Go hard

Чхэрин любила скорость. Чувство, когда забываешь о всех насущных проблемах, мчась по пустой трассе, освещенной яркими фонарями. Ветер был с ней вместе, не мешая, лишь подталкивал вдаль. К лучшей жизни. Никто не тревожит, лишь она, ночной город, приятная прохлада и чистый разум.

***

С детства она мечтала о мотоцикле, как у своего старшего брата. Оппа часто сбегал из дома, отвозил свою девушку на вечеринку, а возвращался лишь к утру. Но родители не знали — это был их маленький секрет. Мёнсу пообещал девочке, что научит кататься ее к четырнадцати годам. И он выполнил свое обещание. В тайне от родителей Рин и Мёнсу ездили на заброшенный аэродром.

***

— Ну, давай! Ногу отпустила и вперед! — кричал ей брат, когда та в очередной раз заглохла. — Все, не могу! — девушка сняла шлем. — Бесит твой мотик! — А ты давай через не могу. Ишь вырастешь, будешь в гонках участвовать, бабки рубить. А ещё плейбоев отшивать, — брюнет усмехнулся, поправил свою челку. — Еще чего, — закатила она глаза. — Ну, деньги всегда хорошо.

***

Брат видимо был вангой. К восемнадцати годам Чхэрин начала участвовать в несанкционированных гонках, что проходили за городом. Чувство бешенного адреналина в крови и восхищенные взгляды зрителей заставляли чувствовать ее живой. По крайней мере на момент.

***

Черноволосая подьехала к старту. На трибунах, хотя скорее огромного скопления людей с пивом, увидела своего брата с девушкой. Она помахала им обоим. — Надери им задницу! — прокричал громко Мёнсу. Рин надела шлем и перекинула ногу, удобно устроившись. — Хей, ты с веб-кама вылезла? — вдруг послышался мужской голос справа. Повернув голову, она увидела отросшие пряди бордового маллета, которые выглядвали из-под синего шлема. — Хисын, а ты только там себе пассию на ночь ищешь? — она оставалась холодной, спокойной. Но в глазах играли огни злости, благо за шлемом видно не было. — Извини, малышка, твоя задница в этом костюме слишком аппетитная, — усмехнулся он. — Иди нахуй, Ли. — Только, если на мой, — к ним подъехал лучший друг Хисына — Пак Сонхун. — Отстань с пидорскими шуточками. Малышка, давай, если я выиграю, то с тебя желание? — Я скорее с вон тем грид боем без футболки начну встречаться. — Нишимуру не трожь, он малой еще. — Приготовились! — все резко замолчали. — Раз, два, три! — крикнул Рики и опустил флаг под громкие возгласы его фанаток. Рин сразу начала с бешенной скорости, но на поворотах умело справлялась не залетая никуда. Но Хисын ехал все время рядом. Это жутко бесило. Проигрывать она точно не желала. Последний круг оставался за ней, вкус победы уже близко. Но у Ли были другие планы. Резко завернувшись на повороте, он отскочил, подрезая Чхэрин. Та не растерялась, старалась выровнять управление, но улетела в старые шины, что валялись для «безопасности». Голова кружилась, но она сумела услышать орущую толпу, которая кричала «Ли Хисын!». Этот ублюдок победил. — Не поранилась? — сразу подъехал парень. — Зачем ты это сделал? Это грязно и подло, — сняла шлем она, потрясла головой. Ее каре оставалось таким же идеальным даже не смотря на небольшую аварию. — Чтобы ты выполнила мое желание, — он тоже снял шлем. Губы Ли растянулись в улыбке, прям как чеширский кот. — Идиот. Я выигрывала 8 гонок подряд. Ненавижу тебя, — девушка отряхнула руки и встала. — Лишь выпей со мной, — он внимательно следил за ней. Ее фигура в черном латексном костюме подогревала все больший интерес. Для Хисына она была идеальной: ее ровное черное каре, аккуратные кошачьи глаза, которые она подчеркивала подводкой, бордовые губы, что манили сладко поцеловать ее прям здесь. И пусть люди смотрят. И пусть они друг друга ненавидят. Наверное. Хисын и Рин пришли в гонки одновременно, но с самого первого заезда не взлюбили друг друга. Парень за то, что брюнетка постоянно выигрывала, была куда быстрее, проворнее. А девушка — за его острый язык, который перед каждым заездом говорил всякую ерунду и пошлости. Так бы и оторвала ему.

***

— Ну, и за чем ты меня сюда привел, — скучающе сидела девушка за столом возле палатки с топпоки. Хисын поставил на стол несколько бутылок соджу. — Давай, кто первее опьянеет, тот говорит Рики, что у него зачетный зад, — красноволосый наклоняется к ней ближе, играя бровями. — Зад зачетный может быть только у меня. Давай, ты ж пить не умеешь, — Рин умело открывает бутылку и пьет прям с горла. — Легче русской настоечки. — Точно, ты ж в России была. На медведе каталась? И так продолжился их вечер бессмысленными разговорами. Однако стало странно то, что Хисын перестал казаться полным придурком. Наоборот, его аккуратный нос, четкие прямые брови, губы, которые расплывались в пьяной улыбке, привлекали. А еще адамово яблоко… Было таким сексуальным, как и он сам в этой черной майке без рукавов. — Эй, Рин, — помахал он рукой перед ее лицом. Но она залипла на его перекатывающиеся мышцы, неосознанно прикусив губу. — А? — наконец подняла глаза девушка. — Пошли, поздно уже, мы оба пьяные. Ты далеко живёшь? — девушка увидела его новую сторону — заботливого и внимательного Хисына. — Недалеко. Они молча дошли до ее дома, поднялись на лифте. Возникла неловкая тишина. Никто не решался сказать что-либо. Но вместо тысячи слов они слушали стук сердца друг друга. Внутри играли противоречивые чувства, когда она заметила его пристальный взгляд на губах. Поддавшись желанию, она притянула Ли к себе, жадно поцеловав. Жар мгновенно разносился по телу, вызывая мурашки. Они скрылись за дверью квартиры. Хисын по-собственнечески водил руками по телу Рин, смазано, но сладко целовал губами тонкую шею, когда девушка отклонялась от удовольствия. Раз он выиграл в гонке, то эту игру будет вести она. Парень упал на мягкую простынь, что пахла парфюмом Чхэрин — ярким цитрусом, с цветочными нотками, что иногда перекликались со свежестью. Он глубоко вдохнул, а брюнетка, как самая настоящая дьяволица, подкралась к его уху, прикусив мочку. Ли не сдержал высокого стона. Руками она водила по телу парня, залезая длинными ногтями под майку, царапала, словно кошка. — Чхэрин, — шептал он, когда черноволосая села ему на бедра. — Любишь доминировать? — с фирменной ухмылкой спросил Хи. — Только над тобой, — хихикнула она, чуть потеревшись о его джинсы. Ли закинул голову и резко выдохнул. Крепкие руки, с часто расыпанными венами, покоились на талии девушки. Он потянул молнию от слитного костюма вниз. — Да у тебя не только задница ахуенная. — Заткнись уже, — грубо впилась она в губы, кусая почти до крови. Резко проталкивалась языком внутрь, переплетаясь с его. Хисын одной рукой сжимал ее грудь, а другой стягивал одежду. Она полетела на пол. Холод окутал тело девушки, которое покрылось гусиной кожей. Но его частые, горячие поцелуи грели, возбуждая все сильнее. Ли ласкал ее бледную кожу, водил подушечками пальцев по телу, покусывал, а затем зализывал, как провинившийся кот. Чхэрин медленно терялась о его выпуклость в штанах, от чего Хисын гортано рычал. — Ах… Значит дразнить меня решила, — в глазах блестнуло что-то недоброе, темное… Он приподнял ее и провел длинными пальцами по белью собирая влагу, что успела просочиться. Тихо хмыкнув, довольный собой, он наклонился к ней: — Не смей играть со мной, малышка. Девушка стягивала остатки одежды с красноволосого, параллельно кусала, делала засосы, чтобы его фанатки знали, что он занят. Она приподняла бедра, по немногу опустилась на член, когда парень впервые услышал ее стон. И ему это до жути понравилось — видеть ее слабую, менее дерзкую, извивающуюся перед ним. Почти сразу они начались двигаться быстро, рвано дышали. Их тела касались друг друга, животы соприкасались, когда Рин тянулась за очередным смазанным поцелуем. Жаль, что Ли не видит у себя на губах бордовый оттенок от ее помады. Ему к лицу. Чхэрин оттягивала его волосы на затылке, а он ухмылялся, близко-близко находясь с ней, почти прожжигал взглядом. — Чхэрин, ты меня удивляешь, — он улыбался, помогая ей двигаться на нем. — Приму за комплимент, — она откинула голову, отдаваясь удовольствию. Ли перевернул ее, сжал руки над головой и продолжал двигаться, буквально вдалбливать ее в кровать, вырывая из ее уст его имя. — Хи. сын, — извивалась она, зажимая глаза. Ее ресницы трепетали, губы припухли от частых поцелуев и она наконец испытала самый яркий оргазм, какой только у нее был. — Трахаешься ты отменно, Ли, — он обнял ее, убирая пряди волос с лица. — Может хоть теперь ты перестанешь меня избегать? — Посмотрим.