Особняк с привидениями

Внезапно еда на тарелке потеряла свой вкус. Руки Ся Лэяна дрожали, словно у женщины, раздающей еду в столовой. Он не мог поверить в то, что услышал. — Ты хочешь сказать, что прошлой ночью... это был не сон? В душе Шан Тинчжи испытывал чувство вины. Он сжал губы, желая утешить, но тут же понял, что меньше всего имеет право это делать. Поэтому просто медленно кивнул. — Это невозможно… — Ся Лэян с трудом подавил панику и уверенно заявил: — То, что я видел прошлой ночью, было ненормальных размеров. Не может быть, чтобы у тебя был такой… большой. Он нервно рассмеялся, пытаясь казаться расслабленным. — Я не верю в одержимость. Это был просто сон. Некоторые люди, не желая принимать реальность, склонны к самообману, Ся Лэян как раз из их числа. Шан Тинчжи не знал, как на это реагировать, поэтому скромно произнес: — Спасибо. Мозг Ся Лэяна в данный момент работал очень медленно, и он не сразу уловил смысл его слов. — За что ты меня благодаришь? Шан Тинчжи ответил: — У меня действительно такой. — Твою мать! — нервы Ся Лэяна окончательно сдали. Он ударил кулаками по столу. — Это был не я! — Я знаю, — спокойным голосом произнёс Шан Тинчжи, стараясь его успокоить. — В следующий раз будь осторожнее, чтобы снова не... — Да ни за что! Не будет никакого следующего раза! Ся Лэян, швырнув палочки для еды, ушёл в гостиную и, обессиленный, растянулся на диване. Его мысли невольно возвращались к событиям вчерашнего дня. Хотя его постоянно мучила тошнота, в тот момент, когда Шан Тинчжи кончил, он ощутил незнакомое прежде чувство удовлетворения, словно утолил сильную жажду или достиг цели после долгих усилий. Какое, к чёрту, удовлетворение от достижения?! Ся Лэян сердито перевернулся, уткнувшись лицом в спинку дивана. Ему хотелось выплеснуть злость, но он не знал на кого её направить. Он всегда считал себя разумным человеком. То, что произошло прошлой ночью, было просто несчастным случаем. Хотя формально Шан Тинчжи воспользовался им, на самом деле он тоже стал жертвой в какой-то степени. Ся Лэян попытался поставить себя на его место: если бы мужчина насильно стал ему делать минет... Только от одной мысли об этом у него пробежали мурашки. Но он не мог пойти и разобраться с той девушкой-призраком. Мало того, что ему не хватило бы смелости, но и, основываясь на своём опыте просмотра фильмов, он осознавал, что и способностей у него тоже нет. Оставалось только злиться в одиночестве. После обеда Шан Тинчжи должен был поехать на осмотр фэн-шуй для нового здания Первой городской школы. Ся Лэян был вялым и не хотел выходить. Но эта школа была его альма-матер. К тому же он не хотел мешать работе Шан Тинчжи, поэтому в конце концов нехотя поплёлся за ним в Бентли. Его состояние действительно было неважным. Обычно он излучал энергию и был невыносимо активен и полон жизни, но сегодня походил на подмороженный баклажан и не мог ни на чем сосредоточиться. Шан Тинчжи несколько раз пытался с ним заговорить, но тот отвечал лишь «ммм» или «оу», явно не желая общаться. Шан Тинчжи чувствовал вину, но не знал, как его утешить. В конце концов он прямо спросил: — Что я могу сделать, чтобы тебе стало легче? — Ничего не поможет, — отмахнулся Ся Лэян, безучастно глядя в окно. — Это останется психологической травмой на всю жизнь. — Прости, — Шан Тинчжи слегка нахмурился. — Я сделаю всё возможное, чтобы компенсировать тебе это. «Чем вообще можно компенсировать такое?» — мысленно возмущался Ся Лэян. Его нежная душа уже была ранена, и никакая компенсация тут не поможет. Но вдруг его осенило: если психологически ему никогда не станет легче, то его тело-то может быть удовлетворено! Он хитро посмотрел на Шан Тинчжи: — Значит, хочешь мне компенсировать? — Да, — мужчина искренне кивнул. — Сделаю всё, что в моих силах. — Мне правда очень плохо, — жалобно сказал Ся Лэян. — Если честно, я даже за руку с девушкой ни разу не держался, а тут вдруг такое… с тобой. Ты представляешь, как мне тяжело это принять? Шан Тинчжи украдкой взглянул на Тан Фэнъи, сидящего за рулём. Хотя тот даже не шелохнулся, казалось, будто у него уже включился «радар»: он явно ловил каждое слово, чтобы потом доложить родителям. — Да, я понимаю, что тебе тяжело, — вздохнул Шан Тинчжи. — Подумай, что я могу для тебя сделать, и скажешь мне… когда вернёмся. Он специально сделал акцент на словах «когда вернёмся», но в этом мире существуют настолько безнадёжные «напарники», что с ними просто невозможно найти общий язык. — Не надо ждать», — заявил Ся Лэян. — Я уже придумал. Шан Тинчжи пока не чувствовал опасности и спросил: — И что же ты хочешь? — Я тоже хочу отсос, — надул губы парень. Хотя мужчины его не интересовали, и мысль о том, что кто-то насильно сделает ему минет, вызывала отвращение, если рассматривать ситуацию чисто с физиологической точки зрения… Шан Тинчжи был вполне «окей». Да и вообще, почему все хорошее должно достаться ему? Если бы не этот его «избыток энергии ян», призрак нацелился бы на него, а не на Ся Лэяна, и тот бы не пострадал. — Ты, наверное, имел в виду пылесос? (1) Твоё произношение ещё не идеально, — Шан Тинчжи сохранял спокойствие, но в его взгляде читалось предупреждение: «Тан Фэнъи в машине, следи за языком». Однако Ся Лэян вообще не уловил намёк и, чтобы Шан Тинчжи точно понял, что от него хотят, добродушно повторил: — Я хочу, чтобы ты мне отсосал. Я же тебе отсосал… — Ся Лэян! — на лбу Шан Тинчжи вздулись вены, и он резко оборвал этого бестолкового мальчишку, не дав тому договорить. — А что? Ты сам сказал, что хочешь загладить вину, — Ся Лэян смотрел на него с возмущением. В его понимании, ассистент — это надёжный человек, который умеет держать язык за зубами. Все ассистенты его отца были проверенными людьми. Тан Фэнъи был помощником Шан Тинчжи, и Ся Лэян разумеется не воспринимал его как «постороннего». Однако он и не подозревал, что на самом деле Тан Фэнъи был «человеком» родителей Шан Тинчжи. Шан Тинчжи нахмурился и взглянул на своего помощника. Тот крепко сжимал руль, его пальцы побелели от напряжения. Было видно, как сильно он потрясен и как ему трудно сдерживать эмоции. — А-И*, ничего такого не было, — Шан Тинчжи временно отложил проблемы Ся Лэяна в сторону и попытался объяснить всё Тан Фэнъи. — Ему это просто приснилось. ***阿 (Ā) — приставка, используется перед именем для выражения фамильярности, дружелюбия или уважения (аналог русского «Илюха» для «Ильи» или «Санёк» для «Александра») *** Тот слегка кивнул, давая понять, что всё понял. Однако Ся Лэян, как назло, тут же влез: — Какой ещё сон? Ты сам сказал, что это было взаправду. — Тебе приснилось, — сквозь зубы процедил Шан Тинчжи. — Ты просто не хочешь мне отсасывать, — обиженно отвернувшись к окну, парень фыркнул. — Говоришь красивые слова, а на деле — пустой трёп. Шан Тинчжи чувствовал, как от злости у него начинает болеть голова. Он уже мог представить, какими «особенными» взглядами будут смотреть на него родители, когда узнают об этом. Шан Цзянье наверняка обвинит его в том, что он своим воздержанием навлек на себя «болезнь». А Ян Вэньтин скажет, что он «сошел с ума на почве сексуальной неудовлетворённости». В общем, ничего хорошего. А этот идиот Ся Лэян ещё и дуется, будто Шан Тинчжи и правда какой-то подлец, который не держит своих обещаний. Тем не менее, несмотря ни на что, его требование действительно трудно принять. — Сначала работа, — Шан Тинчжи глубоко вдохнул, пытаясь подавить гнев. — Остальное обсудим позже, когда вернемся. ----------------- (1) «Я тоже хочу отсос». «Ты, наверное, имел в виду пылесос?»  Тут очередные игры с произношением. Лэян говорит 吸唧唧 (xī jīji) - «сосать писюн», а Тинчжи пытается его исправить и говорит 洗衣机 (xǐyījī) - «стиральная машина»). Но если попытаться адаптировать на русский язык, слово «пылесос» подходит лучше (тоже бытовая техника) и сохраняется вот этот прикол с произношением. Кстати, фразы «Твоё произношение ещё не идеально» в оригинале нет, но зато она объясняет, как Тинчжи пытается выйти из неловкой ситуации. Сорян.