Видишь,как все хорошо получается

***

Готэм утопал в своей обычной ночной дымке, пропитанной запахами гари, сырого асфальта и чего-то едкого, что ветер доносил с промышленных окраин. Небо над городом было тяжёлым, серо-чёрным, с редкими проблесками звёзд, которые едва пробивались сквозь смог. На узкой крыше старого дома, заваленной ржавыми антеннами, спутанными проводами и обломками старых вентиляционных труб, высились три тёмные фигуры. Их силуэты, выхваченные тусклым светом луны, казались частью самого города — такими же резкими, угловатыми, готовыми к движению. Двое стояли расслабленно, но в их позах чувствовалась привычная настороженность, как у хищников, готовых к прыжку. Третий, напротив, был напряжён, словно сжатая пружина, готовая в любой момент сорваться. Дэмиан Уэйн, самый младший из них, стоял ближе к краю крыши, его чёрно-зелёная маска отражала слабый свет уличных фонарей. Его глаза, скрытые узкими прорезями маски, горели раздражением, которое он даже не пытался скрыть. Он резко повернулся к Тиму Дрейку, стоявшему в нескольких шагах, и бросил, почти выплюнув слова: — Ты слишком много говоришь. Его голос был низким, с лёгкой хрипотцой, пропитанной нетерпением. Дэмиан ненавидел долгие разговоры, особенно когда дело касалось миссии. Его пальцы невольно сжались в кулаки, а в груди бурлила смесь юношеской горячности и холодной, вышколенной дисциплины. Он чувствовал себя загнанным в угол, когда его заставляли выслушивать лекции, и это чувство только усиливало его желание доказать, что он прав — как всегда. Тим, одетый в красно-чёрный костюм Робина, скрестил руки на груди, его поза была обманчиво расслабленной. Под маской его глаза сузились, а губы искривились в лёгкой саркастической улыбке. Он привык к вспышкам Дэмиана, но это не значило, что они его не утомляли. Внутри Тима боролись противоречивые чувства: с одной стороны, он видел в младшем брате потенциал, почти пугающий своей интенсивностью, с другой — его импульсивность была как бомба замедленного действия. Тим глубоко вдохнул холодный воздух Готэма, пытаясь сохранить спокойствие, и ответил с лёгкой насмешкой: — Ну прости, что я предпочитаю обсуждать план, а не просто идти и ломать кому-то кости! Его слова повисли в воздухе, и на крыше на мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь далёким гулом сирен и скрипом ржавой антенны под порывом ветра. — Скука, — бросил Дэмиан, отворачиваясь и глядя вниз, в тёмный переулок, где мелькали тени. Там, внизу, суетились люди — какие-то мелкие бандиты, судя по их нервным движениям и приглушённым голосам. Дэмиан чувствовал, как адреналин начинает пульсировать в венах. Ему не нужна была стратегия — он хотел действия, хотел ощутить хруст костей под своими кулаками, доказать, что он не просто сын Бэтмена, но и тот, кто может превзойти его. — Стратегия, — парировал Тим, устало вздохнув. Его голос был твёрдым, но в нём сквозила усталость, как будто он уже сотню раз вёл этот спор. Он знал, что Дэмиан не отступит, но всё равно пытался достучаться до него, хотя бы ради того, чтобы избежать лишних проблем. — Насилие, — отрезал Дэмиан, его тон был резким, почти вызывающим. Он повернулся к Тиму, и даже сквозь маску было видно, как его глаза сузились. — Командная работа, — Тим повысил голос, стараясь перетянуть внимание на себя. Он чувствовал, как раздражение начинает закипать внутри, но заставил себя держать его под контролем. Работа с Дэмианом была как прогулка по минному полю — никогда не знаешь, когда он взорвётся. — Я могу работать один, — бросил Дэмиан, и в его голосе прозвучала холодная уверенность, почти высокомерие. Он выпрямился, его поза стала ещё более вызывающей, как будто он бросал вызов не только Тиму, но и всему миру. — Ты можешь, но не должен, — ответил Тим, и в его тоне появилась тень предупреждения. Он смотрел на Дэмиана, и в этот момент в нём боролись желание встряхнуть младшего и одновременно защитить его от самого себя. Тим знал, что Дэмиан талантлив, но его одиночные вылазки часто заканчивались хаосом. — Это совет или угроза? — Дэмиан чуть наклонил голову, и его голос стал тише, но от этого только опаснее. Его пальцы снова сжались в кулаки, и он сделал шаг ближе к Тиму. — Это горькая правда, братик, — ответил Тим, выделяя последнее слово с лёгкой насмешкой, но в его взгляде мелькнула искренняя забота. Он не хотел ссориться, но знал, что с Дэмианом иначе не бывает. Прежде чем ситуация накалилась ещё больше, их прервал третий голос, мягкий, но с лёгкой насмешкой: — Тим, может, просто скажешь ему, что он — ценный член команды и мы его любим? Дик Грейсон, Найтвинг, сидел на ржавой вентиляционной трубе, небрежно свесив одну ногу. Его тёмно-синий костюм с яркими акцентами казался почти живым в лунном свете, а расслабленная поза и лёгкая ухмылка скрывали его постоянную готовность к действию. Дик наблюдал за перепалкой младших с привычным весельем, но в глубине души он чувствовал лёгкое беспокойство. Он знал, что Дэмиан — это буря, которую сложно укротить, а Тим — тот, кто всегда пытается держать всё под контролем. Дик любил их обоих, но иногда ему казалось, что он единственный, кто видит в них семью, а не просто напарников. Дэмиан скривился, его губы под маской дёрнулись в гримасе отвращения. — Попробуй, и я сломаю тебе нос, — бросил он, и в его голосе прозвучала смесь раздражения и детской обиды. Он ненавидел, когда его пытались опекать, особенно Дик с его вечной привычкой разряжать обстановку шутками. Дик рассмеялся, его смех был лёгким, но искренним, и эхом разнёсся по крыше. — Смелые слова для того, кого я могу поймать одной рукой, — ответил он, подмигнув. Его тон был игривым, но в глазах мелькнула искренняя гордость за младшего. Дик знал, что Дэмиан опасен, но в этом и была его сила — необузданная, дикая, но направленная в нужное русло. Дэмиан резко развернулся к Дику, готовый огрызнуться, но Тим схватил его за плечо. Его хватка была твёрдой, но не агрессивной, и Дэмиан замер, глядя на него с вызовом. — Расслабься, демонёнок, — сказал Тим, его голос был спокойным, но в нём чувствовалась усталость. — Лучше скажи — у тебя хоть есть план? Дэмиан пожал плечами, его движения были обманчиво небрежными, но в них чувствовалась хищная грация. — Да. Я прыгаю вниз, а вы прикрываете, — ответил он, и в его тоне не было ни капли сомнения. Тим закатил глаза, его терпение было на исходе. — Это не план, это твой жизненный девиз, — бросил он, и в его голосе прозвучала смесь раздражения и невольного веселья. Дик снова засмеялся, откидывая голову назад, и его смех разнёсся над крышей, заглушая далёкий вой сирен. Он чувствовал, как напряжение между младшими начинает спадать, и это придавало ему лёгкое облегчение. Дэмиан, не дожидаясь ответа, демонстративно шагнул к краю крыши и спрыгнул вниз, его фигура растворилась в темноте переулка. Через секунду раздался звук удара — резкий, хрустящий, за которым последовал ещё один. Тим посмотрел на Дика. —Он точно сын Брюса. —Ага.Только с настроем “убью первым,вопросы потом”. А затем из темноты донёсся очень злой голос Дэмиана: — Я ВАС СЛЫШУ! Дик усмехнулся, его глаза блестели от веселья. — Люблю семейные вечера, — сказал он, глядя на Тима с лёгкой насмешкой. Тим покачал головой, но уголки его губ дрогнули в сдержанной улыбке. Он чувствовал, как адреналин начинает пульсировать в венах — ночь в Готэме только начиналась.

***

Тьма сгустилась, когда план, если его вообще можно было так назвать, пошёл наперекосяк. Тим и Дэмиан сидели спиной к спине в тесном, сыром помещении, пропахшем плесенью и старым металлом. Их руки были скованы за спиной холодными наручниками, которые впивались в кожу при каждом движении. Тусклый свет единственной лампы, висевшей под потолком, отбрасывал длинные тени на облупившиеся стены. У двери лениво переговаривались двое охранников, их голоса были низкими, с хриплыми нотками, выдававшими многолетнюю привычку к сигаретам и дешёвому виски. Снаружи доносились приглушённые звуки Готэма — далёкие сирены, шорох шин по мокрому асфальту, чей-то приглушённый крик. — План провален, — сказал Тим, его голос был ровным, но в нём чувствовалась усталость. Он пытался сохранять спокойствие, но внутри его переполняло раздражение. Он знал, что Дэмиан снова действовал наобум, и теперь они оба расплачивались за это. — Нет, — ответил Дэмиан, и его тон был таким же уверенным, как всегда. — План слегка скорректирован. Тим повернул голову, насколько позволяли наручники, и бросил на младшего взгляд, полный скептицизма. — Мы в наручниках, — сказал он, выделяя каждое слово, словно объяснял ребёнку очевидное. Дэмиан чуть повернулся, и даже в полумраке было видно, как его губы изогнулись в лёгкой, почти высокомерной ухмылке. — Да. Но у меня есть “план Б”. Тим закатил глаза, чувствуя, как раздражение сменяется невольным любопытством. Он знал, что Дэмиан не из тех, кто сдаётся, но его методы всегда были… неортодоксальными. — Дэмиан, если твой “план Б” — просто разбить кому-то лицо, я не удивлюсь, — сказал он, и в его голосе прозвучала смесь сарказма и усталости. — Неправильно, — ответил Дэмиан, и в его тоне мелькнула насмешка. Он чуть наклонился вперёд, словно проверяя реакцию Тима. — Я разобью два лица. Тим фыркнул, но в его груди шевельнулось что-то похожее на восхищение. Дэмиан был невыносим, но его уверенность была заразительной. Тим покачал головой, пытаясь скрыть улыбку. — Где тебя воспитывали… — пробормотал он, хотя ответ уже знал. — В тёмном уголке ада, — ответил Дэмиан, и в его голосе прозвучала мрачная гордость. Он говорил не шутя — его детство, полное тренировок и жестокости Лиги Ассасинов, оставило след, который не стирался даже под влиянием Брюса. — Да, звучит похоже, — согласился Тим, и его голос стал чуть мягче. Он чувствовал, как напряжение между ними спадает, и это придавало ему надежду, что они всё-таки выберутся. Дэмиан подался назад, нажимая на браслеты наручников. Его движения были точными, почти незаметными, и через секунду раздался слабый щелчок. Тим почувствовал, как давление на его запястьях ослабло, и удивлённо повернулся к младшему. — Как ты… — начал он, но Дэмиан перебил его, уже поднимаясь на ноги. — Ты слишком много болтаешь, Дрейк, — сказал он, и в его голосе прозвучала привычная насмешка, но без злобы. Он поправил маску, и его глаза сверкнули в полумраке, как у хищника, готового к охоте. Тим покачал головой, но не смог сдержать лёгкой улыбки. — А ты слишком легко сбегаешь из плена. Это вообще нормально? Дэмиан пожал плечами, его движения были плавными, но в них чувствовалась сдерживаемая энергия. — Это Готэм, — ответил он, словно это объясняло всё. — Здесь нормально всё, что работает. Спустя минуту охранники уже лежали на полу, их тела неподвижно распростёрлись в тени. Дэмиан двигался с пугающей эффективностью — каждый удар был точным, рассчитанным, без лишних движений. Тим, потирая запястья, смотрел на него с смесью восхищения и лёгкого раздражения. — Иногда мне кажется, что Брюс просто ждёт, когда ты сам станешь злодеем, чтобы проверить себя, — сказал он, его голос был полушутливым, но в нём чувствовалась тень искреннего беспокойства. Дэмиан, уже надевший маску обратно, повернулся к нему. Его губы изогнулись в холодной, почти хищной ухмылке. — Тогда ему стоит быть готовым проиграть, — ответил он, и в его голосе прозвучала такая уверенность, что на мгновение Тиму стало не по себе. Готэм гудел за стенами, его звуки проникали даже сюда — вой сирен, шорох шин, далёкие крики. Город не спал, и, судя по всему, Дэмиан тоже не собирался.