Глава 16. Библиотека Блэков
23 июля 2025 г., 07:05
— Думаешь, это хорошая идея? — Гермиона затормозила около крыльца с истёртыми каменными ступенями. — Мне немного неловко…
— Ну ты же сама сказала, что тебе нужны книги по тёмной магии, — развёл руками Гарри. — Вряд ли такое мы беспрепятственно найдём в свободном доступе. У нас дома подобного точно нет. У отца я даже спрашивать боюсь, а вот у крёстного такого добра навалом. Блэки в своё время были ещё той семейкой.
— И что ты предлагаешь? Напрямую заявить об этом твоему крёстному?
— Зачем? Просто попросим воспользоваться библиотекой. Держу пари, он туда не заглядывает. Пока ты будешь искать нужную информацию, я немного с ним потренируюсь. Давно хотел попрактиковать боевые заклинания. Сириус, хоть и слывёт оболтусом, достаточно хорош в них.
— Да уж. Судя по тому, что пишут про твоего крёстного в «Пророке», он тот ещё фрукт, — цокнула Гермиона, косясь на видавшую виды дверь, выкрашенную в чёрный цвет. Краска со временем потрескалась и местами осыпалась. Сразу бросалось в глаза отсутствие замочной скважины и ящика для писем, лишь серебряный дверной молоток в форме извивающейся змеи висел прямо по центру.
— Есть немного, — согласился Гарри. — Ты это… не обращай внимания на его шуточки, он иногда перегибает. У него просто своеобразная манера общения с женщинами.
— Угу. И общается он с ними в основном в горизонтальном положении, — деловито заявила Гермиона. — Не смотри на меня так, это всё «Пророк». Твой крёстный совершенно не следит за репутацией.
— Это да… Ему, откровенно говоря, чихать на всех, — согласился Гарри и постучал в дверь, надеясь, что Сириус встретит их хотя бы одетым.
Щёлкнули замки, дверь со скрипом отворилась, впуская гостей в тёмный коридор. Гермиона с интересом уставилась на домового эльфа в светлой наволочке, накинутой на хрупкое тельце. Гостей он смерил таким взглядом, словно перед ним была куча прогнивших осенних листьев, случайно залетевших в дом.
— Недостойный хозяин почивает после акта мерзкого прелюбодеяния, — не удержался от комментариев Кикимер. — Извольте пройти в столовую.
— Не спрашивай, — шепнул Гермионе Гарри. — У Сириуса с Кикимером особые отношения.
Домовик, шаркая по полу босыми ногами, довёл их до места, после чего удалился в свою каморку.
— Гарри! — хлопнул в ладоши Сириус, едва увидел племянника.
— Привет, — Гарри мысленно отметил, что его опасения насчёт внешнего вида крёстного не были такими уж напрасными. В расстёгнутой лёгкой рубахе и слабо державшихся на бёдрах брюках тот без стеснения сверкал своим голым торсом.
— А это у нас та самая чаровница, про которую я наслышан? — Сириус поднялся со стула и скользнул по Гермионе сальным взглядом. — Рад познакомиться, юная леди. Я — Сириус Блэк — владелец этого склепа с привидениями, ворчливого эльфа и по совместительству крёстный вот этого оболтуса.
— Приятно познакомиться, мистер Блэк. Гермиона Грейнджер, — деловито произнесла Гермиона, протягивая руку для приветствия.
Вместо того, чтобы пожать её, Сириус театрально поклонился и коснулся губами нежных девичьих пальчиков. Гермиона слегка порозовела от подобного галантного жеста.
— Сириус, мы бы хотели воспользоваться твоей библиотекой, — вмешался Гарри. — Гермиону интересуют волшебные шкатулки авторства Агапии Влахас.
— Библиотекой? — прыснул Сириус. — В вашем возрасте, молодые люди, следует из спальни не вылезать, а не торчать среди пыльных книг.
— Сириус, мы друзья! — постарался осадить крёстного Гарри.
— Друзья? Ты меня за дурака держишь, Сохатик? Женщины с такими бездонными глазами созданы вовсе не для дружбы, а для удовольствия. Да, моя милая? — он игриво подмигнул Гермионе.
— Мистер Блэк! — вспыхнула та, начиная понимать, о чём её предупреждал Гарри.
— Бросьте, Гермиона, — раздухарился Сириус. — Отставим ненужные официозы. Будь я на месте этого недотёпы, я бы вас завоевал… Некоторые вещи требуют практической тренировки, ни одна книга вас такому не научит…
— Сириус, потише на поворотах! — Гарри понял, что крёстного понесло.
— В вашем возрасте лучше поберечься, мистер Блэк! — отчеканила Гермиона, скрестив руки на груди. — Мне бы на свидания с вами пришлось ходить с сердечной настойкой. А-то вдруг вам плохо станет в самый ответственный момент…
— Я не старый! — прорычал Сириус, не ожидая подобного отпора. Он, честно сказать, привык обескураживать и более опытных дам, так что засмущать ровесницу крестника посчитал весьма лёгкой задачей.
— Да-да. Это не седина в ваших волосах бликует, а просто свет так падает.
Сириус бросил на неё убийственный взгляд и резко направился к выходу.
— Идёмте, я отворю вам эту проклятую библиотеку. Только осторожнее — там есть такие книжицы, что и руку откусить могут.
Шагая по коридору, он на пару секунд остановился у зеркала и тряхнул вороной шевелюрой, пытаясь рассмотреть у себя седые волосинки.
Гарри с Гермионой, улыбаясь, обменялись взглядами.
— Между прочим, юная леди, возраст даёт плюс сто очков к опыту, если понимаете, о чём я, — не удержался Сириус, поднимаясь по лестнице, покрытой зелёной ковровой дорожкой. — Да и я ещё в отличной форме.
Он театрально согнул руку в локте, демонстрируя бицепс.
— Нас с Гарри угораздило недавно увидеть Кормака МакЛаггена, в действии, так сказать… Вряд ли после него вы сможете меня впечатлить, мистер Блэк, — сообщила Гермиона, кинув на него холодный взгляд.
Гарри едва не схватился за лицо, вспомнив, в каком ракурсе последний раз перед ними предстал МакЛагген, но перехватив непонимающий взгляд крёстного тут же поспешно добавил:
— Мы с Гермионой ходили на матч. Кормак там разделся прямо в воздухе.
Сириус, припомнив огромного верзилу МакЛаггена, уступавшего только Хагриду, не нашёлся с ответом и чертыхнулся.
Пройдя мимо небольших статуй из белого мрамора в виде змей, вся компания остановилась около массивной деревянной двери. Блэк дёрнул ручку и снова выругался, ведь она оказалась запертой.
— Кикимер, тащи сюда свою тощую задницу вместе с ключом! — прорычал он.
Эльф появился буквально через пару секунд. Смерил всех троих уничижительным взглядом и протянул массивный серебряный ключ хозяину. Сириус отворил дверь и пафосно раскинул руки, пропуская своих гостей вперёд.
Гермиона замерла в восхищении. Помещение было огромным. Следующие друг за другом стеллажи уходили вверх на несколько метров, кое-где к ним приставлялись резные лестницы, с перилами из орехового дерева. В глубине библиотеки располагался камин и кресла, в которых можно было наслаждаться чтением с полным комфортом. Гермиона знала, что старинные чистокровные семьи хранили у себя немало очень редких и уникальных книг. Блэки, несомненно, были одной из таких семей.
— Не знаю, сможете ли вы отыскать в этой куче хлама что-то нужное, — скривился Сириус. Он уж и забыл, когда сюда заглядывал.
— А вы не похожи на завсегдатая библиотек, мистер Блэк. Когда вы здесь были в последний раз?
— Когда мерзкий хозяин писал курсовую на зимних каникулах седьмого курса, — услужливо вставил Кикимер, с интересом поглядывая на Гермиону.
— Эй, хватит меня обсуждать, — прорычал Сириус. — Сгинь отсюда, тварь ушастая!
— Была бы жива достопочтенная госпожа, выдрала бы она бесстыжего плотолюбца розгами, — проворчал эльф и, хлопнув в ладоши, исчез.
— Как бы твоя любимая госпожа тебе башку не отрубила, проклятый коротышка, — процедил в пустоту Блэк. Настроение с утра оказалось безнадёжно испорчено.
Гермиона не растерялась. Она привыкла работать с книгами и прекрасно владела чарами. Короткими взмахами палочки она заставила с десяток фолиантов спрыгнуть с полок и строгой шеренгой выстроиться перед ней.
— М-м-м, — удивился подобному мастерству Сириус, а потом обратился к племяннику: — Гарри, а в постели твоя подруга такая же умелая?
— Юмор — это признак интеллекта, мистер Блэк, и с возрастом он должен развиваться. Это, возможно, могло бы быть смешным в шестнадцать. В сорок так шутить… прискорбно, — ответила Гермиона быстрее, чем Гарри успел открыть рот.
— Гарри, да что с ней не так?! Меня даже твоя мать так не шпыняла!
— Ну, ты первый начал, — усмехнулся Гарри, удивляясь, как ловко Гермиона поставила его крёстного на место. — Давай не будем мешать Гермионе. Она знает, что ищет. У меня же к тебе есть ещё одна небольшая просьба… Не мог бы ты немного потренировать со мной боевые заклинания?
— Гарри, что-то случилось? — вмиг напрягся Сириус. — Почему бы тебе не обратиться к отцу? Я, конечно, кое-что умею, но Джеймс гораздо лучше меня владеет ими.
— Брось, крёстный, — Гарри потянул его к выходу из библиотеки, чтобы Гермиона спокойно могла поискать книги по тёмной магии. — Отец сразу решит, что мне угрожает опасность и приставит ко мне отряд телохранителей из Аврората. Ничего не случилось, я просто хочу в случае чего вмазать МакЛаггену, если он переберёт пунша на спортивной вечеринке.
— При виде этого тролля у любого комплексы разовьются, — с пониманием кивнул Блэк. — План твой одобряю. Идём в подвал, чтобы уж дом сильно не разносить.
***
Даже Запретная секция библиотеки Хогвартса не хранила столько опасных книг. Гермиона не верила своим глазам. Здесь были по-настоящему древние фолианты, с истертыми, трухлявыми обложками. На некоторых из них сохранились следы зубов неизвестных тварей, иные — были облиты странными на вид жидкостями — кровью или ядами. Гермиона невольно подумала, что библиотека Гринграссов не менее богата подобным добром. Там-то Астория и набиралась опасных знаний. Она с интересом конспектировала в свой блокнот некоторые выдержки, а парочку книг незаметно сунула в свою бездонную сумочку, намереваясь вернуть позже. Удивительным было ещё то, что здесь она действительно нашла некоторую информацию об изделиях Агапии Влахас. Оказывается, волшебница рассуждала об этом великом чувстве так же, как и профессор Дамблдор, называя любовь величайшей силой, которую практически невозможно контролировать. Однако самое интересное заключалось в том, что мёд некоторых видов пчёл-тригонов считался очень редким и опасным ингредиентом. За ним охотились тёмные маги. В зельях, настойках, эликсирах его невозможно было выделить отдельным компонентом, но при этом замена обычного мёда на мёд пчёл-стервятников, придавала исходному продукту абсолютно другие свойства… Некоторые моменты в голове Гермионы прояснились. Другие требовали более детального обдумывания. К тому же, ей не давала покоя та самая запертая комната в доме Гринграсс, в которую не удалось попасть. Гермиона была уверена, что именно там крылись ответы на многие вопросы.***
Спустя три часа у неё заболели глаза и, прихватив с собой несколько книг, Гермиона решила спуститься вниз. Мужские голоса раздавались из гостиной — туда-то она и направилась. Едва она вошла внутрь, чуть не ахнула от открывшейся картины. Сириус вальяжно развалился в кресле, поцеживая виски из тумблера. Гарри же лежал на диване, прикладывая к лицу ледовый компресс. На его щеке красовалась глубокая рана, волосы были растрёпаны сильнее обычного, на руке виднелась царапина. — Вы что с ума посходили?! Нужно же было соотносить силы и опыт друг друга! — разошлась Гермиона. — Это похоже на избиение младенца! Мистер Блэк, а вы женщин тоже в постель укладываете, прежде их слегка покалечив?! — Герми, все нормально, — попытался успокоить её Гарри, видя, как у Сириуса вытягивается лицо. — Не нормально! — она плюхнулась на диван рядом и скептически посмотрела не его лицо. — У вас есть хотя бы бадьян? Или кроме запасов алкоголя вы ничего дома не храните?! — Да что ты разоралась, словно банши! — рявкнул Сириус, вспоминая молодость. Ох, в своё время ему неслабо доставалось от Лили. Эта курчавая заноза один в один напоминала ему плутовку Эванс, захомутавшую его лучшего друга. — Подумаешь, поймал парочку заклинаний, нечего лицом щёлкать. В бою такое неприемлемо! — Это не бой, а тренировка! — прошипела Гермиона и принялась рыться в своей сумочки. — Где же он?.. Вот! Нашла! — она выудила оттуда пузырёк с зельем и ватные диски. — Так, Гарри, будет немного больно, но это точно результативнее, чем способы врачевания, предложенные тебе мистером Блэком! Гарри зашипел, когда бадьян коснулся щеки. Несмотря на неприятные ощущения, он словил знакомый вайб, вспомнив, как та, другая Гермиона с нежностью обрабатывала его раны. Сострадание и забота были отличительной чертой этой женщины во всех без исключения мирах. Он накрыл её руку своей и блаженно прикрыл глаза, прошептав одними губами: — Спасибо… — Святой Мерлин! — не удержался Сириус, задетый до глубины души её подколками. — Ты всегда целую аптечку в сумке таскаешь? Гарри, твоей подружке точно слегка за двадцать? А то мне иногда кажется, что её место где-то среди Слизнорта и МакГонагалл… Книги, бадьян, зелья… Чудесные темы для разговоров… — Сириус! — предупреждающе окликнул его Гарри, понимая, что данная перепалка уже перешла все границы. Очень уж ревностно его крёстный относился к любой критике в свой адрес, особенно к критике со стороны женщин. Сириус привык быть их любимчиком, а не мальчиком для битья. — О, вы правы, мистер Блэк, — Гермиона гневно сощурилась. — Я прекрасно общаюсь со всеми профессорами, потому что это удивительно интеллектуальные и интересные люди. О вас я многое слышала от профессора МакГонагалл. Как же она говорила? «Главное разочарование моей карьеры, не оправдал ни одной надежды». Она даже перестала выписывать «Пророк», чтобы не натыкаться на очередные новости про вашу персону. — Эй, девочка, это жестоко, — возмутился Блэк. — А профессор Слизнорт счёл вас худшим приобретением Клуба Слизней. Он выбросил вашу фотографию с дальней полки, где она пылилась какое-то время. Даже рядом с менеджером «Пушек Педдл», главным потрошителем флоббер-червей Лютного и безумным Майклом Брехтом, придумавшим краситель для морских медуз, вы уже недостойны находиться. — Прекрати! — В сорок лет вы всё ещё живете в доме своей мамы, куда таскаете легкодоступных женщин с интеллектом шестнадцатилеток. Внезапно в гостиной материализовался домовой эльф. Он держал кривыми ручонками серебристый поднос с чашкой кофе и вазочкой со сладостями, и услужливо поклонился Гермионе. — Продолжайте, мисс, Кикимер просит вас не останавливаться! — Гарри, забери её в ту Преисподнюю, где откопал! — зашипел Сириус. — А ты пошёл отсюда, ушастый предатель! Кикимер поставил угощение на столик, подмигнул Гермионе и испарился.***
— Мерлин, ты не перестаёшь меня удивлять, — сознался Гарри, когда они покинули дом Блэков. — Я думал, придётся защищать тебя от нападок Сириуса, но, как оказалось, защита требовалась ему. — Ага. Теперь твой крёстный меня ненавидит. — Брось! Сириус незлопамятный. Он сначала и с моей матерью не мог найти общий язык. Отец говорил, они так собачились, что он не знал, как между ними балансировать. Сейчас же они друг друга обожают. Ты, как оказалось, тоже за словом в карман не полезешь. — Мне пришлось научиться ставить людей на место ещё в школе, — откровенно ответила Гермиона. — Когда за тобой не стоит влиятельная семья, приходится надеяться только на собственные мозги и острый язык. Гарри грустно взглянул на неё. Он ведь и понятия не имел, что магглорождённым волшебникам порой намного сложнее выживать в магическом мире. Сразу становилось понятно откуда у Гермионы столько напускного высокомерия и снобизма. Это был её способ защиты от всяких придурков, типа Малфоя. Пусть в их реальности война прошла с наименьшими потерями, но искоренить всю несправедливость всё же не удалось. — Нашла что-нибудь интересное? — сменил он тему, понимая, что Гермионе точно не нужны его жалость и сочувствие. Начни он проявлять что-то подобное, она моментально выпустит ежовые иголки. — Много чего, — кивнула она. — Сдаётся мне, Гринграсс грешит запрещённой магией. Я попытаюсь разобрать состав её духов, если получится. Судя по информации в книгах, мёд пчёл-тригонов используют в тёмных ритуалах. Взять хотя бы её поклонников. Я, конечно, понимаю, что мужики часто думают тем, что между ног, но такое явное помешательство на ней кажется слишком гиперболизированным. Получаем каких-то влюблённых дурачков, которые без нареканий выполняют любую её просьбу, не обдумывая и не задавая лишних вопросов. Абсолютно любую. Кто в здравом уме решится совершить кражу из кабинета главы Аврората? Ну, кроме тебя, конечно… — Уела, — фыркнул Гарри. — Однако вопрос, зачем ей шкатулка, остаётся открытым. — Это и мне пока непонятно, — пожала плечами Гермиона. — Как ты относишься к тому, чтобы снова посетить её скромное жилище? Я всё-таки хочу попасть в ту закрытую комнату. — Нужно будет над этим поразмыслить, — кивнул он. Одно точно не подлежало сомнению — у Астории были свои тайны, разгадать которые стало их личным вызовом.
