Последний танец

Пока ты сидела там и смотрела, как твои друзья танцуют свой первый танец в качестве супружеской пары, твоё сердце сжималось в Тебе пришлось оторвать глаза, вместо этого сосредоточившись на бокале вина в твоей руке. Сегодня не должно было быть так; это должен был быть счастливый день празднования любви вашего друга, но как ты могла праздновать любовь, когда ваша собственная любовная жизнь только что развалилась всего несколько часов назад? Разговор с Сын хёном снова и снова прокручивался в вашей голове. Это был как и любой другой день — волнение от того, что твои двое друзей наконец-то связали себя узами брака, повисло в воздухе. Это побудило тебя задуматься о вашем будущем с Сын хёном. Вы были вместе уже четыре года. Это были не самые простые четыре года, но каким-то образом, каким-то образом, вы всегда проходили через другой конец сильнее, чем когда-либо. Вот что такое настоящая любовь. Каждый день с ним заставлял тебя влюбляться еще сильнее. Не было никаких сомнений, что ты хотела быть с этим мужчиной до конца своей жизни, поэтому ты высказала ему это.В ту секунду, когда ты сказала, что желаешь выйти замуж в один прекрасный день, может быть, даже завести детей, он побледнел. Все его тело напряглось,руки Хёна выскользнули из галстука, который он пытался затянуть. Когда он посмотрел на вас и сказал: «Я не думаю, что это когда-нибудь будет в наших планах. Брак — это не то, чего я когда-либо хотел», ваше сердце упало в живот. На самом деле, это должен был быть разговор в начале ваших отношений, но вы были так поглощены друг другом, что некоторые важные разговоры, такие как этот, терялись по пути. Его слова ранили тебя глубоко, так глубоко, что это привело к тому, что вы двое поссорились. Это заставило тебя думать, что он не любит тебя достаточно, даже когда он пытался объяснить, почему он не хочет жениться. Поэтому, когда вы уезжали на свадьбу, все обидные и обжигающие слова, которые были сказаны между вами, висели в воздухе, вы знали, что это начало конца. Сидя за столом, ты кружила остатки напитка в стакане, поднося его к губам, чтобы сделать глоток. Когда ты это делала, ты встретилась взглядом с Сын хёном, который сидел за столом и разговаривал со своими товарищами по группе. Ты не оторвала взгляд, когда он что-то сказал им, а затем направился к тебе. «Эй», — тихо сказал Сын хён, протягивая тебе руку. «Потанцуешь со мной?» Твои глаза скользнули по его руке, нерешительность пробежала по твоему телу, но ты все равно взяла ее. Он повел тебя на танцпол, его руки нашли твои бедра, обхватив твои вокруг его шеи. Играла медленная песня, Сын хен нежно покачивал вас двоих в такт. Сейчас было слишком больно смотреть на его лицо, вместо этого сосредоточившись на его обуви, но он не позволил этому длиться слишком долго, его тонкие пальцы потянулись, чтобы поднять твой подбородок, чтобы посмотреть на него. Когда ты снова встретилась с его глазами, ты могла видеть боль в них, отражающую твою собственную. Он знал так же хорошо, как и ты, что это был конец для вас двоих. Боже, как это было больно. Твое сердце физически чувствовало, как будто оно разрывалось надвое. «Сын хён...» — начала ты, но он тебя перебил. «Давай просто... насладимся этим моментом, ладно?» — голос хёна дрогнул, когда он заговорил, нежность в сочетании с глубоким тоном проникали прямо в твое разбитое сердце. Он притянул тебя ближе к себе, твое тело прижалось к его, а твоя голова лежала у него на груди. Его сердце билось так же быстро, как и твое, его рука нежно потянулась к твоей голове, чтобы погладить твои волосы. Это успокаивало, но этого было недостаточно. Это только причиняло тебе еще большую боль. Знание того, что это последний раз, когда он будет держать тебя вот так, что он когда-либо будет так близко к тебе? Этого было достаточно, чтобы довести тебя до слез.Когда ты позволила им упасть на его пиджак, он знал, что ты плачешь, зажмуривая свои собственные глаза. Сынхен не боялся плакать, он никогда не боялся, но сейчас ему нужно было быть сильным ради тебя. Когда он позже остался один, он позволил бы слезам пролиться, но сейчас его главным приоритетом было убедиться, что ты получила от него хоть немного утешения. Когда песня закончилась, и ты отстранилась, чтобы посмотреть на него, он продолжал обнимать тебя, его большой палец скользил по твоей нижней губе. «...Мне жаль, что я не могу дать тебе то, что ты хочешь». «Я знаю», — прошептала ты. Он посмотрел на тебя так пристально, словно запоминал все твои черты, зная, что больше никогда не сможет смотреть на тебя так. Прежде чем он успел взять себя в руки, он наклонился, и его губы встретились с твоими в медленном, страстном поцелуе. Его руки обвились вокруг твоего тела; его руки раскинулись по твоей спине, когда он вливал в поцелуй каждую унцию своей любви. Любовь была не проблемой; его собственные проблемы с обязательствами были.Твои пальцы играли с волосами на затылке, Сын хён вздохнул. Он не сказал ни слова, когда отстранился, ему это было не нужно. Вместо этого он просто взял твою руку в свою и вывел тебя наружу. Если он собирался попрощаться, то он собирался убедиться, что это будет то, что вы оба сможете запомнить. Вот так ты и оказалась на заднем сиденье машины, рубашка Сынхёна была полурасстегнута, твоя где-то спереди, когда ты сидела у него на коленях, обхватив руками его лицо, пока ты жадно целовала его. Его руки скользнули по твоей спине, расстегивая твой бюстгальтер. Он быстро оказался где-то в машине, его взгляд мгновенно упал на твою грудь. Его голова опустилась, его язык кружился вокруг твоего соска. Твоя рука запуталась в его волосах, хриплый стон слетел с твоих губ, когда он творил свою магию. Медленно ты потерлась бедрами о его, чувствуя, как его растущая длина трётся о твой центр. Слава звездам, что ты решила надеть юбку, и только барьер твоего нижнего белья мешал. Это было хорошо, но этого было недостаточно. Он был нужен тебе, он был нужен тебе, как воздух. Его губы проложили влажные поцелуи вдоль твоей груди и ключиц, пока не достигли твоей шеи, прикусив ее, чтобы оставить свой след. Возможно, это был последний раз, когда он мог обладать тобой вот так, но он все равно хотел, чтобы весь мир знал, что ты была его. Ты потянула его за волосы, потянув его обратно к своим губам. «Если это последний раз, просто... дай мне все, пожалуйста». «Все, что хочешь, детка», — пробормотал он, проводя большим пальцем по твоей щеке, когда он снова прижался губами к твоим. Его рука скользнула под твою юбку, нырнув под нижнее белье. В ту секунду, когда его пальцы коснулись твоего чувствительного центра, он сдержал стон от того, насколько ты была мокрой. «Ты всегда так готова для меня». Его пальцы скользнули между твоими складками, покрывая пальцы твоей смазкой, прежде чем он втолкнул два пальца внутрь тебя. Вторжение заставило тебя задохнуться, его пальцы задали медленный, мучительный ритм. Он качал их внутрь и наружу, твоя голова упала на его плечо, когда ты прижалась к его руке. «Хён, пожалуйста..». «Пожалуйста, что?» Его голос был глубоким, гулким шепотом тебе на ухо, только усиливая твое возбуждение. «Используй свои слова, детка». «Больше. Мне нужно больше. Я...» Слова, казалось, выскользнули из тебя, особенно когда он внезапно ускорил свои движения, его пальцы погружались и выходили из твоего тесного тепла. Ты заскулила, бедра покачивались вместе с ним. Он был полон решимости довести тебя до грани экстаза, его свободная рука запуталась в твоих волосах, грубо откинув твою голову назад, когда его губы нашли твою шею. Ощущение его пальцев глубоко внутри тебя и мягкие укусы вдоль твоей ключицы были достаточными, чтобы заставить тебя двигаться по спирали. Ты простонала его имя, прикусив его плечо, когда ты кончила на его пальцы. Он не сдавался, проводя тебя через твой оргазм, пока не почувствовал, как твое тело обмякло напротив его. Только тогда он вытащил свои пальцы из тебя, поднося их к своим губам. Он устроил представление, засунув их в свой рот, чтобы попробовать тебя на вкус. Его глаза почти закатились к затылку, хриплый вздох сорвался с его губ. «Ты всегда восхитительна на вкус, принцесса». Его распухшие губы коснулись твоих, сладкий вкус тебя задержался на его губах. Он нежно потянул твою нижнюю губу, прижимаясь своими бедрами к твоим. Ты могла чувствовать, как он был тверд, как он был отчаян и Боже, ты так сильно хотела, чтобы он был внутри тебя. Чувство было очень взаимным, его член жаждал быть глубоко погребенным внутри тебя. Он на мгновение приподнял твои бедра, расстегивая пуговицу на своих брюках, когда он поднял свои собственные бедра, чтобы стянуть свои брюки и боксеры с ног достаточно, чтобы освободиться. Он зашипел, когда прохладный воздух коснулся его эрекции. Облизав губы, ты наклонила голову вниз, его рука мгновенно приблизилась, чтобы подтолкнуть тебя ближе к его длине. Твой язык метнулся, дразня его кончик, вкус его преякулята заполнил твой рот. Он застонал, издав глубокий хриплый звук; этого было почти достаточно, чтобы снова отправить тебя в спираль. Пульсация между твоих ног снова вернулась, когда он потерял все свое терпение и насадил твою голову на себя. Твои губы обхватили его член, забирая в рот как можно больше его части. То, что ты не могла вместить, ты обхватила рукой. Ты начала покачивать головой вверх и вниз, вдавливая щеки. С прикрытыми веками он наблюдал, как ты глубоко впускаешь его в свое горло, удерживая голову там.Сын хён издал сдавленный стон, его бедра инстинктивно подтолкнулись к твоему рту, заставив кончик его длины удариться о заднюю часть твоего горла. Твоего задыхающегося звука было почти достаточно, чтобы заставить его кончить тут же. Вместо этого он оттащил тебя от себя, его большой палец вытер уголки твоего рта. Ты выглядела живописно, твои губы были опухшими, слезы пощипывали уголки твоих глаз. Это был один из способов, которым он всегда будет вспоминать тебя в одинокие ночи, когда он больше не сможет тебя иметь. «Ты мне так нужна», — прошептал он, и боль в его голосе была словно нож в сердце. «Даже если это в последний раз, я просто... Ты мне чертовски нужна ». Ты ничего не сказала, вместо этого ты спустила нижнее белье вниз по ногам, снова оседлав его. Ты взяла его в руку, расположив у своего входа, прежде чем опуститься на него. Ты застонала, приняв его целиком в себя, сидя на его толстой длине, чтобы дать себе время приспособиться. Его пальцы впились в твои бедра; голова откинулась назад, когда он посмотрел на тебя. «Ты такая красивая. Я... люблю тебя». Ты прижалась лбом к его лбу, зажмурив глаза, словно было слишком больно даже смотреть на него после того, как ты сказала, что знаешь, что будет после того, как все это закончится. Несмотря ни на что, ты тихо ответила. «Я тоже тебя люблю». «Не двигайся. Пока нет. Я... просто хочу смотреть на тебя... чтобы сохранить эту картинку в голове», — его палец пробежался по твоей челюсти, его глаза пронзили твои теперь, когда ты открыла их. «Ты всегда была лучшим, что когда-либо случалось со мной, и ничто этого не изменит». Ты позволила этому моменту задержаться между вами, зная, что вам обоим это нужно. Твои глаза сканировали его лицо, запечатлевая в памяти его темные, великолепные глаза, сильную линию подбородка и идеальные губы. Медленно, но верно ты начала поднимать бедра вверх, а затем опускать их. Его руки на твоих бедрах направляли твои движения, от прекрасного мужчины перед тобой исходили тихие хриплые стоны. Он наклонился, его губы захватили твои в жгучем поцелуе. Его язык скользнул между твоими приоткрытыми губами, язык переплетался с твоим, когда ты набирала темп. Собственные бедра Сынхёна подпрыгнули в твоих, его губы не отрывались от твоих. Одна из твоих рук обхватила его щеку, его мягкая кожа покраснела от твоего прикосновения. Кряхтения и стоны, исходящие от него, были одними из твоих любимых звуков, по которым ты так сильно скучала. «Я так близко, детка», — выдохнула ты, твои бедра начали терять ритм. Сынхён воспринял это как сигнал, чтобы обнять тебя, уложив на плюшевое сиденье машины. «Тсс, позволь мне позаботиться о тебе», — прохрипел он, его тело накрыло твое, когда он поднял твои ноги, чтобы обернуть их вокруг своей талии. Он вошел в тебя жестко и быстро, твое тело двигалось с силой его движений. Ногти царапали его спину (теперь твоя очередь пометить его как своего), боль от этого заставила его застонать. Он всегда любил, когда ты так делала. Он чувствовал, как твои стенки сжимают его, давая ему знать, что ты близка. Поэтому он опустил подушечку большого пальца вниз, потирая твой клитор маленькими кругами. Его губы шептали «Я люблю тебя» напротив твоих, когда он перешел к медленным, глубоким толчкам. Вот и все. Ты больше не могла терпеть, твои стенки сжимались вокруг него, твои губы пели его имя, как молитву, когда ты кончала. Он не сводил глаз с твоего лица, наблюдая, как твой оргазм поразил тебя,это было одно из самых горячих событий, которые он когда-либо видел. Он поддерживал свой ритм, но вскоре сбился, услышав, как ты прошептала, что любишь его. Он замер, его бедра прижались к тебе, когда он кончил, опустошая тебя с глубоким стоном. Сын хён рухнул на тебя, ваши скользкие от пота тела прижались друг к другу. Ты провела рукой по его волосам, пока он уткнулся в твою шею. Почему ты не могла остаться такой? Просто завернувшись в свой маленький пузырь с мужчиной, которого ты любила. Но нет. Реальность не была так добра ни к одному из вас. Вы оба хотели разного, и каким бы эгоистичным ни был Сынхён, он не мог так с тобой поступить. Несмотря ни на что, ты заслуживала найти все, чего когда-либо хотела, но он не был тем, кто мог тебе это дать. Он поднял голову, грустно нахмурившись на своем прекрасном лице. «Сегодня я ночую у Джиёна, но... Я отвезу тебя домой и заберу свои вещи завтра». «Хорошо.» Это все, что ты мог сказать, иначе ты бы сломался. Тот факт, что это было действительно так, был всепоглощающей болью. И насколько бы это ни было идеальным способом попрощаться друг с другом, это сделало все намного сложнее. Как вы вообще могли его отпустить?