Glimpse of Us

— Начинайте операцию. Энн стояла у огромного окна, за которым мерцал вечерний свет столицы — ровный, идеальный, стерильный, как и всё, что они так усердно контролировали. Она не смотрела на Виктора, лишь продолжала наблюдать, как по небу медленно проплывает дирижабль с эмблемой Совета. Виктор промолчал, но напряжение в его фигуре говорило за него. Он давно этого ждал. Ждал, когда она наконец прекратит колебаться. — Подтвердите, госпожа, — уточнил он, чуть наклонившись вперёд. — Отдать приказ о штурме сектора 17. Энн сжала зубы. Пальцы, лежавшие на подоконнике, едва заметно дрогнули. — Подтверждаю. Сектор 17. Без предупреждения. Работать быстро и чисто. Она сделала паузу. — Без пленных. Виктор кивнул. — Как пожелаете. Я передам Лине. Он вышел, и тишина снова окутала кабинет. Энн осталась стоять у окна. Глаза её не видели больше город. Она думала о Вики. О том, как та смеялась, перебивая Дженио во время тех бесконечных обедов у её отца. Как беспечно рассказывала о своей «безумной идее» создать приют для отслуживших рабов. И о том, как теперь прячется под землёй вместе с радикалами, надеясь, что её бывшая подруга по-прежнему готова закрыть глаза. Энн выпрямилась и направилась к столу. Медленно сняла очки и положила их на край. Потом открыла ящик и достала тонкую папку. Внутри — доклад разведки: имена, схемы проходов, координаты. Последняя страница — зашифрованное письмо, перехваченное вчера. Отправитель: Алис Лоренс. Её рука дрогнула. Совсем чуть-чуть. Она прижала письмо ладонью, как будто могла стереть его своим теплом. Ты выбрала сторону. Теперь я должна выбрать свою. Она провела пальцами по бумаге, как по щеке человека, которого больше нельзя коснуться. Затем аккуратно скомкала лист и бросила его в огонь, что тихо потрескивал в камине. Бумага вспыхнула мгновенно. — Всё будет нормально, — прошептала она, сама не понимая, кому это говорит. Себе? Им? Или той девочке, которой уже не существует? Пламя затихло. Она снова надела очки, вернула на лицо маску спокойствия и включила трансляцию с полевого штаба. На экране отразились первые кадры операции. — Всё будет нормально, — повторила она. И отвернулась. Подземный город жил своей тревожной, но упрямой жизнью. Где-то вдали скрипел ржавый рельс, по которому передвигалась платформа с провизией, а над головой сквозь металлические перекрытия просачивался глухой гул столицы. Вики сидела в маленькой комнате, выделенной ей Луисом, перебирая патроны и машинально проверяя револьвер. Всё было не так, как она себе представляла. Всё пахло сыростью, тревогой и смертельной тишиной. Когда шаги за дверью замерли, она уже собиралась встать — но что-то в голосах, прозвучавших через щель, заставило её остановиться. — Ты уверен, что она не в курсе? — голос Луиса был приглушён, но напряжён. — Я проверил. — это был Жан. — Никаких утечек. Но нам нужно уходить. Они начинают операцию сегодня ночью. Вики замерла. Сердце застучало в висках. — Сектор 17? — уточнил Луис. — Да. Без предупреждений. У них приказ. "Без пленных". Это... это Энн. — в голосе Жана слышалась горечь. — Я думал, она не решится. Наступила короткая тишина. — Ты предупредил Алис? — Я пытался. Связи нестабильны. Но думаю, она догадывается. Луис что-то резко отбросил — послышался звон металла. — У нас нет времени. Нужно эвакуировать детей и стариков. Боевые группы — на позиции. Если они войдут, у нас будет максимум десять минут. Жан молчал. — А что насчёт Вики? — спросил он тише. — Она... — Луис замялся. — Если она ещё считает Энн своей подругой, она просто уйдёт. А если нет — тогда останется. Вики отступила от двери, сердце бешено колотилось. Она села обратно на кровать, выдохнула, прижимая ко лбу холодный металл револьвера. "Ты правда решила всё сжечь, Энн? Даже меня?" Где-то в глубине души поднималась странная смесь злости и боли. Вики не знала, как поступит. Пока. Но знала одно: у неё есть время. Немного. И это время — не для побега. Дженио сидел в своем кабинете, что-то читал, почти не обращая внимания на шум из соседней комнаты, где девушки смеялись и танцевали, а музыка звучала так громко, что стены тряслись. Внешне он казался спокойным, даже умиротворённым. Но внутри всё было не так. Его мысли вертелись вокруг последнего разговора с Энн. Она совсем не заметила, как сильно изменилась. Раньше она хотя бы иногда улыбалась, хотя бы раз в месяц говорила что-то человеческое. Но теперь её лицо стало каменным. Она больше не была той Энн, с которой он провёл столько лет. И, возможно, это была его ошибка — помогать ей двигаться в эту сторону. Он положил бумаги на стол и встал, решив, что нужно хотя бы немного развеяться. Дженио знал, что в его борделе, несмотря на всё, всегда найдётся кто-то, кто его поймёт, кто развеселит и заставит забыть хотя бы на время о том, что происходит в мире. Но когда он зашёл в холл, где всегда было многолюдно, его глаза встретились с глазами одного из его подчинённых — Леона, парень был бледен, нервничал и явно что-то скрывал. — Что случилось? — Дженио шагнул к нему, прикрывая дверь. Лука посмотрел по сторонам, как бы проверяя, не подслушивает ли кто-то, а затем тихо произнёс: — Мы получили информацию. Вики. Её кто-то видел. Они... они подготавливали операцию. Сектор 17... Ты понимаешь, что это значит, да? Дженио сглотнул, не веря в услышанное. — Операция? Вики... как она...? — его голос сорвался, и он почувствовал, как сердце сжалось. — Она не просто уходит, Дженио. Лука вздохнул. — Они готовятся к серьёзному нападению. Мятеж. Энн... она не оставит живых. И ты не сможешь её остановить. Дженио выдохнул. Его пальцы задрожали. Он почувствовал, как всё внутри застывает от страха. Это была не просто операция, это было убийство. Энн не играла, она шла по пути, от которого назад уже не было. — Мне нужно поговорить с ней, — произнёс Дженио, неожиданно для себя самого. Он встал и направился к двери. Лука попытался его остановить. — Ты не понимаешь. Она не изменится, Дженио. Уже слишком поздно. Ты с ней в одной лодке, но эта лодка утонет. Она сделала свой выбор. Тебе нужно выбрать, на чьей ты стороне. Дженио замер у двери. Он почувствовал, как по спине пробежал холодок. Лука не прав — он знал, что Энн всё ещё где-то внутри, та, с которой они вместе смеялись, говорили о будущем. Но теперь, когда дело дошло до реальной крови, выбор стоял перед ним. — Я не могу просто смотреть, как она разрушает всё, что мы строили, — тихо произнёс он. Он не ждал ответа. Бегом направился к выходу. У него была одна цель — найти Энн. Остановить её. Или хотя бы понять, как она могла стать такой. Подземный город, скрытый от глаз власти, жил своей жизнью, но сегодня в воздухе чувствовалась тревога. Повсюду царила тишина, как будто сам город затаился, предчувствуя опасность. Узкие коридоры и обветшалые здания, усеянные мусором и старыми вывесками, были заполонены людьми, которые готовились к неизбежному. Алис мчалась по извилистым подземным улицам, её сердце билось в груди, будто барабан. Она знала, что военные пришли сюда не для того, чтобы арестовать пару преступников — они пришли, чтобы уничтожить. Подземный город был для них лишь убежищем радикалов, местом, где скрывались те, кто осмеливался бороться с режимом. Она должна была быть там. Это был её долг. Помочь с эвакуацией, защищать тех, кто не мог себя защитить. Она остановилась на секунду у одного из укромных уголков, пытаясь отдышаться. Она слишком хорошо знала этот город. Его лабиринты, его укрытия, его тайные проходы, о которых знали только избранные. Но теперь её сознание было не только на подземном городе — она не могла не думать о том, что происходило наверху. Энн... всегда Энн. Это она, вероятно, была в начале всего этого. Разрушение. Боль. — Эй, ты где? — услышала она голос Вики, и моментально вернулась к реальности. — Я здесь! — ответила Алис, спеша к подруге. Вики выглядела как всегда, уверенная в себе, с острым взглядом и напряженными мышцами, готовыми к действию. — Как дела на передовой? — спросила Алис, подбегая к ней. — Трудно сказать. Военные уже здесь, но их ещё не много. Вики на мгновение замолчала, кидая быстрый взгляд в сторону закрытых дверей, через которые уже не раз пробегали солдаты. — Надо срочно выдвигаться в сектор 17, здесь они будут искать в первую очередь. — Она резко повернулась к Луису, который сидел у стенки, готовясь к следующему шагу. Луис поднял голову, его лицо было тяжёлым, серьёзным. — Скоро они нас найдут. Нам нужно выбираться отсюда. — Он встал, подхватив оружие. — Мы должны подготовиться к обороне. Я согласен, Вики, мы сделаем это. Но как только Луис встал, раздался громкий хлопок, и дверь, которая вела к главному выходу, сорвалась с петель. Несколько военных в броне вошли, их шаги эхом разносились по пустым, заброшенным коридорам. — Вот они! — крикнул один из солдат, увидев фигуры внизу. — Блокируйте выход! — Держитесь! — крикнула Вики, резко доставая оружие и уже зная, что нужно делать. Луис выстрелил первым, пробив одного из солдат. Секунды, как в замедленной съёмке, и вот они уже укрыты за стенами, отбиваясь от отряда, который все больше усиливался. Грохот выстрелов смешивался с ревом двигателей, и каждый их шаг становился важным — в этих тёмных подземельях и лабиринтах у каждого был шанс на спасение, но лишь один неверный шаг мог стать роковым. Алис стояла в стороне, задыхаясь от напряжения. Она знала, что не может стоять в стороне. Но её задача не была в том, чтобы вести бой. Она не умела стрелять так, как Вики или Луис. Её задача была другой — спасать, эвакуировать тех, кто оказался в ловушке, кто не мог помочь себе сам. Она не могла допустить, чтобы жители подземного города погибли за её идеалы. Вики, тем временем, заметила, что её пули начали терять точность — боеприпасы заканчивались. Она посмотрела на Луиса. — Луис, нужно торопиться, тут они не одни! С другой стороны подземелья раздался шум, и Вики моментально поняла — это была не просто группа солдат, это был целый отряд, который вошёл в лабиринт с другой стороны, блокируя их путь к выходу. Алис в это время поспешила к центральному зданию, где находился главный укрытие для эвакуации. Если бы она успела, если бы она помогла, может быть, они успеют. Это был её шанс. Вики, сражаясь на передовой, слышала каждый шаг, каждый выстрел, но с каждым мигом осознавала: они не смогут победить здесь. Времени было мало. Всё зависело от того, смогут ли они пробиться через окружение, найти путь наружу и эвакуировать тех, кто остался. Вики, Луис и Жан, ведомые решимостью, начали отступать, но с каждым шагом теряли позиции. Когда Алис добежала до укрытия, она обнаружила, что оно уже заполнено, и она снова была одинока. Надо было действовать быстро. Надо было спасать людей. А вся остальная армия, как пыль, растворялась в этих тёмных коридорах. Сквозь стрельбу она услышала голос Вики: — Держитесь! Но в её глазах больше не было радости от победы. Всё, что оставалось — это стремление выжить. Дженио уже был на грани, но его решимость оставалась непоколебимой. Когда он собрался покинуть укрытие, Леон быстро подошёл к нему, пытаясь остановить. — Дженио, не иди! — Леон схватил его за плечо, и его голос дрожал от беспокойства. — Ты не понимаешь, что нас ждёт там. Ты не можешь просто так влезть в этот ад. Дженио посмотрел на него с холодным, но тревожным взглядом. Он сам не был уверен, что всё будет в порядке, но эта мысль не могла остановить его. — Леон, отпусти. Ты знаешь, я не могу просто сидеть здесь, зная, что Вики в опасности. — Дженио попытался сдержать собственные эмоции, но напряжение чувствовалось в каждом слове. — И я знаю, что ты прав. Я не могу стоять в стороне, но ты же... ты же слишком рискуешь. Ты понимаешь это? — Леон продолжал, его глаза наполнились отчаянием. — Ты можешь потерять всё! В этот момент Дженио вдруг ощутил, как в груди всё сжалось. Он знал, что Леон прав. Но он не мог оставить свою подругу на произвол судьбы. Эти чувства, которые он скрывал, не давали ему покоя. Но сейчас было не время разбираться в том, что они значат. — Я не могу без неё, Леон. — Дженио, хотя и пытался оставаться твёрдым, не мог скрыть тени беспокойства в голосе. — Ты же знаешь, она для меня важна. Я не могу её бросить. Леон молча смотрел на него, и в глазах Дженио мелькала боль. Он понял, что разговор был напрасным. Но даже несмотря на его страх за друга, он знал, что не может оставить Дженио одного. Он не мог допустить, чтобы тот пошёл в опасность без него. — Ты всё равно не остановишься, да? — наконец, Леон вздохнул и снял руку с его плеча. — Хорошо, я иду с тобой. Но ты слышишь меня? Я не позволю тебе уйти без меня. Дженио кивнул, на секунду затмённый взглядом Леона. Было что-то в этом, что заставило его сердце сжаться. Эти слова... они значили больше, чем просто поддержку. Для Дженио они были как обещание, что он не будет один. Они быстро двинулись в сторону подземного города, и их путь был усеян скрытыми угрозами. Вдруг, среди тишины, раздался шум, и обе фигуры упали на землю, укрывшись за старым зданием. Лишь в следующую секунду они услышали свист пуль и метались между стенами. — Берегись! — Дженио дернул Леона в сторону, успев вовремя, чтобы не попасть под выстрел. — Твою ж... — Леон стиснул зубы, выбегая из укрытия, и схватил Дженио за руку. — Ты меня не слушаешь, да? Но я всё равно с тобой. Вместе они пробежали через зону, где пули просвистывали вокруг, и, наконец, добежали до черного входа в подземный город. Дженио было легче дышать, когда они укрылись за дверью, но всё ещё не было времени на отдых. — Дженио, я... — Леон произнёс с трудом, когда они остановились на мгновение, чтобы выждать. — Не говори. Просто давай найдём её. Мы скоро, Леон. — Дженио потянул его за собой, и они рванули в темные коридоры подземного города. Вдруг перед ними появилась знакомая фигура — Вики. Она стояла спокойная, но её взгляд был сосредоточен, полон решимости и усталости. — Ты пришёл. Я знала, что ты не мог остаться. — Вики с улыбкой кивнула Дженио, её глаза засияли, но тут же затмились тревогой. — Теперь давайте быстро, нам нужно выбраться отсюда. Дженио почувствовал, как напряжение спадало, но не ослаблялось. Он видел её, и это давало ему силы двигаться дальше. — Ты в порядке? — спросил Дженио, подойдя ближе. — Не без помощи тебя. Но теперь нам надо двигаться, они могут нас поймать, если мы не уйдём прямо сейчас. Когда они продолжили свой путь через подземные туннели, Дженио заметил, как Леон следовал за ними — и теперь всё стало яснее. Он знал, что Леон был рядом не только ради помощи, но и ради него самого. В этот момент Дженио осознал, что в их отношениях было нечто большее. Пока они двигались в глубь туннелей, Дженио знал, что даже несмотря на опасность, он не был один. И с каждым шагом его решимость становилась только сильнее. Энн стояла в центре командного поста, окружённая картами и множеством бумажных свёртков. Её взгляд был сосредоточен, но мысли расползались, не позволяя ей сосредоточиться. В комнате было шумно, офицеры, стоя вокруг, обсуждали текущую ситуацию, но Энн не слушала. Вся её концентрация была направлена на что-то другое — на то, что происходило в подземном городе. Её глаза немного потемнели, когда она услышала от одного из офицеров информацию, которая привлекла её внимание. — Нам поступила информация, что мятежники активизировались, — сообщил один из командующих. — Вики, Дженио и Алис были замечены в центре города. Они почти на передовой. В этот момент что-то щёлкнуло внутри Энн. Глубокий, почти болезненный импульс пронзил её, и она поняла, что всё, что она пыталась держать под контролем, теперь находится под угрозой. Всё — её власть, её мир, её чувство порядка, и, самое главное, люди, которых она когда-то считала своими. — Что они делают в центре? Почему они так близко? — спросила Энн, стараясь удержать в голосе спокойствие. Командующий, не ожидая такого резкого вопроса, отступил на шаг. — Не знаю, госпожа. Мы только что получили информацию о местоположении мятежников. Всё указывает на то, что они готовятся к решающей атаке. Энн не вытерпела. Она быстро сняла пальто, сбрасывая его на ближайший стул, её взгляд стал хищным, как у зверя, чувствующего угрозу. Этот город был её территорией. Но теперь, когда все те, кого она когда-то держала на расстоянии, находились в опасности, что-то изменилось. — Отведите их в безопасную зону. Все остальные действия я беру на себя. — её голос звучал командно, но в нём было что-то другое, что невозможно было игнорировать — решимость. Офицеры пытались протестовать, но Энн уже развернулась, не обращая внимания на их крики. Она направилась к выходу, не обращая внимания на слова главнокомандующего, который пытался остановить её. — Госпожа, вам нельзя туда идти! — кричал он, но Энн уже не слышала его. Она просто пошла вперёд, пронзённая мыслями, которые не позволяли ей останавливаться. В её голове крутился один только вопрос: Что, если я не успею? Скорость её шагов возросла, и теперь она буквально бежала по коридорам, выходя на улицу. Мятежники были где-то впереди, и каждый её шаг был пронизан тревогой, что она не успеет. Всё становилось чёрным от мысли о том, что её мир, возможно, рушится прямо сейчас. Она знала, что её позиции сильно ослаблены, если Вики, Дженио и Алис действительно оказались там, где она не могла их контролировать. Она не могла допустить, чтобы мятежники одержали победу. Это было не просто дело власти — это было личное. Энн увидела подъезд к центру города. Всё вокруг было наполнено шумом, движением людей, военными и гражданами, бегущими в разные стороны. И тут её внимание привлекла фигура — знакомое лицо, где-то в толпе, где-то близко. Это была Алис. В этот момент всё вокруг как будто замедлилось. Энн почувствовала, как всё в ней сжалось. Всё, что она когда-то считала важным, теперь было на волоске от разрушения. Она была готова на всё, чтобы вернуть контроль, чтобы спасти её. Бежать быстрее, не оглядываться, игнорируя опасность. Это был её единственный путь. И она не собиралась останавливаться. — Алис! — выкрикнула она, даже не замечая, как её голос отразился эхом по улицам. Она не могла больше останавливаться. Всё, что было для неё важным, было в центре этой борьбы. И теперь её жизнь зависела от того, сумеет ли она защитить её.