«Американский итальянец»

Ланда шел впереди, но не спешил. Напротив, его походка была расслабленной, почти ленивой, будто он не пленник, а почетный гость, которого сопровождают на важную встречу. Альдо, следуя за ним, только сильнее стиснул зубы. На улице стояла душная ночь, воздух пах вином и выцветшими плакатами с лозунгами. Машина Рэя, одного из людей Альдо, стояла в переулке. Альдо подтолкнул Ланду к ней, но тот остановился и повернулся к нему. — Вы ведь понимаете, мистер Рейн, что у нас с вами теперь нечто вроде… партнерства? Альдо прищурился. — Ты чертовски переоцениваешь своё положение, полковник. — Вовсе нет, — Ганс улыбнулся. — Просто констатирую факт. Вы не убили меня, а значит, нуждаетесь во мне. В моей информации. В моих связях. — Мне нужно только одно, — резко ответил Рейн. — Твои списки. И когда я их получу, твоё будущее будет зависеть от того, насколько ты мне к тому моменту осточертеешь. — Ах, значит, у меня есть шанс вас очаровать? — Никаких шансов, полковник, — буркнул Альдо и открыл заднюю дверь машины. Ланда уселся с явным удовольствием, будто это не транспорт для пленного, а персональный автомобиль высокого класса. Альдо плюхнулся рядом, хлопнув дверью. Рэй, сидящий за рулём, обернулся. — Этот ублюдок тебя не достал ещё, лейтенант? — О, мистер Рейн меня все ещё терпит, — с улыбкой ответил Ланда. — Думаю, даже начинает ко мне привыкать. Альдо одарил его взглядом, который обычно предшествовал резке свастики на лбу. — Вези нас к базе, — бросил он Рэю. Машина тронулась, оставляя позади ресторан, пустую ночную улицу и тепло ужина, который мог бы стать последним для Ланды… но, похоже, он знал, как выживать. Альдо это все больше раздражало. Но ещё сильнее раздражало то, что Ланда, похоже, наслаждался каждой секундой этой поездки. Машина мчалась по узким улочкам, фары выхватывали из темноты облупленные стены, спящих собак, редкие фигуры, спешащие домой. В салоне царило напряжённое молчание. Ланда сидел, скрестив ноги, и невозмутимо разглядывал ногти, будто его только что не похитили и не везли в неизвестность. Рейн смотрел прямо перед собой, но чувствовал каждый взгляд этого человека. — Должен признать, мистер Рейн, — протянул Ланда, — мне всегда нравились дороги. Они символизируют перемены. Движение вперёд. — Ты всегда так много болтаешь? — О, только в хорошей компании. Альдо только хмыкнул, но Ланда не отставал. — Мы ведь оба знаем, мистер Рейн, что в этой войне нет хороших и плохих. Есть те, кто выигрывает, и те, кто остаётся на дне. — Ты к чему клонишь, полковник? — К тому, что мне неинтересно тонуть. Альдо смерил его взглядом. — Думаешь, выбрал правильный корабль? Ланда улыбнулся. — А вы? — Я не плаваю, полковник. Я охочусь. Ганс рассмеялся. — Ах, мистер Рейн, ирония судьбы. Ведь, по сути, мы с вами занимаемся одним и тем же. — Серьёзно? — Конечно. Я охотился на евреев, вы охотитесь на нацистов. Методы разные, но суть одна. Машина резко остановилась. Рейн резко развернулся, схватил Ланду за воротник и рывком притянул к себе. — Слушай меня внимательно, полковник, — его голос был низким, почти рычащим. — Ещё раз сравнишь себя со мной — и я вытряхну из тебя всю твою грёбаную информацию прямо здесь, по дороге. Ганс улыбнулся, но в глазах мелькнуло что-то, похожее на… удовольствие? — Как скажете, мистер Рейн. Альдо несколько секунд сверлил его взглядом, затем отпустил. Рэй молча вывел машину на дорогу, но ухмылку сдержать не смог. — Этот ублюдок тебя прям заводит, лейтенант. Альдо перевёл на него тяжёлый взгляд. — Веди машину, Рэй. Ланда устроился поудобнее, глядя на Альдо с тем самым выражением, от которого хотелось либо стукнуть его, либо… Рейн чертыхнулся и отвернулся к окну. Эта ночь грозила стать очень длинной.