«Переписанный мир»

Я понял: это не просто голос. Это — я. Только тот, кого я больше не контролирую. У всех людей есть своя животная часть. Часть инстинктов, неподконтрольных эмоций и гнева. Я жадно глотал воздух в надежде отдышаться. Но это имело обратный эффект. Вместо того чтобы прийти в себя, я начал осязать чувства, будто мог дотронуться до гнева. Бурлящей красной жидкости, которая разрушала всё на пути. Но откуда он появился?.. Неожиданно, как ответ на мой вопрос, в моём сознании появилась картинка. Недавние герои, что я встречал, — они улыбались и весело общались с главным героем. — Лжицы! Эти улыбки… маски. Удобные, дешёвые — чтобы вонзить нож ровно в тот момент, когда ты доверишься. В голову нахлынули воспоминания о том, когда я впервые познакомился с этим миром. Те чувства, те эмоции. Я вновь стал ощущать, как злоба разъедает моё сердце, а гнев медленно течёт по жилам. Как только Сатору впал в кому, что случилось с его «друзьями»? Они разбежались. Как крысы с корабля! Для них он был инструментом. Сломался — значит исчезла и необходимость. Но даже среди этого мусора двое людей смогли отличиться сильнее всего. Хотя назвать их людьми — это оскорбление человеческой расы. Это самые настоящие двуличные черти! Первый — это фембой, забыл его имя. Он был школьным другом Сатору. Вторая — Кайо, девочка, ради которой герой рисковал жизнью и которая в итоге родила от его друга. С одной стороны, претензий к Кайо у меня нет. Основываясь на своих наблюдениях, я и раньше знал: люди верны ровно до тех пор, пока ты им нужен. Подумаешь, её защитник превратился в овощ. Пользы от него никакой, так что с её стороны вполне резонно найти другого. Вместо этого у меня вопросы к его так называемому другу. Среди компашки гг только белобрысый умник знал, что гг не испытывал романтических чувств к Кайо. Другие этого не знали. Значит, этот чёрт, зная, что гг нравится Кайо и что он впал в кому, воспользовался моментом и запустил своего питона ей под юбку. И у этого сучьего выродка хватило наглости навестить гг, когда тот вышел из комы. И эта тварь ему нагло улыбалась в глаза. То же касается и других недодрузей. Как только гг стал инвалидом, все забили на него — только его мать поддерживала его. Да уж, друзья. Я не мог остановиться. Чем больше я думал об этой ситуации, тем яснее я ощущал, как надувалась моя вена. А в ушах нарастал гул, скрещённый с каким-то урчанием. Это просто цирк абсурда! Маньяк, который хотел тебя убить, ждал пятнадцать лет, а «близкие» друзья забили большой и жирный! Я резко выдохнул и подпрыгнул на ноги. Ладно уж, это всё лирика. Главное — не пересекаться с ними, чтобы лишний раз давление не поднималось. План тот же: обезвредить главгада, после чего жить припеваючи. — Так где класс? — я напряг свою память. Из-за боли в голове это было сложно сделать, но я справился. Я уже построил маршрут и был готов пойти в класс, пока какой-то пацан мне не преградил дорогу. Как назло, это был белобрысый умник из компашки гг. — Ты кто? — Кто я? Странно это спрашивать, учитывая, что это ты недавно заглядывал ко мне в класс. Так и быть, представлюсь. Я Кэнъя Кобаяси, приятно познакомиться. А как тебя зовут? — Сэйдзи. Не очень рад знакомству. — Почему? — он задумчиво облокотил подбородок на кисть, а другой рукой держал локоть. — Спешу. — Куда? — В класс. Он пожал плечами: — Что ж, раз так — не буду мешать. Я быстрым шагом прошёл мимо, ощущая холодок по спине до самого поворота. Кажется, у меня началась мигрень. Я ощущал, словно мне на голову надели обруч, что сжимал мой череп. Быстрым темпом я дошёл до класса, но мой путь преградил ещё один щкет. — Йо, Сэйдзи. Помнишь меня? — На меня смотрел ещё один светловолосый мальчуган. Какого?! Ещё один засранец. Опять. Я напряг свой мозг. Хоть я и вспомнил его, но вместе с этим почувствовал, что каждый раз, когда я заставляю свой мозг работать, у меня повышается ненависть к окружающим. — Да, Хиро. Что надо? — Отлично! В таком случае… — он, слегка наклонившись, швырнул свою лапу мне на плечо. — Держи язык за зубами. — Он резко дёрнулся в мою сторону, ухмыльнулся и повернулся в класс. — А, и вот ещё. Понимаю, ты с больничного, но… следи за собой. — Он странно, по-поскудски улыбнулся и ушёл. — Что?.. — единственное слово, что я смог выловить в воздухе. Я вошёл в класс и сел на своё место. Пока я приводил мысли в порядок, я ощутил на себе неприятную тяжесть. Взгляд? Лица детей отличались: кто-то скучал, кто-то щурил глаза, пытаясь разглядеть доску, кто-то просто смеялся с друзьями, при этом стараясь не попасть на глаза учителю. Среди всего этого разнообразия одно лицо отличалось. Девочка. Моя ровесница. Чёрные длинные волосы, аккуратная опрятная форма. Она смотрела на меня с «жалостью». Я встретился с ней глазами. В ту же секунду она повернулась к доске. Хоть и на мгновение, но я увидел, как она растерялась. Пару раз она поправляла свои волосы дрожащей рукой. Иногда проверяла мой взгляд краем своих карих глаз. — Чё здесь происходит… — тихо пробормотал я.

***

Урок закончился, началась перемена. Я дремал со скрещёнными руками, пока меня не пробудил аромат — мягкий аромат цветов появился возле меня. Да. Это она. — Ты что-то хотела? — Ты изменился. — Да? Не знаю… наверное? — Будь осторожнее. – Она мне сейчас угрожает? — Некоторые люди не любят, когда другие меняются. — Я проследил за её взглядом. В углу класса собиралась компашка малолеток во главе с Хиро. — Это портит им всё веселье. Честно, я ни черта не понял. Единственное, на что меня хватило, — это выдать задумчивое: — Понятно. Как оказалось, этого было достаточно — она вернулась на своё место.

***

Школьная рутина текла по своему маршруту. Уроки сменяли друг друга. Вот настало его время — школьный звонок. Он раздался из-за предела класса. Приятная короткая мелодия, исходя из динамиков, заполнила коридоры. Не найдя другого места, она протиснулась в щели дверей, оповещая школьников, что их «каторга» на сегодня окончилась. По привычке я стал быстро собирать вещи. Это вышло рефлекторно. За годы учёбы привычка быстро собирать свои принадлежности въелась в мою подкорку мозга. Прямо как солдату — быстрая сборка и разборка автомата. По сравнению со мной остальной класс походил на сборище ленивцов. Пока они плавно собирались, я уже вышел из класса. Ноги сами несли меня домой. В прихожей я быстро поменял сменку и вышел на холод. Не успел я потоптать снег, как услышал сзади пронзительное: — А ну стой! Куда собрался?! Даже не узнавая, чей это голос, я инстинктивно понял — это ко мне. Я обернулся. И да, это они. Хиро и его компашка подсосов. Да уж, мне не верится. Настолько банальная компашка мелких подонков, что это даже смешно. Слева — длинный и тощий, справа — толстый, и оба не вышли рожей. Но эти доходяги меня не интересовали. Вместо этого меня заинтересовал взгляд главного гавнюка, ака мистер «сын маминой подруги», который занимается спортом, хорошо учится, хорошо себя ведёт. Но наедине с более слабыми его скотское нутро расцветает. — Чё надо? — эта шпана меня уже достала. Эти черти стали приближаться ко мне, не торопясь. Они ухмылялись с каждым шагом. — Что-то ты стал слишком наглым в последнее время. — Что эти недоразумения от меня хотят?..* — Сэйдзи! Голос ударил в меня, как по затылку. Я обернулся — и холодок пробежал по позвоночнику. Ноги на мгновение сделались ватными. В нескольких шагах стоял полицейский. Обычный патрульный, но почему-то смотрел прямо на меня, будто давно искал. — Чего… вам? — слова сами сорвались с губ. Я ясно ощущал, как сердце проваливается в желудок. — Твоя мама попросила меня зайти за тобой, — сказал он. Какая мама? Почему полицейский? Зачем? — Я что-то нарушил? — голос сорвался. Патрульный выдал короткий нервный смешок: — Да нет, что ты. Просто… она попросила проводить тебя до дома. Говорит, тебя только выписали. Что-то в его тоне было неестественным. Слишком спокойным. Слишком мягким — будто он боялся спугнуть. — Ясно, — выдавил я. Хиро и его кодла уже отступили назад. Я чувствовал их взгляды затылком — колкие, злые. — Пошли, — сказал я, стараясь звучать ровно. Чем быстрее я уйду отсюда, тем лучше.