Koishiteru

— На сколько? — спросила Хината, пытаясь скрыть свое разочарование за вымученной улыбкой. Получалось отвратительно. — Полтора месяца, — ровно ответил Саске, собирая рюкзак. Они только вернулись из Страны Чая, где провели неделю свадебного отпуска. Самые счастливые семь дней в их жизни за очень долгое время. Они вкусно ели, много гуляли, очень много занимались любовью, разговаривали и строили планы на будущую жизнь. А сейчас его снова отправляют на миссию. Хината была к этому готова, хоть от этого огорчалась не меньше. За два года их неторопливого общения и развивающихся отношений, он чаще бывал на миссиях, чем в деревне. И пора бы смириться с этим, но, по ее мнению, он достаточно искупил свою вину. Хотя признаться честно, она не видит во всем случившемся ни капли его вины. Только сломанного человека, принимавшего не совсем правильные решения. Однако не ей его судить, и точно не старейшинам или ее отцу. — Будь осторожен, ладно? — Саске кивнул, но почему-то не мог заставить себя шагнуть к двери. — Какаши обещал оставить тебя в деревне пока меня не будет. — Это лишнее, — фыркнула она. — Я такой же шиноби, как и ты, — Саске насмешливо вскинул бровь. — Ладно, я чуунин, а ты джонин, — к первой брови присоединилась вторая. — Черт с тобой, Учиха Саске — самый крутой шиноби в мире. Он рассмеялся, наклоняясь для обязательного поцелуя. — Надеюсь, ты будешь там, где я тебя оставил, когда вернусь, Хината, — прошептал он после поцелуя и долгих объятий. — Возвращайся скорее. Я люблю тебя, — Саске кивнул и потратил больше душевных сил, чем ожидал, чтобы покинуть дом. Это было самой нелюбимой частью ее жизни — оставаться за дверью в пустой квартире, пока Саске снова берет на себя такую работу, с которой с трудом бы справился целый отряд АНБУ. Хината вернулась в их гостиную, одну из двух комнат, не считая кухни, и плюхнулась на диван, сдерживая слезы. Ну правда, что это она, не могло же это длиться бесконечно. Она была из тех людей, которые считали плохой приметой — распускать слезы перед важным заданием, поэтому старалась быть сильной. Ей остается только ждать и верить в мужчину, которого полюбила всем сердцем. Ну и ремонт никто не отменял. На самом деле, работ в доме осталось не очень много. Крыша стояла, лестница была, стены подняты и подготовлены для обоев или покраски, они даже уже постелили полы. Их осталось только обработать маслом, чем они и собирались заняться завтра, но теперь она вполне справится и сама. Хината уже давно заметила, что Саске уходит на задание и приходит с него только ночью. Сегодня тоже не стало исключением, что не добавляло ей спокойствия. Полночи она пролежала без сна, ворочаясь от тревоги за мужа, поэтому утром чувствовала себя разбитой, но настроение исправило письмо, лежащее на подушке, на которой обычно спал Саске. Он до сих пор не признался ей, как доставляет свои письма, и доставляет их настолько часто и незаметно, что Хината подозревает пространственную технику или змей, что в целом почти невозможно, так как Саске не любит пользоваться призывом Орочимару. На бумаге ее ждало привычно лаконичное: "Я в порядке", но Хината от этих трех слов улыбалась во все зубы весь остаток дня. Жизнь в деревне шла своим чередом, и Хината не отставала, пытаясь избавиться от тревожных мыслей и игнорируя неприятные взгляды некоторых шиноби и жителей деревни. Это мало ее волновало, если честно. Больше удручала ситуация с близкими людьми. Однако она была рада хотя бы тому, что Ханаби и Шино не изменили отношение к ней и поняли ее. Киба стал ее игнорировать, но чаще вообще не попадался в ее поле зрения. С Наруто они были не то, чтобы близки, но, казалось, жизнерадостный блондин был счастлив за друга. Сакура держится отстранено и холодно, хотя опять же они были не в тех отношениях, но перемена заметна. Ино слишком занята своей жизнью и работой, чтобы обращать достаточно внимания на чужую драму, поэтому держит вежливо-нейтральную позицию. Шикамару тоже примерно так же относится к ней, как и обычно, хоть и чувствуется, что новоиспеченный глава Нара не очень жалует Саске. Тен-тен Хинате и самой видеть трудно, она ее трусливо избегает, так как подруга не может перестать скорбеть по Неджи, а Хината боится снова впасть в то состояние и больше из него не выбраться. Однако она не жалуется, ей привычно одиночество и оно уже ее не огорчает, потому что в мире есть человек, который разделяет с ней все, что можно и нельзя. Просто ей нужно набраться терпения, чтобы снова оказаться в его теплых объятиях. Иногда забегает Ханаби и Куренай с дочкой, однажды даже заходил Шино, чтобы рассказать, что скоро приступает к работе преподавателя Академии. Что ж, друг всегда мог ее удивить, и она искренне за него рада. Так, день за днем, Хината закончила с полом и пришла в магазин красок. Они не обсуждали с Саске ничего, кроме спальни, поэтому она решила начать с нее. Хината долго пыталась объяснить Саске, какой именно цвет она хочет, но ей казалось по его молчанию, что он так и не понял. Однако сегодня Саске в завернутой бумаге с одним единственным словом "Спальня" прислал ей траву именно того цвета, что она видела в голове. Бумага вся пропахла полынью. Как же она раньше не догадалась, что желаемый цвет — это цвет полыни. Хината рассмеялась, нюхая растение. Смех плавно перешел в слезы, она ужасно соскучилась по Саске. Две недели без него никогда раньше не тянулись так долго. Снова пройдя "дорогу порицающих взглядов", как ее называла Хината, она выбрала краску и с трудом дотащила тяжеленный пакет с банками. Главная спальня дома, их спальня, была довольно просторной, поэтому она взяла краску побольше, чтобы ей не дай Ками не хватило. От этого марш-броска Хината неожиданно вымоталась, поэтому раньше обычного ушла в их квартиру и после расслабляющей ванны завалилась спать. Столько часов сна ей абсолютно не помогли, она чувствовала себя такой же уставшей и разбитой, но, собрав волю в кулак, поплелась к их будущему дому. В доме ей заметно полегчало: запах лака для дерева успокаивал, а свет, попадающий сквозь пыльные окна, завораживал. Она уже более энергично поднялась на второй этаж, переоделась в старую одежду, которую выделила для грязных работ, приготовила кисти и валики, достала пластмассовый таз для смешения цветов и, наконец, открыла первую жестяную банку. Буквально через три секунды она опустошила желудок под засохшим кустарником на заднем дворе. Однако несмотря на ужасную тошноту, небольшое головокружение и испарину на лбу, Хината счастливо улыбалась. "Спасибо, что исполнил мое заветное желание" — начеркала она на небольшом листке бумаги и оставила на подушке Саске, особо ни на что не рассчитывая. Но проснувшись была еще счастливее, чем вчера, потому что на бумаге, лежащей возле нее были совершенно другие слова. "Я люблю тебя". Ее муж однозначно волшебник, и это было его первое признание.