Последний Блэк

Жизнь в общежитии UA сильно отличалась от жизни в Гриммо-Плейс, но Гарри медленно приспосабливался. В каком-то смысле это не слишком отличалось от Гриффиндорской башни, но в одной комнате жил только с одним человеком. Однако ситуация с ванной была в основном такой же, пятеро мальчиков пытались пользоваться одними и теми же раковинами и душами, что приводило к неизбежному хаосу и иногда приходилось ждать своей очереди. По крайней мере, у UA было больше вариантов, поэтому ожидание было реже. И это должно быть только четверо других мальчиков, но Мидория проводил так много времени на их этаже, что казалось, будто он живет больше там, чем на третьем этаже. Гарри вздохнул, когда в тот вечер вошел в ванную комнату и увидел одежду зеленоволосого мальчика, лежащую в корзине в передней комнате. Вещи Тодороки тоже были там, и он мог слышать, как они тихо разговаривают по ту сторону стены. Вода не текла, поэтому Гарри предположил, что они воспользовались пятничным вечером, чтобы принять ванну. Гарри положил свою одежду в корзину рядом с одеждой Мидории, засунул палочку в штаны и взял то, что ему понадобится для душа. Когда он завернул за угол, Мидория весело улыбнулась ему и пригласила присоединиться к ним, но Гарри неловко отклонил приглашение и вместо этого направился к ближайшему душу. Это был первый раз, когда он видел, чтобы кто-то из мальчиков действительно пользовался ванной. Честно говоря, расслабиться в горячей воде было приятно, но Гарри не хотел отвечать на вопросы о своих шрамах. Никто, кроме Айзавы и его семьи, ни о чем его не спрашивал, но Гарри не хотел рисковать. К тому времени, когда он закончил принимать душ, другие мальчики уже были в передней комнате, полностью одетые и вытирающие волосы. Гарри кивнул им и направился прямо к своей одежде. Он замер. Его палочка лежала на вершине кучи. – Извини, Поттер-кун! Когда я доставал свои вещи из корзины, я поскользнулся и случайно опрокинул ваши. Тем не менее, я положил все обратно, и ничего не намокло! Но в следующий раз вы, возможно, захотите оставить искровую палочку в комнате Шинсо-куна. Это не хорошо, когда вокруг столько воды. Гарри осторожно взял палочку и осмотрел её, а затем вздохнул с облегчением. Древесина не выглядела помятой или что-то в этом роде. Ждать. – Искровая палочка? – Ага. – Мидория смущенно моргнула. – Я не знаю, что это такое, но оно вспыхнуло, когда я взял его в руки. Проклятие. Что во имя Мерлина...? Гарри посмотрел на палочку, затем снова на Мидорию. – Но у тебя есть причуда. В глазах Мидории мелькнула паника, так быстро, что Гарри почти задался вопросом, что произошло ли это, а затем нервно рассмеялся. – Да? Какое это имеет отношение к чему-либо? – Ничего. Извини. – Гарри покачал головой и поспешил натянуть рубашку через голову. – В следующий раз я оставлю его в сухом месте. Спасибо, что забрал ее для меня. – Пожалуйста! – Веселая улыбка Мидории вернулась. – Хм, если ты не возражаешь, я спрошу, что именно? Я никогда раньше не видел ничего подобного. Проклятие. Что он вообще должен сказать на это? – Палка. Это сентиментально. Они оба смотрели на него, как на сумасшедшего. – Но искры же были? – Иногда она так делает. – Гарри быстро натянул штаны и сунул палочку в карман. Тодороки моргнул. – Палки не создают искры. Гарри закусил губу и повернулся, чтобы схватить туалетные принадлежности, чтобы они не видели его лица. Что он вообще на это сказал?! – Этот другая. Спокойной ночи! Гарри сбежал. Он чувствовал, как они оба смотрят ему в спину, когда он уходил. Борода Мерлина! Что только что произошло? Это было плохо. Надеюсь, они все забудут или подумают, что он странный, или что-то в этом роде. Или, может быть, он мог бы выдать это за причуду? Гарри расстроенно провел рукой по волосам. Что еще более важно, почему его палочка вспыхнула, когда Мидория прикоснулась к ней? Почему он запаниковал, когда Гарри спросил, есть ли у него причуда? Был ли он на самом деле без причуды? Значит ли это, что Мидория обладает магией? Но Гарри видел его причуду! Он действительно не понимал, как это работает, но он видел это много раз! Так как же.... – В чем дело? Ох. Он вернулся в комнату Хитоши. Другой мальчик сидел на кровати, приподняв одну бровь, и смотрел на него поверх старого учебника Гарри по трансфигурации. Гарри закрыл за собой дверь, затем подошел, чтобы положить туалетные принадлежности обратно в багажник. С чего, во имя Мерлина, ему вообще начать? – У Мидории есть причуда, верно? – Да. – Теперь Хитоши смотрел на него, как на идиота. Гарри застонал, плюхнувшись на футон. – Моя палочка, по-видимому, упала на пол, когда я был в душе, и испустила искры, когда Мидория поднял ее. Мидория и Тодороки были в замешательстве, и у меня не было лучших ответов для них. Но я не понимаю! Она не должна этого делать, если только у Мидории нет магии, но у него явно есть причуда. – Подожди. Назад. – Хитоши отложил учебник. – Они увидели твою палочку? Гарри кивнул. – Но ты не сказал им, что это была палочка. – Конечно, нет! – Он никогда не будет таким глупым. – Что же ты им сказал? – Что это сентиментально, и иногда это просто искрится. Гарри застонал, когда Хитоши начал хихикать. – Верно, верно. – Мальчик ухмыльнулся. – Абсолютно реалистично. – Заткнись. Я запаниковал, ладно? Мальчик покачал головой. – Зачем ты вообще взял ее в ванную? – У меня всегда есть палочка! Я не могу просто оставить ее где-то. – Угу. Как это работает для вас? Гарри пристально посмотрел на него. Хитоши закатил глаза, все еще ухмыляясь. – Ладно, я перестану тебя дразнить. Значит, ты сходишь с ума не потому, что они увидели твою палочку, и ты придумал худшее оправдание, а потому, что она вспыхнула, когда Мидория поднял ее? – Именно! – Он сомневался, что двое других мальчиков будут настаивать на том, что это за палочка, или что они подумают, что это настоящая волшебная палочка, а Гарри, волшебник. Нет, если только он не давал им других причин так думать. – Хорошо... – Хитоши все еще казался забавным. – Ну, должна ли искра означать, что у Мидории есть магия? Может быть, это что-то еще? – Не знаю! – Гарри уткнулся головой в подушку. Он не знал, что и думать. Но почему еще его палочка могла бы искриться?? – Хм. – Другой мальчик замолчал, задумавшись. – Мидория действительно поздно созрел, если это поможет. Гарри перевернулся и растерянно посмотрел на Хитоши. – Что ты имеешь в виду? – Его причуда проявилась только перед старшей школой. Что? – Разве они обычно не появляются, когда тебе около четырех или около того? – Гарри давно не было в этом мире, но он все еще помнил, как ждал своей собственной причуды, а затем медленно становился все более и более подавленным, поскольку она не появлялась, и люди считали, что у него нет причуды. – Ага. Может ли позднее проявление иметь какое-то отношение к магии? Но если у Мидории была магия, почему анклав не связался с ним? С ним должны были связаться до окончания средней школы, а это означало, что он должен был быть в анклаве, когда проявилась его причуда. Может и так, но его магия была настолько слаба, что он не нуждался в обучении? Но если бы анклавы связались с ним в какой-то момент, то Мидория бы знал, что такое палочка Гарри, хотя он явно не знал! Гарри снова застонал. Ничто из этого не имело никакого смысла. – Хорошо, допустим, у Мидории есть магия, но он не знает об этом. Что это значит? – Не знаю! Если у него есть магия, она может выйти из-под контроля, если он не обучен, что, очевидно, плохо. Именно поэтому анклав должен был связаться с ним. Но они явно этого не сделали, так что... – Он не мог просто так отказать им в приглашении или что-то в этом роде? Мидория всегда был одержим героями и очень любит свою маму. Я не вижу, чтобы он ушел от нее, независимо от причины. Гарри моргнул. – Так не бывает. Зачем им оставаться здесь, где у них нет причуд, когда они могут пойти в другую школу и изучать магию? Кроме того, анклавы не смирятся с этим, необученная магия опасна для этого человека и всех вокруг. Хитоши поморщился. – Думаю, в этом есть смысл. Он бы не остался, если бы это подвергло бы его маму опасности. Гарри в отчаянии провел рукой по волосам. – Что-нибудь странное когда-нибудь происходило в Мидории? – Эм... – Хитоши потер затылок. – Может быть? – Что ты имеешь в виду под словом «может быть»? – Зависит от того, что ты подразумеваешь под странным. Хотя ничего похожего на вашу магию или что-то в этом роде. Причуда Мидории сложная, и я действительно не понимаю ее, но он всегда говорил, что все связано с его причудой, и она действует по предсказуемым схемам, которые он может контролировать, что, похоже, не относится к твоей «случайной магии», верно? – Верно. – Гарри со стоном перевернулся и со стоном уткнулся в подушку. – Я сдаюсь. Если у Мидории нет случайной магии, это не должно быть опасно. Но я спрошу Гермиону, что она знает. Он подошел к столу, вытащил ручку и лист бумаги и быстро набросал записку, чтобы положить ее в конверт. – Может быть, мы сможем завтра поехать в UA и спросить директора Незу, знает ли он что-нибудь. Гарри оглянулся на Хитоши: – Незу? – Другой мальчик пожал плечами. – Незу не должен знать и половины того, что он делает, так что не помешает спросить. – Это правда. – Гарри вздохнул. – Думаю, я попытаюсь пока поспать. – Повеселись. – Хитоши смотрел, как Гарри убирает конверт обратно в ящик, а затем снова открыл книгу. Гарри нахмурился и посмотрел на свой сундук. С тех пор, как он попал сюда, он принимал Сон без сновидений каждую ночь, что на самом деле не рекомендуется, к тому же он был на исходе. Сегодня вечером ему придется попробовать заглушающее заклинание на футоне. Хотя он не хотел, чтобы Хитоши знал, что он это делает... Но Гарри должен быть в состоянии сделать это без слов. Он определенно делал это достаточно часто, находясь в бегах. Гарри произнес заклинание и убедился, что палочка надежно спрятана в кобуре, надеясь, что это сработало, а затем рухнул обратно на футон и натянул одеяло на голову. Ему потребовалось слишком много времени, чтобы заснуть, он прокручивал в голове различные сценарии того, какое оправдание он мог дать Мидории или почему его палочка могла так отреагировать. В конце концов, однако, Гарри удалось заснуть. Ну, он справлялся, пока не зазвонил телефон Хитоши. Гарри перевернулся, стараясь не игнорировать то, что звучало как фальшивое пение Мика. В конце концов он сдался, бросив подушку в Хитоши, который каким-то образом все еще спал, даже несмотря на шум, ревущий прямо рядом с его ухом. Другой мальчик застонал, его рука слепо двигалась вокруг тумбочки, пока, наконец, он не схватил свой телефон, на секунду взглянув на освещенный экран, прежде чем поднести его к уху. – Алло? Сейчас 4 часа утра. – Голос мальчика был хриплым, но все же каким-то образом умудрялся передавать тон угрозы смерти. Он выпрямился. – Директор Незу?! Гарри моргнул. С чего бы это... – Ты уже нашел одного?! Нашли? Пожирателя Смерти? Проклятие! Хитоши сделал пишущее движение, поэтому Гарри поспешил достать ему бумагу и карандаш, а затем Хитоши стал записывать адрес. Убедившись, что он прав, Хитоши повесил трубку и сунул бумагу в руки Гарри. – Отправь это своему другу, один из тех парней из Пожирателей Смерти, Джагсон? Он сейчас в этом парке. Гарри споткнулся о футон, торопясь добраться до стола, а затем открыл ящик, в котором был спрятан конверт с портключом. В нем уже была другая бумага, поэтому он вытащил её и быстро сунул записку внутрь лицевой стороной вниз — это должно было дать Гермионе понять, что это чрезвычайная ситуация. Но теперь все, что они могли делать, это ждать, а Гарри был совершенно бодр. Он никак не мог заснуть. Хитоши застонал у него за спиной. – Я ненавижу часовые пояса. Который час в Англии? Гарри пожал плечами, рухнул в кресло и положил конверт на стол рядом с собой, подхватив сообщение Гермионы, которое он бросил на пол. – Где-нибудь вечером, но не слишком поздно, думаю. – Гарри нахмурился. – Гермиона говорит, что все современные исследования считают, что невозможно иметь одновременно причуду и магию, но причуды постоянно развиваются, и доступные исследования очень ограничены. И что она все еще изучает другую мою проблему, но дать ей знать, если она станет более серьезной. Гарри вздохнул. Эта информация была совершенно бесполезной, она сказала, что не думает, что это возможно, но кто знает. И как Гарри должен знать, серьезно ли то, что происходит с его магией, или нет? Вот почему он отправил ей письмо! Конверт стал зеленым. Гарри поспешил открыть его, но в нём было лишь подтверждение того, что Гермиона послала авроров, чтобы проверить его. – Они отправили команду. – По крайней мере, это хорошо. – Ага. – Гарри снова отложил его, пытаясь выкинуть из головы другие проблемы и сосредоточиться на текущем плане. Сколько времени потребуется команде, чтобы отчитаться? Хотя бы полчаса, верно? Его пальцы барабанили по ноге, когда он смотрел на конверт. Джагсон. Гарри не слишком много помнил о нём. Он был одним из Пожирателей Смерти в Отделе Тайн, так что он должен был занимать довольно высокое положение в их иерархической цепочке, верно? Или он мог просто быть близок к Малфою или что-то в этом роде. Гарри полагал, что просмотр записей с камер наблюдения магглов сработает, не то чтобы Пожиратели Смерти думали о том, чтобы избежать камер, но это было слишком быстро. Слишком просто. Была ли это ловушка? Но Пожиратели Смерти и в голову не подумают использовать маггловское устройство для ловушки. Этого быть не могло. Вероятно, это был просто чистокровный человек, который не знал о маггловских технологиях. Даже если бы у Джагсона не было девочки, он все равно мог бы что-то знать. Если бы авроры использовали веритасерум, они могли бы узнать больше зацепок о других Пожирателях Смерти. Гарри хотел вернуться в Англию. Он хотел сам выследить этого парня. Он здесь был бесполезен. Он ненавидел ждать. Ненавидел гадать, кого они собираются убить, пока он был взаперти, не в силах ничего сделать. Просто сидеть и ждать новостей об очередной смерти. Если бы он мог снова вернуться в бой, он действительно мог бы сделать что-то хорошее... – Ты в порядке? Хм? Хитоши смотрел на него. Фиолетовые глаза посмотрели вниз, и Гарри последовал за ними, только тогда заметив, что его руки крепко сжимают штаны. Он заставил себя отпустить мягкую ткань. – Хорошо. Хитоши фыркнул, но не стал его за это упрекать. Ему просто нужно было что-то сделать, подождите. – Если Незу-сан проснулся, мы можем спросить его о Мидории! Хитоши нахмурился. – Что ты хочешь, чтобы я сделал, напиши ему: «О, кстати, палочка Гарри отреагировала на Мидори-куна, и мы думаем, что у него есть магия. Как вы думаете, это вообще возможно? – Э-э... – Гарри моргнул, не совсем понимая, почему это может быть проблемой. – Да? Хитоши застонал. – Хорошо. Как хочешь. – Он нажал кнопку на телефоне и протянул его Гарри, и из динамика доносился приглушенный звук звонка. – Я не пишу это. Нам не нужна письменная запись об этом, чтобы кто-то мог увидеть ее позже. Ох. Правильно. – Хорошая идея. Хитоши закатил глаза. – Возьми трубку, идиот. Ты тот, кто знает об этом больше всех. Конечно, это было правдой, но... Гарри оттолкнул трубку. – Я могу уничтожить... – ФУУУ. – Хитоши плюхнулся на кровать и поднес телефон к уху, бормоча о том, что магия глупа и он слишком устал для этого дерьма. Незу, должно быть, ответил в этот момент, потому что Хитоши снова сел, чтобы заговорить. – Извините, что беспокою вас, директор Незу. У нас с Гарри есть вопрос о причудах и магии, если у вас есть время? Хитоши вздохнул. – Да, мы знаем, что нам пора возвращаться ко сну, но информация, которую ты прислал, разбудила нас, и что ж, это может быть важно? – Хитоши потер затылок. – В любом случае, мы собирались прийти и спросить тебя об этом утром. Повисла пауза, пока Хитоши что-то слушал, а затем продолжил: – Мидория коснулся палочки Гарри, и палочка отреагировала на него, но Гарри говорит, что этого не должно произойти, если у Мидории нет магии. Но у Мидории есть причуда, так что это не может быть тем, что происходит, верно? Хитоши замолчал, нахмурив брови, пока Незу говорил. Гарри заерзал в кресле. Хитоши потер лоб. Гарри свернулся клубком, задаваясь вопросом, почему, во имя Мерлина, ответ занимает так много времени. Значит ли это, что Незу думал, что Мидория все-таки обладает магией? Наконец, Хитоши поблагодарил директора и повесил трубку, и морщины замешательства не сходили с его лица. – Итак... Во-первых, он говорит, что это всего лишь его теории, и он изучит это подробнее, но поскольку причуда отца на тебе не действует, это означает, что фактор причуды и то, что дает вам магию, должны быть разными частями ДНК. Может быть, у волшебного человека никогда не было причуды, потому что ваш вид настолько изолирован, но директор Незу не думает, что это так, поскольку причуды сами по себе являются мутацией, вызванной неизвестным внешним фактором, и если у него может быть причуда, как у животного, то не имеет смысла, что никогда не было человека с магией, у которого была бы причуда. У Гарри болела голова. Однако он был почти уверен, понял все до сих пор. – Так что, если у животных могут быть причуды, то у каждого человека должна быть причуда, магическая или нет. – Ага. – Хитоши провел рукой по волосам. – Но этого ведь не произошло, верно? Поэтому он думает, что причуды и магия должны быть несовместимы если у человека есть способность иметь и то, и другое, то каким-то образом одна из них станет более доминирующей. – Но тогда откуда у Мидории магия и причуда? Хитоши пожал плечами. – Он сказал, что это невозможно знать без дополнительной информации, но, возможно, палочка отреагировала, потому что у Мидории был потенциал к магии, но его причуда каким-то образом выиграла битву за доминирование? Это так же хорошо, как и любая теория, предположил Гарри. Но это казалось слишком простым. – Что бы ни происходило, все должно быть в порядке, верно? Ты уже говорил, что пока у него нет случайной магии, это не опасно. Гарри кивнул. – Ага. Все должно быть в порядке. Теоретически. Но Гарри не был лучшим в теории. Уф, Гарри больше не хотел об этом думать, но в конверте всё ещё не было никакой новой информации. Гарри встал, отодвинул фиолетовые шторы в сторону и вышел на балкон. – Мне нужно подышать свежим воздухом, дайте мне знать, если конверт изменится. Сейчас он не мог усидеть на месте. – Конечно. Гарри захлопнул за собой дверь и уставился поверх верхушек деревьев. Вдалеке было освещено несколько зданий, огни которых светились под туманным утренним солнцем. Кожа Гарри чесалась вылететь среди деревьев, скользить по листьям и метаться вокруг ветвей и стволов. Полеты всегда проясняли его разум. Однако он не хотел уходить слишком далеко от конверта. Гарри хотел быть там, когда они услышат новости. И все же лес здесь выглядел таким умиротворенным. Запретный лес всегда вызывал у него дурное предчувствие из-за всех этих темных магических растений и знания о том, что он наполнен акромантулами, кентаврами и тому подобным... Когда он думал об этом, леса на самом деле не хранили у Гарри много приятных воспоминаний. Он предположил, что те, в которых они разбили лагерь, были немного лучше, но они также были испорчены воспоминаниями о крестражах. Он вздохнул, запустив руку в волосы и обнял себя руками. Футболки было явно недостаточно, чтобы отогнать утреннюю прохладу. Гарри неохотно побрел обратно внутрь. Во всяком случае, он был более бодрым, чем раньше. Гарри оглянулся на конверт, но он всё ещё был пуст. Хитоши оторвался от книги, когда Гарри захлопнул дверь и щелкнул замком. – Эти Пожиратели Смерти, они хорошие бойцы? Гарри пожал плечами и плюхнулся на футон. – Зависит от обстоятельств. Все лучшие бойцы сидят в тюрьме, но есть еще парочка, которые занимали высокие посты, и которых мы не поймали. – Сможем ли мы выстоять против них? – Наверное? – Гарри нахмурился. – Ни один волшебник не умеет хорошо вести рукопашный бой, поэтому, если вы сможете подойти ближе, вы выиграете с большим отрывом. Но для этого вам придется уклоняться от всех их атак... Это будет зависеть от того, насколько вы быстры и как быстро они могут произносить заклинания. Хитоши немного напевал себе под нос. – Может ли кто-нибудь из тех, кто скрывается, совершать невербальные атаки? – Ага. Хитоши выругался. – Не похоже, что вы столкнетесь с ними. Мы остаемся здесь, и авроры ловят их в Англии. – Конечно, но... Конверт стал зеленым. Гарри поспешил вытащить новое сообщение. Его плечи опустились. Они поймали Джагсона, но пока не похоже, что он что-то знал о девочке или других Пожирателях Смерти. Однако они еще не получили одобрение на веритасерум, так что шанс все еще был. Проклятие. – Ну? – Не похоже, что он что-то знает, но, по крайней мере, их стало на одного меньше. – А. – Хитоши набрал что-то на своем телефоне, а затем отложил в сторону. – Я сообщил директору. Хочешь попробовать заснуть? Гарри покачал головой. Если бы он не принял зелье, он ни за что не смог бы заснуть. – Ты? – Не особо. И поэтому они этого не сделали. Вместо этого они провели раннее утро, разговаривая на разные темы, в большинстве из которых Гарри объяснял волшебный мир, а Хитоши дразнил его за его невежество в маггловских вещах. По крайней мере, один час был посвящен обсуждению Айзавы, Ямады и Эри, а также того, каково было жить с ними. Это было... странный. Гарри и раньше засиживался допоздна, разговаривая с Роном и Гермионой, и даже иногда в общежитии, но это происходило нечасто, и они никогда не говорили о семейных делах. У него никогда не было семьи, о которой он хотел бы говорить. Ну, кроме Сириуса. Но потом Сириуса не стало, и... ну, Гарри не хотел об этом думать. И Гарри только что познакомился с Хитоши, но он уже чувствовал себя комфортно рядом с другим мальчиком. Это было приятно.