Тени Бирмингема

Бирмингем, утро. Город, ещё не пробудившийся от ночной тьмы, казался абсолютно чуждым и бесчеловечным. Уилл стоял у окна, глядя на серые улицы, пропитанные дымом и запахами промышленных кварталов. Его взгляд был пуст, но внутри что-то неспокойно шевелилось, не давая ему покоя. Кажется, этот город хотел его сломать, как сломал многих до него. Но Лектер — он был не как остальные. Он не ломал. Он видел. И что хуже, он заставлял других увидеть то, что они боялись увидеть. Ричард "Рик" Брукс вошел в комнату, тихо, но уверенно, как всегда. Он был таким: сдержанный, прямолинейный, без лишних слов. Рик был детективом с долгим стажем, родился и вырос в Бирмингеме, видел не одно темное лицо этого города, но всё равно чувствовал, что это место способно наползать с тенью на душу. Его руки всё ещё помнили, как сильно он сжимал пистолет в самых тяжёлых ситуациях, как сильно ему приходилось сдерживаться, чтобы не пустить в ход кулаки в момент ярости. На внешность Рика было трудно понять, что за этим спокойным фасадом скрывается не менее тёмная сторона, чем у тех, кого он преследовал. Он был как стена — стабильный, крепкий, но всегда готовый разрушиться, если на него слишком сильно нажмут. — Ты не спишь? — спросил Рик, войдя в комнату с чашкой чая, слегка наклоняя голову, чтобы скрыть свои сомнения. Он прекрасно знал, что Уилл был не просто бессонным. У него была внутренняя борьба, с которой не мог справиться ни один рациональный человек. Уилл лишь кивнул, не поворачиваясь к нему. В голове вертелись слова Лектера, как заезженная пластинка, снова и снова возвращаясь к тому самому моменту, когда их глаза встретились. Слишком долго и слишком многозначительно. Он чувствовал, как Лектер проникает в него, как слоёный лук, лишая того, что осталось от его защищённого внутреннего мира. — Что ты думаешь о нём? — спросил Рик, присаживаясь и положив чашку на стол. Уилл не ответил сразу. Он сжимал пальцы, ощущая, как эти маленькие жесты становятся отражением того, что происходит в его душе. Всё, что касалось Лектера, было обманчиво. Он не просто гангстер — он был кем-то больше. Уилл это знал, а Рик... Рик этого ещё не понимал. — Я думаю, что он знает слишком много, — ответил Уилл, не скрывая растущее раздражение. — И что не я один такой, кто это понимает. — Но ты всё равно не уходишь, — Рик выжидательно посмотрел на него. Он всегда был готов вставить своё слово, но в этой ситуации его интуиция подсказывала, что сейчас нельзя проявлять слабость. Он знал, как это трудно — быть рядом с кем-то, кто будто затягивает тебя в трясину, давая понимание того, что ты не можешь сбежать. — Ты действительно думаешь, что он хочет, чтобы ты стал частью его игры? — спросил Рик, но Уилл снова замолчал. Его взгляд скользил по улицам, по тем же самым переулкам, где Лектер всегда был на шаг впереди. У Рика было больше практического опыта, но даже он не мог предсказать, куда это приведет. — Он заставляет меня быть частью этой игры, — наконец произнёс Уилл, и его голос был тихим, почти не слышным на фоне шума города. — И я позволяю ему это делать. Рик знал, что Уилл в определённом смысле сражается не только с этим миром, но и с самим собой. В его голосе звучала усталость, которую Рик сам когда-то ощущал, но в отличие от Уилла, он никогда не позволял себе так погружаться в эти эмоции. Он был холоднее, расчётливее, но и это имело свою цену. Он знал, как быстро можно утонуть в этой туманной воде, если перестать бороться.

***

Прошло несколько часов, и они снова стояли на месте преступления. Труп с аккуратно перерезанным горлом. Мало что изменилось за последние сутки — лишь трупы, и такие же пустые глаза, как у всех остальных жертв Лектера. Но Уилл знал, что это не просто убийство. Это было послание. Лектер посылал их, чтобы они пришли. Он знал, что они придут. — Не думаешь, что это был предупреждающий жест? — снова спросил Рик. Уилл прищурился, всматриваясь в лицо жертвы. Его пальцы слегка напряглись, но он не двигался, оставаясь в привычной стойке. Это место, это тело — всё, как у Лектера. Точно так же, как если бы он оставил здесь свой отпечаток. — Это его почерк, — наконец сказал Уилл, и его голос был тихим, как свист ветра в пустых переулках. — Он подталкивает меня. И я позволяю ему это делать. Его напарник вздохнул и отступил на шаг. Он видел, как Уилл борется с этим, с тем, что его тянет к Лектору, несмотря на всё. Это было как магнитное поле — неосознанное, но неизбежное.

***

Бирмингем, клуб «Монтегю» Здесь всегда пахло дорогим виски, кубинскими сигарами и чем-то более тяжёлым — властью. В клубе было полутемно, но в этом полумраке скрывалась вся суть местных сделок. Здесь заключали договоры, здесь покупали лояльность, а иногда и жизни. Уилл вошёл первым, его плечи напряжены, взгляд изучающий. Следом, чуть позади, шёл Рик Брукс. Он никогда не любил подобные заведения, но давно усвоил: в Бирмингеме иногда проще сесть за стол переговоров, чем устраивать перестрелку. А потом он увидел Лектера. Ганнибал сидел в дальнем углу, возле окна, скрестив ноги и небрежно касаясь пальцами края бокала с вином. Он выглядел так, будто ему принадлежал весь этот клуб, весь этот город. А возможно, так оно и было. — Добрый вечер, детектив Грэм, — его голос был таким же изысканным, как его костюм. Ни одного лишнего движения, ни капли напряжённости. Лектер всегда выглядел так, будто контролирует всё вокруг. — И ваш напарник. Рик чуть сощурился, вглядываясь в лицо этого человека. Он изучал его, как изучает хищника, которого лучше держать на расстоянии. — Брукс, — представился он, намеренно сдержанно, не протягивая руку. Он не доверял Лектеру. И не собирался делать вид, что доверяет. — Очаровательно, — мягко произнёс Лектер, пригубив вино. Уилл не сел. Он стоял, упрямо сжав кулаки, будто пытался сохранить хоть какое-то чувство контроля. — Ты оставил нам тело, — тихо сказал он. — Твою подпись на горле жертвы. Лектер поднял на него взгляд, и в нём мелькнуло что-то похожее на лёгкое удовольствие. — А вы всегда находите в этом искусство, Уилл. Это мне в вас и нравится. — Не играй со мной, Лектер, — процедил Уилл. — Ты хочешь, чтобы я понял что-то? Скажи это прямо. Лектер молча изучал его несколько секунд. Затем поставил бокал на стол, сцепив пальцы перед собой. — Я хочу, чтобы вы осознали одну простую вещь, — сказал он. — Вы не находитесь снаружи, Уилл. Вы внутри. И чем быстрее вы это примете, тем легче вам будет спать по ночам. Рик Брукс наклонился вперёд, сцепив пальцы. — Я не дам ему в это втянуться. Лектер посмотрел на него с лёгким оттенком насмешки, словно учёный, наблюдающий за примитивным существом. — Ах, мистер Брукс, — произнёс он с почти ленивым интересом. — Вы так предсказуемы в своём желании защитить его. Но позвольте мне спросить… Вы уверены, что он хочет быть спасённым? Наступила тишина. Рик посмотрел на Уилла. И впервые за долгое время ему показалось, что он не знает, что ответит его напарник.

Тишина висела между ними, но Лектер не спешил её разрушать. Он был в своей стихии — наблюдал, изучал, ждал. Рик заметил, как напряжённо стоит Уилл, его тело напряглось, как будто каждое слово, произнесённое Лектером, было как бритва, скользящая по его коже. Уилл вдруг ощутил этот взгляд, как холодное прикосновение, способное разрубить всё внутри, что он так долго держал на расстоянии. Он не знал, почему он ощущал это — странное, почти соблазнительное давление, которое Лектер умел накладывать на людей. — Ты хочешь сказать, что я не могу уйти? — Уилл наконец прорвался сквозь молчание. Голос его был ровным, но в нём было что-то новое — неуверенность. Лектер усмехнулся, как человек, который только что услышал превосходно сыгранную симфонию. — Я не говорю, что не можешь. Но подумай, детектив. Ты ведь уже сделал шаг в эту сторону, не так ли? Иначе ты не был бы здесь, стоя передо мной, с этим интересом в глазах. Что это? Сомнение? Страх? Или всё-таки любопытство? Уилл сжал челюсти, не сводя глаз с Лектера. Он хотел сказать, что это всё — ловушка, что Ганнибал манипулирует им. Но даже он знал, что это не совсем так. В чём-то, в самом глубоком и неприметном уголке, Уилл чувствовал: Лектер что-то в нём увидел. Что-то, чего он сам ещё не понял. — Ты никогда не отступишь, правда? — сказал Уилл, не пытаясь скрыть свою усталость. Ганнибал слегка наклонил голову, как если бы Уилл сказал что-то по-настоящему интересное. Он не торопился отвечать. Его пальцы, скрещённые на столе, были безмолвным напоминанием о его абсолютном контроле. — Всё не так примитивно, как вы думаете, — произнёс он наконец. — Я не ставлю людей в угол. Я показываю им, кто они на самом деле. Вы уже были в этом углу, Уилл. Это просто вопрос времени, когда вы решите выйти. Уилл не мог найти ответа. Он ощущал, как стены клуба, скрываясь в тенях, начинают будто бы сжиматься. Что-то в его внутреннем мире, в его спокойной внешности, дрогнуло. Он осознавал: с каждым словом Лектора он утрачивает возможность вернуться к прежнему себе. — Я не буду твоим игрушечным солдатом, Лектер, — сказал Рик, нарушив паузу. Он вновь стоял рядом с Уиллом, но взгляд был холодным и твёрдым. — Мы не твоё имущество. Ганнибал усмехнулся, едва заметно. Он окинул Рика взглядом, как если бы тот был не более чем мальчишкой, не понимающим правил игры. — Уверяю вас, мистер Брукс, — произнёс он, откинувшись в кресле, — я не ищу чужих душ. Я ищу тех, кто готов открыть свою. Рик не ответил. В этот момент Уилл почувствовал, как под ногтями скрежет какой-то нечеловеческой силы. Силы, которая уже была в его жизни. Он не мог её игнорировать. Он её знал. Это было не впервые. — Мы уходим, — произнёс Уилл, разворачиваясь и направляясь к двери. Рик последовал за ним, но по пути они обмениваются взглядами. Уилл видел в глазах напарника сомнение, что-то большее, чем просто предостережение. Это было ощущение, как будто Рик уже знал, что их жизнь больше не будет прежней.