Механика выживания

После того, как маленький мальчик немного оправился, Эйден запланировал побывать с ним на Волшебной улице или, как ее называют теперь, Косая. На этой улочке были банк, маленькие магазинчики и лавки. Но это все потом, в начале им нужно в банк. Дело сделать. Белое здание финансовое учреждение было хорошо видно в начале и в конце. Вот Эйден Лаки вошёл в это здание с маленьким ребенком на руках и его сопровождал брат, как дополнительный защитник для маленького мальчика. Дома ему объяснили: что говорить и как себя вести. — Будь проще и к тебе потянуться другие люди, — сказал Шандор. — Хорошо, постараюсь, — ответил Гарри и показал, что будет стараться. *** В вестибюль банка они попали через специальный портал. Через зеркало. Первый вошёл в него Шандор, а потом уже Эйден с ребенком на руках. Они оказались в портальной комнате банка. Не опуская ребенка с рук, Эйден попросил гоблина-клерка провести их к поверенному Поттеров. — Свет и тепло вам и вашему дому, лорд Лаки. Здравствуйте, господа. — Поприветствовал их гоблин преставительного вида, когда они вошли в кабинет, он встал и посмтрел на черноволосого малыша находяшегося на руках у Серого Кардинала семьи Лаки. — Вот и вы, наследник Поттер! Я — директор банка Гринготс и ваш поверенный Никошхват. Так и зовите меня. Проходите, присаживайтесь и рассказывайте что я могу сделать для вас. Для начала нужно будет сделать проверку крови наследнику Поттер. Вы согласны на это? — Здравствуйте, директор. Добра и Света вашим детям. И, да, мы согласны, что для начала нужна проверка крови наследника, а также поддержка рода Поттер для него самого. — с уважением сказал Шандор. Пока взрослые люди решали свои вопросы, Гарри Поттер очень внимательно осмотрел все вокруг и был печатлен. А посмотреть отпределено было на что. *** Потолки, покрытые темной резьбой, были так высоки, что терялись в полумраке, а стены были облицованы холодным, полированным черным мрамором, изредка пронизанным тонкими золотыми прожилками. В воздухе висел едкий, металлический запах золота, пыли и древних тайн. Окна были крошечными, высоко под потолком, и закрыты толстенными, коваными решетками, пропускавшими лишь слабые полоски света. Главным источником освещения была массивная, бронзовая люстра, которая отбрасывала длинные, острые тени, делая комнату похожей на подземелье, несмотря на ее размеры. В центре, как пьедестал, стоял монолитный стол из черного, как смоль, дерева. За ним сидел сам директор банка — низкий, но невероятно внушительный. Его лицо было морщинистым и невыразительным, а в глазах блестел ледяной, расчетливый огонь. Он восседал на низком, но широком кресле, обитом грубой, но роскошной зеленой кожей, его рука покоилась на двух золотых слитках, которые служили пресс-папье. На столе, помимо стопок пергаментов, лежали инструменты: миниатюрные весы для драгоценных камней и длинный, тонкий кинжал с инкрустированной рукоятью, который Гарри принял бы за нож для бумаг, если бы не его зловещий вид. Директор банка изучающе смотрел на сидящего на руках у Серого Кардинала семьи Лаки маленького роста мальчика. — Что ж давайте тогда начнем с проведения проверки крови наследника Поттер, — сказал гоблин. Тут происходит несколько вещей: Гарри Поттер невольно дернулся, сидя на коленях у Эйдена в сторону, оцарапал свою руку и его кровь потекла из раны на край проявляющего пергамента. А маги, пришедшие с мальчиком, засуетились вокруг ребенка, остановили кровь и залечили магией рану. А гоблин взглядом пробежал по свистку и зачитал в слух. Вот что получилось. Имя: Годрик-Габриэль Джеймс Поттер, наследник Поттер. (Названный Гарри Джеймс Поттер) Дата рождения: 29. 06. 1979 (Я так хочу) год. Статус крови: чистокровный в 1 поколение 990 ветви. Родители: Джеймс-Кэмерон Карлус Поттер, Листалиана Дакалина Поттер (Эванотт в девственности.) мертвы Крестный отец: Северус Снейп, крестная мать: Хель Певерелл (Смерть) покровитель рода. Опекун: Эйден Лаки Ну вот так-то. — Северусу Снейпу надо будет сказать про результат проверки крови наследника Поттер. — сказал Шандор — Вот сегодня вечером или завтра утром скажем, — проговорил Эйден Лаки. — Вот это же прекрасно. Он был бы рад это услышать. — заметил Гарри. — Вот почему никто не знает об этом? — Ваша мама провела ритуал в тайне от всех, как ей посоветовал ваш дед, выбрав соответствующего крестного. Лорд рода Поттер Карлус Флимонт ваш дед наложил временный запрет на это знание до вашего появления в этом кабинете и оставил у меня письмо вам наследник Поттер — Сказал поверенный Никошхват. — Это было последнее что он сделал. На следущий день его, вашего деда, убили. А ещё через неделю не стало уже ваших родителей. — О…- и потекли слезы с зелёных глаз. — Не надо плакать, Годрик. Ты — не один.У тебя есть Северус и мы. — Утешал его Эйден Лаки, обняв мальчика. Надев на наследника Поттер защитный гарнитур из черного металла и черного жемчуга, они поблагодарили поверенного рода Поттер и отправились к магазину игрушек. *** Они пошли пешком, глубоко вздыхая осенний воздух. Взять на себя ответственность за Гарри — подростка с ворохом проблем со здоровьем, который по сути остался один, — было решением, которое он не принимал легкомысленно. Но Гарри, несмотря на свою хрупкость и постоянные визиты к врачам, был светом. Сегодняшний визит в магазин игрушек являлся маленькой, но важной частью его плана по обеспечению Гарри той самой, казалось бы, обычной, но необходимой стабильности и радости. Магазин назывался «Счастливая Полка», и он полностью оправдывал своё имя. Как только Эйдан переступил порог, его обволокло тёплое, приторно-сладкое облако запаха, характерного для новых вещей, смешанного с лёгким запахом ванили, который, вероятно, исходил от где-то спрятанных ароматических свечей. Мягкий, золотистый свет лился из небольших встроенных светильников, подсвечивая ряды полок. Стены были окрашены в пастельные тона — мятный, нежно-жёлтый и персиковый, создавая ощущение уюта, похожего на старое одеяло. В углу тихо играл проигрыватель, наполняя пространство приятной мелодией. Главным звуком, однако, был шелест пластиковых упаковок и тихие голоса покупателей, смешанные с мягким шорохом сотен плюшевых лапок. Мягкие игрушки занимали центральное место. Это был настоящий плюшевый океан. От гигантских, словно обнимающих медведей, до крошечных, расшитых блёстками единорогов. Игрушки были расставлены не строго, а как будто в игривом беспорядке: один медведь сидел, читая книжку, другой пил чай с лисёнком. Это место было создано, чтобы вызывать улыбку, даже если ты взрослый, обременённый заботами. Эйдан улыбнулся. Он впервые за долгое время чувствовал себя легче. Эйден сразу попросил брата отвлечь внимание Гарри, а сам пошёл в отдел мягких игрушек. Он не хотел ничего кричащего или слишком детского. Гарри было 6 лет, и хотя болезнь порой делала его уязвимым, как маленького ребёнка, он всё же был ребенком. Эйдену хотелось, чтобы подарок был утешительным, но не унизительным. Его взгляд упал на игрушку, спрятанную на третьей полке. Это был Волшебный тигр. Не тот хищный, а скорее задумчивый, в приглушённых серо-голубых тонах. У него были большие, мягкие лапы, и что самое важное — грустные, немного усталые, но невероятно добрые глаза, вышитые тёмно-синей нитью. «Он похож на Гарри», — подумал Эйдан с неожиданной болью в сердце. — «Немного одинок, немного напуган, но с невероятной душой, спрятанной внутри» Он снял тигра с полки. Ткань была невероятно мягкой, словно старая замша. Он потрогал игрушку. Было что-то терапевтическое в этой мягкости, что-то, что могло стать якорем в плохие дни Гарри, когда больницы и процедуры становились невыносимыми. Эйден Лаки расплатился на кассе, попросив не заворачивать тигра, а просто положить его в большой бумажный пакет с ручками. *** Придя домой, Эйден сразу заметил Гарри. Он сидел на диване в их новым доме. Он был бледный после вчерашнего обследования, а его плечи едва заметно подрагивали. Его обнимет Шандор. Когда Эйден вошёл, Гарри поднял глаза, полные молчаливого, вечного извинения за своё существование. Эйден молча подошёл и опустил пакет на колени Гарри. — Просто… чтобы помочь тебе немного обжиться, — пробормотал Эйден, чувствуя себя неловко. Гарри осторожно открыл пакет. Когда его пальцы коснулись мягкого белого меха, он замер. Он вытащил тигра и прижал его к груди, как щит. Сначала он просто смотрел на игрушку. Затем, медленно, очень медленно, уголки его рта дрогнули. Это не была широкая, ослепительная улыбка, а скорее мгновение чистого, нефильтрованного облегчения. Это… — взволнованно произнёс подросток — Он… Он такой мягкий. Гарри поднял глаза на Эйдана. — Спасибо, Эйден, — тихо сказал Гарри. Он не благодарил за игрушку. Он благодарил за то, что Эйден взял на себя ответственность, за то, что увидел в нём не просто «случай», а человека, которому нужна поддержка, за этот маленький, мягкий символ надежды. Он крепче обнял тигра, уткнувшись носом в его мех. Впервые за долгое время, глядя на Гарри, Эйден понял, что принял правильное решение.