Вспомнить, найти и воссоединиться!

После тех грустных событий, от воспоминаний которых, я всё ещё тихо пускаю пару слезинок, прошло несколько недель. Постепенно, мало-помалу, я освоилась в интернате. Мои навыки рисования оказались очень востребованы как в моем классе, так и в школе. Я вместе с другими девочками рисовала плакаты, активно участвовала в конкурсах и старалась уйти с головой в эту рабочую рутину. Даже завела себе «друзей». Но это не были те самые настоящие друзья, которые поймут и примут тебя такой, какая ты есть. Даже наоборот, им нужна такая Юля, которая нравится им, а значит я должна быть художницей, помогать с уроками и давать списать домашку, делится конфетами и прочим. Это я поняла позже, когда моих «подружек» выставили на линейке за то унижение какой-то другой девочки, когда они украли её дневник и облили её грязью, из-за чего та, едва не наложила на себя руки. Меня не оказалось рядом, но вот после их гнусного поступка, я окончательно порвала с ними и стала дружить с «жертвой» того инцидента. Подарила ей один из своих лучших рисунков и поделилась конфетами, которые мне привезла Виола. Она навещала меня на правах моего психолога, поскольку теперь я стояла на учете и была вынуждена каждый месяц отмечаться у неё. Однако мы обе были рады таким встречам, ведь казалось, что мы будто бы становимся… семьей. Как это приятно осознавать, что у меня остались люди, которых я могу считать своей семьей! Пусть лишь одна, но зато я знала к кому буду приходить, с кем могу делиться своими проблемами, у кого спросить совета. Больше всего мне запомнился новый год. Виола тогда забрала меня к себе, так как всё равно встречала данный праздник в одиночестве, точнее в этот раз у неё не было в гостях давней подруги – Оли. К слову, что эта самая Оля оказывается работает в «Совенке» пионервожатой! Закончила педагогический, работает с детьми. В любое время кроме дета она была учительницей начальных классов, а во время каникул она наконец покидала город вместе с Виолой. На моё удивление, ни Виола, ни Оля так и не вышли замуж! А ведь сама Виола была очень красивой женщиной, пусть и с гетерохронией. С разными глазами. А эту Олю я видела только по фотографиям и ей тоже было чем похвастаться. Странно это было в общем. В ту новогоднюю ночь мы с Виолой загадали желание: найти Семена. Кто что загадал в интернате: кому-то мячик, кому-то деньги, кому-то карандаши новые или плеер с кассетами, а мне нужно было найти моего брата. Ведь я была уверена, что где-то там, может в другом городе, может в какой-то больнице лежит Семен или же он вовсе здоров и прямо сейчас ищет свою Юльку, которая когда-то без ума была от котиков и носила ободок с кошачьими ушками. Виола тоже верила. - Есть «пропал без вести», значит надежда есть. Однако искать всё равно надо: неизвестно где Семен и в каком он состоянии. Главное, не терять веры! – говорила она мне в тот вечер. Как оказалось, Виола тоже любила музыку: для неё это было одним из немногих случаев расслабиться и отвлечься от работы. Впрочем, как и для меня. Больше всего Виола ждала наступления лета, когда «Совенок» начнет свою работу и она снова уедет на смену, в скромный, по её понятиям медпункт, где будет ожидать очередного пионера, которому надо подписать обходной или быстроногую пионерку, которая поскользнулась на мокрой от росы траве и проехалась своими коленками по асфальту. Тогда же я включила ту самую кассету и даже немного попытались потанцевать. Уже давно я отработала движения под песню «Burn», а это были покачивания по сторонам, плавные движения руками и «вспышки» на припеве. Этим движениям в танце я очень гордилась, так как все остальные кто как дергался, в зависимости от того, насколько стеснялся. Совсем веселые просто отдавались этой мелодии, другие действовали скромнее, а самые скромные просто слушали музыку. Виола отнюдь не была скромной, но и просто отдаться танцам она не могла, объясняя это тем, что в последний раз она танцевала на выпускном в медучилище. Поэтому её движения поначалу были скованными, немного неуклюжими, но постепенно она вышла в ритм и даже попыталась повторить мои движения. - Виола, ты неправильно делаешь. – наконец сказала увидев, что не очень хорошо у неё получается. - А как надо? – улыбнулась она. - Надо вот так! – я взяла её за руки и начала показывать. Повторив ещё раз у Виолы начало получатся. Наконец мы обе устали и просто разговаривали на всякие разные темы. Про мальчиков тоже. Здесь она вообще почему-то начала делать неловкие паузы, из-за которых я краснела как помидор. Ну не дружила я с мальчиками, а она всё пристает ко мне с этим! В такие моменты я даже начинала сердиться на свою старшую подругу, но уже скоро снова разговаривали на другие темы, обсуждая книги и рассказывая друг другу всякие истории из жизни. Наконец, мы так с ней измотались, что легли спать. Виола ушла к себе, а я уснула прямо на диване. В ту ночь мне снился «Совенок» и его пионеры. Много девочек, много мальчиков, что были похожи друг на друга, среди которых выделялась зарубежная принцесса с циановыми волосами – Мику. После новогодних праздников жизнь пошла дальше. Снова началась учеба, снова дни в интернате. Пришлось сильно постараться, сидеть за учебниками, зубрить правила, формулы, словарные слова чтобы к концу учебного года в журнале напротив «Персуновой Ю.С.» стояли одни «четверки» и «пятерки». Таким образом, к началу мая я совсем вымоталась и в одни выходные просто пролежала на койке. Я продолжала рисовать. Рисовала я всё, что придет на ум. Вот даже пару конфет в фантике смогла нарисовать. Чаще рисовала только Мику, как её представляла, самой настоящей феей, зарубежной принцессой. Интересно, а как она поет? И что она играет? Надеюсь, это не те скучные песни, что заставляют нас кричать на уроках пения! На моё счастье Виола убедила меня в обратном. В интернате в кабинете музыки кроме пары гитары было ещё пианино, к которому однажды я подошла и пробежалась по клавишам. Может попробовать научиться? Но учить меня особенно никто и не собирался, больше нашлось тех, кто мог научить играть на гитаре. Но играть на гитаре я не хотела, хотя мне и нравился звук этого музыкального инструмента. Причина была в другом: каждый раз, когда я прикасалась к гитаре, в моей памяти всплывал образ Семена. Однажды я увидела его полноценный образ, как Семен сидит на кровати, положив одну ногу под себя и перебирает струны. Видение показалось настолько реальным, что я едва не расплакалась, когда поняла, что это бред. Но образ не выходил из головы, и я нарисовала Семена в своем альбоме. Такого хорошего, красивого, задумчивого и бесконечно родного и любимого. Рисунок получился с первого раза, и я сохранила его в своем альбоме, время от времени посматривая на него. Поиски Семена я не прекращала, точнее мне никто и не давал искать брата, поэтому, по возможности, с этим помогала Виола, которая обзванивала больницы, спрашивала знакомых. Но или она плохо искала, или её знакомые ошибались, но брата мы не нашли. Веры мы старались не терять, потому что я знала, что тот голос, который я услышала осенью на кладбище принадлежал Семену. Да и Виола в его гибель не верила, и вместе со мной не теряла надежды. Наконец наступило лето, позади остались контрольные, выпускной, а впереди было целое лето, которое я, скорее всего, проведу вместе с Виолой в «Совенке». Ещё недавно получила от неё письмо, что очень скоро она заберет меня и мы поедем в райцентр, откуда я вместе с остальными пионерами поеду в лагерь на автобусе. Свои вещи я уже собрала и держала в сумке у своей кровати. А пока было время – прихорашивалась стоя у зеркала. Расчесывала свои волосы, заново заплела маленькую косичку. Виола приехала только к обеду. На сам обед я не пошла: пока сегодня утром дежурила в столовой, прекрасно знала, что дают рыбные котлеты, гречневый суп и кисель. А это мои самые нелюбимые блюда, тем более готовили их здесь просто ужасно. Уж лучше я сейчас поеду с Виолой и поголодаю пару часов, чем буду заставлять себя давиться этим! Воспитательнице я сказала, что приехала Виола и что я уеду с ней. Не получив никаких возражений, а только пожеланий провести хорошо лето, я держа обе свои сумки, вышла за двери, за которыми меня ждала Виола. - Виола! – на радостях я уронила сумки, благо внутри них не было ничего хрупкого и кинулась на шею своей старшей подруги. - Здравствуй-здравствуй Юля! – смеясь прижимала меня к себе Виола. – Как дела? - Ой, знаешь… Всё бы неплохо, но лучше будет только в лагере! А ещё, спасибо, что ты сейчас приехала! Там в столовой дают: гречневый суп, рыбные котлеты и кисель! - Да уж, это всё, что только ты не любишь! Ну не переживай, сегодня травиться этим тебе точно не придется. – она подняла одну из моих сумок и пригласительным жестом попросила идти за ней. У Виолы была своя черная «Волга», на которой она не раз приезжала ко мне, если не брать в счет те дни, когда сильно устает или занята работой. Убрав на задние сидения мои сумки, я села, как больше всего любила, на переднее. Завелся мотор, и машина неспешно тронулась. - Ты кушать не хочешь? – вдруг спросила Виола. - Ничего страшного, я потерплю. – ответила я. - Нам целых два часа ехать до райцентра, а потом ещё три на автобусе до «Совенка», уверена? – она сделала ударение на последнее слово и в этот момент мой живот издал звук, чем предал меня. - Поняла, по пути заедем кое-куда. – улыбнулась Виола и подмигнула. Я же сидела вся красная. Было очень неудобно признаваться, но желудок оказался прав. Поесть что-то перед дорогой действительно стоило. Однако вместо ожидаемого ресторанчика или кафе, ну или хотя бы той же столовой, мы остановились у какого-то ларька, перед которым стояли пару складных столиков. В воздухе стоял твердый запах жареного мяса – шашлыка. Готовил всё это старик, вроде как, грузин, который радушно нас принял. Виола здесь явно была не впервые, так как дедушка узнал её. Мне на блюдечке принесли несколько кусочков жареной говядины, пахнущей специями, покрытой томатным соусом, вместе с луковыми колечками и листиком салата в придачу. А в большом стакане для меня был ягодный компот. Так вкусно уже давно не было. У Виолы на тарелке был простой овощной салат. - Это чтобы не поправиться. – пояснила она, но тем не менее, один кусочек шашлыка я ей оставила. Далее мы попрощались с дедушкой, который на прощание подарил мне горсть карамелек. Пару штук мы с Виолой съели уже в дороге, а потом я не выдержала молчания и спросила у неё: - Виола, а Мику будет в лагере? – меня больше интересовала та самая девочка-фея. - Вообще, - она начала вспоминать, - насчет всех остальных пионеров в твоем отряде я не помню, но точно знаю, что вы с Мику будете состоять в одном. - Ура! А кто ещё будет? - Та-ак, дай-ка вспомнить… Сла… точно, Славяна. Не удивлюсь если она и в этот раз станет помощницей вожатой. Это самая образцовая пионерка, каких я только успела повидать. Спортсменка, без пяти минут комсомолка и просто красавица. Дальше… Лена, девочка умная и очень скромная – тихоня. Ульяна… девочка с батарейкой. Ты сразу поймешь кто она. Алиса? Не знаю, будет ли она в эту смену в лагере, но, если будет, ты поймешь – Ульяна всегда рядом с ней будет. Ну, или вместо неё будет гитара… Юля, что с тобой? - Прости, Семена вспомнила просто… - я уже не плакала, точнее старалась не плакать. Но поиски, что не возымели никакого результата всё чаще с каждым мгновением гасили во мне ту надежду, которой жила последний год. - Юля. – серьезным тоном, даже с каким-то твердым голосом сказала Виола, - Мы его найдем. Слышишь? Я обернулась. Виола смотрела на меня самым серьезным взглядом на какой она только могла быть способна. - Если мы его ещё не нашли, это может значит, что сейчас Семен ищет тебя, а уж если и он тебя ищет… - то обязательно найдет… - закончила я фразу. - Вот видишь, найдется он. Ну или он тебя найдет. Обязательно. – Виола сделала паузу и вдруг остановила машину на обочине, - Достань-ка свою кассету: скучно в дороге, а то свои кассеты я уже до дыр прослушала. Поискав в сумках кассету, мы вставили её в проигрыватель и уже с приятной клубной музыкой поехали дальше. Я всё же уговорила Виолу послушать пару её кассет и остаток пути мы только и делали, что меняли её кассету на мою и обратно. Когда мы заехали в райцентр, Виола остановилась на автобусной остановке. - Юля, сейчас мне надо в «Совенок», подготовить медпункт, лекарства разобрать… В общем, где-то через… - она посмотрела на наручные часы, - через полчаса подъедет 410-й автобус с… пионерами. Скоро сюда прибудут остальные… - А меня точно возьмут? - Да, Оля проведет перекличку. Ты в списке есть. Поэтому просто громко откликнись и руку подними повыше. Всё поняла? - Да, поняла. - Ну тогда до встречи в лагере! – Виола подмигнула мне. - Виола подожди! А сумки? - Не переживай, я отвезу их и на месте тебе передам. Получив согласие в виде моего кивка, машина с Виолой за рулем укатила дальше по дороге. Вот только ждать полчаса одной было бы слишком скучно, и если первые 5 минут я ещё держалась, то вот на десятой уже начала ходить вокруг остановки, нарезая круги. - Ты уже прошла километр, молодец! – раздался чей-то красивый голос. Подняв голову, я увидела образец русской красоты. Девушка на голову выше меня, стройная, с длинными золотыми косичками. Лицо, однако, загорелое, глаза небесно-голубые. Если бы я захотела себе представить Снегурочку, то в первую очередь вспомнила бы о ней. Однако вместо шубки или пальто на ней было простое синее платье. - Ты тоже ждешь автобус? – спросила она, ставя на землю свой чемодан. - А, да… Виола, то есть… Виолетта Константиновна меня тут оставила, сказала дождаться автобуса. - Да ладно тебе, Виола всегда же просит её только имени называть. Для всех в лагере она – Виола. Ой, точно! Меня зовут Славяна, но зови просто Славя! – оптимизм от неё так и восходил. - Приятно познакомиться! А меня зовут Юля! – я протянула ей руку. После рукопожатия, мы с ней начали обсуждать лагерь. - Славя, а ты ведь уже бывала в Совенке? – хоть Виола и говорила о ней, но мне хотелось удостовериться, что передо мной та самая Славяна. - Да, и я тут на всё лето! Я ведь теперь помогаю вожатой, вот после одной смены и стала активничать. - А почему начала? - Понимаешь… - она немного покраснела, - у меня нет какого-либо таланта, но я очень люблю всем помогать. Вот и взяли. - А это тяжело? Помогать всем. - Это даже приятно. Если хочешь Юля, мы с тобой можем пойти семейку ежиков покормить. - Ух ты! А можно? – по своей старой привычки я широко раскрыла глаза и рот, а Славя рассмеялась. - Можно-можно! Только вот если… Кстати, а ты в какой отряд зачислена? Я полезла в карман и вытащила сложенную в четыре путевку в пионерлагерь и, пробежав глазами, ответила: - Тут сказано, что я первом отряде и вожатая у меня Миронова О.Д. - Тогда всё проще: мы с тобой в одном отряде, Юля! Даже если не сегодня, так завтра вечером сходим. - Они прям в лагере? - Нет, что ты! Они недалеко от лагеря, хотя и пройтись немного придется. - А Ольга Дмитриевна ругаться не будет? - А мы ей не скажем. – произнесла Славя шепотом. - Здорово! Далее Славя рассказывала о лагере, о кружках. В прошлую смену музыкальным кружком заведовала Мику, техническим кружком или же кружком кибирнетиков, заведовал какой Шурик, в библиотеке сидит-скучает Женя. Раньше был ещё кружок шитья и театральный, но вот теперь так как никто не хочет становиться заведующим, в прошлую смену их прикрыли. Рассказала она так же о лодочной станции, некоторые пионеры, при наличии умения управляться с лодкой, оказывается уплывают на один из островов, где растет очень сладкая земляника. При упоминании этой ягоды, я мечтательно облизнулась. Очень люблю землянику в любом виде. Даже трудно сказать в каком больше: как варенье или отдельно в пироге? Впрочем, варенье из земляники я привыкла наносить на печенье «юбилейное» с маслом. Получалось такое простое и о-очень вкусное пирожное, которое мы с Семеном нередко делали по утрам. - Сплаваем тогда на остров? - За ягодами-то? Только смотри не съешь там всё! – смеясь ответила Славя. Пока мы разговаривали, к нам на остановку стали сходиться остальные пионеры. Одной из первых пришла красивая девушка с темно-фиолетовыми волосами, которые были собраны в четыре забавных хвостика. При каждом движении они смешно дергались. Подмышкой она удерживала книга, а схватившись двумя руками волочила по земле свой чемодан. Пока Славя разговаривала со мной, девушка раскрыла книгу и начала её читать, однако время от времени косилась в нашу сторону. Я поняла, что она следит за мной. Поэтому после очередного косого взгляда в мою сторону, я решительно шагнула в её сторону. - Привет, ты тоже едешь в «Совенок»? – спросила я достаточно громко, наверное, из-за этого она едва не выронила книгу, - Меня Юля зовут, а как тебя? - Л-Лена… - немного запинаясь и негромко ответила девушка, - П-приятно познакомиться. - Лена, ты уже тут? – к нам подошла Славя. - А, з-здравствуй Славя! – уже чуть увереннее ответила Лена. – Как ты? - Да всё хорошо, вот знакомься с Юлей – в нашем отряде состоит. Юля, это Лена. Очень любит читать книги и рисовать. - Славя! – Лена заметно покрылась краской. - Я тоже люблю рисовать. Правда мне не очень хорошо рисую людей. – призналась я. - О, у нас Лена большая художница. Знаешь, как хорошо она стенгазеты и плакаты рисует? А ещё картины там… - Славя, пожалуйста… - всё ещё красная Лена уже умоляла Славю прекратить. - Лена, ты научишь меня рисовать людей? – я состроила такое лицо, что Лена отвела взгляд в сторону. - Ну… хорошо, только давай сначала в лагерь приедем? Там и… посмотрим. – выдохнула Лена. - Смотрите-ка, какие люди! – со стороны раздался чей-то голос. Обернувшись, я увидела, как к остановке подходили две рыжие девочки. Одна была явно помладше и почти одного роста со мной, а вот другая старше, скорее ровесница Лены или Слави. Младшая была одета в большую свободную красную футболку с словом «СССР» впереди и серые шортики, огненно-рыжие волосы были в два больших таких хвоста, что напоминали сопла ракет, а челка была уложена пятиконечной звездой. Старшая же выделялась тем, что носила футболку с названием какой-то иностранной музыкальной группы, кажется «Queen», которую когда-то видела на одной из кассет брата. Яркие рыжие волосы, собранные в два торчащих хвостика, янтарные глаза, что мне больше всего понравилось в ней. Ещё за её спиной виднелся футляр от гитары. У обеих взгляд был весьма дружелюбный, но он был не такой как у Слави. Если Славя излучала какую-то вселенскую доброту, то младшая с какой-то игривостью вместе с любопытством, будто бы только и ждет кого бы позвать играть. Старшая же смотрела с какой-то хитрецой, было видно, что они обе озорные и играют роль основного двигателя веселья. - Славя, привет! – звонко поприветствовала младшая, а потом перевела на меня взгляд, - Ой, а ты кто? Новенькая? Меня Ульяной зовут! - Привет! Да, я новенькая. Я Юля. - Ну привет, Юля. – сказала старшая, - Меня зовут Алиса, будем знакомы. – она подмигнула. Далее начались расспросы. Ульяна спрашивала о том, что мне нравится есть, во что люблю играть, хорошо ли плаваю. Алиса больше задавала вопросы о том, чем я обычно занимаюсь, умею ли играть на чем-то, люблю ли музыку и так далее. Я успела ответить лишь на некоторые из них. Ульяне рассказала, что люблю «юбилейное» с вареньем, что плаваю неплохо. Алисе же успела рассказать, что люблю рок музыку, отчего явно получила от неё уважение, и что неплохо рисую. Договорить нам не дал подъехавший автобус, на лобовом стекле которого ясно был виден его номер. 410. Из открывшихся со скрипом дверей, вышла высокая девушка, с длинными каштановыми волосами, которые равномерно улеглись на её плечах. Одета она была в пионерскую форму, но то, что она сама не пионерка, а вожатая догадаться было нетрудно. Кроме того, она мне показалась знакомой. - Ольга Дмитриевна! – подбежала к ней Славя. Ясно, это теперь моя вожатая и это о ней мне говорила Виола. И это её я видела на той фотографии в доме Виолы. Всё-таки красивая мне досталась вожатая! Надеюсь, что она не будет такой строгой, какая была в моем лагере. Ольга Дмитриевна устроила перекличку. Первой в автобус зашла Лена, потом Ульяна, за ней Алиса, следующей оказалась темноволосая девочка в очках, которую я почему-то не заметила, двое мальчиков, вроде бы Александр и Сергей. - Персунова Юлия! – наконец очередь дошла меня. - Я! - Иди сюда, проходи в автобус и занимай место. – в её голосе прозвучала какая-то особенная ласка и неким сочувствием? Войдя в автобус, я посмотрела на ряды сидений. Алиса с Ульяной сели вместе. Лена отошла вглубь салона и прикрылась книгой. Те мальчики тоже устроились вместе. Темноволосая девочка в очках подсела к Лене. Пока мой взгляд бегал в поисках к кому бы присесть, меня окликнули. - Эй, садись со мной! Я обернулась и увидела Мику! Это была точно она, я не могла спутать! Да, я всегда рисовала её танцующей, но вот с прической попала в точку! Такие же аквамаринового цвета волосы, сложенные в два длинных хвостика. Глаза голубые и лицо… красивое. - А можно? – спросила я, еле сдерживая визг. - Конечно! Чуть было крикнув на весь автобус пламенное «ура», я подсела к своей фее, о которой думала весь год. На уроках, в свободное время, пока рисовала, а уж когда в черновик писала, то небольших рисунков Мику было больше, чем примеров по алгебре или геометрии. - Как тебя зовут? Меня вот – Мику. Правда-правда! Никто не верит, но у меня папа русский, а мать японка… - А я верю! – перебила я её и в той же манере продолжила, - Меня вот Юлей зовут. Мику, а это правда, что ты на всех инструментах играть умеешь? - Ой Юля, это правда! Честно-честно, вот на всём что угодно смогу сыграть. На рояле, на барабанах, на гитаре, на флейте и на скрипке! А ты на чем-то играешь или хочешь научиться? - Знаешь Мику, - я сделала небольшую паузу, - Всегда хотела научиться играть на синтезаторе. - А почему не гитаре? – вдруг вмешалась в разговор Алиса, что сидела позади меня, - Ты же рок любишь, верно? Я могу научить! - Алиса! Твой рок можно и на синтезаторе сыграть! – ответила ей Мику с некоторыми нотками возмущения. - Да не звучит он на клавишных нормально! - Просто ты ничего не понимаешь! - Девочки, не ссоритесь! – надо было остановить этот спор, - На гитаре брат хорошо играет, в том числе и рок песни! – я настолько увлеклась разговором, что совсем забыла о Семене. - А почему он не приехал? – задала колющий вопрос Алиса и я замолчала, опустив голову. Я не знала, что мне ответить. Мне ничего не было известно о судьбе брата. Что с ним, где он. Как будто бы никогда не существовало моего брата. Простая пометка «пропал без вести». Весь год жила надеждами. Надеждой, что Семен жив и что в скором времени найдется. Но не нашелся. Не нашлись люди, которые могли бы сказать, куда он мог пропасть. Как будто бы чей-то злой умысел разделил нас и теперь не только врачи, но и другие люди, просто нагло мне врут. Однако надо было что-то ответить, но не могла. К горлу стал подкатываться ком, губы слегка начали подрагивать, как вдруг раздался строгий голос Ольги Дмитриевны. - Двачевская, хватит разговоров! - А я что? Я ничего! – с некоторым удивлением ответила Алиса. Прости Алиса, но я пока не хочу об этом никому говорить. Ком пропал, а я сделала пару вдохов и выдохов. Успокоилась. - Юля, а почему твой брат не приехал? Может, ему уже поздно в лагерь? – спросила Мику и предложила удобную версию. - Да. Поэтому… - проговорила я. - Ясно, слушай, а почему ты хочешь на синтезаторе? Нет-нет, ничего такого, он у меня есть, просто обычно все хотят на рояле попробовать. - Я хочу на дискотеке что-то поиграть. – уже более увереннее ответила я. – У меня тут ещё одна кассета есть, если хочешь, можем послушать. - Кассета? Конечно! – глаза Мику загорелись, а улыбка на её лице стала ещё ярче. На тему музыки мы с Мику проговорили всю дорогу до лагеря. С нами время от времени разговаривали Ульяна с Алисой. Тему Семена уже никто не подымал и от этого разговор стал легче. Это время невзначай бросила меня в мою последнюю смену, где всё было так же непринужденно, свободно и весело. Будто бы и не было тех страшных месяцев, не было целого года тоски и одиночества. А я снова пионерка…