Глава 4
7 апреля 2025 г., 06:58
В эту ночь Том остался в доме вдовы Дуглас. Они с Геком легли спать в комнате последнего, оба при этом находились в весьма подавленном состоянии. Том был расстроен тем, что его расследование зашло в тупик.
Да, он до сих пор был уверен в виновности Райана Финна, но как ее доказать? Ах, если бы Том мог провести дактилоскопическую экспертизу! Но, к сожалению, это было невозможно.
Можно попытаться проследить за подозреваемым и тогда, может быть, удастся вывести его на чистую воду. Главное, чтобы не закончилось как с Темплями.
Кажется, за этими размышлениями Том провел час или более. В любом случае, сон никак не приходил, и Сойеру ничего не оставалось, кроме как дальше думать обо всем происходящем и втыкать в белый, идеальный, аккуратный потолок.
Внезапно он почувствовал, что кровать начала трястись, и повернулся к Геку. Том видел лишь его покрытый черными волосами затылок и спину, но да, Гек дрожал. И эта дрожь усиливалась. Том даже сел.
Гек начал хрипеть, будто задыхался, а потом и вовсе свалился с кровати. У Тома самого дыхание перехватило от страха:
— Гек! Гек! Ты в порядке?! , — он спустился к нему на пол.
Гек схватился руками за голову и продолжал хрипеть, трясясь, как стиральная машина при отжиме. Том уже был готов бежать к вдове Дуглас за помощью, но через несколько секунд Гека отпустило.
— Меня тошнит, — невозмутимым голосом сказал он и пошел в сторону двери. Когда тусклый свет уличного фонаря осветил лицо Гека, Том заметил слезы на его щеках.
Гекльберри вышел из комнаты, а Том лег обратно на кровать и стал ждать его. Минуты тянулись вечно. Сойеру хотелось хоть как-то понять, что произошло, и, может быть, как-то помочь.
Том не смотрел на часы и не знал, сколько времени Гека не было. Когда он все-таки вернулся, Сойер задал ему вопрос:
— Что с тобой?
— Что ты видел? , — задал ему встречный вопрос Гек.
И оба резко замолчали, то ли от нервов, то ли от чего-то еще. Тому самому стало нехорошо. Он с силой выдавил из себя слова:
— Тебя трясло, — все внутри Тома сжалось. — Как ты себя чувствуешь?
Гек вздохнул и, сев на пол, достал из-под кровати пачку сигарет:
— Паршиво, — ответил он, закуривая.
— Тебе приснился кошмар? , — Том подполз и сел на край кровати
Гек неопределенно промычал, выпуская дым из своего рта. В темноте его лицо было плохо видно, но его худая угловатая фигура, освещаемая фонарем через окно, выглядела в тот момент очень маленькой, слабой и беззащитной. Тому захотелось прижать его к себе.
— Садись на кровать, — тихо сказал он.
Гек поднял глаза на него и, на секунду замерев, сел рядом с Томом. Сойер придвинулся ближе и крепко обнял друга за плечи. Том почувствовал острые, выпирающие через одежду кости ключицы, плеч и рук. От Гека исходил сильный запах сигаретного дыма, который захватывал просто весь окружающий его воздух. Но Тому на это было все равно.
— Если тебе нужно поделиться чем-нибудь, или тебе нужна поддержка, — он старался звучать более уверенно. — Я всегда готов тебя выслушать и поддержать.
Гек повернул голову и заглянул Тому в глаза, заставив вздрогнуть что-то у того внутри.
— Спасибо, — прошептал Финн. — Спасибо, что ты есть.
Утром они оба были ужасно невыспавшиеся и изможденные. За завтраком Гек минут двадцать мешал кашу в тарелке ложкой и, видимо, ел потом холодную. У Тома аппетита тоже не было. Вдова Дуглас не могла не обеспокоиться поведением мальчиков и начала строить догадки.
— Ты не заболел? , — она по-матерински прикоснулась ко лбу Гека губами, поверяя температуру.
Он чуть отодвинулся от нее и помотал головой, показывая, что все в порядке. Том задумался: почему Гек хочет скрыть то, что произошло с ним ночью?
— Нам нужно сходить в книжный, Том, — внеазпно сказал тот.
Том сначала не понял, о чем он. Но, позже, выяснилось, что Гек предложил ему отнести их книгу в книжный магазин, чтобы спросить у продавца, кому ее продали и когда. Идея была не самая удачная, ведь произведений на иностранных языках там никогда не продавалось, но попробовать все же стоило. К тому же, была суббота, а это значит, что в школу им не нужно.
Будто почувствовав их настрой, погода тоже испортилось. Небо заволокло тучами, стало довольно прохладно и ветрено.
Когда мальчики зашли в книжный магазин, там было пусто. Лишь продавщица тихо скучала на кассе. Том выложил книгу перед ней.
— Здравствуйте, мадам. Вы не узнаете эту книгу?
Женщина надела очки и стала внимательно рассматривать обложку, после чего ответила:
— Нет…а чем я могу помочь?
Теплившаяся до этого надежда в груди Тома окончательно разбилась. Он взглянул на Гека, который мрачно изучал глазами полки в магазине. Том снова посмотрел на продавщицу:
— Может, вы подумаете? Может, вспомните? Может, кто-то покупал ее у вас?
— Нет-нет, дети, — она вздохнула. — У нас не продаются книги на иностранных языках. Простите.
— Понятно, — чуть не плача, Том засунул книгу в рюкзак. — Все равно спасибо.
Они молча вышли из магазина. Теперь можно было окончательно сказать, что расследование зашло в тупик, а ведь Гек говорил, что ничего не получится. Том взглянул на него: тот хотел покурить, но крупные дождевые капли упали прямо на сигарету, заставив Гека громко и неприлично выругаться. Пошел дождь.
Мальчики направились в сторону Кардиффского холма, но не один из них особо не торопился, хотя промокнуть — так себе перспектива. Том смотрел не прямо, как надо было бы, а в сторону Гека, разглядывая его бледное лицо, синяки под глазами, намокающие черные волосы. В какой-то момент Сойер почувствовал, что в его кеды просочилась вода: он вступил в лужу.
***
Почти весь последующий день мальчики провели в доме вдовы Дуглас. Том пытался веселиться, но Гек видел, что он, на самом деле, очень расстроен. Да и самому Геку было не намного лучше. Во-первых, он, конечно, тоже расстроился из-за того, что дело встало, и ему было очень жаль Тома. Во-вторых, Гек чувствовал себя уставшим и вымотавшимся, возможно, из-за бессонной ночи. К вечеру дождь закончился, и Том отправился домой. Проводив его, Гек вернулся в свою спальню, и его глаза уткнулись в лежащую на столе книгу. Ту самую книгу из дома Маклохлинов. Без особой надежды Гек снова взял ее в руки, осмотрел обложку, форзац, страницы, потряс. Ничего, как он и думал. Достав сигареты из-под кровати, Гек сел на подоконник и закурил. Туч на небе больше не было. Лишь персиковая гладь и солнечный круг, приближающийся к линии горизонта. Невольно Гек постоянно возвращался к Маклохлинам в мыслях. За что их могли убить? Ведь они, на самом деле, довольно славные люди. Были. Тяжело запомнить, что их уже нет. Гек снова взял в руки ту книгу. После получаса раздумий он вспомнил: у Маклохлинов остались еще трое взрослых сыновей, его кузенов, которые, наверняка, намного чаще бывали в доме семьи, чем Гек. И, возможно, они видели эту книгу. Утром в воскресенье он как раз и пошел к одному из них. Гек выбрал кузена, который относился к нему лучше остальных. Его звали Ошин, и в детстве он угощал Гека конфетами. — О, ты так рано, — зевая, протянул Ошин. — Ну, проходи, завтракать будешь? — Нет, спасибо, — Гек смутился и опустил глаза вниз. — Мне всего лишь нужно кое-что у тебя спросить. — Могу с собой тебе что-нибудь дать, — Маклохлин будто проигнорировал последнее предложение. Гек протянул ему книгу и с надеждой заглянул в глаза. — О, это же «Ирландские мифы и легенды» Сирши, — Ошин почесал затылок. — А откуда она у тебя? На минуту у Гека перехватило дыхание, но он сразу же придумал ответ: — Сирша дала мне почитать…перед тем, как пропала. — А ты говоришь по-ирландски? , — Ошин в удивлении поднял брови. Точно. Как он мог забыть, что книга написана на ирландском. И как теперь выпутаться из этой ситуации? Гек никак не мог соврать, что знает ирландский, ведь тогда Ошин захочет его проверить. А думать нужно было быстро… — А я как раз хотел выучить, — выпалил Гек. — Вот и взял потренироваться читать. Кстати, а откуда у нее эта книга? Ошин снова зевнул: — Вроде какой-то парень подарил, — он выглядел совсем безразличным. — Почитаешь мне? — А, нет, — именно этого Гек и боялся. — Я тороплюсь, а еще у меня голова болит. Ужас. — Точно не возьмешь ничего? И конфет? — Я не люблю сладкое, — не желая больше задерживаться, Гекльберри вылетел из дома и побежал в сторону Сойеров. Бежать было довольно далеко, и Гек то и дело останавливался отдышаться. Именно в такие моменты он понимал, что имела ввиду вдова Дуглас, когда говорила о вреде курения. Впрочем, какая разница, что она говорила, если ей самой на это было плевать. Чуть не задохнувшись, Гек добрался до до дома Сойеров. Том сидел за письменным столом и задумчиво глядел в окно. Гек даже замер, не зная, что делать, настолько это было нетипично для Сойера. Но, набрав в грудь воздуха, Гекльберри все же подошел к нему и положил книгу на стол: — Привет, как у тебя дела? , — тихо спросил он. Том поднял на него свои сероватые глаза и замялся: — Да…нормально, — он попытался выдавить что-то наподобие улыбки. — Ты сам как? Что ты стоишь? Садись на кровать. Гек сел. Сводный брат Тома Сид, посмотрев на них, фыркнул и поспешил удалиться из комнаты. И хорошо: можно спокойно поговорить. — Все хорошо, — сказал Гек. — Я ходил к своему кузену, спрашивал насчет книги. Она сиршина. Ей ее подарил какой-то парень… — Ты думаешь, мне интересна личная жизнь твоей кузины? , — грубо и резко перебил его Том. — Это уже не имеет значения. Я уже понял, что все это ерунда, что книга никак не относится к делу. Я понял, что не могу с этим ничего сделать. Геку стало так обидно, что ему захотелось прямо сейчас встать и уйти, но он сдержался. Вот зачем так? — Том, не надо со мной так разговаривать… Я сразу сказал, что ничего не получится. Том недовольно прошипел, но ничего не ответил. Они сидели молча минут десять, и никто не знал, о чем говорить. — Я все-таки не сдал тест по истории, — пытаясь хоть как-то разрядить обстановку, сказал Гек. — Я не удивлен, — хмуро произнес Том. — Если ты неделями пропускаешь школу, то что ты вообще сдашь? Гекльберри стало совсем плохо от этого разговора: — Знаешь, я пойду, — он встал и направился к двери. — У меня голова жутко разболелась. Покинув дом Сойеров, Гек отправился бродить по улицам города. Было по-обычному спокойно и жарко. Где-то вдалеке был слышен смех детей, лай собаки. Все жители были заняты своими делами. Не заметив как, Гек оказался на кладбище. — Наверно, это знак, — сказал он сам себе и сорвал несколько полевых цветов. Зайдя на терриоторию кладбища, мальчик стал искать определенную могилу. Могилу своей матери. Отыскав ее, он был невероятно поражен человеческой наглостью: на скромной могильной плите аэрозольной краской, которой обычно рисуют граффити, было написано неприличное слово, сообщающее об излишней распущенности миссис Финн. И, может быть, написавшие это были правы, но зачем нужно было оскорблять умершего человека? Неужели нельзя просто оставить ее в покое? Гек попытался вытереть надпись краем футболки, но, конечно же, она не поддавалась. Пришлось просто игнорировать. Он решил вырвать сорники и прочую лишнюю траву. — Как ты думаешь, из меня вырастет что-то хорошее? , — вслух спросил Гек, обращаясь к лежащей под землей матери. — При жизни тебе было все равно на меня, я-то знаю. Я не хочу тебя обижать или обвинять в чем-то, но мне страшно вспоминать… Он замолчал, потому что в глазах появились слезы. Гек поспешил извиниться: — Мама, прости меня. Я не хочу, чтобы ты считала себя плохой. Я просто устал, — слезы так побежали по его щекам. — Все ко мне придираются. А те, кто не придираются, те просто обижают и издеваются. Может, я сам виноват. Зачем я жалуюсь? Тебе же все равно. Единственный, кто хорошо ко мне относится, это Том Сойер. Но он сегодня не в духе… Еще есть вдова Дуглас, но она постоянно пытается меня воспитывать. А мне это не нужно. Ты, наверно, встретилась со своим братом и объяснила ему, что папа не виноват в твоей смерти. Да, не виноват.***
Солнце уже совсем село, наступила ночь. Сид пытался удобно улечься в кровати, а вот Тому спать совсем не хотелось. Он подумал, что, наверно, нужно бы извиниться за свое поведение перед Геком, но это всегда успеется, тем более, что завтра они встретятся в школе. Том аккуратно переставлял фигурки из своей коллекции, все думая о своих неудачах. — Ты не собираешься спать? , — уткнувшись в подушку, проворчал Сид. — Пока нет. — Тогда, будь добр, выключи свет. Том молча нажал на выключатель, и комната погрузилось в тьму. Сид пробормотал что-то вроде благодарности и затих. Взгляд Тома упал на лежащую на столе книгу Сирши Маклохлин: Гек ушел и забыл ее там, куда и положил. В голову Тома пришла мысль посмотреть социальные сети Сирши, и эта мысль не отпустила его, пока он, расположившись на кровати, не сделал это. Листая огромное количество однотипных фотографий, Том начал зевать, и его глаза смыкаться от усталости. Он бы и уснул, если бы его внимание не привлекло фото, опубликованное год назад. На нем была та самая книга. Да, точно, Том никак не мог ошибиться. Подпись гласила: «Мой любимый Дэн сделал мне подарок, о котором я мечтала всю жизнь. Подарил мне книгу о мифах и легендах Ирландии». Естественно, Том не смог не перейти в отмеченный аккаунт этого самого Дэна. Это был Дэниэл Макдоннел. Тот самый, который в розыске. Том не смог сдержать крик озарения, заставив уже заснувшего Сида подпрыгнуть на кровати: — Ты совсем уже?! На следующий день Том искал Гека по всей школе, но тот так и не появился. Сойер подумал, что его друг мог заболеть, или ему просто стало плохо, тем более, Гек жаловался на головную боль. После школы Том отправился на Кардиффский холм, и там ему сообщили, что Гекльберри даже не ночевал дома.
