5 минут

Утро было потрясающим. Преимущественно потому, что Енджун получил несколько поцелуйчиков, конечно же. И даже миллион субиновых шуток о его помятом внешнем виде после сна на удивление не вызывал раздражения. Он прекрасно знает, что это временное явление — первые пару месяцев влюбленности углы всегда сглажены, и только потом начинается настоящая жизнь, в которой кто-то кого-то не устраивает. Субин на его угрозы стать противным по утрам через полгода лишь улыбнулся и сказал, что тогда точно придется сделать ему предложение. Планы сошлись, недосып отступил, атмосферное давление пришло в норму. Проще говоря — Субин делает его счастливым сейчас, поэтому думать о потом решительно не хочется. Да и не нужно, если честно. Они вместе позавтракали, вместе собрались, вместе отвезли мальчишек в школу, и Енджун мысленно поставил галочку «идеальное утро» в тот момент, когда они нежно подержались за руки на прощание. Чхве был уверен, что Субин прекрасно видел и слышал, как он пищал как школьница, утыкаясь лбом в руль и улыбаясь до боли в скулах. И ему за это не стыдно. Он, вообще-то, открытый и искренний человек, и его парень об этом знает. Его парень. Немыслимо. Первые несколько недель будет сложно в это поверить. Енджун вздрагивает, выпрямляясь. Оглядывается и находит себя за столом. Экран ноутбука зловеще светит в лицо, так что приходится жмуриться. Похоже, он чуть не отрубился за работой. Это явно звоночек, что пора все бросить и лечь спать. Весь вечер было непривычно тихо без детей Субина, даже учитывая болтливого Сонхо, крутящегося рядом без остановок. Наверное, дело в том, что к нему-то он давно привык, и его звонкость и суетливость не кажутся напряжными и неестественными. Скорее, нормой любого дня в жизни их маленькой семьи. Правда, сегодня он был прилипчивее, чем обычно, что не могло не радовать. Около года назад у Сонхо началась фаза «я уже взрослый», и он стал менее тактильным, так что Енджун ловит любые моменты, когда у его сына есть настроение не буркнуть в ответ на прикосновение. Он сохраняет, закрывает программу и, потирая глаза от усталости, заходит в мессенджер. Субин пожелал ему спокойной ночи пятнадцать минут назад, но иконка чата оповещает о трех непрочитанных, так что он кликает на нее, улыбаясь тому, как он переименовал его с утра. Мой парень Чхве Субин «Я скучаю по тебе. Лег в кровать и понял, что с тобой было уютнее. Спокойной ночи, Енджун-нуна» Чхве фыркает в экран и чувствует, как губы расплываются в улыбке. И даже это дурацкое «Енджун-нуна» выглядит мило. Вообще все, что пишет Субин, всегда выглядит мило. Енджун тоже по нему скучает, и незамедлительно сообщает ему об этом, печатая свои пожелания сладких снов. Он перечитывает сообщения еще несколько раз, настраиваясь на потрясающее путешествие в царство Морфея, и закрывает ноутбук. И именно в этот момент слышит стук в дверь своей спальни. Чхве хмурится и кидает быстрый взгляд на электронные часы. 22:26, Сонхо ушел спать еще час назад. Странно. — Да, Хо-я? — отвечает Енджун, удивляясь хриплости своего голоса. Он точно только на пару секунд отрубился? Дверь медленно открывается, и в проеме появляется черная растрепанная макушка. Все-таки, его сын очень на него похож. Стоит хотя бы пятнадцать минут полежать в кровати, и волосы превращаются в гнездо. Сонхо смотрит на него, оценивая обстановку, трет глаз и вздыхает. — Папа, я не могу уснуть, — тянет он недовольно. Чхве удивленно раскрывает глаза и поворачивается на компьютерном стуле к нему. Он такого не слышал уже года два, наверное. Его сын быстро стал самостоятельным в этом плане, и книжки со сказками ему уже были не нужны. — Кошмар? — спрашивает Енджун, предполагая, но получает в ответ отрицательное мотание головой. — Нет, просто не могу один в комнате, — бубнит он, опуская голову и теребя край своей пижамной футболки с лисичками. — Разучился, наверное. — Разучился? — удивленно усмехается Чхве. Сонхо кивает и смотрит исподлобья. Он был не один в своей комнате всего три ночи, и уже разучился. Что за забавный ребенок. Так хочется обнять его и чмокнуть в макушку, как это было лет пять назад. Енджун понимающе кивает, улыбаясь, чтобы дать понять, что все в порядке, и смотрит на свою кровать. В последний раз Сонхо так приходил к нему, когда ему было лет шесть, и ему снились кошмары после страшных рассказов детишек из школы. Чхве тогда позволял ему забраться к нему на кровать, успокаивал, гладил по голове, пока он не заснет, и ложился рядом. Интересно, как сейчас отреагирует Сонхо на то же самое? — Ладно, — выдыхает он, поднимаясь со стула, и откидывает одеяло. — Залезай, бедолага. Пацан вскидывает на него взгляд, что-то обдумывая, а потом плетется к кровати. Енджун сдерживает удивленный вздох. — Только я не маленький, — бурчит Сонхо, пробираясь под одеяло и двигаясь подальше. Понятно, никаких обнимашек, папаша. — Что б ты знал. Просто сегодня уснуть не могу. Так бывает. — Хорошо, — кивает Енджун, мягко улыбаясь, и укладывается следом, соблюдая заданную сыном дистанцию. — Я тоже иногда не могу уснуть. Так бывает. Сын одобрительно трясет головой, тыкаясь носом в подушку, а потом поворачивается к нему спиной. Чхве остается только устало вздохнуть и принять, что его ребенок вырос из того возраста, когда его можно было тискать, очень рано. Такая у него особенность. Ничего с этим не поделаешь. Но Енджун все равно его любит. И Сонхо его тоже — иначе бы не пришел с такими заявлениями посреди ночи. И Енджуну приятно осознавать, что он ему еще нужен, как ребенку. Иногда в этой суете и обстоятельствах кажется, что он, и правда, уже совсем взрослый. Он кладет руку под голову, устраиваясь поудобнее, и думает. Жизнь в последнее время такая приятная. Даже на работе его почти никто не бесит. Вот бы остаться в таком состоянии подольше. Надо сказать Субину, что это из-за него. — Пап, — слышит он тихое и дергается, кидая взгляд на Сонхо. — Да? Мальчишка поворачивается к нему лицом, сминая подушку в ладонях, и смотрит очень пристально, будто взволнованно. — А у меня когда-нибудь будет сестренка, как у Минсо? У Енджуна сбивается дыхание. Такой простой детский вопрос. Но так сложно найти на него ответ. На самом деле, Чхве никогда не задумывался, одиноко ли Сонхо, потому что эта тема никогда не поднималась. Он знал, что у некоторых его одноклассников есть братишки и сестренки, но вряд ли взаимодействовал с ними так близко. А теперь, когда он увидел, как Минсо заботливо приглядывает за малышкой Миен, видимо, что-то поменялось. Он смотрит в широко распахнутые детские глаза и старается совладать с эмоциями. — Не знаю, Хо, — честно отвечает он. Енджун давно взял за правило — не давать своему чаду ложных надежд, даже если сам уверен в том, что все получится. В этом мире все непостоянно. — Потому что у нас нет мамы? — совершенно спокойно и искренне спрашивает Сонхо. Чхве резко вдыхает. — А ты хочешь, чтобы у нас была мама? Мальчик неопределенно пожимает плечами. — Не знаю. Я ее не видел. Енджун пытается найти на его лице хоть каплю грусти и разочарования — не находит. Чистый лист. Наверное, это и к лучшему, что он так легко все воспринимает. Самый главный кошмар Чхве Енджуна — его сын будет сожалеть о том, что у него неполная семья. — Пап, она умерла? — вдруг спрашивает Сонхо, пока он пытается придумать, что сказать. Чхве вскидывает брови. — Нет, она… — он колеблется, подбирая слова. — Она просто очень далеко. — А почему не с нами? Это звучит, как пытка. Енджун надеялся, что этот разговор настанет не скоро, но, видимо, его сын понял что-то раньше, чем задумывалось. Сейчас главное не ранить его чувства. Нельзя же так просто сказать, что маме он был не нужен. Да и, честно говоря, настоящих мотивов никто никогда и не узнает. — Понимаешь, Хо, — начинает он мягко. — Не все люди знают, как быть родителями. Твоя мама не знала. И в этом нет ее вины, — быстро добавляет он, улавливая легкую нахмуренность на лице сына. — Просто она… такая. Зато она подарила мне такого умного сына, как ты, чтобы мы жили вдвоем и радовались. Я радуюсь тому, что ты есть у меня, правда. Сонхо смотрит на него в упор и кивает. Складка межу его бровей разглаживается. Он никогда ярко не реагирует на такие слова отца — просто потому что Енджун говорит это достаточно часто, чтобы это не казалось чем-то заоблачным. Так делали его родители, чтобы вырастить из него знающего себе цену человека, так делает и он со своим ребенком. И это меньшее, что он обязан сделать. — А ты знаешь? — спрашивает Сонхо спустя пару секунд. — Как быть родителем? — Хороший вопрос, — усмехается он, укладываясь на бок, чтобы говорить с сыном было удобнее. — А ты как думаешь? — Думаю, да, — спокойно отвечает мальчишка. Его хочется сгрести в охапку и уберечь от всего на свете объятиями, вот только он вряд ли позволит. Границы, напоминает себе Енджун. — А ты разве не можешь усыновить кого-то? Чхве смотрит на Сонхо в замешательстве. Они вообще никогда не поднимали вопрос приемных детей. Откуда он об этом знает — вот вопрос. — На каких сайтах ты сидишь, Хо-я? — тянет Енджун, наигранно-строго хмурясь. Мальчишка смотрит на него, как на глупого взрослого. — Ни на каких. Я в ютубе летсплеи смотрю, — честно отвечает он, а потом подбирается, понижая громкость голоса, словно рассказывает секрет: — Мне Минсо сказал, что дядя Субин их усыновил. Он поэтому его по имени называет. Ох. Вот оно, как. Чхве даже об этом и не думал. В плане, что информация о таких вещах может поступить от детей непосредственно. Наверное, он сильно недооценивает девятилеток. Они понимают больше, чем кажется с первого взгляда. — Я надеюсь, вы не сказали об этом Миен? — так же вкрадчиво шепчет Енджун, чтобы поддержать таинство передачи информации. Сонхо мотает головой. — Нет. Минсо сказал, она думает, что он их папа. Ее нельзя разубеждать. Она расстроится. Чхве поджимает губы в улыбке и кивает. С этими мальчишками не о чем переживать. Его сын достаточно умный, чтобы понять такие вещи, а Минсо достаточно заботливый старший брат, чтобы не допустить трагедии. Как же удивительно эти двое дополняют друг друга, хотя изначально казалось, что они никогда не поладят. — Вы молодцы, — шепчет Енджун. — Но ведь родитель это тот, кто о тебе заботится. Значит, Миен правильно думает. Субин их папа точно так же, как и я — твой. Понимаешь? Сонхо задумчиво хлопает глазами, а потом, все же, кивает. — И для Минсо тоже? Он же его так не называет. — И для него тоже, — подтверждает Чхве. — Просто, может, ему так удобнее. Но Субин всегда говорит, что он его сын. Не обязательно быть, ну, знаешь… родным. Важно только знать, как быть родителем. И все. Он знает, что сын его понимает. Он видит это в его умных маленьких глазах, которые только начинают познавать этот мир. И Енджун всегда готов в этом помочь. Даже если на часах уже ближе к одиннадцати, и завтра придется приложить немало усилий, чтобы поднять эту любознательную голову с постели утром. Свою бы оторвать от подушки для начала, конечно, но это уже мелочи. — Так ты можешь кого-то усыновить? — возвращается к вопросу Сонхо. Енджун усмехается. — Ты ведь просто хочешь, чтобы Миен была твоей сестренкой, я прав? Мальчишка тушуется, снова смешно хмурится и надувает губы. В этот момент он очень похож на все енджуновы детские фотографии. — Но она же уже сестра Минсо, — бурчит он. — Это невозможно. — Что я тебе сказал до этого, Хо-я? — улыбается Чхве, выгибая бровь. — Не обязательно быть родными. С братьями и сестрами так же работает. Ты можешь относиться к ней, как к сестренке. — Даже если мы не живем вместе? Енджун смеется. На самом деле, ему бы очень хотелось жить с ними — когда-нибудь. Было бы очень здорово. И так хорошо, что его сын такого же мнения. — Даже если так, — кивает он. — Чтобы любить кого-то и считать семьей, не нужны никакие условия. Мы же не живем с бабушкой и дедушкой, но они все равно наша семья. — Бабушка всегда заманивает меня переехать к ней, когда я у них остаюсь, — бубнит Сонхо. Чхве насмешливо хмурится. — Скажи ей в следующий раз, что я тебя не отдам, — проговаривает он. Сын смеется. Наконец-то. — Я тут один со скуки с ума сойду. — А я уже сказал, что не перееду без тебя, — беззаботно заявляет он, и Енджун чувствует свое родительское сердце в груди очень отчетливо. — Мы же в одной команде. Он смотрит на сына, такого крошечного и искреннего человечка, и все внутри так приятно наполняется теплом от любви. Не зря он постоянно повторял ему это каждый раз, когда только была возможность. Енджун улыбается ему в ответ, кивает и шепчет: — Ты мой самый любимый сын, ты в курсе? Сонхо насмешливо хмурится, и Чхве замечает сонливость на его лице. — У тебя нет другого сына. Ну, как сказать. Пока — да. Но все карты раскрывать рановато. Сначала бы этому сыну понять, что Субин — его настоящий папа.

***

Енджун подъезжает к уже знакомому двору, паркует машину и догоняет выскочившего Сонхо только у подъезда. Они с Субином договорились, что на этих выходных встретятся у парня дома. Так получилось, что, когда они болтали по видео-связи два дня назад, к телефону подлетел Сонхо и напомнил, что Субин обещал ему поиграть в какую-то мобильную игру, а тот, в свою очередь, сознался, что у него есть приставка. Так Енджун понял, что теперь ему придется иметь дело аж с двумя гиками, которые уже договорились рубиться в гонки на консолях в субботу. Просто потрясающе. Зато у него будет время наконец исполнить обещанное и научить Минсо рисовать портреты. Сонхо сам стучит в дверь, радостно подпрыгивая от предвкушения, а Енджун, улыбаясь, рассматривает пакет с мармеладками в своих руках. Не смог позволить себе прийти в гости к детям с пустыми руками. Ладно, Субин тоже может взять пару штучек. Так уж и быть. Они не виделись с четверга, когда Енджун любезно забрал Минсо с кружка по теннису и отвез домой. И — чисто случайно — пару раз поцеловал его отца в прихожей, пока дети делились впечатлениями о прошедшем дне в гостиной. Так уж вышло. Он просто соскучился. И сейчас — тоже. Как бы не кинуться на него прямо при детях. Субин открывает довольно быстро — ждал, сразу видно по идеально лежащим волосам. Сонхо вбегает в квартиру, разувается и сразу начинает болтать о том, как любит гонки. Парень поддакивает ему, кивает и кивает, пока мальчишка не скрывается за дверью в гостиную, увлекаемый вышедшим поздороваться Минсо. Енджун смотрит на Субина несколько секунд, молча улыбаясь. — Привет, дорогой, — наконец, выдает он, протягивая пакетик с мармеладками. — Это детям. — Привет, — зеркалит его улыбку Субин, принимая сладости. — Это очень мило с твоей стороны. Они пялятся друг на друга еще несколько секунд, пока парень не сдается первым — подается навстречу к Енджуну, обхватывая его предплечье своими сильными пальцами, и мягко целует в губы, почти тут же отстраняясь. — Прости, я должен был спросить? — усмехается он. У Чхве сердце подпрыгивает куда-то к горлу, но он сохраняет спокойствие. — Ты можешь не спрашивать, я всегда «за», — мурлычет Енджун и тянется к нему сам, чмокая так же игриво и невесомо. Субин улыбается ему в губы. — Я так скучал, — признается он тихо. От этих слов внутри все трепещет. — Безумно. Спасибо, что приехал ко мне. Чхве беззвучно посмеивается, ухватывая последний короткий поцелуй губами, и отстраняется, тыкая его в плечо. — А я не к тебе приехал, — фыркает он насмешливо. — А к Минсо. Где там мой юный художник? — добавляет он громче, чтобы дети его услышали, и шагает в гостиную. Когда он мельком оборачивается, видит спокойный и уверенный взгляд, наполненный нежностью и еще чем-то, что кажется Енджуну запретным. И все внутри не только трепещет, но и сжимается. От этого взгляда хочется кричать о своих желаниях. И Чхве готов поиграть в эту игру еще какое-то время, не озвучивая их вслух. Сейчас у них семейный уикэнд. Минсо уводит его в детскую, достает чистые листочки — подготовил до его прихода — и все имеющиеся карандаши. Енджун решает умолчать о том, что сам притащил с собой целую папку бумаги и принадлежностей, чтобы больше обозначить важность действий Минсо. Этот замкнутый мальчишка, к которому он все никак не мог подступиться еще пару недель назад, ждал его, и это ужасно ценно. Пацан схватывает практически налету. Чертит те же линии, кивает на каждое объяснение и даже задает парочку вопросов. Они стараются перерисовать тот самый портрет Миен, который Минсо показывал ему неделю назад, и Енджун намеренно рисует хуже, чем может. Он прекрасно знает, как на таких, как Минсо, могут повлиять чужие успехи на фоне его первого опыта. Он видел таких студентов в архитектурном, которые учились с ним на потоке. Тогда он не понимал их расстройства, но сейчас, став достаточно взрослым и опытным, до него дошло, что все люди разные. И Минсо, кажется, именно такой — недостаточно уверенный и склонный к жесткой самокритике, желающий достичь результата с первого раза. В искусстве таким сложно, но это еще можно исправить. Через час, кажется, получается что-то стоящее. Мальчишка оглядывает усовершенствованный портрет сестры, все еще не идеальный, но более реальный и пропорциональный, и говорит «спасибо». Енджун чувствует себя лучшим учителем в мире. Из гостиной доносятся крики и смех, и он улыбается, услышав голос Сонхо. — Дядя Енджун, — обращается к нему Минсо, убирая свои принадлежности по шкафчикам своего детского письменного стола. — Можно спросить? — М? — он оборачивается на мальчишку, отрывая взгляд от двери. Интересно, как там эти трое? Сонхо действительно весело, судя по всему. — Да, конечно, спрашивай. Если ты про пропорции, то они не всегда идеально подходят. Ну, ты видел… — Нет. Это я понял, — мотает головой мальчик, колеблется несколько секунд, поджимая губы и тяжело выдыхая, а потом выпаливает: — Вы, правда, разрешили Сонхо называть Миен сестрой? Приехали. Он забыл, что дети в этом возрасте делятся абсолютно всем и со всеми. Главное — сохранять спокойствие. Надо было, конечно, сразу сказать Сонхо, что ему лучше сначала спросить у Минсо, может ли он это делать, но уже, видимо, поздно. Разговор почти недельной давности аукнулся ему сейчас. — Да, — как можно более ровно отвечает Енджун, разворачиваясь к нему. Он все еще сидит на полу, потому что так было удобнее рисовать. — Тебе это не нравится? — Нет, — он мотает головой. Напрягается, словно пытаясь вспомнить, что хотел сказать. Чхве терпеливо ждет, стараясь не спугнуть эту детскую смелость, так редко появляющуюся в этих глазах. — Просто он же не ее брат. Так можно? Енджун улыбается, и Минсо опускает голову. Когда-нибудь он перестанет стесняться своих вопросов. Может, нужно чуть больше времени. — Можно, — отвечает мужчина. Мальчишка поджимает губы и хлопает глазами. — Почему? Чхве не уверен, должен ли вообще говорить ему что-то подобное. Должен ли так бесцеремонно включаться в воспитательный процесс, не спрашивая Субина. Должен ли поучать Минсо. Но он уверен, что должен ответить на этот отчаянный вопрос, за которым словно кроется что-то еще. Что-то, до чего Енджуну пока не достучаться, но, возможно, когда-нибудь получится. Главное же захотеть, правильно? — Потому что не обязательно быть родными, чтобы считаться семьей, — повторяет он сказанные Сонхо слова. Минсо вскидывает на него взгляд своих широко распахнутых глаз. Думает о чем-то, хлопая ресницами, а потом угукает и ничего не отвечает. Отлично, Чхве Енджун. Заставить двух девятилеток что-то переосмыслить за одну неделю — это сильно, конечно.

***

Когда они выбираются из комнаты, их встречает смех Миен, перемешанный с криками Субина о том, что он сейчас врежется. Енджун застывает в проходе, пропуская мимо себя Минсо, который тут же плюхается на диван рядом с сестрой и устремляет свой взгляд в экран. Ни парень, ни сын его не замечают. — Ты меня подрезал! — возмущенно выкрикивает Субин, судорожно выкручивая какой-то рычажок на консоли. — Как тебе не стыдно, я только стабилизировался! — А как мне еще побеждать! — отвечает Сонхо, смеясь. Он имитирует звуки езды машины, тыкает на кнопки, а потом вдруг подпрыгивает с дивана под сменившуюся мелодию из колонок. Похоже на звук победы в ретро-играх на компьютере Хэвон. — Я выиграл! — Опять, — тянет Субин, вскидывая руки, и смотрит на мальчишку, дуя губы от негодования. Это выглядит забавно. — Это моя любимая игра, как ты умудрился обойти меня столько раз? — Папа говорит, я компьютерный гений, — гордо заявляет Сонхо, продолжая пританцовывать, разворачивается, натыкаясь взглядом на Енджуна, и хихикает. — Ой, привет, пап! Я выиграл! — Я вижу, — усмехается Чхве, складывая руки на груди. Субин резко поворачивается в его сторону, и они встречаются глазами. И опять этот взгляд. Ну что за издевательство. — Ты молодец, Сонхо. Так держать. — Давайте еще сыграем! — воодушевленно выкрикивает мальчишка, поворачиваясь к Субину. Ему приходится оторваться от разглядывания довольного Енджуна. — А… — он заикается, бегает глазами, и улыбается. — Давайте вы с Минсо сыграете? Нам нужно поговорить с твоим папой. — Я? — удивленно выдыхает Минсо. — Опять скучные взрослые разговоры, — тянет Сонхо, плюхаясь обратно на диван, и двигается ближе к Минсо, на то место, откуда только что встал Субин. — И как вам не надоедает? — Такова взрослая жизнь, Хо, — усмехается Енджун, наблюдая за тем, как его сын показывает своему другу кнопки на консоли, а тот тихо кивает, оповещая, что, вообще-то, все знает. — Она вся состоит из скучных разговоров. — Фу, — фыркает Сонхо, и тут же переключается на игру. Субин еще несколько секунд просто стоит рядом, убеждаясь в том, что все дети при деле (Миен очень сильно увлечена разглядыванием летящих по игровой трассе машинок), а потом хватает Енджуна за предплечье и тащит по коридору в неизвестном направлении. Когда он заводит его за дверь, все, что успевает увидеть Чхве, это кровать с темно-синими простынями и окно. Его прижимают к чему-то твердому и деревянному рядом со входом — кажется, это шкаф — и целуют так неожиданно и требовательно, что кружится голова. Этот парень невыносим. Енджун цепляется пальцами за его футболку, охотно отвечая на действия Субина. Видимо, маленьких глупеньких поцелуйчиков в прихожей ему оказалось мало. Субин целует глубоко, чувственно, так, что все мысли мутнеют, и Чхве только сейчас замечает, как сильно эти руки сжимают его талию. Властно, немного грубо. Так, как ему нравится. Особенно, если это делает на первый взгляд застенчивый парнишка. Субин сводит его с ума, и это просто замечательно, но им, и правда, есть, что обсудить. Не время терять рассудок. Парень отстраняется на мгновение, снова прижимается горячими губами к его лицу, осыпает поцелуями щеки, подбородок, опасно проходится горячим дыханием по линии челюсти и прижимается к шее. Енджун удивленно выдыхает и цепляется за его плечи. — Субин, — шепчет он, чувствуя нежные поцелуи на своей коже, и почти захлебывается. Чем, этот парень думает, он занят, вообще? Он никогда еще так не делал. — Субин, мне надо тебе кое-что сказать. — Мм? — тянет он, не отрываясь от своего увлекательного занятия. — Что? — Я… Ах! — он неконтролируемо выдыхает что-то, похожее на тихий стон, потому что Субин прикусывает кожу на его шее. Не так сильно, чтобы это вообще было достаточно ощутимо, но неожиданно. Это уже что-то противозаконное. — Я разрешил Сонхо считать Миен сестрой. Парень замирает, останавливаясь, а потом выпрямляется, поднимая на него взгляд слегка затуманенный глаз. Боже. Не было бы в доме детей, Енджун бы упал на колени прямо сейчас и… — Ты действительно хочешь сказать мне это сейчас? — неловко усмехается Субин. Хватка его рук на талии чуть слабеет. — А что ты собирался со мной сделать? — выгибает бровь Чхве. — Ничего. — Не ври! — выдыхает он возмущенно, и парень смеется, отводя взгляд. — У меня чуть мозги не поплыли от твоего «ничего». А у нас дети за стенкой. — Прости, — улыбается Субин, возвращая к нему взгляд своих глаз, и они настолько чистые и невинные, что ему самому хочется извиниться. Вот же чертенок. — Тяжело было сдержаться. Так, что ты сказал? Енджун чуть ли не задыхается от возмущения. Но и оно достаточно приятное. Смешанное с фантомными ощущениями чужих горячих губ на коже. — Сонхо сказал, что хочет сестренку, как Миен, — начинает Чхве. — Так и сказал? — удивляется парень. Енджун отмахивается. — Ну, примерно. Я сказал ему, что он может называть ее сестренкой, если он так чувствует. А сейчас Минсо спросил у меня, почему я ему разрешил. — Ты объяснил? — уточняет Субин. Выглядит каким-то слишком спокойным. А он-то собирался извиняться за оплошность. — Да, — кивает Чхве. — Прости, что не спросил у тебя. Я не подумал, что это может быть неловко. Парень удивленно усмехается и перемещает свою ладонь вверх, оглаживая пальцами его щеку. Енджун плавится в этой уверенной нежности. — Все нормально. Это же дети, — неловко улыбается он и отводит взгляд. — Вообще-то, когда вы уехали вечером в четверг, Миен перед сном у меня спросила, почему мы не можем просто жить все вместе. Чхве втягивает носом воздух от неожиданности. Как же быстро, оказывается, малышня привязывается друг к другу. И это так трогательно. Он усмехается сам себе и вскидывает уверенный взгляд на Субина. — Надеюсь, ты ей рассказал о своих пунктах плана, которым нам надо следовать? — мурлычет он. Парень тихо смеется и мотает головой. — Он уже давно перепутался, так что это не важно. Енджун снова чувствует легкий поцелуй на своих губах. Как же легко с этим парнем решаются все проблемы одним разговором. Просто поразительно. Он успел поволноваться о своем поступке всего пару минут, прежде чем услышал заветное «все в порядке». Это рекорд. — Кстати, — выдыхает Енджун после поцелуя, обвивая субинову шею руками. — Не знал, что ты заядлый геймер. Субин усмехается ему в губы, касаясь влажной кожи. — У меня три игры на приставке, — отвечает он. — Это считается за геймерство? Они снова соприкасаются в почти невесомом поцелуе. Нужно это срочно прекращать, но Енджуну очень сильно не хочется. — Вполне, — улыбается он, проводя пальцами по линии роста волос на его шее. — Знаешь, то, что ты пытаешься поладить с моим сыном, так сексуально. Его губы обжигает горячее дыхание — Субин удивленно смеется. — Разве это не базовое действие? — Ничего лучше в своей жизни не слышал, — шепчет Енджун, снова целуя его, позволяя надавливать, щупать и покусывать. Если уж этому парню так тяжело сдержаться, он примет это за комплимент. Они целуются снова и снова, и Чхве уже чувствует, как наливаются красным его губы. Он будет рассматривать их в зеркале кучу времени и вспоминать все прикосновения, когда вернется домой. Телефон в боковом кармане вибрирует уж слишком назойливо, и, оторвавшись от своего парня в очередной раз, он достает мобильник и проверяет уведомления. Чхве Бомгю. Так и думал. Только он может достать даже вибрацией. — Что там? — тихо спрашивает Субин, прислоняясь к нему в невинных — ага, как же! — объятиях. Енджун открывает чат, потому что прекрасно знает, что если не ответить этому гению через минуту, он начнет названивать. Черт Бомгю «Енджун СРОЧНО Тусовка, в эту пятницу, у меня в баре Я сказал, что ты будешь Можешь притащить с собой +1 Или пойдем, как парочка~» Чхве фыркает, печатая «Размечтался», а потом смотрит на Субина. Что ж. Ему от этого мероприятия не отвертеться в любом случае — его лучший друг любезно все решил за него. И если Бомгю говорит, что надо идти, значит, надо идти. Выбить проходные на эти тусовки очень сложно, и, скорее всего, Бомгю положил свою задницу на это дело. А Субин, вообще-то, обещал ему показать, что умеет танцевать. Ну что за чудная возможность. — Субин-а, — тянет он, расплываясь в улыбке. — Угадай, что ты делаешь в эту пятницу?