Семейный кодекс

Заброшенный дом, потерянный среди густого леса, был окружен со всех сторон высокими деревьями, брошенный на произвол судьбы. Незавершенная крыша казалась готовой рухнуть в любой момент, а покосившиеся балки и торчащие арматуры говорили о том, что здесь давным-давно никто не прикасался к строительным инструментам. В воздухе пахло сыростью, древесной пылью и чужими ароматами, которые доносились до обоняния приспевших альф.  В тишине, прерываемой только шорохами леса, черный внедорожник плавно остановился, едва слышно урча двигателем. Не решаясь заезжать в лес и показываться на машине около старого строения, мужчина остановил ее прямо на трассе. Первым вышел самый старший альфа, а за ним и помощник семьи, который прибыл вместе с ними, чтобы защищать ценой собственной жизни. А после вышел и Чонгук вместе со своим младшим братом Чанелем, которому не терпелось приступить к операции. Движения каждого были выверенными и отточенными, не колеблясь и секунды, они двинулись прямо в лес, желая добраться до заброшенного дома. Через мгновение Чонгук приподнял руку, чтобы все остановились, и каждый спрятался за деревьями, ожидая дальнейших указаний. Чонгук, жевавший жвачку, ловко выстрелил ею куда-то в землю, а сам склонился и пригляделся к дому. Его черные тактические штаны плотно облегали ноги, позволяя свободно двигаться, водолазка подчеркивала каждый рельеф мускулов, а жилет, снаряженный оружием, делал его похожим на бойца, готового ко всему. Сехун, правая рука Чонгука, стоял чуть позади, готовый выполнить любое распоряжение. Ему на самом деле хотелось идти первым и, если понадобится, прикрыть альфу собой. Но Чонгук всегда напоминал правой руке, что не назначал его своим телохранителем, и что защищать нужно не его, а его семью. Чон медленно поднял голову, оценивая недостроенный дом, а затем скользнул взглядом по окружающему лесу. — Что думаешь? — шепотом спросил Чунмен, старший брат альфы, который стоял чуть поодаль с правой стороны. — Уверен, что товар здесь?  — Сто процентов, — кивнул Чонгук и нахмурился, всматриваясь в дом, в котором не увидеть ничего. — Спрятаны-то они здесь, но вот кто же сорвал сделку… — Судя по тому, где хранятся деньги, — вмешался Чанель, которому было невтерпеж пострелять. — То явно какие-то оборванцы, которым захотелось легких денег…  — Брось, — фыркнул Чонгук. — Если по периметру не видно машин, то не значит, что дом пуст или не защищен…  — Думаешь, засада внутри? — спросил Сехун, оставаясь на чеку и осматриваясь вокруг. — Командуй, босс.  — Чанель, вернись в машину и будь на старте, — четко и строго произнес Чонгук. — Хён, — альфа посмотрел на старшего брата. — Обойди территорию, а мы с Сехуном осмотримся внутри.  — С ума сошел?! — рявкнул старший, недовольно глядя на Чонгука. — Пойдешь внутрь, не имея представления, что там, да еще и один???  — Не один, — хмыкнул альфа и кивнул на своего помощника. — А с Се.  — Опять я на стреме, — с досадой и недовольством высказался Чанель, на что Чонгук устало выдохнул.  — Мы не в игры играем, вернись в машину, и если что, будешь на подмоге! — процедил альфа сквозь зубы, посмотрев на Чанеля. — В машину, сейчас же.  — Понял.  Чанель не стал спорить со своим братом, ибо споры ему никогда не удавалось победить. Он осторожными шагами развернулся и направился обратно, оставляя братьев среди высоких деревьев.  — Хён? — вскинул Чонгук брови, ожидая, когда брат сделает то, что у него попросили. Приказывать ему альфа не мог, но на этом задании все делалось так, как запланировал именно Чонгук, ведь изначально вся эта операция была сугубо его идеей. И хотя он планировал отправиться за нарушителями сделки только с Сехуном, брат, узнав правду, конечно же не допустил этого.  — Будь аккуратен, — строго велели Чонгуку и развернулись, направляясь осматриваться вокруг территории.  Чонгук первым двинулся в сторону дома, проходя мимо деревьев, осознавая, что за порогом его, вероятно, ожидал сюрприз в лице тщательно подготовленных телохранителей, призванных охранять огромную сумму, за которой охотились кланы и правительство. Первые, чтобы завершить сделку и не потерять миллионы, вторые, чтобы выйти на итальянскую мафию, что заключала вот такие сделки. Он знал, что внутри этого недостроенного здания скрывалось не только материальное богатство, но и опасность, требующая безупречной организации. Позади него, точно невидимый страж, шагал Сехун, готовый мгновенно защитить своего лидера от любой угрозы. Эта слаженная и осмотрительная тактика напоминала симфонию, в которой каждый участник играл свою роль, а Чонгук, уверенный в поддержке своих людей, шел вперед, зная, что его шаги приближали к дому, в котором он собирался совершить то, чего не ожидал ни один глава всех кланов Кореи. Чонгук скользнул в заброшенное здание с безупречной грацией хищника, он старался двигаться бесшумно, чтобы максимально добраться до товара. Запах пыли и сырости заполнил ноздри, а сквозняки гуляли по пустым коридорам, и альфа шел осторожно, полностью сосредоточившись на окружающем пространстве, когда вдруг замер, уловив приглушенные голоса. В конце длинного, частично освещенного дневным светом, коридора стояли альфы.  Они негромко переговаривались, но смысл слов не имел значения — сам факт их присутствия уже говорил о том, что впереди ждал не просто пустой склад. Чонгук быстро оглянулся на Сехуна. Тот без слов понял приказ и двинулся за ним. Они лавировали по коридору с филигранной точностью, используя архитектурные изъяны здания в свою пользу. Их тела проскальзывали мимо преломленных балок, рассыпанного кирпича и полуразвалившихся стен так, что их не могли заметить. Чонгук вскинул руку, чтобы Сехун не спешил, потому что с этого расстояния было легче расслышать, о чем болтали телохранители.  — Если эта операция сорвется, то не видать нам жизни спокойной, — жаловался один из них. — На кой черт мы ввязались в это?  — Чтобы остаться, блять, в живых? — саркастически ответил другой, заставляя двух непрошенных гостей нахмуриться.  — Позвони и узнай, где они…  Но именно в момент, когда телохранители готовы были произнести вслух те имена, которые Чонгук хотел узнать, внезапно, прямо из-за массивного бетонного столба выскочил альфа. В его руках сверкнул ствол пистолета, но Чонгук не дал ему даже вздохнуть. В мгновение ока он оказался рядом, и, прежде чем палец на спусковом крючке смог напрячься, альфа уже был обезоружен. Чонгук с точностью хирурга нанес несколько молниеносных ударов: выбил оружие, развернул противника и бросил на пол так, что тот потерял сознание от удара затылком. Однако этого мгновенного столкновения оказалось достаточно, чтобы привлечь внимание остальных. В глубине коридоров раздались быстрые шаги, и спустя секунды из разных углов начали выходить фигуры — один за другим появлялись альфы в строгих костюмах. Их было несколько, и все они явно не были намерены вести переговоры. Чонгук и Сехун переглянулись в молчаливом согласии. Они тут тоже не разговаривать приехали, потому двигались, прижимаясь к стене, к столбу, пытаясь спрятаться и увернуться от летящих пуль. Чонгук попытался выглянуть, и тут же прогремел выстрел в его сторону, но пуля прошла мимо — он успел резко отклониться, ловко уходя в сторону, словно предугадывал каждый шаг противников. Сехун двигался рядом так же стремительно и точно, уверенно парируя удары и уклоняясь от летящих снарядов. Они начали драться с теми, кто был достаточно смел, чтобы броситься на них в попытке обезоружить, но каждый, кто решался на это, через секунду оказывался либо на земле, либо без сознания. Однако, один из альф — огромный мужчина, чей рост и ширина плеч превосходили большинство, — действовал хитрее. Он сумел поймать момент и, подстроив ложный выпад, резко переместился за спину Чонгука. Все произошло в считанные секунды: стальная хватка сомкнулась на его горле, мощная рука, загребая его, прижала к груди, а локоть впился в шею, лишая воздуха. Чонгук судорожно вдохнул, но воздуха ему не хватило. Он попытался высвободиться, ударяя локтем назад, пытаясь пошатнуть противника, но тот лишь сильнее сжал его шею. Перед глазами начало темнеть, а легкие жгло от нехватки кислорода. Сехун краем глаза уловил это. Он слышал приглушенные рваные звуки борьбы, видел, как Чонгук отчаянно борется за возможность вдохнуть. Откинув одного из альф в сторону, Сехун сделал резкий шаг назад, вскинув оружие, чтобы успеть помочь. Раз. Два. Три. Выстрел. Пуля вошла точно в лоб массивного альфы, так что его хватка ослабла моментально. Чонгук рухнул вперед, шумно втягивая воздух, а тело его противника тяжело осело на пол. Пошатываясь, Чон облокотился руками на колени, стараясь восстановить дыхание. Легкие болезненно сжимались, но он знал, что еще буквально пару минут и ему полегчает. Сехун опустил пистолет и сделал шаг к своему боссу, молча, но с немым вопросом во взгляде. — Жив, — с сиплым голосом выдохнул Чонгук, выпрямляясь и проводя рукой по шее, где оставался след от удушающей хватки. Затем медленно поднял глаза и посмотрел на менее смелого альфу, который неуверенно вышел из дальнего зала. Чонгук устало выдохнул, выпрямился и одним движением выхватил пистолет из-за спины. Больше не было смысла тратить время на драку. Его пальцы уверенно сжали рукоять оружия, а затем в помещении раздались четкие выстрелы. Парнишка даже не сообразил, что произошло. Его веки раскрылись в ужасе, и он мгновенно упал на колени, медленно теряя сознание.  Когда последний упал, в коридоре повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь звуками дыхания. В этот момент в здание вбежали Чанель и Чунмен, которых тоже ждала засада вне дома. — Очень, конечно, вовремя, — бросил Чонгук, скользнув по ним взглядом и небрежно поправляя волосы. Сехун коротко усмехнулся, но Чанелю было совсем не до смеха. Он подошел ближе, медленно осматривая тела. Внимательный взгляд цеплялся за детали: одинаковые костюмы, четко поставленные движения во время боя, оружие, которое не могло принадлежать простым наемникам или оборванцам. Их было восемь. И все до единого охраняли товар. Альфа начал обыскивать их на случай, если удастся наткнуться на какие-нибудь улики. Его хмурый взгляд встретился с глазами Чонгука. Тот уже понял, о чем думает брат, и тоже перевел взгляд на убитых. — Вы думали, что это какие-нибудь оборванцы, — хрипло выдохнул Чонгук, стряхивая напряжение и снова направляясь вглубь здания. — Похоже, — подал голос Сехун, шагнув следом, — все куда серьезнее… Чонгук молча разглядывал коробки, до краев набитые аккуратно уложенными пачками белого порошка. В этих коробках были собраны не только средства для убийства человечества, но и огромные суммы денег, которые альфа планировал уничтожить. Они были ключом к власти, но и проклятием одновременно. — Что будем делать? — раздался голос Чунмена, который поравнялся с братом, стараясь заглянуть тому в лицо. Чонгук покачал головой, нахмурившись. — Не знаю, хён, — глухо ответил он, не сводя взгляда с наркотиков. — Избавиться от них — значит натравить на себя весь город. За его спиной послышались шаги, и Чанель, скрестив руки на груди, заговорил медленно, но твердо: — Если мы этого не сделаем… Чунмен обернулся к младшему брату, пытаясь уловить ход его мыслей. А Чонгук продолжал стоять неподвижно, взгляд его оставался таким же бесцветным, как и прежде. — …То никогда не сможем возвысить свои силы, — продолжил Чанель, пристально смотря в спину Чонгука. — Уничтожить, посеять смуту и хаос — вот что нужно сделать. Пусть ломают головы, пусть не понимают, кто взорвал этот чертов порошок, пусть начинают войну между собой! А мы… Он прищурился, усмехнувшись. — А мы, как всегда, будем наблюдать. И будем впереди них. Чонгук слабо ухмыльнулся, слушая рассуждения младшего брата. Чанель всегда был таким — полным энтузиазма, с амбициями, простирающимися далеко за пределы обычных целей. Для него существовали только вселенские запросы, и в его голове мир либо подчинялся, либо разрушался. Чонгук чуть склонил голову, позволяя себе короткий смешок, но тут же снова стал серьезным. Как бы глупо все ни звучало из уст младшего брата, тот был прав, и именно с этой целью Чоны вообще ступили на эту тропу. Назад дороги не было. Если начинать, то только со скандалов и хаоса. Медленно подняв левую руку, альфа раскрыл ладонь. — Сехун, — позвал он правую руку, даже не оборачиваясь. — Давай взрывчатку. ***  Апрельский вечер был наполнен совсем невесомой прохладой, в которой было приятно прогуляться, нацепив теплый кардиган. Улица, по которой неторопливо шли омеги, была темной, освещенной лишь редкими фонарями, отбрасывающими длинные тени на асфальт. Тэхён довольно улыбался после хорошего вечера, который он провел со своим другом, сокурсником, а в будущем и коллегой. Они шли нога в ногу, оставив за спиной уютный свет ресторана, болтая о предстоящих экзаменах. Тэхён подхватил друга под руку, притягивая его ближе к себе, когда подул вечерний ветер. — Жаль, что нам практики никак не избежать, — хмыкнул Бэкхён, посмотрев на друга чуть надуто. — Надоело мне учиться 24/7 и 365 дней в году.  — Сам ведь рвался стать хирургом, — фыркнул в ответ Тэхён, радуясь, что для себя выбрал менее напряженное направление. Общую терапию. — Будешь через пару лет резать людей, не жалуйся, ясно?  — У меня еще есть возможность отказаться, — напомнил омега, на что получил ироничный взгляд.  — Но ты ведь этого не сделаешь.  — Нет, — довольно улыбнулся Бэк, и парни синхронно рассмеялись, правда их хорошее настроение в мгновение изменилось, стоило им повернуть налево.  Из-за угла вышел незнакомый им мужчина. Его одежда была рваной, грязной, а сам он выглядел так, будто неделями не знал отдыха. Парни застыли на месте, понимая, что заболтались настолько, что толком и не обратили внимание, куда в итоге их занесло. Альфа напротив них криво ухмыльнулся, оглядев молодых омег с головы до ног, и в его руках блеснул пистолет. — Сумку сюда, живо! — прошипел он; его взгляд метался между ними, полный голодной жадности. Бэкхён вздрогнул и тут же шагнул назад, его дыхание сбилось, а пальцы мелко задрожали. Он послушно начал расстегивать ремешок сумки, готовый выполнить требование, лишь бы не нажили себе проблем. Но вот Тэхён совсем не спешил. Он смотрел на незнакомца спокойно, почти безразлично, после чего без лишних слов отодвинул друга за свою спину, вставая перед вооруженным мужчиной. — Самый смелый, что ли? — зло ухмыльнулся тот, сильнее сжимая оружие. — Выстрелю — не пожалею! — Хорошо-хорошо, — выдохнул омега, наконец вскидывая руки в притворной покорности. Он видел, как альфа сделал шаг вперед, но не дрогнул. Чтобы хоть как-то протянуть время, чтобы решить, как сделать так, чтобы остаться в живых и защитить своего друга, Тэхён состроил на лице гримасу испуганной омежки. — Не надо… Не нажимай на курок… У меня нет сумки, но есть портмоне. Его пальцы медленно скользнули в задний карман узких черных джинсов, вытаскивая кожаный кошелек. Одновременно он аккуратно взял сумку Бэкхёна, который, затаив дыхание, был готов отдать все, лишь бы остаться в живых. Омега взглядом дал понять другу, что все будет хорошо, даже слабо улыбнулся, на что Бэкхён готов был покрутить пальцем у виска. Их жизням сейчас угрожала опасность, а этот… Ну совсем оторва!  Тэхён медленно развернулся к альфе, делая вид, что вот-вот послушно отдаст все ценное. Альфа потерял бдительность всего на мгновение — и этого оказалось достаточно. Резким движением Тэхён схватил сумку Бэкхёна и свободной рукой ударил по запястью бездомного, который тут же уронил пистолет. Тот со стуком покатился по асфальту, и Тэхён едва заметно усмехнулся. Разгневанный альфа готов был накинуться на омегу голыми руками, но Тэхён с силой махнул сумкой друга, отправляя тяжелый удар прямо в лицо нападавшему. Раздался глухой звук, альфа пошатнулся и свалился на землю. Грабитель попытался прийти в себя, судорожно опираясь на асфальт, но омега не дал ему ни единого шанса. Второй удар сумкой пришелся точно в висок — мужчина мгновенно обмяк, теряя сознание. — Алкашня, — брезгливо фыркнул Тэхён, глядя на неподвижное тело у своих ног. Затем он повернулся к Бэкхёну, который все еще стоял в изумлении, широко распахнув глаза. — Держи, — Ким небрежно вернул сумку другу, ощущая, какая она тяжелая, но в то же время радуясь, ведь это сыграло им на руку. — Что у тебя там? Камни? — Книги… — ошеломленно выдохнул Бэкхён, затем перевел взгляд с воришки обратно на друга. — Это что сейчас было?! — Ничего необычного, — спокойно пожал плечами Тэхён, беря сокурсника под локоть, чтобы быстрее уйти из этого переулка. По пути он вытащил телефон, включил камеру и сделал быстрый снимок лежащего без сознания грабителя. Затем, не сбавляя шага, отправил фотографию знакомому, прикрепив локацию и добавив короткую подпись: «Опять я за тебя работаю». *** Тэхён спешил, прекрасно зная, что уже безнадежно опаздывает на практику в больницу, но все равно позволил себе одну маленькую слабость. Он свернул в свою любимую кофейню, где каждое утро заказывал капучино с ванильным сиропом, надеясь, что кофе хоть немного сгладит его предстоящий напряженный день. Толкнув стеклянную дверь, он быстрым шагом подошел к кассе и привычно заказал свой напиток. Пока бариста готовил капучино, Тэхён вытащил телефон, краем глаза наблюдая за процессом. — Ваш заказ, — вежливо объявил кассир, ставя перед ним ароматный кофе. Тэхён кивнул и потянулся за портмоне, но, открыв сумку, нахмурился. Одной рукой он рылся в основном отделении, другой проверял карманы пальто, но кошелька нигде не было. Кассир терпеливо ждал, а Тэхён, все быстрее копаясь в своих вещах, начинал нервничать. Он мог поклясться, что брал портмоне с собой! — Эм… секунду… — пробормотал он, проверяя еще раз все возможные карманы. Однако ничего. И стоило ему только с горем пополам попрощаться в уме с любимым кофе, как рядом с ним кто-то без лишних слов положил купюру на стол и медленно пододвинул ее указательным пальцем к кассиру. Тэхён удивленно вскинул брови, чувствуя, как взгляд сам собой скользит в сторону мужчины, который теперь стоял чуть ближе, чем прежде. Незнакомец выглядел так, будто его вовсе не интересовала ситуация, в которую он, по чистой случайности, вмешался. В его жесте — в том, как он небрежно пододвинул купюру пальцем — не было ни показной щедрости, ни желания привлечь внимание.  Глазеть, разумеется, было не прилично, но Тэхён не мог не заметить рост альфы и крепкое телосложение, которое подчеркивала простая, но безупречно сидящая белая футболка. Ее легкая ткань плотно обтягивала широкие плечи и сильные руки, так что невольно думалось, что мужчина живет в тренажерном зале. Но не это заставило омегу посмотреть на спасителя дважды. Безразличие и отсутствие каких-либо эмоций еще больше притягивали и вынуждали задаваться вопросами. Хотя зачем интерну знать что-либо об этом мужчине? Наверняка, очередной секс-машина, который ищет для себя новую жертву. Темные солнцезащитные очки полностью скрывали глаза, оставляя лишь резко очерченные черты лица. Спокойный, невозмутимый, словно альфа каждый день разбрасывался деньгами, тратя их на чужих. Тэхён еще не до конца осознавал, что произошло, когда тихое, но удивленное «Спасибо?» слетело с его губ. Он поднял взгляд, стараясь заглянуть за темные линзы очков, но, конечно же, ничего не увидел. Мужчина едва заметно вскинул бровь, словно удивляясь его реакции, а затем, с той же бесстрастностью, что и прежде, равнодушно бросил: — Всегда пожалуйста. Его голос был глубоким, спокойным, без тени насмешки или сарказма, но до одури приятным и немного властным. Тэхён моргнул, ловя себя на мысли, что чувствует легкое раздражение от этой ситуации, либо же от собственной реакции. Как будто ему протянули руку, но тут же убрали, не оставляя шанса ухватиться за ниточку разговора. Тэхён не стал продолжать этот нонсенс и поспешил к выходу. Время безжалостно тикало, напоминая, что он уже опаздывал, а лишняя минута промедления могла обойтись слишком дорого. Но даже оказавшись за пределами кофейни, он не мог избавиться от ощущения, будто за ним наблюдают. Изучающий взгляд незнакомца, казалось, преследовал его, прожигая спину даже сквозь толщу людского потока. Сглотнув, Тэхён крепче сжал стакан с капучино и ускорил шаг. И лишь когда свернул за угол, позволил себе выдохнуть, вспоминая своего — как никак — спасителя.  ***  В просторном зале, за длинным столом собралась большая семья Чонов. Стол был накрыт скатертью, посуда сияла, а в воздухе витал аромат свежеприготовленных блюд. Старший из братьев, Чунмен, сидел во главе стола рядом с женой, которая, как всегда, была спокойна и сдержанна. Их семилетний сын, болтая ногами под столом, нетерпеливо ждал, когда ему положат на тарелку любимое блюдо. Иногда он хмурил лоб, когда взрослые начинали говорить о чем-то, что ему было неинтересно, но стоило только отцу тихо шепнуть что-то на ухо, как мальчик снова расплывался в довольной улыбке. Чанель выглядел, как всегда, собранным и внимательно слушал разговоры, изредка вставляя сухие, но точные реплики, словно взвешивал каждое слово, прежде чем сказать. Его взгляд время от времени скользил по младшему брату, Джэмину, который, будучи самым юным среди них, явно скучал и периодически теребил вилку в руках, погруженный в собственные мысли. А Чонин, четвертый сын Чонов, не упускал возможности подшутить, вставить остроту или как-нибудь разрядить обстановку. Когда мать в очередной раз бросила на него укоризненный взгляд за его манеру говорить с набитым ртом, Чонин лишь беспечно улыбнулся, пожав плечами. Мать Чонгука, сидевшая немного поодаль, сохраняла неизменное достоинство. Ее осанка была прямой, а взгляд, хоть и был мягким, но сохранял строгость, с которой мальчишки и выросли. Тетушка парней, в отличие от матери, мягкостью не отличалась и вовсе, вырастила своих племянников довольно жестко, очень редко улыбаясь и никогда не проявляя свои чувства. Женщина ощущала странное настроение парней, но не торопилась говорить и делиться своими мыслями, пока только наблюдая и делая умозаключения.  Чонгук же в свою очередь сидел прямо напротив своего брата Чунмена, на другом конце стола, не глядя на своих родных, сосредоточив свое внимание на завтраке. Он слушал, как братья обсуждали дела, как Чонин спорил с Чанелем, как Чунмен одергивал сына, когда тот слишком громко начинал болтать. Обычный день в их необычной жизни. В этом доме всегда было шумно, за этим столом всегда кипели разговоры, и Чонгук, любивший тишину, принимал особенность, ибо никого дороже, чем они, у него не было.  Чанель отложил вилку и перевел взгляд на младшего брата, который сидел напротив, ковыряя еду в тарелке с таким видом, будто хотел провалиться сквозь землю. — Ну, Джэмин, как там в школе? — поинтересовался он, слегка приподняв бровь. — Выпускной год все-таки, самое ответственное время. Джэмин неохотно поднял глаза и криво усмехнулся, явно не испытывая особого энтузиазма от этого разговора. — Да как обычно… — протянул он, пожав плечами. — Как обычно — это как? — не отставал Чанель. — Ну, нормально. — А конкретнее? — Да что конкретнее, хён? — с легким раздражением вздохнул Джэмин, откидываясь на спинку стула, тут же ловя грозный взгляд Чонгука, который не терпел неуважения к старшим. — Учителя грузят, контрольные достали, атмосфера унылая, — пробубнил Джэ, не в силах выдержать взор старшего брата.  Чунмен бросил на него короткий взгляд, а Чонин, будто предчувствуя, к чему шел разговор, только хмыкнул и занялся своей тарелкой. Мать, которая до этого молча наблюдала за сыновьями, наконец, вмешалась: — Джэмин, не надо увиливать от ответа. С оценками все в порядке? Младший брат стиснул зубы и потупил взгляд, не зная, как ответить так, чтобы не получить очередную нотацию. — Так себе, — пробормотал он. — Так себе — это плохо, — спокойно заметила мать, взяв салфетку и аккуратно вытирая уголки губ. — Но уверена, что ты быстро исправишься.  Джэмин закатил глаза и раздраженно положил вилку на стол. — Какая разница, какие у меня оценки? Мне все равно эта учеба не нужна, — резко бросил он, вызывающе глядя на мать. — Я буду заниматься делами клана. Чунмен тяжело выдохнул и бросил быстрый взгляд на мать, которая, казалось, была недовольна, но старалась не показывать этого слишком явно. Чанель с Чонином прыснули в кулаки, пытаясь сдержать смех, а вот Чонгук оставался непроницаемым.  — Это не тебе решать, — спокойно заметил Чунмен. — И сбавь немного обороты.  Джэмин только нахмурился, вновь уткнувшись в свою тарелку, но обсуждение на этом не закончилось. — Это каким кланом ты собрался заниматься? — Чонгук слегка подался вперед, подпирая подбородок кулаком. — Нашим! — с гордостью выпалил Джэмин, расправляя плечи, будто уже представлял себя во главе всей семьи. — Кланом Чонов!  Чунмен фыркнул и покачал головой. — Божье ты испытание, — пробормотал он, прежде чем отвесить братишке подзатыльник. — Ай! Да за что?! — возмутился Джэмин, потирая голову и глядя на старшего с искренним негодованием. — За то, что слишком торопишься, — невозмутимо ответил Чунмен, откидываясь на спинку стула. Чонгук усмехнулся, наблюдая за ними, пока Чанель с Чонином пытались справиться с накатившим смехом, чем еще больше раздражали своего братишку.  — Всему свое время, Джэ, — сказал Чонгук, кивая младшему. А потом, прищурившись, подмигнул: — А пока учись. Джэмин фыркнул, но промолчал. Спорить с Чонгуком было бессмысленно, да и мать явно не собиралась поддерживать его бунтарский настрой. Так что, ворча себе под нос что-то о том, как его никто не понимает, он снова взялся за вилку, стараясь не встречаться взглядом с братьями. Внезапно на фоне, где все это время тихо бубнил телевизор, прервался привычный шум. Экран мигнул, и на нем появилась сдержанная, почти официальная картинка. Ведущая в строгом костюме обыденным тоном произнесла:  — Последние новости, — ее голос был ровным. — Вчера в пригороде Сеула произошел мощный взрыв. В результате обнаружены несколько тел, а также остатки сгоревшего героина. Полиция пока не может назвать точную причину происшествия, но несколько криминальных группировок уже высказали свои предположения… Телевизор продолжал транслировать кадры обгоревших коробок и разрушенного здания, но все присутствующие за столом, словно на мгновение застигнутые чем-то немыслимым, замолкли. Смех исчез, разговоры оборвались. Словно невидимая стена внезапно появилась в комнате. Чонгук одновременно переглянулся со своими братьями, с которыми и совершил это задание, но, чтобы не выдать ни себя, ни их, Чонгук быстро отвел взгляд.  — Ничего себе! — воскликнул Джэмин. — Наркотики сожгли… — Чонгук, — жена Чунмена, Сохён, нахмурилась и спросила. — Разве не должна была состояться сделка между кем-то из лидеров клана и итальянской мафией?  — Верно, — коротко ответил Чонгук, замечая на себе взгляды своей семьи, полные подозрения. — Видимо, не состоялась, — пожал альфа плечами.  — Это кто же такой смелый, — заговорила тетя, глядя с прищуром на своих племянников и задерживая взгляд на Чонгуке. — Что пошел на такой шаг, натравливая на себя буквально всю Корею?  Вопрос женщины остался висеть в воздухе, а племянники, к которым она обратилась, молча слушали корреспондента. Чонгук откинулся на спинку стула, невольно ощущая, как напряжение нарастало в воздухе. Он пытался сохранять спокойствие, но слова тети, словно невидимая нить, тянули его к мыслям о том, что произошло. — Не знаю, — ответил Чонгук, будто действительно не имел понятия, случайно встречаясь с прищуренным взглядом Чонина. — Но кто бы это ни был, — альфа посмотрел на экран. — Поступок достоин уважения.  — Да, только вот по головке их не погладят, — настаивала тетя, будто заподозрила что-то у себя в голове и поверила.  — Это уже не наши проблемы, — закрыл Чонгук тему, поднимаясь из-за стола. — Всем приятного аппетита.  Чонгук быстрым шагом направился к своей машине, с каждым шагом отдаляясь от шума за столом и беспокойных взглядов своей семьи. Сейчас разъяснять ситуацию и уж тем более вводить всех в состояние паники альфа точно не планировал. К тому же, он и его братья будут одними из первых, кто попадет под подозрения. — Хён! — окликнули Чонгука, который обернулся и посмотрел на напряженное лицо своего братишки. В глазах Чонина читалась тревога наравне с восхищением. — Что такое? — Ты… ты взорвал товар? — вопрос был прямым, ибо ходить вокруг да около не было смысла. Чонин, казалось, не мог поверить своим ушам, но в его голосе все же звучала уверенность: он уже знал правду, но хотел услышать ее от старшего брата. Чонгук лишь перевел взгляд на младшего, чуть прищурив глаза, затем посмотрел за спину, чтобы убедиться, что никто не подслушивал. Слова здесь были бы лишними. Альфа взглянул в глаза Чонина, угрюмо и молча кивнул, не произнося ни слова. — Твою же… Ты с ума сошел?! Слова брата вырвались довольно резко, но Чонгук продолжал молчать, не желая вступать в спор. Он понимал, что Чонин был скорее расстроен не правдой, а тем фактом, что на задание его никто не взял. И на то были свои причины, которые объяснять Чонину не было времени.  — Тише, Кай, я все объясню, — негромко обратился старший по любимому прозвищу братишки. Он положил руку на плечо младшего, словно пытаясь его успокоить. — Мы обязательно об этом поговорим.  — Почему ты меня не взял с собой на задание? — спросил он, чуть тише, но с тем же упорством. — Потом, — коротко кивнул старший альфа с интонацией, не терпящей возражений. — Убедись, что сегодня никто не будет выходить из дома без надобности. Договорились?  — Хорошо.  Проводив старшего брата все еще недовольным взглядом, Кай дождался, когда он уедет на своей старенькой машине, а потом обернулся и посмотрел на дом, понимая, что его ждет долгий разговор с Чунменом. Если Чонгук не готов был к разговору, то у самого старшего наверняка были ответы.  ***  Чонгук остановил машину перед роскошным частным домом, расположенным в самом сердце элитного района. Вилла была окружена высоким каменным забором с автоматическими воротами, и сама территория выглядела как крепость, защищенная от любых внешних угроз. Здесь жили те, кто был настолько влиятелен, что мог позволить себе такие меры безопасности. Он остановил свой старенький Ауди с тонированными окнами у ворот, глядя на мужчин, что дежурили и внимательно следили за всем, что происходило на улице. Чонгук оценил обстановку, не проявляя никакой эмоции, и выглянул через открытое окошко, приспустив солнцезащитные очки. — Передайте вашему боссу, что я здесь.  Сехун, сидя рядом, уже вытянул руку к подлокотнику, намереваясь достать пистолет, чтобы быть готовым к любым неожиданностям. Но прежде чем его пальцы коснулись холодного металла, Чонгук остановил его, едва заметно коснувшись локтя. — Зачем? — Чтобы быть на чеку, — сдержанно ответил Сехун, не отрывая взгляда от охраны, которая стояла неподвижно у ворот. Чонгук хмыкнул, его улыбка была едва заметной, и покачал головой.  — Не нужно, — проговорил он, приподнимая очки обратно. — Пока никто не докажет, что это был я, никто ничего не сделает. Сехун кивнул, понимая, что друг не терпел лишних вопросов, когда дело касалось его планов. — Понял. Чонгук открыл дверцу машины и, прежде чем выйти, повернулся к Сехуну: — Останься тут, я быстро переговорю с Хо. С этими словами он направился к воротам, где телохранители, увидев его, не двинулись с места. Чонгук подошел к воротам и вскинул руки вверх, заранее заявляя, что приехал с благими намерениями. Телохранитель аккуратно провел металлическим детектором вдоль его тела. Второй же страж безопасности внимательно осматривал любое движение, внимая каждому шагу альфы.  — Вы не в первый раз меня видите. — Мы выполняем наши обязанности, — угрюмо ответил один из мужчин, вызывая ухмылку на лице Чона. — Правильно, — кивнул альфа и лениво выдохнул, бросив взгляд на особняк. — Боссу нужно быть аккуратным в эти дни.  — Что, простите?  — Ворота открой, говорю, — кивнул Чонгук, не посмотрев на головорезов.  — Проходите, — добавил второй, отпуская его, как только убедился, что у Чонгука нет ничего подозрительного. С этими словами ворота распахнулись, и Чонгук прошел внутрь. Охранники не теряли бдительности, но заметно расслабились, ибо альфа здесь не в первый раз. Да и отношения с Хосоком у него складывались лучше, чем он и его семья ожидали. По крайней мере, по сей день они оба придерживались одних взглядов практически во всем. Только с последним делом Хосок почему-то не выступил «за» идею Чонгука, что заставило альфу усомниться в непричастности клана Ким в перевозке наркотических средств.  Чонгука проводили через просторный холл к кабинету, где обычно проводил свое время один из лидеров клана Ким. Перед тем как войти, в дверь кабинета постучал один из телохранителей, и, услышав короткий ответ, Чонгук сам толкнул ее и вошел внутрь. В комнате он сразу заметил Хосока — тот сидел за своим столом, выглядел сосредоточенно и не спеша перелистывал бумаги. Намджун, напротив, был более расслаблен. Старший брат Хосока сидел на диване с сигарой в руке, облаченный в темную одежду, и медленно выпускал дым в воздух, словно размышляя о чем-то своем. При виде Чона лицо Намджуна быстро изменилось, выражая полное недоверие. Его брови сдвинулись в недовольной гримасе, и он даже не удостоил альфу приветственного жеста. Хосок, увидев Чонгука, кивнул и бросил на него серьезный взор, в котором мелькнула тень недовольства, но он не стал высказывать этого вслух. — Чего тебе? — резко спросил Намджун, его голос был хрипловат от табачного дыма. — От нас заданий еще не поступало. — Я его пригласил, — ответил Хосок, по сей день не понимая, от чего у Намджуна такая неприязнь к Чону. Да, характер у него не самый приятный, никогда не промолчит, делает все так, как хочет и считает нужным, однако… Задания он всегда выполнял безупречно. — Хотел поговорить с ним.  Намджун лишь коротко фыркнул, раздраженно поднимаясь с дивана. Он оставил недокуренную сигару, отпустив последний поток дыма в воздух, и, с явным намерением выйти из комнаты, продолжил: — Тогда без меня, — буркнул альфа, направляясь к двери. — Пойду готовиться к встрече кланов. — Хорошо, брат, — ответил Хосок и кивнул своему гостю, чтобы тот присаживался, явно настроенный на разговор с Чонгуком. — Зачем звал? — спросил он, присаживаясь в кресло, скрестив ноги. Альфа посмотрел на Кима, чуть приподняв брови, сохраняя совсем слабую улыбку на губах.  Хосок же не сразу начал диалог, предпочтя тишину, в которой разливал себе виски в хрустальный стакан. Он медленно наливал прозрачную жидкость, и когда стакан наполнился, сделал первый глоток, не проявив ни малейших эмоций. Чонгук лишь молча следил, не торопил, ибо знал, о чем именно с ним хотели поговорить.  — Убеди меня, что это не твоих рук дело, — проговорил Хосок, наконец, прервав молчание, и посмотрел волком на альфу. Чонгук устало вздохнул, усаживаясь еще удобнее в кресле, и взглянул на лидера клана Ким, коротко кивнув, не пытаясь оправдывать свои действия или возможные подозрения старшего. Его молчание было гораздо красноречивее слов. — Блять! — Хосок не сдержался, ударив рукой по столу. Он резко встал, хватаясь за голову, словно пытаясь найти слова или какую-то логику в действиях своего собеседника. — Что ты творишь, Чон? Совсем жить надоело? — Я тебе говорил, что надо было противостоять этой сделке, — с легким безразличием пожал плечами Чонгук, как будто только что съездил за хлебом, а не совершил поступок, который мог сильно пошатнуть положение кланов. В его словах не было ни тени сомнения, лишь холодная уверенность в том, что все, что он сделал, было самым верным решением. По крайней мере, для клана, который чуть не угодил в ловушку с итальянцами. — Ты не захотел. — Не захотел? — прошипел Хосок, опираясь руками о стол и глядя на альфу, как на сумасшедшего. — Я тебе сказал не вмешиваться! Ни наш клан, ни тем более ты не доросли до того, чтобы воевать с итальянцами!  — Я сделал то, что посчитал нужным сделать, — настойчиво произнес Чонгук, слегка нахмурившись. — Мне плевать, кто они такие, Хосок.  — Я вижу, — саркастично ответил мужчина, глядя на альфу с нескрываемым негодованием. — И в этом твоя ошибка, ты не понимаешь, насколько они опасны. — Я пришел сюда бороться с ними, — напомнил Чон и поднялся с кресла, глядя на лидера хмурым взглядом. — Я не пришел прятаться и бояться, и ждать случая, когда мне повезет найти нарушителей порядка и убрать их.  — Ты даже не знаешь, кто именно торгует наркотой!  — Если не действовать, то никогда не добраться до истины, Хосок, — устало вздохнул Чонгук, засунув руки в карманы. — Тебя, видимо, устраивает то, что творится в Сеуле, но меня нет. — Не забывай, с кем говоришь, — процедил Хосок, теряя самообладание. — Я прикрываю все твои выходки только потому, что тоже против торговли героином, и ты прекрасно знаешь это!  — Тогда действуй, — альфа немного подался вперед, говоря уже тише. — Не стой столбом, Хосок, и действуй. Найди мне посредников, через них я выйду на получателя.  — Жди звонка, — коротко бросил Хосок и пальцами махнул на дверь, не желая больше терпеть самодовольство Чона. Тот лишь иронично покачал головой и молча покинул кабинет, понимая, что на этом пути в борьбе за справедливость, за честность и за здравие народа он будет действовать один.  *** Тэхён поправил кожаную весеннюю куртку, закутываясь плотнее в ее теплые объятия. Ветер, гуляющий по пустым улицам, пронизывал до костей, но он уже привык к этой прохладе. Сегодня он снова задержался на практике в больнице — четвертый раз за неделю. Слишком много пациентов, слишком много работы и слишком мало времени, чтобы передохнуть. Но он не жаловался. У него не было на это времени.  Больница находилась всего в нескольких кварталах от дома, и Тэхён всегда предпочитал добираться до него пешком. Так было проще. Эти несколько минут на свежем воздухе позволяли ему проветрить голову после насыщенного дня, сбросить напряжение и отгородиться от гнетущей стерильности больничных стен. Город уже погрузился в сон. Фонари тускло освещали пустынные улицы, их холодный свет падал на мокрый асфальт, отражаясь мутными лужами. Ветер прошелестел в кронах деревьев, но кроме него в округе не было слышно ни единого звука. Тэхён свернул в узкий переулок, сжимая пальцы в кармане куртки, и в этот момент тишину нарушили звуки шагов. Глухие, отрывистые, чуть замедленные. Кто-то явно следовал за ним и не спешил, стараясь попадать в такт шагам омеги. Холодный страх проскользнул по позвоночнику, но он не остановился. Ускорил свой темп, обхватывая себя руками, и услышал, как чьи-то шаги тоже стали чаще. Ким нахмурился и резко обернулся, огляделся, но, кроме тихой улицы и света фонарей, ничего подозрительного не заметил. Вполне вероятно, что у него от усталости и недосыпа начинались галлюцинации, однако интуиция подсказывала, что здесь явно что-то не так. Пожав плечами, Тэхён двинулся дальше, но едва успел сделать несколько шагов, как снова услышал этот звук. Теперь он не сомневался — кто-то следил за ним. Страх подкатил к горлу плотным комом, но он сглотнул его, отгоняя нарастающее беспокойство. Не время поддаваться панике. Сделав вид, что ничего не произошло, Тэхён прибавил шаг, направляясь к жилому комплексу, который уже был виден впереди. Но едва он успел свернуть за угол, как послышался чей-то шепот. Нет, это точно не галлюцинации. Ким остановился. Засунул руки в карманы кожанки и устало выдохнул, чуть усмехаясь, больше для себя, чем для того, кто прятался в темноте. — Кто вы такие и чего плететесь за мной? Тишина затянулась, правда ненадолго. В следующую секунду Тэхён услышал знакомый металлический щелчок — предохранители пистолетов сняли сразу несколько человек. Он напрягся, не оборачиваясь, позволяя себе пару секунд, чтобы взять себя в руки, и стоило ему развернутся, как перед ним предстала ожидаемая картина. Четверо мужчин. В черных костюмах, явно нанятые большими шишками. Так банально, что омега не знал, как вообще реагировать. Тэхён скользнул по ним ленивым взглядом, чуть склонил голову набок, затем криво ухмыльнулся. — Серьезно? — голос прозвучал насмешливо. Тэхён перестал ухмыляться, придавая собственному взгляду больше холода и пассивной агрессии. Он медленно перевел глаза на того, кто стоял ближе всех — широкоплечего мужчину с коротко стриженными волосами. Тот держал пистолет твердо и смотрел прямо в глаза омеги, как хищник, выслеживающий добычу. Ким чуть нахмурился, едва заметно сдвинув брови. Он не собирался показывать страх, даже если внутри что-то неприятно сжалось от осознания ситуации. Сделав вдох, он чуть приподнял подбородок и заговорил нарочито спокойно: — Чем могу быть полезен? — Вам нужно пройти в машину, — велел самый главный.  — Да что ты? — Тэхён фыркнул, вскидывая руки в притворно оборонительном жесте. — Тогда вам придется затащить меня в салон силой. — Не ставьте нас перед столь рискованным поступком… — один из альф заговорил мягче, но за его словами скрывался холодный намек: у него есть приказ, и он выполнит его любой ценой. — Попробуй, — тихо бросил омега, встречаясь взглядом с ближайшим альфой. — Посмотрим, что из этого выйдет. — Вы же понимаете, что у вас нет выбора, кроме как сдаться?  Альфа говорил чуть снисходительно, будто он уже знал, что рано или поздно Тэхён, как миленький, сядет в машину. Интерн снова коротко усмехнулся, но на этот раз не стал отвечать. Разумеется, он прекрасно понимал расстановку сил. Четверо вооруженных альф против него — безоружного. Завалить их всех в одиночку? Это было бы самоубийством. Но несмотря на это, внутри он оставался спокоен. Это не первый раз в его жизни, когда ему приходилось вытаскивать себя из лап похитителей или недоброжелателей. Однако, вот так лицом к лицу с вооруженными альфами… Такого еще не было.  — Не помешаю? Незнакомый голос раздался за спинами мужчин, прорезая ночную тишину. Тэхён удивленно вдохнул, глаза расширились на долю секунды. Четверо альф резко обернулись, их пистолеты теперь были направлены не на омегу, а на таинственного незнакомца. Человек, вступивший в их игру, не выглядел обеспокоенным, несмотря на угрозу. Он стоял расслабленно, совершенно не встревоженный тем, что на него сейчас целились несколько альф. Тэхён нахмурился, вглядываясь в лицо неожиданного спасителя, замечая что-то смутно знакомое, что царапало память, но никак не всплывало на поверхность. — Родители вас не учили, что обижать омег нельзя? — скучающим голосом выдохнул альфа. — Ради своего же блага, уходи отсюда, — один из альф не опустил пистолет, лишь коротко кивнул в сторону поворота, откуда, видимо, и появился посторонний. Их внимание было приковано к незнакомцу, и это был шанс, которым Тэхён не мог не воспользоваться. Он скользнул к ближайшему альфе, что стоял чуть в стороне, держа пистолет крепко, но, похоже, не ожидая нападения со спины. Быстро и резко схватив мужчину за запястье, он дернул руку вниз, одновременно толкнув его локтем в бок. Альфа дернулся, но омега уже выкручивал у него пистолет, не оставляя ему и шанса на сопротивление. Не теряя времени, Тэхён сделал шаг назад, теперь уже сам целясь в них. — Пистолеты на землю, живо, иначе пристрелю и глазом не моргну.  Тэхён блефовал. Он никогда бы не смог нажать на курок, даже если бы перед ним стоял его собственный обидчик. Но сейчас вопрос был не в морали, а в выживании. Спасать свою шкуру нужно было любыми способами, только внутри омега надеялся всей душой, что эти мужчины все же дадут заднюю и тихо покинут этот район. Проливать кровь было последним, что планировал Тэхён не только этим вечером, но и в своей жизни. Только вот альфы не шевельнулись, продолжая целиться, кто в омегу, а кто в незнакомца-защитника. Тэхён сжал зубы, теряя собственное терпение и понимание. Показывать эмоции не хотелось, потому интерн натянул на лицо невозмутимость.  — Вы думаете, что я не выстрелю? — омега чуть сильнее сжал пистолет, хотя пальцы слегка дрожали. Неожиданный защитник омеги не стал упускать момента и, пока Ким говорил с альфами, отвлекая внимание на себя, резко сократил расстояние, ударом сбивая оружие из рук ближайшего альфы. Тот не успел среагировать, как его повалили на землю, выбивая воздух из легких. Тэхён нервно осмотрелся, понимая, что нужно как-то помочь альфе. Он не хотел стрелять, но сейчас было не время сомневаться. Намеренно целясь мимо, чтобы оглушить мужчин, интерн нажал на курок, и пуля прошла мимо того альфы, который пытался завалить защитника. Она вонзилась в кирпичную стену, привлекая внимание всего на пару секунд. Но мужчине было достаточно, чтобы атаковать их с новой силой.  Тэхён, застыв на месте, наблюдал, как незнакомец двигался — быстро, безошибочно, с абсолютной точностью. Казалось, он предугадывал каждое движение противников, уклонялся, контратаковал, ловко обезоруживая одного за другим. Интерн стоял в недоумении, не имея понятия, как еще помочь незнакомцу, как неожиданно чьи-то руки резко схватили его сзади. Жесткие пальцы сомкнулись на его горле, и на мгновение воздух вырвался из легких болезненным спазмом. Тэхён рефлекторно схватился за чужие руки, пытаясь ослабить хватку, но альфа был слишком силен. Где-то рядом раздавался глухой звук ударов, ломкий треск костей, короткие крики боли — незнакомец, решившийся помочь, расправлялся с оставшимися противниками. И когда последний из четверых рухнул на землю, безжизненно раскинув руки, его взгляд тут же метнулся к Тэхёну. Встретился с его глазами и зачем-то удерживал этот зрительный контакт несколько секунд, заставляя омегу позабыть о том, что ему, вообще-то, нужно было выбираться. Откинув непрошенное наваждение, он сжал зубы, отбрасывая панику, заметив, как незнакомец целился пистолетом в захватчика. Нет, таким образом заканчивать эту потасовку не стоило. Тэхён не мог позволить, потому резким движением отбросил голову назад, затылком врезаясь в лицо альфы. Хруст — короткий болезненный вскрик — и хватка ослабла, позволяя омеге развернуться и нанести точный удар в солнечное сплетение. Альфа согнулся, задыхаясь, но омега не дал ему шанса — резкий удар в челюсть, еще один — и вот противник уже валится на землю, тяжело ударяясь о холодный асфальт. Тэхён сделал глубокий вдох, провел ладонью по волосам, поправляя их, и опустил взгляд на лежащего без сознания альфу. — Что ж… — Тэхён тяжело выдохнул, уголки губ дрогнули в мимолетной усмешке. — Уроки самообороны все же дали свои плоды. — Впечатляет, — раздался низкий голос за спиной Тэхёна, и он сразу насторожился. В глазах мелькнули сомнение и тревога: кто это был, и каким образом он оказался здесь? Омега не стал терять времени, наклонился, схватил пистолет у одного из поваленных альф и, не колеблясь, развернулся, направив ствол прямо на незнакомца. — Кто такой? — прищурился омега.  — Тебя не учили говорить «спасибо»? — выгнул альфа бровь, подняв руки в воздухе, якобы сдаваясь. — Выручил тебя дважды, между прочим. Тэхён мгновенно узнал в незнакомце того самого альфу, который когда-то оплатил за него в кофейне, когда омега потерял свой портмоне. Вспышка воспоминаний едва не заставила его сбиться с мысли, но он быстро вернулся в реальность. Ему было тяжело узнать в нем того самого альфу, потому что в первую их встречу тот был в очках. Осторожное удивление уступило место настороженности при виде самодовольного взгляда и игривой ухмылки. — Именно, — кивнул Тэхён, не отводя взгляда. — Сначала в кофейне, теперь тут… В совпадения я не верю. Альфа кивнул, не теряя уверенности, и улыбнулся, но улыбка была странно беззаботной. — Я тоже, — иронично пожал плечами мужчина. — Может, это судьба? Тэхён, хоть и был студентом, однако не мог позволить себе верить в такие нелепые предположения. Судьба. Какая чушь. В его жизни, в его криминальной жизни, от которой он пытался спрятаться, убежать, быть нормальным, не было ничего подобного. Не было места мечтам, желаниям и иллюзиям. Омега чуть сильнее сжал пистолет, а губы скривились в едва заметную ухмылку. — Не играй со мной. — Ладно, — альфа устало выдохнул, задержав взгляд на глазах омеги, чуть вскинув брови. Его рука медленно потянулась к внутреннему карману кожаной куртки, и Тэхён, не раздумывая, чуть приподнял пистолет, предупреждающе сузив глаза. — Без глупостей. Незнакомец усмехнулся, находя в смелости омеги некую забаву. — Расслабься, — альфа вытащил из кармана черное портмоне, небрежно покручивая его в пальцах. — Ты потерял, я нашел, — пояснил альфа, пожав плечами. — Наверное, мне стоило просто пройти мимо… Но я решил поступить как совестный человек и вернуть его хозяину. — Как ты меня нашел? — недоверчиво посмотрел Тэхён на свой портмоне.  — Попросил друга пробить адрес. Тэхён медленно перевел взгляд с портмоне на незнакомца. — Значит, у тебя есть друг, который может пробить чей-то адрес? — У меня много друзей, — усмехнулся альфа, легко перекидывая портмоне из одной руки в другую. — Но этот особо талантлив. — И ты решил воспользоваться его навыками ради того, чтобы вернуть мне мою же вещь? — Тэхён скептически изогнул бровь. — Серьезно думаешь, что я преследую скрытые мотивы?  — Разве не так? Незнакомец хмыкнул и нарочито медленно обвел омегу лукавым взглядом, заостряя внимание на бедрах, а потом чуть наклонившись вперед, заговорщицки прошептал: — А если бы так? — В таком случае тебе стоило получше подготовиться, — фыркнул Тэхён, мягко щелкнув предохранителем пистолета. Альфа усмехнулся шире, вовсе не воспринимая слова омеги как угрозу. — Слушай, мне не очень-то приятно стоять с пробитой рукой, — заметил альфа, кивнув на свое предплечье, на котором осталась глубокая царапина от выстрела. Тэхён нахмурился, переведя взгляд на ранение своего защитника, понимая, что это его рук дело. Стреляя в стену, он случайно попал по руке этого альфы. — Так что, заберешь или будем стоять тут до утра? У меня, знаешь ли, своих дел полно.  Факты говорили сами за себя: этот человек не пришел сюда с плохими намерениями, наоборот, пришел, чтобы помочь. Только омега никогда не доверял тем, кто умел так хорошо драться да еще и владеть пистолетом. Этот альфа был не простой шишкой, однако никогда прежде Тэхён не замечал его ни на одном из мероприятий, на которые вынужденно ходил раньше. Порой казалось, что у него паранойя, раз он видит в каждом опасность, скрытые заговоры, какие-то дешевые игры, что угодно, только не порядочность и честность. Еще мгновение он всматривался в насмешливые глаза незнакомца, а потом, выдохнув, резко опустил пистолет. Не просто опустил — разжал пальцы, бросая его в сторону, прямо на одного из поверженных врагов, чей болезненный стон раздался в ночной тишине. Сделав пару шагов ближе, интерн протянул руку, забирая портмоне. Ким быстро открыл его, ловким движением перебирая внутренние карманы. Документы были на месте, и это было главным. Деньги его на данный момент не интересовали. — Ты ранен, — констатировал омега, взглядом скользя вниз. Кровь пропитала рукав куртки, стекая к запястью. Не хороший знак.  — Ничего страшного, бывало и хуже, — сморщился альфа, небрежно взглянув на свое предплечье. Тэхён скептически выгнул бровь, еще больше сомневаясь в личности альфы, который сам сейчас выдал себя с поличным. Омега устало вздохнул, понимая, что его совесть не позволит ему просто развернуться и поспешить к себе домой, ведь человек был ранен по его вине. Альфа мог пройти мимо, но нет же, остановился, вмешался и вытащил Кима из возможного похищения. Сейчас разбираться в том, кто это был и зачем им нужен был представитель клана Ким, не было ни желания, ни времени. К тому же, объясняться перед незнакомцем совершенно не хотелось, лучше пусть он держится подальше от этого ужаса. Может альфа и был очень смелым, однако, того кошмара, что происходил между кланами, он наверняка не знал. Тэхён молча вытащил телефон и, не торопясь, сделал несколько снимков. Камера зафиксировала распростертые по земле тела, пятна крови, перекошенные от боли лица. Они хоть и не представляли больше угрозы, просто так их оставлять было бы беспечно. Фотографии одновременно были отправлены семье и другу, который через несколько минут уже окажется здесь, чтобы наказать альф по закону.  — На память? Или решил слить их в полицию? — вскинул альфа бровь, украдкой глядя на телефон омеги.  Тэхён же не удостоил его ответом, убирая телефон в задний карман джинсов. Омега посмотрел на своего спасителя нечитаемым взором и вновь перевел взгляд на рану, виновато прикусив губу. — Я живу в трех минутах отсюда, — сообщил Ким, кивнув головой в сторону. — Пойдешь со мной, я отсюда вижу, что там не простая царапина.  — Обойдусь. — Я не спрашивал. Альфа хмыкнул, склонив голову к плечу. В уголке губ затаилась легкая, едва уловимая улыбка — не явная, но достаточно заметная, чтобы ее увидеть. Складывалось ощущение, что незнакомца забавляло то, с какой наглостью говорил интерн.  — Ух ты, какой, — довольно улыбнулся. — Такое тебе и не снилось, — бросил омега с иронией в голосе, прежде чем развернуться и направиться в сторону жилого комплекса. — Ты идешь или нет? — бросил интерн, не оборачиваясь.  Альфа усмехнулся, глядя ему вслед, а потом все же двинулся вперед, не теряя шанса разузнать об омеге чуточку больше. Смелый, наглый, уверенный в себе, таких омег редко встретишь, только вот Чонгуку казалось, что скрывалось за этой маской нечто большее. Когда он оплатил за чужой кофе, он и не думал, что позже обнаружит чужой портмоне возле своей машины. Точнее недалеко от нее. Проверив его содержимое, альфа вручил портмоне своей правой руке и попросил найти адрес, да и в целом общую информацию. Обычный студент медицинского университета, ничего такого, однако… То, что сегодня Чонгуку удалось увидеть и стать невольным свидетелем, настораживало и заставляло задаваться вопросами. На этого парнишку было найдено очень мало информации, практически ничего о семье и родных, только базовые данные. Удивительно интригующе.  Тэхён направлялся в жилой комплекс с мрачным выражением лица, чувствуя, как тяжело давил чужой взгляд, что продолжал следить за ним. За омегой не просто наблюдали, на него откровенно пялились, в этом он не сомневался. Под таким внимательным изучением интерн ощущал себя чуть ли не голым, заливаясь румянцем. — Хватит пялиться на мои бедра. — У тебя что, третий глаз? — У меня хороший хук, — чуть повысил голос, не оглядываясь. — Продолжишь глазеть — получишь один справа. Альфа на обещание омеги никак не отреагировал, но пялиться перестал, лишь чуть поторопился, желая скорее избавиться от этой неприятной боли в предплечье. Совсем не вовремя, прямо перед очередным заданием.  *** Хосок спустился вниз, в гостиную, где тихо мерцал свет, играя на белоснежных стенах. В полумраке комнаты его взгляд сразу же остановился на женщине, сидящей на диване с книгой в руках. Она была поглощена чтением, не замечая мир вокруг, погружаясь в иную вселенную. Альфа стоял у двери, не желая нарушать момент, просто наслаждаясь видом своей любимой. — Довольно сложно читать, когда ты обливаешь меня любовным взглядом, — голос прозвучал с добрым смешком.  Хосок тихо усмехнулся, подходя ближе к дивану, на котором его жена выглядела очень хрупкой и маленькой. Лидер присел рядом с ней, не отрывая своего взгляда с ее лица. Омега тут же отложила книгу, сняла очки и с теплотой в глазах посмотрела на мужа.  — Прости, — с искренней улыбкой сказал он, наконец прервав тишину. — Не хотел мешать тебе. — Да ладно, — пожала плечами омега, устраиваясь поудобнее, чтобы пригласить мужа сесть рядом. — Что тебя тревожит, мой глава? Он присел ближе к ней, обвивая ее плечо рукой, притягивая к себе, и в голове сразу все стало гораздо яснее и легче, и на душе какой-то необъяснимый покой.  — Ты сам не свой с раннего утра, — продолжила женщина, взяв руку мужа в свою. — Все еще неизвестно, кто уничтожил товар? — тихо спросила она, опуская голову на его плечо. — Нет, — устало выдохнул Хосок, его грудь поднималась и опускалась с тяжелым вздохом. — Да бог с этим товаром, одной проблемой меньше… — Тогда что, дорогой? Чем ты так загружен? — Тэхён, — выдохнул альфа имя младшего брата так, будто нес на плечах тяжелое бремя. — Думаю, как его вернуть в клан.  — А может, не стоит? — женщина приподняла голову, чтобы посмотреть в глаза мужа. — Ему хорошо вне всего этого, он хочет обычную жизнь, зачем нам сейчас на него давить?  — Я могу закрыть на это глаза, Намджун и подавно, но отец, дорогая, — альфа покачал головой. — Отец не успокоится, понимаешь, не успокоится… — Хочешь, я с ним попробую поговорить?  — Нет, любимая, не волнуйся, — попытался улыбнулся альфа, глядя на жену с бесконечным обожанием. — Я решу этот вопрос.  — Не сомневаюсь, — омега ловко приподнялась и забралась на колени мужа, обхватывая его шею руками. Хосок тут же расплылся в блаженной улыбке, положив руки на талию жены. — А теперь давай я помогу тебе немного расслабиться.  *** Просторная студия, выдержанная в современном стиле, напоминала иллюстрацию из архитектурного журнала. Высокие потолки, стеклянные перила второго этажа и мягкий рассеянный свет, встроенный в линии потолка, создавали атмосферу простой элегантности. В центре комнаты располагалась зона отдыха: два глубоких дивана, темные, обитые плотной тканью, стояли напротив друг друга, разделенные низким деревянным столиком. На полу лежал ковер с узором, гармонично вписывающийся в общую палитру теплых оттенков древесины и холодного бетона. Чонгук сидел на диване, поглощенный собственными мыслями, порой возвращаясь в реальность и сканируя студию, в которой жил омега. Его правое предплечье было окровавлено, кровь уже подсохла на коже, образовав темные пятна. Омега велел снять кожаную куртку и теперь альфа сидел в белой майке, которая казалась слишком яркой на фоне его изможденного вида. Тихо поскрипывали половицы второго этажа, и звуки шагов Тэхёна, который возился там, создавали странное ощущение, словно Чонгук здесь не в первый раз. Осмотревшись еще раз, альфа заключил, что все же в первый, и нетерпеливо поерзал на месте.  Студент в следующее мгновение спустился с верхнего этажа, держа в руках несколько предметов: стерильные бинты, иглу с ниткой, антисептики и несколько других мелких флаконов. Он наклонился, чтобы поставить все необходимые инструменты на журнальный столик, и неуверенно посмотрел на альфу. Его взгляд скользнул по руке, по упругим и сильным мышцам, по четким и острым чертам лица, из-за чего Чонгуку было сложно сдержать самодовольную ухмылку. Какая-то удивительно странная искра возникла между ними еще тогда в кофейне, но у альфы было слишком много дел и забот, чтобы размышлять об этом. Хотя он должен был признаться: омега был чертовски привлекателен, а его острый язык только подливал масло в огонь, его глаза манили и притягивали, но при этом отталкивали, словно игрались. Глядя на студента медицинского университета, можно было подумать, что он настоящая ханжа, но у Чонгука глаз алмаз. Он видел все намного глубже и прекрасно знал, какой огонь скрывался в этом парнишке.  Альфа постарался сильно не пялиться, хотя ощутить на себе хук справа от этого омеги он был бы не против. Тэхён нахмурился, сосредоточенно распаковывая инструменты, словно это было для него обычным делом. Чонгук, не смущаясь, встретился с его взглядом и недовольно выдохнул. — Ты что, собрался зашивать мне рану? — спросил он, выгнув бровь и слегка скривив губы, ведь у него обычная царапина. Чунмен увидит — засмеет, в доме всем будет причина пошутить над братом.  — А что такое? — ухмыльнулся омега, продолжая готовится к маленькой «операции». — Боишься иглы? Чонгук смолк, сжимая пальцы в кулаки. Он не был уверен, как ответить, ведь на самом деле не боялся боли, но попросту не видел необходимости прибегать к таким действиям.  — Нет, просто не вижу необходимости, — прямо выдал альфа. — А я вижу, — пожал плечами омега и уперся одной ногой о край дивана, чтобы было удобно зашивать рану. Он посмотрел на Чонгука с легким вызовом в глазах. — Это не займет много времени. — Тебе что, делать нечего?  — Не люблю быть в долгу.  Тэхён аккуратно взял иглу, его руки не дрожали, несмотря на то, что он по сей день не проводил подобных «операций» в одиночку. Обычно рядом был ведущий по практике, опытные специалисты, а сейчас интерн один на один с раненым. Тонкая нитка скользнула сквозь кожу Чонгука, оставляя за собой маленький след. Альфе, наоборот, казалось, что омега справлялся с профессионализмом и делал свою работу с такой легкостью, словно зашивание раны было частью его обыденного дня. Пока омега заканчивал то, что и сам начал, Чонгук невольно скользил взглядом по чертам лица, ведь с такого короткого расстояния все виделось иначе. Студент был по-настоящему красив: его длинные ресницы слегка трепетали от чужого дыхания, кожа казалась очень нежной и мягкой. Мужчине хотелось коснуться, но он с трудом избавился от этой идеи, не желая вступать с омегой в конфликт. Однако его внимательный взгляд не был не замечен, Тэхён показательно кашлянул, напоминая о правилах приличия. Не в силах сдержать свою любопытность, Чонгук попытался уловить природный запах омеги, который до сих пор не смог вдохнуть. Парнишка хорошо скрыл свой запах, да так, что даже студия, в которой он жил, пахла какими-то ароматическими свечами и теперь немного медикаментами и спиртом. Тэхён, наконец, закончив зашивать рану, приступил к последующему этапу — бинтованию, украдкой проверяя реакции альфы. Но тому вовсе не больно, Чонгук давно научился контролировать не только свой разум, но и тело, поэтому вот такие «царапины» для него были лишь цветочками. Когда студент потихоньку завершил свою процедуру, он спустил ногу с дивана, собирая все с журнального столика в коробку. Чонгук невольно скользнул глазами по бедрам парнишки, которые были плотно обтянуты черными джинсами. Разумеется, что этот лукавый взгляд альфы не скрылся от внимательности студента, который, абсолютно пораженный наглостью мужчины, вскинул брови.  — Прошу прощения? — спросил Тэхён с настойчивостью, напоминая взглядом о том, о чем предупреждал еще на улице. — Что-то не так? — Все очень даже так, — ответил Чонгук, показательно посмотрев еще раз на округлые бедра омеги, тем самым делая ему комплимент.  — Боже, — Тэхён закатил глаза, быстро убирая все в аптечку. — Вы альфы все такие… Предсказуемые! Увидели красивого, привлекательного омегу и все… На уме лишь одно! — Откуда ты знаешь, что у меня на уме? — спросил он с заинтересованностью. Омега лишь покачал головой, схватив все инструменты двумя руками, разворачиваясь к лестнице. Его жизни грозила опасность и от этой опасности его действительно спас этот альфа с очень нахальной улыбкой, однако переходить границы у него не было в планах. Ему сейчас совершенно не до личной жизни, даже если это на одну ночь. Сейчас в его голове лишь учеба и практика в больнице, ну и еще, как остаться в живых, но это уже мелочи. Бесспорно, его спаситель был до одури привлекательным, и запах альфы дурманил разум, но омега не искал приключений. Тем более не с таким оборванцем, как этот… У альфы явно были проблемы с законом.  — Спасибо, что помог, — сказал Тэхён неожиданно, остановившись у лестницы. Он посмотрел на Чонгука, но на лице не было ни малейшего следа излишней благодарности — только сухое констатирование факта. — Но надеюсь, что тебя здесь не будет, когда я спущусь. — Спасибо за руку, Тэвон, — сказал старший, специально подчеркивая имя студента.  Омега резко остановился, и его нога зависла в воздухе, не касаясь ступеньки. На мгновение его лицо исказилось, как будто имя, произнесенное альфой, действительно принадлежало ему, и он являлся Пак Тэвоном, а не Ким Тэхёном. Ему лишь в очередной раз неосознанно напомнили, как часто омеге приходилось жить двойную жизнь, скрывая свою настоящую сущность. — Жду тебя через неделю в это же время, — почти приказным тоном произнес студент, не оборачиваясь. — Сниму тебе швы, так уж и быть.