Dead In This House

      Нью-Йорк, затянутый липкой паутиной напряжения, замер в ожидании. Сама природа словно поддалась общему настроению: даже воздух стал тяжелее, оседая свинцом в лёгких. Небо сковали низкие грязно-серые тучи. Казалось, стоит им разорваться ливнем — и город смоет неистовым потоком, окончательно погрузив в хаос. Что бы там ни говорили в новостях, реальность день ото дня становилась лишь мрачнее, сливаясь с непогодой. Телевизор работал тихо, но каждое слово оседало, делая тучи за окном тяжелее. На экране, как всегда в безупречном костюме, был Уилсон Фиск:       — Город должен быть защищён. От беззакония. От тех, кто считает себя выше закона.       Его голос звучал уверенно, почти по-отечески. Не знай они, на что был способен Фиск на самом деле, можно было бы поверить в искренность его намерений, но никто из присутствующих не проронил ни слова, а горькая усмешка так и повисла в воздухе.       "И будут люди издыхать от страха и ожидания бедствий, грядущих на вселенную..." — слова сами всплыли в памяти Мэтта. Прислушиваясь, он стоял у завешенного окна их с Карен маленького убежища. Адская кухня за стеклом привычно гудела, вызывая банальные ассоциации с ульем. Сама Карен, натянув капюшон толстовки так, словно желание стать незаметной стало её второй кожей, сидела напротив экрана. Свет от телевизора ложился ей на лицо, делая его бледным, почти призрачным. На расстоянии вытянутой руки лежала сумочка — Карен готова была в любой момент сорваться с места и бежать от преследования, если потребуется. Она молчала, но Мэтт слышал, как менялся пульс, а дыхание становилось рваным, когда слова возмущения оставались невысказанными. Её искали: охотились, совсем как за линчевателями. Фиск не прощал, а все былые договорённости давно утратили силу.       Сюжет сменился. Восхваляя успешную работу мэра и его оперативного отряда, известили о поимке очередного народного мстителя. Одного из тех, о ком прежде никто и не слышал. Точно такая же пустышка, как образ заботливого мэра. Но доказательств, как и свидетельств, не было. Никто не знал, откуда брались эти мстители. А главное — куда потом пропадали. Как пропадали и другие неугодные режиму Фиска. Ведущая уже привычно переключила внимание на фото тех, кого разыскивали. Незнакомца в нелепой маске сменило фото Карателя, и Карен невольно выдохнула с облегчением: значит, Фрэнка ещё не поймали. Но уже следующее фото заставило её впиться ногтями в ладони, а сердце замереть, заставив Мэтта чуть склонить голову, прислушавшись к словам ведущей внимательнее.       — Бенджамин Пойндекстер. Может скрываться под именем Лестер Янгл.       Рядом другое, словно выцветшее фото: девушка с пепельными волосами и серыми глазами.       — ... сообщница — Валери Вэлнот. Также известная как Лесли Янгл.       У неё были мягкие черты лица, и, если бы не след усталости на лице, залёгший тёмными кругами под глазами, Вэлнот можно было бы назвать привлекательной.              Сердце Карен пропустило ещё один удар, ведь это не могло быть простым совпадением. В случайности она давно уже не верила.       — Кирстен говорила, что видела её раньше, — голос дрогнул, а слова давались с трудом. — В тот день, когда Фогги... Она приходила в офис. Слишком настойчиво искала его и явно нервничала.       Комната наполнилась молчанием. Телевизор продолжал говорить, но его звук тонул в не самых радостных воспоминаниях.       — Тогда Кирстен не придала этому значения. Просто случайный факт в числе прочих, когда я расспрашивала, пытаясь разобраться в случившемся, найти зацепки... Эта Вэлнот была похожа скорее на странную фанатку, чем на сообщницу убийцы. Всё-таки добившись встречи с Фогги в баре, она кинулась к нему с поцелуями... А потом просто исчезла, — между бровей Карен пролегла глубокая складка, словно ответ был где-то совсем рядом, но она что-то упускала из виду.       — А это приятно, когда о тебе помнят.       Тихий голос, которого здесь не должно было быть вовсе, прозвучал как раскат грома.       Валери Вэлнот собственной персоной. Словно сошедшая с экрана, она стояла в тени, прислонившись к стене у стеллажа. Ни окна, ни двери поблизости не было, а Вэлнот возникла из ниоткуда, как наваждение. Мэтт напрягся. Сейчас он слышал её сердце и ровное дыхание, но совершенно пропустил приближение. Ни шагов, ни дыхания. Ничего. Она просто появилась из ниоткуда там, где секунду назад её не было. Можно было затаить дыхание, замедлить биение сердца — приём, знакомый Мэтту по бойцам Руки, — но не скрыть аромат вишнёвых духов, которые Валери совсем не экономила. Губ незваной гостьи коснулась снисходительная улыбка, словно она не просто видела его замешательство, а наверняка знала причину и мысли Мэтта в этот момент. Оторвавшись от стены, Валери смахнула невидимые пылинки с подола антрацитового приталенного плаща и сделала шаг навстречу.       Цок.       Каблуки. На таких не подкрадываются — Мэтт не мог этого не услышать. Но Вэлнот словно и не пыталась скрываться: образцово ровные стрелки и аккуратная укладка дополняли эффектный, но не самый удобный наряд. Наряд, который совершенно не подходит человеку в розыске.       — И где только они откопали такую дерьмовую фотку Декса? — в её странно обволакивающем голосе прозвучала ленивая усмешка, а глаза были прикованы к экрану телевизора.       — Как ты... — первой опомнилась Карен, а её озадаченный взгляд метнулся от стены к двери.       Валери обернулась и пожала плечами:       — Простите. Всё время забываю, что двери есть и с этой стороны. Кстати, милое гнёздышко и... Эй, полегче! — она изогнула бровь, посмотрев на руку Карен, замеревшую у сумочки. — Лучше прибереги патроны для того, кому они смогут навредить и разнести мозги в кашу...       Мэтт всё это время молчал, вслушиваясь в шаги за порогом, пытаясь не пропустить появления того, кто мог явиться следом за напарницей. Если в новостях не лгали, и она в самом деле была заодно с Меченым.       — Так зачем ты здесь? — сталь в голосе едва заметно дрогнула, но Карен старалась сохранять уверенность.       — Я думала, это очевидно. Мы хотим одного и того же, разве нет? — Вэлнот театрально развела руками. — Я давно могла бы скрыться, но не после этого... — она кивнула в сторону всё ещё работавшего экрана. — Фиск должен ответить за то, что сделал со "Зверинцем".       — Что такое "Зверинец"? — Годы журналистской практики не могли пройти бесследно, и Карен тут же зацепилась за новую информацию.       — Скажем так, особый отряд внутри "Ориона". Как и большинство, я была уверена, что мы работаем на правительство и боремся за правое дело, но... — Валери вздохнула, прикусив губу, — всё оказалось чуть сложней. Это долгая история. Но, если перейти сразу к сути, сейчас Фиск скармливает их, выдавая за пойманных его отрядом линч...       Она замолчала на полуслове, и её глаза на миг налились чернотой. Тряхнув головой, будто отгоняя назойливую муху, Валери улыбнулась.       — Так ты хочешь мести? — Мэтт ловил каждый её вздох, вслушивался в ритм сердца, пытаясь уловить подвох, подловить на лжи. Тщетно. Вэлнот либо не сказала ни слова, кроме правды, либо искусно лгала.       — Мести? — Валери тихо усмехнулась. — Нет! Конечно, когда-то и правда проще было просто прикончить Фиска — столько людей не погибли бы напрасно. Но момент безнадёжно упущен... — она будто бы случайно остановила взгляд на Мёрдоке, но тут же вернулась к Карен, словно только та по-настоящему заслуживала её внимания. — А теперь... Теперь не хотелось бы делать из него мученика. И всё, чего я хочу — чтобы правду о Фиске узнали все. Полагаю, в этом мы похожи.       — Мы не работаем с... — начал было Мэтт, но Вэлнот рассмеялась, перебив его.       — С кем? С преступниками? В рамках нынешнего закона ты — такой же преступник, как и я, не говоря обо всём прочем... Как-то не похоже, что вы в том положении, когда можно разбрасываться союзниками и информацией. Нам есть что предложить друг другу.       Валери взглянула на Карен, понизив голос так, будто говорила о чём-то известном только им двоим:       — Ты же не думаешь, что в тот день в парке оторвалась по счастливой случайности, и шавки Фиска просто отстали по пути... — её губ коснулась загадочная улыбка. — Можешь не благодарить, мне даже понравилось.       Достав из кармана плаща потёртую визитку, Валери опустила её на ближайшую полку:       — И, кстати, насчёт Фогги. Всё не так, как...       — Не смей. Даже. Произносить его имя, — Мэтт подался вперёд, но Вэлнот уже сделала шаг к стене.       — Что ж, было приятно поболтать... До встречи, — она послала воздушный поцелуй и исчезла.       Никаких звуков или искрящихся порталов. Валери будто буквально ушла в тень, и только пёстрая визитка с призрачным следом вишнёвых духов, напоминали, что её появление не было иллюзией.

***

      Лишь оставшись наедине с собой, Карен взяла в руки оставленную тогда визитку. С одной стороны яркая реклама какой-то кофейни, с другой — адрес, выведенный от руки идеально ровным почерком. Кусая губы, Карен пощёлкала картоном по ногтям и ввела адрес в поисковую строку. Признанное непригодным здание. Наверняка ловушка. Рисковать она не хотела. Иметь дело хоть с чем-то связанным с Пойндекстером хотелось ещё меньше. Карен несколько раз брала визитку в руки, переворачивала, будто от этого мог появиться новый смысл, и каждый раз откладывала обратно. Наконец, смяв, она выбросила её в мусорную корзину.       День ото дня становился лишь напряжённее, и каждый раз, когда возникало ощущение, что стать хуже уже не может, этот город преподносил сюрприз. А их лучшие варианты, что вот он — шанс, надежда всё исправить, ускользали: Христофи скорее всего был мёртв. Говорят, что самый тёмный час — перед рассветом, но происходящее куда больше напоминало начало конца. Казалось, терять уже было нечего. Не сказав ни слова, Карен натянула один из париков, ставших уже привычными, накинула на плечи куртку и вышла в вечер.       Район оказался даже хуже, чем она ожидала. И чем дальше Карен уходила от освещённых улиц, тем реже встречались люди. На грязном асфальте блестели лужи. Карен шла быстрее, чем планировала, мысленно надеясь, что тренировалась достаточно и этого хватит, чтобы защитить себя. Главное — не паниковать. И не привлекать внимания.       Когда Карен нашла нужное здание, вокруг окончательно стемнело. Лишь тусклая мигающая лампочка давала понять, что она ещё не ослепла. Дверь оказалась не заперта, а дом казался совершенно заброшенным. Лестница скрипела под ногами, в нос бил резкий запах кошачьей мочи, а из темноты будто смотрели внимательные взгляды. На втором пролёте Карен остановилась — это должно быть здесь, — и прислушалась. Тишина. И с чего она только решила, что Вэлнот будет ждать её? Даже если допустить, что это не было ловушкой, Валери была в розыске и могла быть где угодно. Учитывая её прошлое появление, вообще где угодно. Карен замерла на секунду, кусая внутреннюю сторону щеки и не решаясь постучать. Хотелось развернуться и убраться как можно дальше, но отступать было не в её правилах. Карен постучала.       Коротко.       Торопливо.       Ответа не последовало. Но стоило ей занести руку для повторного стука, дверь нарочито медленно, со скрипом сдвинулась с места, словно приглашая войти. Вырвавшийся холодный свет поначалу показался ослепительным, но Карен сделала уверенный шаг за порог.       И сразу остановилась.       Квартира совершенно не соответствовала дому.       Слишком светлая. Слишком чистая. И ни следа того запустения, которое царило снаружи. Даже воздух здесь был другим, свежее, с едва уловимым ароматом всё той же вишни, свежего кофе и каких-то трав. Карен сделала несколько шагов вперёд, осматриваясь, но тут же вздрогнула — дверь за спиной тихо захлопнулась. По спине пробежал холодок. Карен обернулась, но никого не увидела. На мгновение свет пошёл рябью. Почти незаметно, так что можно было списать на бессонные ночи и тревогу — нервы были ни к чёрту, но следующий шаг заставил Карен замереть на месте: прямо напротив сидела собака — чёрно-белая австралийская овчарка с льдистыми глазами. Пёс не проявлял агрессии, лишь наблюдал, но от этого взгляда становилось не по себе. Тяжёлый, пристальный, будто и не животный вовсе.       Карен не знала наверняка, сколько времени прошло. Секунды словно стали длиннее, сливаясь в такие же тягучие минуты. Пространство сжалось до одной комнаты, а стены давили. Все привычные звуки растворились, ушли куда-то на второй план. Карен слышала лишь шум крови в ушах, а потом свет вновь дрогнул, и послышался шёпот. Сначала смутный — ни слова не разобрать. Карен закрыла уши ладонями, но это не помогло: сонм голосов становился всё более навязчивым — он будто проникал сразу в голову. Свет задрожал, а тени по углам зашевелились. В те мгновения, когда на стенах проступали трещины и пятна облупившейся краски, отдельные голоса вырвались из общего гула. Она знала их. Но этого не могло быть. Ладони стали липкими и задрожали. Карен с силой сжала кулаки, стараясь унять подступающую панику. Это какая-то уловка. Их здесь нет. Нет. Никогда не было. И не могло быть. Они все давно мертвы. Свет уже почти не мерцал, сменившись странной, живой чернотой.       — Карен...       — Кевин? — голос предательски дрогнул, и Карен обернулась, но морок осыпался прахом прежде, чем она увидела того, кто звал: дверь открылась — и на пороге появилась Вэлнот, прижимая к груди увесистый бумажный пакет.       Стянув с головы капюшон, Валери скользнула взглядом по Карен совершенно не удивившись её присутствию. Встретившись глазами с псом, она обиженно надула пухлые губы:       — Ну я ведь только на минуту вышла, потому что кошек нечем кормить! — Валери с укором покачала головой. — У нас не так часто бывают гости, чтобы ты их с порога кошмарил...       — Не думала, что у тебя есть собака, — сказала Карен, скорее чтобы завязать разговор, и скинуть недавнее наваждение.       Она не спускала глаз с пса и, казалось, не могла сделать ни шага в сторону. Шёпот стих, но странный, незнакомый страх, словно всё ещё держал её в своих цепких лапах, не желая отпускать — прежде Карен не боялась собак.       — Собака? Мм, — протянула Валери. — Можно и так сказать. Только ему это не говори — обидится. Осторожнее, — тихо сказала она, — тут далеко не всё настоящее... Но один мой приятель в этом просто мастер. Смог превратить эту дыру в место, куда хочется возвращаться...       — И что из этого настоящее? — с опаской спросила Карен.       Улыбка Валери стала шире, но в ней не было тепла.       — Ты, — ответила она после короткой паузы. — Я. Привычка Декса раскладывать всё по линеечке, когда он здесь появляется...       Она вытащила из пакета кошачий корм, тут же убрав его в ближайший шкафчик, прошла через всю комнату и опустилась на подлокотник дивана. В этот раз её образ не был подчёркнуто идеальным: никаких каблуков, явно мужская объёмная толстовка и чуть потёртые джинсы. Пёс проследовал за хозяйкой и, легко запрыгнув на диван, улёгся, потеряв всякий интерес к гостье. Но отчего-то Карен казалось, что это демонстративное равнодушие было лишь ширмой. Стоит ей сделать один неверный шаг... Думать о том, что тогда будет, она не хотела. Карен медленно перевела взгляд на Валери, и на мгновение их глаза встретились.       — Всё-таки решила прийти.       — Ты знала?       — Надеялась, — Вэлнот легко пожала плечами, чуть улыбнувшись. — Я умею... всякое, но будущее не предвижу.       — Что тебе нужно? — прозвучало резче, чем Карен рассчитывала, но Валери это ничуть не смутило.       — Кроме того, чтобы дерьмо Фиска всплыло наружу? — она хмыкнула. — Ты права, мне и правда кое-что нужно... — Не дожидаясь вопроса, Вэлнот продолжила: — Вернее, кое-кто. Нужно найти одного человека. Никакого криминала. Я просто хочу... — она замялась, словно решая, можно ли довериться Карен, между бровей появилась складка, — защитить. Но для этого её нужно найти, а мои способности не безграничны. В идеале сделать всё чисто и без магии — у меня могут быть проблемы и с тем, и с другим. Но можешь быть уверена, мне есть что предложить взамен. И это не только грязь на "Орион", — она пожала плечами, лихорадочно улыбнувшись. — У меня, знаешь ли, талант узнавать маленькие грязные секретики.       — Давай начнём с простого. Кто ты, чёрт возьми, такая и откуда взялась, — Карен внимательно взглянула на Валери, боковым зрением стараясь не выпускать из виду пса: как тот среагирует на грубость? Зверь лежал не шелохнувшись.       — Не уверена, что это именно то, что можно назвать "начать с простого", — протянула Валери. Несколько секунд, она задумчиво покусывала уголок губ с внутренней стороны, прежде чем выпалила с улыбкой: — Ну ладно, если ты хочешь поболтать, давай. Надеюсь, ты будешь внимательнее мозгоправов.