Под покровом ночи

Перед глазами стояла расплывчатая картина ночного города. Пришлось напрячь зрение, чтобы вернуть чёткость пейзажу. Авантюрин погрузился в себя слишком глубоко. Плохая привычка. Зажигая сигарету, он сделал первую затяжку. Выпустив дым, сказал не поворачиваясь: — Долго будешь там стоять? Человек за спиной, поняв, что нет смысла молча наблюдать, сделал шаг вперёд. Авантюрин не повернулся к нему. Оперевшись на парапет локтями, продолжил докуривать сигарету. Его гость подошёл и прислонился спиной к преграде. Мужчина, зажав маленькую записку между указательным и средним пальцами, поднял её на уровне глаз. — Зачем позвал? — послышался низкий, немного томный голос. Покосившись, Авантюрин про себя отметил красивое лицо и довольно высокий рост собеседника. Тот был выше него на полголовы, а чёрный длинный плащ делал силуэт мужчины ещё более вытянутым. Авантюрин, увидев написанное — «Отель «Грёзы». 1:00. Только ты и я», — усмехнулся. — Я уже начал думать, что ты не придёшь, — парень выпустил очередной клубок дыма. — Ты не ответил на вопрос, — в отвращении нахмурился незнакомец. — Что, не нравится запах сигарет? — хмыкнул Авантюрин. Не услышав ответ, блондин всё же её затушил. — Это ты мне скажи, зачем главе мафии следить за мной? На лице мужчины проскользнуло лёгкое удивление. — Думал, не узнаю? — Считал, что такому, как ты, и в голову не придёт выяснять, кто за тобой следит. — Такому, как я? — парень вскинул брови. — Беспечному и легкомысленному, — пояснил тот. Авантюрин, улыбаясь, хмыкнул. — Это ты искал встречи со мной, Веритас Рацио, — только сейчас блондин решил ответить на вопрос. — Откуда такая уверенность? — Ты наблюдаешь за мной уже почти три недели, но не хватает смелости подойти. Вот я и решил упростить тебе задачу, — Авантюрин вытащил вторую сигарету. Но не успел он её зажечь, как Рацио тут же сорвал сигарету с губ Авантюрина и выбросил через перила. — Какой правильный мафиози, — сказал парень, наблюдая за сигаретой в свободном падении. — Ошибаешься, — начал Веритас. — Каким-то образом ты меня встретил. Разнюхал обо мне, выяснил, где я часто бываю, и чуть ли не каждый день приходил туда, чтобы привлечь моё внимание. У тебя это получилось, поздравляю, — Рацио сделал шаг к Авантюрину, сокращая и без того маленькое расстояние. — Однако не понимаю, какую цель ты преследуешь, но уверен в одном: это я тебе нужен, а не ты мне. Сначала на лице парня проявилось удивление, затем его сменила лёгкая паника, а она исчезла с приходом спокойствия. Сейчас же расползалась самодовольная ухмылка. — Раз ты самолично явился ко мне, твои слова далеко не правда. Рацио молчал, ожидая продолжения. — Ты заинтересован во мне. Будь это наоборот, ты бы попросту не пришёл, скорее даже приказал бы своим людям силой притащить меня к твоим ногам. Но с деловыми партнёрами так не поступают, верно? — Ты им не являешься. — Я поставил на то, что им стану. И тебе моё везение не помешает. Ты видел, как я играю? — Авантюрин развёл руками, хвастаясь. — 1307 выигрышей подряд за три недели. Уверяю, я и эту ставку не проиграю. — Хочешь стать моим талисманом удачи? — слегка издевательски усмехнулся Веритас. — Называй как хочешь. — Хорошо, — Рацио вытащил пистолет. Направив его на парня, проговорил надменным тоном: — Давай проверим, насколько ты удачлив. Такое поведение выбило воздух из груди Авантюрина. Не успел он даже толком понять ситуацию или испугаться, как Веритас нажал на курок.

***

Парень дёрнулся, резко сел и схватился за грудь. Сердце разрывалось, бешено стуча. Лёгкие нуждались в кислороде, но поступал он в ужасно маленьком количестве. Кое-как сделав несколько вдохов и выдохов, Какавача вытер холодный пот со лба и откинулся обратно. Уже более мирно дыша, он уставился в белый потолок. — Ну и сны пошли, — пробормотал парень, смотря в телефон. Время 11:45. Подойдя к зеркалу, Какавача коснулся своего лица. Оно такое же бледное, как и всегда. Глаза пустые, потерявшие жизненный блеск. А на шее всё то же ненавистное клеймо — знак невольника, доказательство, что он ничтожество. Какавача прикусил губу и почувствовал под ногами что-то мягкое. Опустив взгляд, наткнулся на белую простыню. Он её повесил на зеркало, чтобы часто не убиваться, смотря на своё отражение. Но она съехала вниз. Подняв её, парень снова повесил на место. Царапая свою метку, которую позже покрыли татуировкой, блондин направился в ванную. Всё, что помнит Какавача о прошлом, — сплошная боль. После того как Освальдо забрал его из родительского дома, продал в рабство, как вещицу. Удивительно, что в современном мире существует такое. Находясь в неволе, Какавача понял, что безжалостнее человека в мире нет больше существа. В клетке он наблюдал, как люди пленяли себе подобных, запирали в грязных помещениях и оставляли спать на холодном полу. Иногда эти нелюди кормили рабов помоями, а иногда даже забывали это делать. Какаваче более-менее повезло. Переходя из рук в руки, он оказался у жадного работорговца, купившего его буквально за копейки. Благодаря благословенной удачи Какавачи, новый хозяин позволил ему зарабатывать на хлеб. Скорее так над ним издевались, ведь полученных денег с трудом хватало на кусок. Несколько раз парень совершал попытку бегства, но его поймали и жестоко наказали. Одними ушибами и синяками не обошлось, ему сломали несколько костей, а по ночам приходилось затыкать рот и терпеть жгучую боль от кнута. Если его хозяева слышали всхлипы, снова наказывали. В один из дней Какавача был особенно близок к свободе, но удача тогда впервые от него отвернулась, и он снова оказался за решёткой, как птица с обрезанными крыльями. В наказание и назидание остальным рабам за самовольство хозяин прижёг на его шее клеймо. Как оказалось, удача всё ещё была с Какавачей. — Ну что, номер тридцать пять, — напившись, его хозяин часто приходил поиздеваться на пленными. — Нравится новый талисман? Парень хотел коснуться шеи, но пронизывающая боль не позволила дотронуться. Потупив взгляд, он сидел молча, от вида деспота и без того пустой желудок торопился вывернуться наружу. — Везучий ты щенок, — мужчина залился мерзким смехом. Сделав глоток алкоголя прямо из бутылки, он выбрал целью следующего бедолагу для утоления скуки. — Ублюдок, — сорвалось с губ Какавачи. Рабовладелец тут же остановился и подумал, не послышалось ли ему? Парень ещё ниже опустил голову и сжал кулаки, звеня цепями. — Что ты сказал? — в голосе мужчины слышалась угроза. Не добившись ответа, он вытащил ключи. Замок щёлкнул, дверца камеры отворилась. С каждым скрипом, с каждым звоном металла Какавача напрягался сильнее, дышал часто и медленно оборачивал железную цепь вокруг кулака. — Я задал тебе вопрос, жалкий ты… — хозяин поднял почти опустевшую бутылку, чтобы ударить блондина, но тот его опередил. Крепко сжатая рука, замотанная в заржавевшую цепь, пришлась по лицу пленителя. С болезненным стоном он плюхнулся на холодный бетонный пол. Если бы не алкоголь, парень бы вряд ли его повалил. Одного удара оказалось недостаточно, ведь в таком случае он ни за что в жизни не оставил бы Какавачу в покое, поэтому последовал второй удар, потом третий и так до тех пор, пока… Какавача не спас нынешних и будущих сокамерников. В тот момент в нём что-то щёлкнуло и он перестал чувствовать страх. В голове было пусто. Им двигало твёрдое желание жить. Но его бесстрашие продлилось недолго. Стоило взглянуть на свои руки, живот тут же скрутило. Лёгкие горели от недостатка воздуха. В ушах стоял звон, а собственное сердцебиение, будто ударом молотка, звучало в голове. Мир для Какавачи в тот момент сжался до размера кулака. Кроме шума вперемешку со словами: «А ты не такой уж и слабак» — и расплывчатой картины, он ничего не слышал и не видел. Парень не помнит, как выбрался из клетки, не помнит, как оказался на обочине дороги. Возможно, гибель уже бывшего хозяина вызвала такую суматоху, что никому не было дела до жалкого раба. Но это уже в прошлом. Сейчас он на свободе, хоть и на мокрой от дождя земле. Измождённое тело требовало покоя, как и разум. Веки тяжелели, и Какавача надеялся, что заснёт он навсегда. Но как всегда эта чёртова удача преследовала его, как проклятие. — Какие у тебя красивые глаза, дитя, — послышалось над головой. Какавача нехотя взглянул на женщину. Та сидела рядом и держала чёрный зонт. — А они ночью светятся? — улыбнулась она. — Кто… — парень не смог договорить, в горле пересохло. — Я Ева, управляющая детским приютом «Добрая Яшма». Дети иногда зовут меня Яшмой. Женщина усмехнулась, прикрыв рот кулаком. Её длинные волосы струились по плечам. Одета она была в роскошное платье и носила драгоценные украшения. И она не пожалела свои изящные туфли, выйдя под дождь к Какаваче. Слишком добрая и слишком богатая особа для управляющей приюта. Блондин прикрыл глаза, мозг отказывался принимать лишнюю информацию. Ева его не напрягала, она убрала мокрую чёлку со лба парня и мягко сказала: — Мирного сна, дитя.