теперь у тебя ничего не осталось». Алисента смотрит на нее, слезы текут по ее бледным щекам, она сотрясается от тихих рыданий, и многолетние иллюзии рушатся вокруг нее. «Скажи Эймонду, чтобы он отказался от погони за короной, и ты сможешь спасти его от казни за измену. Он никогда не станет королем, но я позволю ему сохранить голову в качестве члена Ночного Дозора, где ему больше никогда не позволят причинить вред маленькой девочке. Его сыновья были исключены из линии престолонаследия из-за его собственных действий, но у них будет будущее без него, а его брак с новой женой расторгнут. По просьбе брата Алис Риверс будет помилована и вернется в Харренхолл, но ребенок, которого она носит, если он выживет, станет подопечным короны. Скажи своему сыну, чтобы он преклонил колено, и я позволю тебе прожить остаток жизни в твоей любимой Звездной Септе в качестве септы Алисенты, вместо того чтобы лишить тебя языка за предательский шепот перед отправкой в качестве Молчаливой сестры».       Каждая ложь, которую она говорила себе все эти годы, сгорела в драконьем огне, и, пораженная, Алисента со слезами на глазах склонила голову и кивнула. Ничего не оставив, кроме своей жизни, Алисента Хайтауэр тихо уходит в ночь, лишившись драгоценностей и титулов, не имея больше тех роскошеств, которые давал ей, дочери бедного второго сына, брак, когда она забралась в постель короля. В изгнании ей предстоит дожить остаток своих жалких дней в компании лишь молитвы и своих преступлений. Вторая жена короля Визериса Первого останется в истории безымянной, безликой женщиной из исчезнувшего Дома, а сам король, слабый, хрупкий человек, запомнится лишь как незначительная деталь по сравнению со своей дочерью, первой правящей королевой Вестероса, но далеко не последней.       Королева Рейнира Таргариен, Первая в своем имени, Королева Драконов, Отрада королевства, и ее король-консорт Лейнор Веларион открывают эпоху беспрецедентного экономического роста Семи Королевств и их народа. Запомнившаяся своей милостью к бедным, измученным и осиротевшим, а также своими подвигами на своей золотой леди, когда ей приходилось сталкиваться с трудностями, она становится легендой во плоти, символом силы, на которую способна каждая женщина, даже если она борется за себя и своих детей, за свои права и притязания на всех фронтах. Она рождает еще несколько поколений женщин, способных править собой, и когда она уходит из жизни, ее окружают дети, внуки и правнуки. Король Джейкейрис Таргариен, Изумрудный король, и его жена, королева Бейла Смелая, сменили ее на долгие годы ношения короны, следуя по стопам матери, чтобы укрепить фундамент, оставленный Рейнирой, и продолжить начатые ею расширения и проекты. Ее любимая драконица, Сиракс Золотая Леди, станет позже драконом одной из наследниц престола Лейны Таргариен, старшей из шести дочерей короля Джейкейриса и королевы Бейлы.       Королева Солнца, королева Лейна Первая своего имени, и ее супруг, принц Рейгар Мартелл, сын принцессы Алиандры и ее мужа-драконоблюстителя, лорда-адмирала Алина Белейриса, завершают объединение Вестероса, скрепляя его кровью и свадьбой своей младшей сестры Рейнис со старшим братом-близнецом короля-консорта Рейгара, будущим правящим принцем Дорна, принцем Рейгелем.       Эймонд Одноглазый затерялся в записях Вестероса, его судьба неясна, и только три сына-бастарда, Геймон Флауерс, Мейлор Уотерс и Эйгон Риверс, продолжают его род, но каждому Таргариену рассказывают полную историю. О том, как, будучи отправленным на Стену, опальный принц ускользнул от своей охраны, купив небольшую рыбацкую лодку, чтобы тайно добраться до восточного побережья Драконьего Камня, где, высокомерный и питаемый иллюзиями собственного величия, словно вновь пришедший Завоеватель, он попытается присвоить себе дракона Каннибала, считая себя избранным Семерыми, которых его мать так послушно привечала. О нем больше никогда не услышат - его сожрет дикий черный дракон, хотя его третья жена, провозгласив себя королевой-колдуньей, попытается привлечь на свою сторону других во имя своего младшего внебрачного сына - и потерпит неудачу. Вскоре после этого Каннибал улетел на восток, влекомый каким-то неведомым инстинктом, и больше его никогда не видели, хотя некоторые отважные искатели приключений, проплывающие мимо разрушенного валирийского побережья, рассказывают о тени, затмевающей солнце, в виде большого черного дракона с глазами цвета дикого пламени.       «Действительно ли мы происходим от Зеленой Супруги?» спрашивает юный наследный принц Джейхейрон, маленький серьезный Джон, у своей матери, вдовы принца Рейгара, принцессы Лианны Старк, когда она укладывает его в постель после долгого дня, проведенного ребенком у подножия Железного трона вместе с его суженой, наследной принцессой Дейнерис, послушно изучающей, как королева Рейла держит двор.       Лианна, вторая жена Серебряного принца и мать единственного оставшегося в живых внука Рейлы, нежно откидывает с бледного лица сына его черные кудри, напоминая себе, что, хотя ее сыну всего шесть лет, он быстро растет, как и его дракончик, Визерион. «Да, это правда, мой маленький волчонок. Но тебе не стоит бояться Зеленого проклятия, ведь мы уже много поколений как избавились от него, и духи Королевы Драконов и ее Морского Дракона защищают тебя».       «Как они защищали тебя и бабушку», - со знанием дела говорит Джон, слишком проницательный для своего возраста. «Я слышал, как Визерис говорил об этом на тренировочном поле с Эллирией и Ренли, о том, как его отец обижал бабушку, а мой женился на тебе, когда ты была слишком молода. Ты чуть не погибла из-за него. Он так сказал - и что поэтому Рейнис и Эйгон тоже умерли, и почему Muña всегда такая печальная. Это правда?»       Лианна печально вздыхает, желая, чтобы ее мальчик навсегда остался юным и невинным, защищенным от жестокости прошлого, как она могла бы вплести счастливые концы в свои истории. «Что-то вроде этого, дорогой», - говорит она ему, обещая: „Я расскажу тебе всю историю, когда ты подрастешь“.       Там, где другие дети жаловались бы, Джон только вздыхает - ужасно важный звук для такого маленького тела. «Как скажешь, мама».       «А я говорю», - поддразнивает Лианна, ткнув пальцем в его маленький носик. Он так похож на нее, некоторые говорят, что он слишком красив, чтобы быть мальчиком, но она видит и Рейгара в его меланхолии и долгом молчании, когда он размышляет о слишком глубоких для его маленького тела мыслях. Он тоже дикий, в нем бурлит волчья кровь, когда его удается оторвать от учебы, чтобы он присоединился к своим кузенам на тренировочном поле под ласковыми наставлениями Утренней Звезды. «Ну что ж, детеныши, пора спать, иначе завтра вы будете слишком усталыми, чтобы тренироваться с Визерионом, и Дени будет разочарована».       Большие серо-индиговые глаза становятся еще больше при упоминании о том, что он может разочаровать или расстроить свою любимую тетю, и Джон зарывается поглубже в свои одеяла и меха. Несмотря на свой ум, он еще так молод, и такие моменты, как этот, доказывают это. «Не позволяйте ей и Блекфайру начинать без меня! Я хочу лететь раньше нее!»       Смеясь над соперничеством сына, Лианна поправляет ему одеяло и целует в лоб: «Не позволю. Но только если ты будешь спать».       «Да, мама», - послушно отвечает ее малыш, и Лианна с нежностью улыбается, откладывая в сторону книгу детских сказок Таргариенов, которую она читала Джейхейрону, подаренную ей лордом Веларионом, а также множество других, собранных по всем Восьми Королевствам от многочисленных ветвей Дома Таргариенов для их маленького Волчьего Дракона. Ее собственные северные сказки передавались из поколения в поколение - традиция, заложенная много поколений назад королями ранней Зимы, не жалевшими хвороста для своих очагов.       Возможно, Нед и Бен помогут ей собрать сказки в свой собственный фолиант для предстоящих именин Джона, когда они будут в Столице со своими семьями - Нед и Ашара из Рва Кейлин, а Бенджен и Дейси с Медвежьего острова. Брандон, скорее всего, не пожелал бы украшать своим присутствием Красный замок - не после того, как он едва не лишился жизни, и уж тем более не там, где ему придется изображать ответственного лорда, в то время как он желал лишь охотиться в Волчьем лесу.       «Спокойной ночи, мама, - сонно пробормотал Джейхейрон.       «Спокойной ночи, милый», - тепло говорит Лианна, задувая свечу у его кровати.       Джон мягко улыбается, что заметно даже в тусклом свете луны. «Спокойной ночи, Muña».       Из дверей спальных покоев их сына доносится смех Элии, красивый и теплый, как солнце: «Спокойной ночи, милый». Лианна присоединяется к подруге в дверях, обе принцессы смотрят, как дремлет их малыш, и кивают сиру Джейме, который сменяет сира Барристана на время ночного дозора.       «Он скоро уснет», - с нежностью говорит Волчица, и Элия тихонько смеется, а золотые глаза Лианны встречаются с голубыми.       «Без сомнения», - говорит старшая женщина, целуя ее бледную щеку, с которой ее собственная бронзовая кожа составляет восхитительный контраст. «В конце концов, он твой сын, а вы оба так любите спать».       «Мы не можем вставать вместе с солнцем. Мы бережем силы», - смеется Лианна, соединяя их руки, пока две принцессы, которых свел вместе один и тот же мужчина, но которых скрепила любовь, расцветшая после этого, идут по направлению к своим апартаментам. «Для охоты».       С самого начала Элия, обремененная горем по своим мертвым детям, ненавидела девушку, с которой ее муж, брак с которым был закреплен десятилетиями союза, тайно сбежал и зачал ребенка. Сиры Артур, Ашара и Нед увезли ее в Столицу, чтобы спасти от ревнивого Роберта Баратеона, узнавшего об их расторгнутой помолвке, и обнаружили, что Эйрис, узурпированный и запертый в Твердыне Мейгора много лет назад женой, над которой он когда-то издевался, сбежал из заточения, убил двух своих единственных внуков и почти убил старшего брата Лианны, а также навязал себя королеве. Сама Элия, хоть и болезненная от природы, все еще была принцессой-воином Дорна, и именно она убила безумца в отместку за своих маленьких Рейнис и Эйгона, но это никогда не вернет ей утраченного.       Она видела в Лианне причину хаоса, который позволил их доброму отцу сбежать, причину, по которой муж, которого она, возможно, и не любила, но заботилась о нем, вступил в поединок с Робертом, в результате которого погибли они оба. Элия хранила эти чувства до тех пор, пока Лианна не легла на родовое ложе. Лианне было всего пятнадцать лет, и она была напугана, едва не погибнув при появлении на свет Джейхерона Таргариена, ее милого Джона, и в этот момент явилась Элия, ангел в оранжевом шелке, и взяла ее за руку, дав Лианне силы, необходимые ей для жизни.       В будущем их сын будет нести на своей голове корону, а на плечах - пророчество, но сейчас он был всего лишь младенцем, которого успокаивали во сне рассказами об их истории. Однажды он взлетит на спине своего золотисто-кремового дракона и поведет Королевство против угрозы, которую предвидели его предки, но это случится лишь через много лет, пока слова его песни еще не написаны.