Последний Блэк

– ПОМОГИТЕ! Гарри резко выпрямился, взмахнув запястьем, чтобы выпустить палочку, а затем запаниковал, когда ничего не произошло... – Шин! Что? – Каминари Денки. – Голос Хитоши был низким и злым. – Сейчас семь часов гребаного утра. В. Субботу. Гарри смущённо моргнул. Правильно. Он был в комнате Хитоши. Он был в комнате Хитоши, и мальчик звучал так, как будто собирался убить своего парня, который стоял в дверях, покрытый туалетной бумагой. Ждать. Почему Каминари был покрыт туалетной бумагой? Гарри расхохотался. Денки обернулся, испуганно уставившись на него. Каминари застенчиво ухмыльнулся: – Эм... немного поможешь, чувак? – Как, во имя Мерлина, ты оказался в туалетной бумаге? Ты выглядишь как неудачная попытка стать мумией. Каминари рассмеялся. – Именно это и произошло! – Он ковырял некоторые свободные концы, немного распутывая их, а затем вздыхал, когда они запутывались. – Я помогал Серо с нарядом мумии для сегодняшней вечеринки, но клейкая лента Серо как-то, эээ... не давала снять с меня туалетную бумагу, что было проблемой, но потом Мина сказала, что растворит ее, но ее кислота немного болит, понимаете? И я действительно хочу от это снять, но они смеялись надо мной и... – Ты пришел сюда. В семь утра в субботу, чтобы попросить меня снять с тебя туалетную бумагу? Каминари смущенно почесал щеку, только теперь осознав, как раздражен Хитоши. – Ну, нам все равно сегодня нужна помощь всех с украшениями, поэтому я подумал, что тебе скоро придется встать и... – Уходи. Каминари убежал, дверь за ним захлопнулась. Хитоши застонал, рухнув на кровать. – Блондинки-идиоты никогда не дадут мне уснуть. – О какой вечеринки он говорил? – Совместная вечеринка по случаю дня рождения Токоями и вечеринка в честь Хэллоуина. Гарри замер. – Сегодня Хэллоуин? – Завтра, да. Мы говорили о том, что ты носишь свою школьную форму и прочее в качестве костюма, помнишь? – Верно. – Они так и сделали, но... Черт возьми, он не осознавал, что это так близко. – Думаю, я пойду и приму душ, так как кажется, что сейчас все заняты. – Как хочешь. Я постараюсь заснуть. – Хитоши перевернулся, натянув подушку на макушку. Гарри сглотнул. Он схватил свои вещи, не обращая внимания ни на что вокруг, и чуть не врезался в кровать Хитоши, а затем в футон. Хеллоуин. Это означает семнадцать лет. Семнадцать лет прошло с тех пор, как умерли его родители. Семь лет с тех пор, как тролль. Прошло шесть лет с момента открытия Тайной комнаты. Прошло пять лет с тех пор, как Сириус впервые ворвался в Хогвартс. Прошло четыре года с тех пор, как Гарри был выбран для участия в турнире Трёх Волшебников. Гарри ненавидел Хэллоуин. Он прислонился лбом к стене душа. Проклятие. Он просто хотел лечь спать и проснуться в понедельник. Он чувствовал себя опустошенным. Так пусто. Он не хотел ничего делать. Видеть кого-либо. Он просто хотел... Но там была эта девочка. Она все еще была у Пожирателя Смерти, а Джагсон ничего не знал. Гарри глубоко вздохнул. Он должен был взять себя в руки. Он не мог позволить этому управлять собой. Ну и что, что Хэллоуин будет завтра? Гарри был в Японии. Волдеморт был мертв. Том Реддл больше никогда не сможет испортить этот день для Гарри. Он собирался на вечеринку, и он собирался повеселиться. Гарри вышел из душа, дрожа, переодеваясь в дневную одежду. Когда он вернулся в комнату Хитоши всё ещё спал, поэтому Гарри спустился вниз, надеясь найти что-нибудь для завтрака в шкафах. Он не ожидал того хаоса, который встретил его, когда двери лифта открылись. Во всей комнате царил беспорядок. Все находились в общей зоне внизу. Коробки с украшениями, высыпающимися из них, были разбросаны повсюду по комнате, черепа, свечи, простыни, фальшивая паутина, тыквы и много черного и оранжевого. Ленты свисали с потолка, скатывались по полу и накидывались на стулья. Гарри осторожно шагнул вперёд и позволил дверям лифта за собой закрыться. – Поттер-кун! – Гарри посмотрел направо и увидел Мидорию, ухмыляющегося ему. – Ты спустился вниз, чтобы помочь с украшениями? Каминари-кун сказал, что Хитоши-кун все еще спит. Гарри кивнул. – Он все еще спит, но я на самом деле спустился позавтракать.. –  его голос сорвался, когда он оглянулся на кухню, где Бакуго спорил с каким-то очень мускулистым парнем о сковороде. – О! – Мидория улыбнулась ему. – Это не проблема. Есть ли что-то, чего вы хотите? Я пойду и принесу это для тебя. Плечи Гарри облегченно опустились. Он не хотел иметь дело с орущим Бакуго. – Все что угодно. Спасибо. Мидория кивнул, затем побежал к кухне, крича «Каччан!» и тут же на него накричали. Гарри вздрогнул, когда мальчик весело разговаривал со своим разгневанным одноклассником, а затем удивленно моргнул, когда Бакуго забирал яйца у Мидории, и зеленоволосый мальчик вернулся через несколько минут, Мидория вернулся с тарелкой свежеприготовленных яиц, вилкой и стаканом молока. – Ну вот! Гарри осторожно взял еду и сел за ближайший столик. – Как ты это делаешь? – Что делать? – Гарри кивнул головой в сторону кухни на Бакуго, и Мидория рассмеялся. – Я знаю Каччана с тех пор, как мы были маленькими. Чтобы заставить его что-то сделать, все, что вам нужно сделать, это сказать ему, что он, очевидно, не может этого сделать. Поэтому я сказал, что знаю, что у него явно нет времени готовить для вас яйца, так как он был так занят, что не мог справиться с еще одной задачей. А потом он закричал на меня, чтобы я убирался, и он это сделал. Легко. Да. Гарри нахмурился. – Но я сказал, что все в порядке. Ты мог бы просто взять мне тост. – Зачем это делать, если я могу заставить Каччана сделать яйца? Кроме того, я не просил его делать что-то сложное, вроде блинчика. Гарри предположил, что это правда. – Тогда спасибо. По крайней мере, яйца были хорошими. – Рад помочь! – Мидория показал ему большой палец вверх, затем остановился, почесав его щеку, и он внезапно выглядел нервным. – Послушай, насчет вчерашнего дня... Эм. Извини, если мы спросили о чем-то слишком личном. Слишком личное? Что сделали... О! Его палочка. – Все в порядке. – Борода Мерлина, как он мог спросить Мидорию, есть ли у него магия, но при этом не показаться странным? – Ты... Эм... Извини за комментарий о безпричудривости. Это... Ну, палка, это то, что было у моего безричудливого родственника. Он всегда говорил, что это что-то, что используют люди без причуд, и это никогда не вызывало у меня искры, поэтому я просто был сбит с толку. – В глазах Мидории снова промелькнула паника. – Но она должна быть сломана. Я имею в виду, что у вас явно есть причуда, и палка действительно старая. Я просто храню его при себе на память. Мидория нервно рассмеялась. – Вау, это действительно круто. Я раньше не слышал ни о чем подобном. Жаль, что он сломан! Гарри пожал плечами. – Вероятно, это было просто суеверие или что-то в этом роде. – А, д-даааа. Да. Я уверен, что есть много старых суеверий и тому подобного. – Почему Мидория был так взволнован? Это должно было быть связано с обсуждением причудливости, но Гарри не понимал, почему. – Хотя это должно разочаровывающим. – Все в порядке. Как я уже сказал, я был в основном застигнут врасплох. – Верно! – Мидория потер затылок, оглядывая комнату. – Ну, мне нужно помочь передвинуть некоторые украшения, но если тебе нужна помощь с чем-то еще, просто попроси. Прежде чем Гарри что-то добавил, другой мальчик убежал, забирая несколько коробок у девочки с зелеными волосами. Это было странно. То, как действовал Мидория... Но он не мог быть без причуд. У него была причуда, поэтому у него не могло быть магии. Правильно? Если теория Незу верна, то у Мидории только что появился потенциал для магии. На самом деле у него его не было. Гарри застонал, раздраженно потирая лоб. Это было слишком запутанно для такого раннего утра. – Чувак, ты в порядке? – Гарри моргнул, когда Каминари плюхнулся рядом с ним, и на его рубашке теперь было всего несколько маленьких кусочков туалетной бумаги. – Ага. Извини. – Гарри слегка улыбнулся мальчику. – Я вижу, ты нашел способ убрать туалетную бумагу. – Ага! Я нашел Киришиму, и он мне помог. Извини, что разбудил вас сегодня утром! Это моя вина. Я всегда забываю, каким ворчливым может быть Шин иногда. – Все в порядке. Я привык к раннему утру. – Это отстой, чувак. – Каминари вздохнул и драматично рухнул на стол. – Я не жаворонок, на самом деле, но как только я просыпаюсь, я никогда не могу снова заснуть. И Бакуго постучал в мою дверь, чтобы я помог с украшением, так что... – Он пожал плечами. – Дружить с жаворонками, это хуже всего. – Его глаза внезапно расширились от тревоги, а голова оживилась. – Подожди. Ты ведь не любишь утро, не так ли?! – Не особо. – Гарри покачал головой, это определенно было не так, даже если Дурсли заставляли его просыпаться рано большую часть своей жизни. Хотя, вероятно, ему не стоит использовать это в качестве объяснения. – Один из моих соседей по общежитию был жаворонком, и он не совсем молчал об этом. – Ну вот. Это было вполне нормально. И Невилл действительно всегда просыпался до смешного рано, чтобы пойти в теплицу. – Ты тоже жил в общежитии? Это круто, чувак! Вы, ребята, что-нибудь делали на Хэллоуин? – Каминари нахмурился, его брови сморщились в задумчивости. – Есть ли в Англии вообще вечеринки на Хэллоуин? – Да. – По крайней мере, в Хогвартсе определенно были. До этого Гарри мало что помнил. – Моей школе это нравилось, на самом деле. У нас всегда был большой пир и... – Подожди. Постойте, у вас были пиры?! Черт возьми, разве это не нормальное школьное дело? – В особые дни, да. Хэллоуин был одним из таких. Это был важный день в моем... в том городе. – Это было бы так КРУТО! Я хочу пиршества! – Каминари надулся, сгорбившись на столе. – Держу пари, еда была бы очень хорошей. Звучит неплохо. Я имею в виду, что он должен быть вкусным для застолья. Быстроланч тоже вполне может справиться. Чувак... – Каминари вздохнул, его глаза на несколько секунд остекленели, прежде чем он снова повернулся к Гарри. – Какую еду вы ели на Хэллоуин? Тыквенные штуки, верно? Там должно быть много тыквенных вещей! – Хм. У нас был тыквенный сок. – Хотя на самом деле это было более повседневным делом. – И тыквенный пирог. Глаза Каминари загорелись, и он вскочил на стул, ударив ладонями по столу. – БАКУ-БРО! Гарри вздрогнул, когда красные глаза повернулись к ним, но ему удалось удержаться от какой-либо более серьезной реакции, чем эта, и Гарри это посчитал неплохим прогрессом. – Какого хрена ты хочешь, Пикачу?! – Нам нужно устроить пир! – А?! – Бакуго указал на кучу посуды, окружавшую его и другого парня. – Как, черт возьми, ты это называешь, ублюдок! – В школе Поттера-сана всегда устраивали пир, и мы хотим, чтобы он чувствовал себя желанным гостем, верно? – Ухмылка Каминари была яркой и безжалостной, а бровь Бакуго дернулась. – Вы всегда говорите, что мы должны быть лучшими хозяевами. Так что нам нужен застолье с тыквенным пирогом! И тыквенный сок! – Так это ты, черт возьми, хочешь. – Другой мальчик закатил глаза. – Но это значит, что я тот, кто должен делать все это дерьмо! И достаточно ли у нас вообще этих гребаных ингредиентов? А как насчет... – Успокойся, чувак! Мы поможем. И я уверен, что Сато тоже был бы готов помочь. Верно? Он повернулся к мальчику с каштановыми волосами, который ужасно растерянно посмотрел между ними, прежде чем сказать что-то нерешительно по-японски. Каминари ухмыльнулся и показал ему большой палец вверх. – Точно, чувак! Бакуго зарычал, шарясь в шкафах. Гарри вздохнул. Он не думал, что кто-то немагический знает о тыквенном соке, поэтому все, что они делали, должно было быть интересным. Надеюсь, пирог будет хотя бы хорошим. – Ты закончил со своей посудой, Поттер-кун? Я отвезу их туда для тебя. Ох. Гарри посмотрел на пустую тарелку. – Это было бы здорово, спасибо. Каминари ухмыльнулся и направился на кухню, крича по-японски. Гарри нахмурился, внезапно осознав, что теперь он окружен людьми и у него больше нет причин оставаться здесь, и его кожа побежала мурашками, зудя, когда все смотрели на него, наблюдая за ним... Он глубоко вздохнул. Он был в порядке. Там было много людей, но они на самом деле не смотрели на него. Они занимались украшаем. Гарри встал и направился к лифтам. Даже если с ним все было в порядке, это не означало, что он должен оставаться здесь. Дерьмо. Волна тепла пронеслась по его телу, заставляя его шаги сбиваться с ног. Одна из девушек спросила его что-то по-японски, но Гарри просто улыбнулся ей и нажал кнопку, чтобы вызвать лифт. Ему придется быть тихим в комнате Хитоши, но это все равно было бы предпочтительнее, чем это безумие. В ту секунду, когда двери лифта закрылись, звуки стали приглушенными, и Гарри позволил плечам расслабиться, желание вцепиться в свои руки немного утихло. Здесь за ним никто не следил. Ну, разве что через камеру видеонаблюдения. Гарри никогда не должен забывать о них. Но наверху все было так тихо по сравнению с хаосом в вестибюле. Это было приятно. Успокаивающий. Гарри медленно открыл дверь в комнату Хитоши, проскользнул внутрь и закрыл ее, прежде чем рухнуть на свой футон. Тишина. Полная тишина. – Ты в порядке? Проклятие. Хитоши, по-видимому, еще не спал. Гарри перевернулся на бок. Другой мальчик сидел и протирал глаза. – Не могу заснуть, так что я могу встать. –Хитоши зевнул. – Извини, я мог бы принести тебе кофе. – Гарри пытался вести себя нормально и заставить себя улыбнуться. Хитоши моргнул. Фиолетовые глаза сузились. – Ты не ответил на мой вопрос. Уклонение от него означает, что вы не в порядке. Почему? Что-то случилось? Гарри поморщился. – Извини. Я... Ничего не произошло, я просто не осознавал, что Хэллоуин будет завтра. – Гарри провел рукой по волосам, раздумывая, стоит ли ему объяснять дальше. – Является ли Хэллоуин для тебя триггером? Ты ничего раньше не упоминал. – Это не... Ничего страшного, на самом деле. Худшего, что произошло, я даже не помню, поэтому я... – Голос Гарри оборвался. Хитоши не собирался довольствоваться расплывчатым объяснением. Он никогда им не был. Гарри вздохнул. – Мои родители умерли на Хэллоуин. – Черт. Гарри покачал головой: – Мне было всего год, так что я действительно не помню этого! Я не должен позволять этому так сильно влиять на меня, но Волан-де-Морт, он... ну, ему нравился символизм всегда приводил свои заговоры в действие или что-то в этом роде на Хэллоуин, поэтому я просто... – Гарри закрыл глаза и глубоко вздохнул. – Мне больше не нравится этот праздник. Я просто чувствую, что что-то должно произойти, и я не могу от этого убежать. – Ты хочешь остаться здесь и избежать всех? – Голос Хитоши был осторожным, его глаза оценивали его. – Нет. – Гарри замолчал, вспомнив, как хаотично было внизу. – Да? Он застонал. –Отвлечение, это хорошо, и я не хочу, чтобы Волан-де-Морт контролировал мои действия или что-то в этом роде, но сейчас там внизу чертов сумасшедший дом. Хитоши фыркнул. – Да, это справедливо. – Другой мальчик зевнул, вытянув руки. – Как насчет того, чтобы избежать подготовки к вечеринке и спуститься вниз, когда их безумие станет немного более организованным? – Да, спасибо. – Гарри кивнул. – Извини, что забираю тебя у друзей. – Пожалуйста. Ты освобождаешь меня от обязанностей по организации вечеринок. Это не проблема. – Хитоши встал, схватив телефон с тумбочки. – Тем не менее, я собираюсь бросить вызов хаосу за чашкой кофе. Ты хочешь чего-нибудь? – Нет, спасибо. Хитоши пожал плечами, но сделал паузу, прежде чем открыть дверь. – Если в какой-то момент сегодня или этим вечером все станет слишком много, ты должен на самом деле сказать мне об этом, хорошо? Я не могу понять все интуитивно. Губы Гарри скривились в нерешительной ухмылке. – Кажется, у тебя пока все хорошо. Хитоши закатил глаза и ушел. Гарри был один. На самом деле в одиночку. Шаги Хитоши затихли в коридоре. Настоящая тишина. Гарри перевернулся на спину и закрыл глаза. Время от времени случались такие маленькие моменты, когда Хитоши оставлял Гарри одного в его комнате, и Гарри дорожил каждой минутой. Это было совсем не похоже на уединение, которое у него было в Гриммо, но все же было несколько минут, когда кто-то еще не наблюдал за ним. Не следил за его реакцией. Ничего от него не ждал. Он никогда не понимал, как приятно быть одному до окончания войны. Конечно, в Хогвартсе были моменты, когда все смотрели на него со страхом или гневом, но... Ну, когда весь волшебный анклав роится вокруг вас каждый раз, когда вы ступаете куда-то, было, мягко говоря, удушающим. По крайней мере, это не было проблемой, пока он был здесь. Здесь ему дали возможность вздохнуть. Никто не пытался прикоснуться к нему или толпиться вокруг него. Он редко бывал по-настоящему один, но его также никогда не заставляли что-либо делать. Так было лучше. Гарри почти хотелось, чтобы так и оставалось. Но он не мог здесь оставаться. В анклаве было слишком много дел. Ему просто нужно было наслаждаться этим, пока он мог. Он должен был сосредоточиться на том, чтобы заставить Айзаву доверять ему и помочь найти информацию о местонахождении маленькой девочки. Дверь снова открылась, и Гарри поднял голову и увидел, как в комнату входит Хитоши с кофейной кружкой в руке. – Ки сказал, ты упомянул тыквенный сок? – Хитоши захлопнул дверь и сел на кровать, сутулясь, потягивая кофе. – Бакуго сходит с ума и говорит, что его не существует, и Ки, должно быть, неправильно тебя расслышал, поэтому теперь он дуется, потому что я не позволю ему прийти сюда, чтобы доказать, что ты сказал тыквенный сок. Гарри фыркнул. – Я сказал тыквенный сок, но понятия не имею, как его приготовить. В анклавах его пьют вместо апельсинового сока. Хитоши сморщил нос. – Звучит отвратительно. – Экран его телефона засветился, и Хитоши закатил глаза. – Секундочку, позволь мне сказать ему, что он тебя правильно услышал. Гарри снова закрыл глаза. – Если они не могут его приготовить, все в порядке. – Ага... Бакуго так не работает. Правильно. – Мидория говорила что-то о том, чтобы заставлять его что-то делать, говоря, что он не может. – Именно. Теперь это вызов, так что так или иначе будет тыквенный сок, или он потерпит неудачу как хозяин, или шеф-повар, или что-то в этом роде. – Хитоши ухмыльнулся, отложив телефон. – Я бы сказал, что получаешь удовольствие, проверяя это, но зная Бакуго, это будет как-то хорошо, даже если это совсем не похоже на то, к чему ты привык. – Все, что он сделал до сих пор, было довольно хорошо. – Это Бакуго для тебя. – Хитоши закрыл глаза, потягивая кофе. – Если хочешь пойти на вечеринку, ну... – Хитоши нахмурился. – Эри-чан будет там. Ох. – Это твоя младшая сестра, верно? С красными глазами? Хитоши кивнул, затем начал листать свой телефон, прежде чем наконец протянул фотографию. – Это она. Красные глаза. Они сразу же выделились, но в остальном она совсем не была похожа на Волдеморта. Конечно, у неё была бледная кожа, но у неё была яркая улыбка и длинные седые волосы, и Гарри никогда не видел, чтобы глаза Волдеморта сияли от счастья. – Она милая. – Ага. – Хитоши крепче сжал свой телефон, когда он отдернул его. – Она... Что ж, у нее была тяжелая жизнь. Папа спас ее от мафии, когда ее причуда вышла из-под контроля. Его причуда помогает ей жить нормально, так как она все еще не может самостоятельно контролировать свои способности, поэтому больница отдала ее только на его попечение. Если бы не он... – Хитоши замолчал, вздохнув. – Наверное, она все еще находилась бы там под наблюдением. – Хитоши беспокойно пожал плечами, потирая затылок. – Как только она стала жить с нами, это был лишь вопрос времени, когда у меня официально появится сестра. – Она выглядит счастливой. Хитоши кивнул. – Она так заботится о других, даже после всего, через что ей пришлось пройти. – Фиолетовые глаза смотрели на фотографию, и Гарри был поражен тем, насколько решительно они внезапно стали. – Если у тебя возникнут проблемы с ней, скажи мне сейчас. Если ты отреагируешь негативно, она решит, что сделала что-то не так. Она этого не заслуживает. Гарри закусил губу, отводя взгляд. – Думаю, со мной все будет в порядке? С господином Бакуго у меня дела идут лучше. И... ну, она просто маленькая девочка. Плечи Хитоши расслабились. – Хорошо, наверное. Папа сказал, что в любом случае позаботится о том, чтобы вы двое общались как можно реже. – Это, наверное, и к лучшему. – Даже если она была маленькой девочкой, нет, потому что она была маленькой девочкой. Это было так, как сказал Хитоши. Ей не нужно было быть рядом с Гарри и его проблемами. – Значит, Айзава будет сегодня вечером? Хитоши кивнул, все еще потягивая кофе. – Он и некоторые другие учителя. Они всегда стараются следить за большими собраниями, чтобы мы не стали слишком шумными. Гарри предположил, что в этом есть смысл. Однако Макгонагалл никогда не руководила вечеринками в Гриффиндорской башне. Хитоши со вздохом отодвинул в сторону пустую чашку. – Есть ли что-нибудь, что ты хотел бы сделать сегодня, пока мы избегаем команды декораторов? – Летать. – Слово вылетело прежде, чем Гарри успел подумать об этом. Хитоши моргнул, глядя на него. – Верно. Ладно, я притворюсь, что это совершенно нормальное времяпрепровождение. Для этого тебе, вероятно, понадобится довольно большое личное пространство... Я могу спросить папу и отца, можем ли мы получить доступ к одному из спортзалов? – Это было бы здорово. – Неважно, будет ли Гарри летать как птица или на метле, летать каким-то образом будет замечательно. В итоге они провели остаток утра в комнате Хитоши, ожидая ответа Айзавы, но после обеда им наконец дали одобрение. Гарри практически бросился в спортзал, не обращая внимания на забавную ухмылку Хитоши и преображаясь, как только двери спортзала за ними закрылись. Он всегда чувствовал себя намного свободнее в воздухе. Как будто он мог перестать думать о Пожирателях Смерти и темных артефактах и просто летать Однако слишком скоро Гарри услышал, как Хитоши зовет его, крича, что пора ужинать и устраивать вечеринку. Разочарованный, Гарри отплыл обратно к мальчику с фиолетовыми волосами, сделал несколько последних кругов, прежде чем плавно приземлиться рядом с ним, трансформируясь в нескольких футах над землей так, что он приземлился на кроссовки, а не на птичьи когти. Хитоши покачал головой. – Ты просто полон сюрпризов. Значит, ты можешь превратиться в ворону? – Ага. Гарри ухмыльнулся. – Но никаких других животных. Мы ограничены тем, что представляет нас лучше всего. – А ты ворона? – Хитоши наклонил голову набок, оценивая его. – Почему? Гарри нервно рассмеялся и направился к дверям. – Я видел много смертей. – Разве не у всех так было во время войны? – Нет, так, как у меня, нет. – Гарри чувствовал на себе взгляд мальчика, но Хитоши больше не стал спрашивать. Это было приятно. Гарри не хотел говорить о Дарах. Или о том, что он Мальчик-Который-Выжил и у него внутри был крестраж. Или о намерении умереть, но вместо этого снова пережить смертельное проклятие. Черт возьми, вот и его хорошее настроение. Еще одна волна жара пронеслась по нему, сделав его настроение еще более испорченным. Он действительно хотел бы знать, что это значит. Оно должно было иметь магическое происхождение, но что? – Так что, наверное, нам стоит сначала подняться наверх, чтобы переодеться, ты все еще не против использовать свою старую школьную форму? Правильно. Хеллоуин. Костюмы. – Да, это нормально. – Он должен был сделать что-то нормальное и беззаботное. – Какой у тебя костюм? – Они. Гарри ломал голову, пытаясь вспомнить, что это было. Подождите, разве это не та демоническая штука, похожая на людоеда? – Разве они не носят только набедренные повязки? Хитоши рассмеялся. – Папа бы это ненавидел. Нет, я надену штаны хакама, маску и дубинку. – Он пожал плечами, добавив: – У Ки есть этот костюм западного демона с вилами и хвостом, и он всегда хочет сделать что-то парное, поэтому мы идем как разные типы демонов. Ох. В этом есть смысл, подумал Гарри. Они никогда не устраивали в Хогвартсе всю эту «костюмированную вечеринку». – А как насчет Эри-тян? Во что она оденется? Хитоши закатил глаза. – Видимо, это секрет. Хотя, наверное, что-то тошнотворно милое. Когда они вошли внутрь, Гарри с облегчением увидел, что все коробки исчезли, а украшения, хотя их было гораздо больше, чем он когда-либо думал, были расставлены так, что на самом деле они ничему не мешали. – Шин! – Гарри моргнул, когда Каминари подбежал к ним, практически бросившись на Хитоши. – Ты вернулся! Тебе нравится мой костюм? – Блондин с ухмылкой отступил назад, потянувшись за спину, чтобы поднять дьявольский хвост. Костюм был... тесный. Очень тесным. Черные кожаные брюки облегали ноги Каминари, и, хотя красная рубашка была свободна, верхняя половина пуговиц была расстегнута, и обтягивающий темно-красный жилет, который он носил поверх рубашки, не помог... Гарри покраснел и отвернулся, когда Хитоши притянул своего парня ближе, наклонился вперед и прошептал что-то по-японски. Через несколько секунд Гарри оглянулся и увидел, как Хитоши с ухмылкой отстраняется, а Каминари ярко-красный. Гарри был почти уверен, что не хочет знать, что только что сказал Хитоши. Мальчик опустил руки с талии Каминари и повернулся к Гарри. – Ты готов пойти переодеться? – Ага. – Эм... Шин? Возможно, я купил что-то еще для вашего костюма. Каминари смущенно почесал щеку, а Хитоши вздохнул. – Ки. Прелесть этого костюма заключалась в том, что нам не нужно было ничего покупать. – Я знаю, но типа, ты бы выглядел так сексуально. Пожалуйста. Для меня. – Каминари уже надувался, а Хитоши застонал. – Хорошо. До тех пор, пока это не слишком неудобно или что-то в этом роде. – Не будет! Каминари ухмыльнулся. – Увидимся позже! – Да, да. – Хитоши застонал, раздраженно откинув голову назад. – Каминари слишком любит наряжаться к этому празднику. – Он снова вздохнул, нажимая кнопку лифта. – Ты даже не собираешься спрашивать, что он добавил? Хитоши пожал плечами. – Он знает, что я бы не надел ничего нелепого. Я мог бы пойти и посмотреть сам, а не пытаться выяснить, что он купил, из его взволнованных бредней обо всем, что он видел, когда получал это. Однако, когда они добрались до комнаты Хитоши, Гарри все еще не был уверен, что купил Каминари. Хитоши, по-видимому, узнал одежду, потому что просто закатил глаза, затем стянул футболку, прежде чем натянуть черную ткань на руки. Ох. Это было как... рукава что ли? Но была и задняя часть, которая прикрывала лопатки, и завязанный тугим узлом завязанный узел спереди. Ткань плотно облегала его руки, каким-то образом делая мышцы Хитоши еще более заметными, чем когда его руки были обнажены. Гарри всё ещё не был уверен, что это такое, но он мог признать, что это выглядело неплохо. Хотя, вероятно, ему следует поработать над своим собственным «костюмом». Гарри подошел к своему сундуку, вытащил мантию и надел её, но на всякий случай разочаровал в значок Гриффиндора. Его старая школьная шляпа нуждалась в увеличении, поэтому ткань была немного тонкой, так как Гарри не был лучшим в этом, но сегодня он справится с этой задачей. Однако кобуру с палочкой он спрятал на ноге. После того, как Мидория и Тодороки увидели его, Гарри не хотел рисковать, вынося его на всеобщее обозрение и заставляя их связать его с его одеждой. Хитоши рассмеялся: – Твоя шляпа действительно похожа на стереотип. Гарри поднял глаза, чтобы посмотреть на другого мальчика, затем удивленно моргнул, увидев его наряд. Теперь на Хитоши были темно-серые... штаны хакама, так он их называл? И он кожаный ремень на груди, который крепил металлическую броню с шипами через левое плечо. – Ты не мог бы завязать мне маску? Я хочу видеть людей, поэтому я просто буду носить ее на голове. – Он поднял черную маску, и на секунду все, о чем Гарри мог думать, были маски Пожирателей Смерти, но эта была черной, а не белой. Черная, с золотыми рогами и совсем не похожая на череп. Хитоши держал ее, пока Гарри обвязывал веревку вокруг его лба. – Твой костюм выглядит круто. – Спасибо. – Мальчик пожал плечами. – Меня бы устроили только штаны и маска, но Ки пошел и взял дубинку в отделе поддержки, а затем, по-видимому, нашел верхнюю часть для тела неизвестно где. Гарри ухмыльнулся. – Они действительно помогают с внешним видом. Хитоши закатил глаза. – Скажи ему это. – Он взглянул на мантию Гарри, а затем хихикнул. – Твой наряд выглядит мешковато и не может никому льстить. Ты действительно должен был носить это как свою униформу? Ого, спасибо. Гарри раздраженно скрестил руки на груди. – Это сделано для практичности, а не для демонстрации мышц, как у вас. Хитоши ухмыльнулся. – Просто признай, что ты до смешного тощий, и ты пытаешься скрыть это своими мешковатыми рукавами. – Мы не делаем этого! – Гарри фыркнул. – Когда у тебя есть магия, тебе не нужно много тренироваться. Вот и все. – Верно. Продолжайте говорить себе это. – Хитоши ухмыльнулся ему, затем схватил черную острую металлическую дубинку, которая стояла у двери. – Ну что ж, пошли спустимся вниз. Если тебе не нужно остаться здесь и собраться минуту? – Нет. – Гарри покачал головой. Это было бы прекрасно. Он знал там всех. Ни у кого не было магии. Он надежно держал палочку в кобуре. Все будет хорошо. Когда они спустились вниз, Каминари практически взвизгнул. – Шин! Ты выглядишь потрясающе! – Мальчик прижался к руке Хитоши, ухмыляясь, говоря что-то по-японски, и Хитоши ответил. Судя по насмешкам вокруг них, Гарри предположил, что это больше флирт. Он закатил глаза и направился на кухню, где была разложена еда. – Вот. – Гарри вздрогнул и увидел Бакуго, одетого как какой-то оборотень, который держал стакан и смотрел в сторону. – Ты хотел это дерьмо с тыквенным соком, да? Ох. – Спасибо. – Гарри осторожно взял чашку и сделал глоток. Он моргнул. Оно... На самом деле на вкус он был очень похож на сок в анклаве. Может быть, немного слаще? Но все равно хорошо. – Ну?! – Бакуго смотрел на него. – Это действительно хорошо, спасибо. – Ха. – Мальчик кивнул, по-видимому, довольный. – Конечно, это так. Пирог тоже, блять, лучший. На прилавке есть кое-какие западные приборы, потому что ты все равно, блять, не можешь нормально есть. – И затем он ушел. Сбитый с толку Гарри проводил его взглядом. Было ли это что-то приятное или оскорбление? Он даже не был уверен. Тем не менее, еда звучала лучше, чем любая другая идея, которая у него была на данный момент. Гарри взял тарелку со стойки и начал угощаться маленькими порциями, как это делала пара других, а затем сел за один из столиков. Он чувствовал себя здесь так неловко. Он не хотел цепляться за Хитоши, который... Гарри оглянулся и застонал. Мальчик сидел в углу, а Каминари сидел у него на коленях. Он определенно не хотел туда ехать. Часть его хотела разозлиться на соседа по комнате за то, что он бросил его, но это все равно была их вечеринка, и он уже провел целый день с Хитоши. Конечно, он хотел провести вечеринку со своим парнем, но единственный человек, которого Гарри хоть немного знал, это Мидория, и он помогал создавать что-то похожее на караоке. И людей было так много. Гарри знал, что они не смотрят на него, но он чувствовал себя так тесно, что его кожа чесалась, и он просто хотел уйти, но не мог. Он не хотел, чтобы Волан-де-Морт контролировал его жизнь таким образом. Он хотел вернуться к нормальной жизни. Он хотел иметь возможность насладиться вечеринкой. Последней вечеринкой, на которой он присутствовал, была свадьба Билла, а потом... глаза Гарри метнулись на двери. Он знал, где находятся все выходы. Он был в порядке. – Ты в порядке, малыш? – Гарри поднял глаза и увидел Айзаву, сидящего напротив него, одетого как какая-то мумия, в рваном белом костюме с медицинскими повязками, обернутыми вокруг рук и свободно вокруг головы, его обычный шарф все еще накинут на плечи. – Вот. Гарри моргнул. Мужчина держал в руках черную кошку. Кошка мяукнула. Гарри оглянулся на Айзаву, но его лицо было бесстрастным, и он ничего не ответил. Гарри решил, что просто спросит. – Почему ты даешь мне кошку? – Это стереотип, верно? У ведьм и волшебников есть черные кошки. Она может помочь твоему костюму. – Мужчина пожал плечами. – Кстати, это «Смерть грызунам. Гарри недоверчиво посмотрел на мужчину, затем медленно протянул руку, чтобы забрать у него кошку. Ее мех был удивительно мягким. Гарри нерешительно почесал ее за ушами, но кошке, похоже, понравилось это движение, поэтому Гарри продолжил. – Это смерть грызунам? – Не позволяй ей обмануть тебя. Она жестока. – Верно. – Гарри определенно сомневался в этом. Тем не менее, поглаживание кошки было хорошим отвлечением от мыслей обо всех вокруг. Айзава, вероятно, взял с собой кошку, потому что считал психическое состояние Гарри хрупким, но как бы он ни ненавидел мысль о том, что Айзава считает его слабым, Гарри не мог заставить себя отказаться от животного. Было странно, что Айзава был таким кошачьим человеком, когда Сириус был в буквальном смысле собачьим человеком. Эти двое были очень разными, но упрямство и способность Айзавы держать обиду соперничали с упрямством любого Блэка, которого Гарри встречал. Плюс... Гарри вздохнул. Было много взрослых, которые пытались выступить в роли родительских фигур Гарри, но подход Айзавы был до боли похож на подход Сириуса. Они оба дали Гарри его пространство и в то же время выскакивали из ниоткуда, чтобы оказать ему поддержку. Сириус был вынужден дать Гарри пространство, потому что тот был в бегах, но отношение Айзавы, вероятно, было больше связано с его ненавистью к семье Блэков в целом. Однако Гарри не был уверен, что поддержка Айзавы означает, что он заслужил доверие этого человека. Конечно, если Гарри он дал свою кошку, это означало, что Айзава доверяет ему хотя бы немного? Айзаву было так трудно читать. – Зачем ты сюда пришел? Разве ты не должен сопровождать? – Да. – Взгляд мужчины скользнул по комнате, и он вздохнул, заметив Хитоши и Каминари в углу, но теперь к ним присоединилась маленькая девочка, которая сидела на коленях у Каминари (который все еще сидел на коленях Хитоши) и махала руками. Гарри не мог разглядеть её глаза, но она была похожа на маленькую девочку на картинке, поэтому он предположил, что она сестра Хитоши. – Какой костюм у Эри-чан? – На ней было белое трико и волосы, зачесанные назад, но Гарри не мог разглядеть в костюме ничего подозрительного. – Единорог. – У нее есть хвост, но она сидит на нем. Мик сказал ей не делать этого, так как он сомнется. Ладно, Айзава, суетящийся из-за костюма маленькой девочки определенно была той стороной, которую он не ожидал увидеть. – Она решила так одеться из-за рога от своей причуды? – Гарри казалось, что он помнит, что на картинке был рог, но теперь он его не видел. Скрывали ли это ее волосы? Айзава кивнул. – Сейчас он меньше, но она начинает принимать его как часть себя, и это приятно видеть. Часть Гарри хотела спросить, в чем её причуда, но он также чувствовал, что это было бы грубо. Что бы это ни было, очевидно, что было опасно, если ей придется оставаться рядом с Айзавой. Стоп. Если Айзава и Эри были здесь... Гарри растерянно огляделся. – Где твой муж? – Вон там. – Айзава махнул рукой в сторону еды, но, несмотря на то что там был только один взрослый, Гарри все равно понадобилась секунда, чтобы узнать мужчину без очков и с распущенными волосами. Он был одет как... Панк-рок вампир? Честно говоря, Гарри даже не был уверен. – Он выглядит совсем по-другому с распущенными волосами. – Он не часто их распускает, обычно они подняты, когда он в геройском снаряжении, или он собирает их в свободный пучок, пока он отдыхает. – Ох. – Гарри снова посмотрел на свою тарелку. Там было так много людей. Он был почти уверен, что здесь было больше учеников, чем просто в классе Хитоши. По крайней мере, он уже знал все эти лица, даже если не знал их имен, и здесь определенно были лица, которых он не узнал. Например, здоровенный парень с большим количеством волос, похожий на Фенрира. Но у него были очки. Он не был Фенриром. Оборотней здесь не было. Просто причуды. Все было просто причудой. Не магией. – Ты уверен, что с тобой все в порядке? – Ага. – Гарри поспешно откусил еще один кусочек, стараясь делать вид, что всё нормально и он не пялился в пространство. – Здесь просто очень тесно, вот и все. Я думаю, что я стал лучше привыкать к общению с людьми, но это больше, чем на одном занятии. – Многие студенты в 3B тоже здесь. Классы обычно ходят на вечеринки друг друга. Гарри предположил, что в этом есть смысл, даже если это заставляло его чувствовать себя неловко. Впрочем, все должны были быть здесь. Никто не был лишним. Гарри по большей части был в порядке, на самом деле. Гладить кошку было приятно, и даже после того, как Айзава вставал, он обычно крутился неподалеку. Однако иногда он уходил, чтобы сделать что-то с Эри. Видимо девушке нравилось кататься на его плечах. И Гарри был не совсем одинок! Хитоши, Каминари и Мидория несколько раз приходили поговорить с ним, что было мило с их стороны. Каминари пытался уговорить Гарри спеть в караоке или попрыгать за яблоками, или поиграть в какую-нибудь игру с мешками с фасолью, но Гарри это не особо интересовало. А невидимая девушка и девушка с рогами подошли погладить Смерть грызунам. Они были милыми, даже если Гарри не понимал, что говорила невидимая девочка. Девушка с рогами была в восторге, она говорила по-английски и начала смехотворно быстро говорить о том, как она скучает по языку, но UA был просто замечательным. Гарри кивнул, с радостью соглашаясь со всем, что она говорит, пока она рассказывала о школе, и после этого он мог различить ее голос, который время от времени выкрикивал что-то на взволнованном английском, когда она болтала с другими. В какой-то момент они все собрались вокруг и начали скандировать, а затем закричали «С днем рождения», что испугало Гарри, но это было не так уж плохо. Он просто не ожидал таких криков. Вот и все. Он гладил кошку и наслаждался вечеринкой. Все шло хорошо. Проблема началась с праздника страха. По-видимому, это была традиция на Хэллоуин, чтобы студенты сидели в кругу и использовали свои причуды, чтобы напугать друг друга или просто рассказывать страшные истории, и, хотя Гарри оставался вне круга, он все равно просто... Проклятие. Он прошел войну. Он не должен бояться этого! Он даже не мог понять истории, которые они рассказывали! Все смеялись на протяжении всей истории Ииды, и один из парней из 3А принес диско-шар Мерлин знает зачем. Они не были страшными! Но затем появилась девушка, которая могла расчленить себя, и в мозгу Гарри мелькнули образы частей тела, разбросанных по полю боя, а еще одна картина заставила его вспомнить окровавленные челюсти Фенрира, кусающего одного из учеников Хогвартса, а затем глаза Нагайны, моргающая на него, когда атаковала, или красные глаза, уставившиеся на него. следящие за каждым его движением или тот ужасный зеленый свет... Гарри цеплялся за Смерть грызунам. Он был в порядке. – Малыш... – Ты можешь лучше! Смех. Гарри поднял голову и увидел тонкую простыню, плавающую в центре круга. Завеса. Сердце Гарри замерло. Крики. Все, что он мог слышать, были крики. Руки Ремуса обхватывают его, держат, тянут назад, он напрягается, и ветер поднимается вокруг него. – Сириус! Я должен... Ничего. Все исчезло. Пустота. Нет. Нет! Это было слишком просто. Слишком спокойно. Это было нереально! Этот... Империус. Так и должно было быть. Он должен был с этим бороться! Он не мог так оставаться! Он не мог уйти из отдела тайн! Он должен был вытащить Сириуса оттуда! – Черт, он действительно дерется со мной. Пожиратели смерти? – Ты можешь отпустить его, когда мы будем снаружи. Нет! Гарри не знал, почему Пожиратели Смерти хотели, чтобы он ушел, но он не мог! Он должен был вернуться! Завеса была здесь, если бы только Гарри мог протянуть руку! Он должен был спасти Сириуса! Нужно было предупредить его, что Волдеморт здесь, это не только Беллатриса, он должен... А потом они оказались снаружи и вдали от дверей, и его разум был свободен. Он повернулся, чтобы побежать обратно внутрь, но чья-то рука схватила его. – Гарри! Ты знаешь, где находишься? Гарри уставился на него. Без плаща. Без маски. Не Пожиратель Смерти? В тусклом лунном свете было трудно разглядеть фигуру, но Гарри мог сказать, что мужчина был высокого роста с чёрными волосами. Он слышал, насколько изнуренным был голос. Как же он за него переживал. Сириус! Это должен был быть он! Он не был в Отделе Тайн! Он не был в завесе, он был здесь, он был в безопасности! Гарри схватил своего крестного, прижимаясь к нему. – Ты должен оставаться в безопасности! Ты должен держаться подальше от завесы, ты не можешь вернуться в министерство, ты просто не можешь и... – Хорошо! Хорошо, мы останемся здесь. – Нерешительные руки обхватили его, и плечи Гарри облегченно опустились. Рыдания грозили вырваться на свободу. – Я не могу тебя потерять. Но Волан-де-Морт был в министерстве! Они не могли оставаться здесь, они... – Гарри, мне нужно, чтобы ты внимательно меня слушал, хорошо? – Гарри кивнул. Все, что угодно. – Это была не завеса. Мы не были в министерстве. – Что? Но... – Мы снаружи. Ты чувствуешь ветерок, верно? Ветерок? Это... Это было странно. Гарри чувствовал дуновение ветерка. Но чтобы покинуть здание министерства, нужно было аппарировать или воспользоваться камином. Они этого не сделали. Они просто шли. Но внутри самого служения не должно быть никакого ветра... – Медленно вдохни. Голос был неправильным. Он был слишком низким. Это не было... – Медленно вдохни. Сосчитай до трех. Затем выдохни. Это был не Сириус. Они были снаружи. Они не были в министерстве. Гарри чувствовал холодный ветерок. Он стоял на траве. С ним было всего два человека. Пожирателей Смерти не было. Гермионы и Рона здесь не было. Отряда Дамблдора здесь не было. Ордена здесь не было. Сириуса здесь не было. У Сириуса не было такой одежды. Не было ни малейшего запаха мокрой собаки. Вместо этого на шее мужчины был накинут шарф. Айзава. Гарри опустил руки по бокам. – Ты вернулся к нам? Гарри кивнул с облегчением, когда герой позволил ему отступить. Гарри не понимал. Это все... Это казалось таким реальным. Гарри отступил, оглядываясь вокруг себя на кусты, деревья, фонарные столбы и тротуар, и всё это было таким маггловским. Он опустился на землю, подтянув ноги и положив голову на колени. Он не хотел ни с кем иметь дело прямо сейчас. Он хотел Сириуса. Но Сириус был мертв. Он был мертв уже много лет. Он был мертв уже много лет. Гарри был один. Он не мог рассчитывать ни на помощь Сириуса, ни на его тепло, ни... Нет. Он не мог развалиться. Он не позволил бы себе этого. Гарри медленно посмотрел на две другие фигуры, ни одна из которых не собиралась уходить. Вместо этого Айзава и Хитоши присели на корточки в нескольких футах от него. – Теперь я в порядке. – Никакого движения. Что ему нужно было сделать, чтобы они ушли? – Извините. Я... Я ведь никому не причинил вреда? – Ты никому не причинил вреда. – Голос Айзавы был спокойным и ровным, но Гарри не доверял ему. – Скажи мне правду. – Он должен был что-то сделать. Если бы ничего не произошло, Хитоши не стал бы использовать свою причуду. – Ты отключил электричество. Ну, все остальные думают, что Ки испугался и сделал это, но он сидел рядом со мной, поэтому я знаю, что это был ты, а не он. – Хитоши потер затылок. – Извини, что использовал свою причуду, это было просто... ты закричал. И вокруг тебя был ветер, и твоя посуда гремела, и я беспокоился, что ты собираешься сделать больше. Но я взял тебя под контроль, прежде чем кто-то заметил. Ну, прежде чем кто-то заметил что-то, кроме вашего крика. Отключение электроэнергии определенно помогло в этом. Замечательно. – Спасибо. – Могло быть и хуже, предположил Гарри, но причуда Хитоши определенно была слишком похожа на Империус. Гарри ненавидел это чувство. Гарри глубоко вздохнул, а когда он выдохнул, его дыхание прерывисто замерло. – Что произошло до того, как я взорвал свет? Помню... Кто-то сказал, что кто-то другой мог бы сделать лучше. – Гарри сглотнул. – Я не... это были последние слова Сириуса. А потом я поднял глаза, и кто-то смеялся, а там была эта завеса и... – Делай глубокие вдохи. Все в порядке. Правильно. Потому что глубокие вдохи, это то, на чем он должен сосредоточиться, когда только что убедился, что находится в Отделе Тайн. – Я думаю, ты говоришь о простыне? Янаги-сан заставила одну из них парить, как призрак, в то время как кто-то другой держал под ним фонарик. Пони-чан много говорит по-английски, и она дразнила ее тем, что на самом деле это не очень похоже на призрака. Это было так... нормально. – Все в порядке, ясно? Никогда не знаешь, что может спровоцировать такую атаку. Это было так реально. Как будто он снова оказался в центре битвы. Как будто он может снова потерять Сириуса. Гарри рассеянно задавался вопросом, не является ли Боггарт для него теперь вуалью. Гарри вздрогнул. Правильно. Он должен... Он должен объяснить. – Мы одни, верно? – Да. Мик не позволит любому из учеников, у которых есть слуховые причуды, подслушать. – Хорошо. Гарри сглотнул. – Сириус... он погиб во время рейда на Министерство магии. Это была огромная ловушка, и... – Гарри покачал головой. – Вам не нужно это знать. Мы были в Отделе Тайн, чтобы найти пророчество, но у них есть артефакт под названием Завеса. Она... Ну, никто не знает, что она делает. Мы знаем только, что никто из тех, кто прошел через нее, никогда не возвращался. Сириус... он сражался на дуэли с Беллатрисой Блэк. Его двоюродная сестра. Он насмехался над ней, говорил, что она могла бы сделать лучше, и ей удалось сбить его с ног и... – Гарри крепче обхватил его ноги. – Он упал в вуаль. Увидев это сегодня вечером, я подумал... это было похоже на то, что я заново переживаю этот момент. – Ты, должно быть, очень заботился о нем. – Ага. Гарри поднял голову и уставился на Айзаву. – Ты действительно похож на него, знаешь ли. Я знаю, что ты ненавидишь его семью, поэтому тебе не нравится это слышать, но это правда. Усталые глаза уставились на него. – Я начинаю не так сильно ненавидеть это конкретное сравнение. Гарри попытался улыбнуться. – Думаю, он бы тебе понравился. – Каким он был? – Храбрый. – Гарри опустил ноги, но потер руки на холодном воздухе. – Слишком бесстрашный для его же блага, правда. Упрямый. Верный и заслуживающий доверия. – Гарри нахмурился – Но он тоже может быть порочным. И может затаить обиду навсегда. – Никто не лишен недостатков, и иногда полезно помнить, что даже люди, которых мы любим, не идеальны. –  Ага. Гарри усмехнулся – Он тоже любил хорошие розыгрыши. Он мог превращаться в собаку, ну, в гримма, но не все знали об этом, поэтому он постоянно использовал эту форму, чтобы подшучивать над людьми. Хитоши подошел поближе, присел рядом с Гарри на траву. – Что такое гримм? Гарри нахмурился. – Это... Ну, это просто большая черная собака, но, если вы увидите ее, это означает, что вы скоро умрете. На самом деле, это не очень хорошая примета, но... – Гарри вздохнул. – Вся семья Сириуса и все его друзья мертвы, так что, думаю, это не было неточно. – Это неправда. – Гарри раздраженно посмотрел на Айзаву, но тот продолжил. – Ты жив. Ты не можешь сказать мне, что этот человек не считал тебя одновременно семьей и другом. Когда все это закончится, мы будем настоящей семьей. Вот увидишь. Глаза Гарри расширились, и он отвернулся. – Я... да. Это правда. Между ними воцарилось молчание, прежде чем Айзава встал и протянул руку. – Кроме того, существа, связанные со смертью, ведут людей к смерти только в том случае, если эти люди не прислушиваются к их предупреждениям. – Гарри испуганно моргнул. Он никогда раньше не думал об этом так. – Ты чувствуешь себя достаточно хорошо, чтобы отправиться в комнату Хитоши? Гарри посмотрел в сторону общежития. – Это означало бы, что мне пришлось бы пройти через переднюю комнату, верно? – У меня есть удостоверение учителя. Мы можем подняться по лестнице аварийного выхода и войти таким образом, если тебе так удобнее. Гарри кивнул. В конце концов ему придется снова столкнуться со студентами, но он действительно не хотел иметь дело с этим прямо сейчас. Он медленно протянул руку и взял мужчину за руку. Гарри обнаружил, что на самом деле не возражает против этого контакта. Это было даже утешительно, в каком-то смысле... Даже если это заставляло его сердце болеть. Если бы только Сириус не... Гарри вздохнул. Мир был наполнен «если бы», и он не мог зацикливаться ни на одном из них. Мысли о прошлом не помогли бы ему двигаться вперед. Но всего на ту короткую секунду, когда Айзава поднял его на ноги, Гарри затосковал по тому, что могло бы быть.