Взгляд Ждущего и Вера Ищущего. Книга 3: Демоны

*Джаспер* Жизнь прекрасна! Я быстро восстановился, вернулся к работе, радовал жителей новыми коктейлями и… Пока на третий день после работы у меня не разболелись спина и ноги… Закончив с работой, улыбаясь всем им через силу, я направился домой. Без сил я плюхнулся на кровать и практически сразу уснул. А на утро я заметил в своем доме зеркало с золотой оправой, в которую была бережно вложена записка: «Оно поможет тебе наблюдать». Я глянул на своё отражение: уставший, с синяками под глазами и… Это… Это что, морщинки? Я осторожно потрогал кожу у уголков глаз — и правда морщинки… Я что же… Старею? Меня вдруг парализовало от страха. Неужели и в самом деле я вот так умру? От старости? Так рано?! Я же только-только начал жить… Почему? Неужели моё проклятое бессмертие в том числе давало мне вечную молодость? Отчего я так быстро состарился?! Не может быть… Это явно проделки Голда, не иначе! Что ж, в любом случае мне пора на работу. Уверен, что мелкие изменения в моем внешнем виде не слишком напугают остальных. Но как же я ошибался… *Автор* — Джаспер! Ох, выглядишь паршиво, — Яша внимательно осматривал кроля, что, кряхтя, таскал тяжелую бочку. — Давай помогу! — Слушай, я не старый дед, чтобы за мной вот так нянчились! — фыркнул ушастый, но сел на свой стул, переводя дух. — Что во мне так ужасно выглядит? — У тебя жуткие синяки под глазами и мешки там же. А ещё ты весь какой-то помятый и уставший, — барашек взял сковороду и протянул кролю, чтобы тот смог увидеть себя в отражении. — Ох, я… — Слушай, ты вернулся после мира демонов, а там не самое лучшее место для таких как мы. Я уверен, что пророк поймёт, если ты попросишь у него несколько дней отдыха. Тебе нельзя сейчас себя так напрягать! — Да понял я, понял… — кроль оттолкнул от себя противное ему отражение и тяжко вздохнул: — Я, наверное, и правда отдохну… — Если плохо, то лучше отдыхать под присмотром лекаря. — Нет… Не хочу… Я пойду, пожалуй… Скажи пророку, что я… Впрочем, ничего не говори… Джаспер медленно брёл в сторону своего дома. На душе у него противно скребли кошки, горький комок плотно застрял в горле и не давал возможности ни нормально дышать, ни кричать… От боли… Стоило ли оно того? Стоило ли вот так отказывать от бессмертия, если жить ему в таком случае оставалось лишь пару дней? В доме он, прежде чем упасть на кровать, вновь взглянул на своё отражение: морщинки ещё сильнее изрезали его кожу, кое-где обвисли складки, а впалые глаза и в самом деле были ужасающе черны. Он старел с невероятной скоростью. И, скорее всего, завтра будет его последний день. А потом он просто умрёт во сне. Из-за таких мыслей он не мог спать, ворочался… Однако, проблемы со сном были и от того, что спина после трудового дня нещадно болела и ныла, а ноги и руки вовсе отказывали. На утро он проснулся и вовсе разбитым. Даже с кровати встать было ой как тяжко. А потому, плотнее накрывшись одеялом, Джаспер остался в тепле. Разумеется, отсутствие бармена на его рабочем месте встревожило в первую очередь Яшу — он точно помнил, что вчера кроль был в очень плохом состоянии. Барашек сходил к лекарю, узнал, что Джаспер не приходил, а после направился к дому самого бармена. — Открыто… — даже голос был слаб. Яша осторожно отворил дверь, вошёл внутрь… И первым делом взгляд его упал на золотое зеркало — предмет обихода, не свойственный бармену. Вся мебель вокруг была сделана из коряг и пней деревьев, несколько глиняных тарелок, ложек и кружек, стеллаж с посудой для бара, да кривая деревянная кровать, также наспех сколоченная из двух коряг — золотое зеркало тут ну очень было не кстати. — Ты как? — барашек осторожно сел на край кровати и задал вопрос более логичный, чем о зеркале. Джаспер даже не открыл головы, предпочитая прятаться под одеялом. — Оставь меня. Мне не очень хорошо… Я отлежусь и выйду на работу, честно… — Да дело даже не в том, выйдешь ты или нет. Ты сам как себя чувствуешь? Если надо — я попрошу парней подменить тебя, не проблема. Главное, чтобы ты был здоров! — барашек положил руку на, как ему показалось, плечо кроля и почувствовал еле заметное дрожание. — Джаспер явно сдерживал плач. — Я… Я приду к тебе в обед и принесу покушать, хорошо? Не дождавшись ответа, барашек покинул дом кроля. Джаспер же позволил наконец себе отпустить свои чувства и расплакался, уткнувшись носом в подушку. Горячие чистые слёзы моментально окропили ткань. Не золото, как было раньше, а обычные солёные прозрачные капли. После долгого плача кроль наконец нашёл в себе силы сесть на кровати. Он утёр мордашку, посмотрел на мокрые следы от слёз и тяжко вздохнул. Уж лучше бы боролся с постоянной Болью… — Ты бы был поосторожнее со своими желаниями. Ведь я могу и обратно забрать свой подарок, — кроль поднял голову на стоявшего у соседней стены Голда. Дракон вальяжно облокотился спиной о древесную стену и смотрел на кроля загадочным взглядом. — Что ты ещё хочешь? — у Джаспера не было ни сил, ни желания спорить с золотым демоном. — Я лишь пришёл удостовериться, что не ошибся в своих решения. И вижу, что немного ошибся — ты стареешь куда быстрее, чем мне бы хотелось. Ха! Даже тут обогнал всех остальных смертных. — Отстань, а? Вот не до тебя и не до твоих подколов… Какая разница, как быстро я старею? Этот процесс нельзя обратить… — Джаспер с трудом поднялся с кровати, прошёлся по дому и остановился вновь у золотого зеркала. Теперь даже слепой увидит, что кроль стал глубоким старцем. Состарился всего за два дня… — Нравится подарок? — Голд подошёл со спины и немного наклонился, чтобы иметь возможность видеть и себя, и кроля в отражении. — Ах, какой красавец. Но я не могу тебе позволить вот так просто умереть от старости в этом грязном и затхлом доме! — И что же ты сделаешь? Снова «озолотишь» мне черепушку? Чтобы я был бессмертным? — стоило бармену лишь сказать это, как Голд достал из-за спины его старый золотой череп. — Нет… Ты не посмеешь! — О, не волнуйся, Боли ты больше не почувствуешь. Я, в отличие от той неумелой дряни, золотом владею на ура. Я дам тебе возможность быть бессмертным супротив твоему организму. Ты же в курсе, что не должен был рождаться? Сама природа наделила тебя ускоренным ростом и, соответственно, устареванием. Твой жизненный цикл должен был составлять две недели максимум — ведь такие чудовища как ты не должны существовать в этом мире, понимаешь? — дракон вдруг схватил испуганного кроля за голову и развернул к себе, глядя в его зелёные глаза: — Милашка. Но молодым ты мне нравишься куда больше. Так что я подарю тебе ещё кое-что. Но мне нужно будет получить от тебя кое-что взамен, понимаешь? Мы, демоны, не работаем просто так. — Как будто я горю желанием тебе что-то отдавать! — вырваться у кроля не удалось. Но его тщетная попытка вызвала улыбку на морде демона: — Какой буйный. Даже потеряв из-за старости все свои силы, ты продолжаешь сопротивляться. Ладно уж. Я дам тебе возможность жить дальше… Но придётся за это заплатить…

***

— Яша сказал тебе срочно пойти к Джасперу! Немедленно! — с криком в лечебницу влетел один из иных, перепугав всех находящихся там. Баал посмотрел на него с презрением: — Подождёт! — Ничего не подождёт, у него там пузо разодрано, живо бери свои инструменты и бегом к Джасперу! — продолжал кричать на лекаря иной. — А я за Нариндером! — и пулей вылетел из лечебницы. Ошалелый Баал ещё с минуту стоял, не в состоянии осмыслить всё произошедшее, а затем, схватив свои вещи, побежал к домику бармена. В доме же царил бардак — перевёрнутая мебель, разбитое золотое зеркало (причем треснула только оправа, само стекло на удивление осталось целым), скорлупки огромного яйца, на кровати, в куче грязного окровавленного белья, лежал кроль, тяжко дышавший, рядом с которым сидел барашек, перемотавший ему раны как мог. — Что с тобой?! — Баал подошёл к кровати, игнорируя перепуганного барашка. Он стянул кровавое одеяло, ужасаясь чудовищным ранам на теле кроля: пузо не просто было разодрано, огромная рваная рана тянулась почти от самого горла к низу живота, все внутренние органы кое-как перемешаны и перепутаны, руки и ноги переломаны, с грубыми красными отметинами, будто кто-то насильно удерживал его, а на голове… Голова кроля была на удивление практически в полном порядке. Лишь на его пятнышке-сердечке теперь красовалась эмблема золотого черепа, а след от ожога вокруг говорил о том, что этот символ был прижжен к нему насильно. На губах — какая-то засохшая жидкость, в глазах — туман. Было очень странно смотреть на то, как он дышит, учитывая его состояние. И всё это было достаточно плотно, но неуклюже перебинтовано барашком. — Я… Я услышал его крики, попытался войти, но дверь не открывалась, я сразу же побежал за подмогой — парни мои должны были привести тебя или кого-то из старост. Я правда не знаю, что произошло… Когда пришёл обратно — дверь была открыта, а Джаспер… — Это Голд, — с трудом выдавил из себя Джаспер, за что получил от лекаря моральную оплеуху: — А ну цыц! Лежи смирно! Я попробую тебя сейчас быстренько привести в порядок, но нужно будет потерпеть, хорошо? Что бы ни случилось — ни в коем случае не засыпай! Яша, смотри, чтобы он не потерял сознание! Это будет хуже всего! — и Баал взялся за свою работу: принялся собирать остатки бармена в кучку. Как раз в этот момент к дому кроля подоспел Нариндер: — Что случилось? Яша, почему у тебя такой взгляд, будто это ты виноват? — ответом было лишь безмолвное мотание головой черного барашка. — Я надеюсь… — Это Голд, — ещё с большим трудом вымолвил кроль. — Лежи, когда Баал закончит, тогда и поговорим. Как жаль, что Агнца сейчас нет… Ты главное продержись до его возвращения! Баал, как нам его в лечебницу отнести? — Никакой лечебницы! — рявкнул на своего наставника кот. — Если мы его в таком состоянии попытаемся транспортировать, то живым он до прихода пророка уже не дойдёт! Я стабилизирую его состояние, но двигать его ни в коем случае нельзя! Это понятно?! — Да… — Нариндер опешил от такого нападения со стороны своего воспитанника, но спорить с ним не стал: — Хорошо. Что-то ещё требуется? — Если сможете немного привести его в чувство и подлечить — будет хорошо, — Баал помнил, что Нариндер мог лечить мелкие раны и ссадины, а также облегчать состояние тяжелобольных и раненых, пока Агнец не вернётся в культ, может и с такой бедой поможет? — Яша, принеси чистой колодезной воды, живо! Под жёстким руководством Баала состояние Джаспера было стабилизировано, чудовищные раны зашиты, а сам кроль преспокойно уснул вполне себе здоровым сном. Лекарь тяжко вздохнул, вытирая лоб тыльной стороной окровавленной ладони: — Я вообще без понятия, что это сейчас было… — Что ты имеешь в виду? — Нариндер ополоснул лапы в ведре холодной воды, отчего шерсть на его загривке встала дыбом. — Вы когда-нибудь видели такие жуткие раны? Его будто епископ на пополам попытался разорвать… — лекарь ещё раз осмотрел буйство в комнате… — Скорлупки яйца.? — Думаю, тут не обошлось без демонов, — выдал свой вердикт Нариндер. Я позову сюда Алого, пусть разбирается, что это такое. — Надеюсь, что это не демоны… Страшные они… — вздрогнул Баал.

***

*Джаспер* М, я снова вижу моську Яши сразу как проснусь. Впрочем… — Ты как себя чувствуешь? Как чувствую себя, спрашиваешь… Я выспался? В остальном и целом чувствую себя паршиво. Ой, точно! Меня же порвали тогда! Я подскочил, осмотрел на своём теле ровный шов… — Меня… лекарь так подлатал… да? — Да, я сказал своим парням привести лекаря, а потом Баал тебя зашил, — точно… даже на руках и ногах вижу бинты. А почему грудь просто зашита? А перебинтовать? — Бинты должны были придерживать специальные мази для лучшего заживления, а тут вроде как очень смертельная рана. — Он здесь? — о, слышу голос нашего пророка. Агнец… Как приятно видеть тебя вновь. — А ты ещё в худшем состоянии, чем я мог бы предположить. Ну и бардак у тебя тут… — ну да, ну да… После того, что устроил тут Голд, никто особо и не убирался. Пока Агнец меня лечил, в дом вошёл Нариндер. Он обратился, скорее, к белому барашку, нежели ко мне: — Алый на призыв не отвечает. Уже десять часов как от него нет вестей. Странно это всё… — Может Сильвера призвать? — вмешался я в их разговор. — Сильвера… — трехглазый почесал подбородок. — А как? — Ну… жертву принести, не? А как вы с Алым общаетесь? — У нас есть круг призыва демонов, мы туда кладём какой-нибудь дар и просим демона прийти. Алый обычно быстро приходит, а тут прямо потерялся… — Всё, готово! — Агнец вдруг резким движением выдернул нить из моего шва на теле. Шрам остался… — Я немного отдохну и восстановлю тебя полностью, хорошо? Но зато теперь твоей жизни ничего не угрожает. Ты можешь теперь ходить, общаться, но работать я тебе запрещаю до полного выздоровления, ты меня понял? — даже сил пророка не хватает, чтобы восстановить меня полностью. — Понял. — А почему ты его сразу полностью не восстановишь? — Нариндер задал вопрос. — Не вижу смысла тратить лишние силы. У Джаспера очень сильные регенеративные способности. Будет плохо ими не воспользоваться. Странно, что я не замечал этого ранее… — пророк так внимательно меня осматривает… — Ты как будто живёшь быстрее всех остальных — оттого и раны твои затягиваются быстрее, чем у других. Но, видимо, эта штука у тебя на голове заставляет твоё тело раз за разом омолаживаться… По сути, ты бессмертен… — Очередной подарок Голда… Я знаю как привлечь Алого или Сильвера в наш мир, — у меня как минимум есть зеркало с треснувшей оправой, явно не от нашего мира. Уж этой-то штукой я заставлю демонов тут появиться! Нариндер показал мне круг призыва демонов (почему он находится посреди кладбища, да ещё и рядом с тюрьмой?!), Чип проводил нас грустным взглядом. — Да не приносят меня в жертву демонам! — вдруг крикнул я на старого гробовщика. Секундой позже я ужаснулся от того, какие мысли меня вдруг посетили и закрыл рот от испуга. — П-прости, Чип… — Живи долго и счастливо, — улыбнулся он мне. Он очень добродушный мужик, это правда. — И вы тоже… — неловко вышло… Однако вернёмся к кругу призыва! Несколько чёрных камней, украшения из кости и торчащие по периметру острые пики. А также большая чаша для подношения — явно сделанная из другого камня. Я осторожно поместил в чашу взятое с собой золотое зеркало, глянул на Нариндера, ожидая дальнейших указаний. — Теперь ты взываешь к демону, которого хочешь призвать. только будь осторожен, и не называй более одного имени — а то прилетят сразу двое. — Понял, — ниче не понял. Но на всякий случай не буду упоминать Голда в своём обращении к его младшему брату. — Сильвер, я призываю тебя… Это невежливо! Мне даже договорить не дали! Стыки между черными камнями вдруг налились кровью, зашипели и выронили огромный клуб дыма, от которого я закашлялся! Меня за шкирку вытащили из этого дьявольского круга, где буквально через секунду появился злющий дракон Сильвер: — ГДЕ ОН?! — К-кто? — я не боюсь его, нет! Но само появление меня жуть как напугало! Да ещё и Нариндер держит меня крепко за шкирку. — Где Голд? Где эта сволочь?! — видя мой испуг, он немного поумерил свой голос. Но даже так чертовски страшно! — Меня больше волнует вопрос: где Алый? И почему он так и не объявился?! — Нари злится. Его можно понять. Дракон пару раз выдохнул горячий пар ноздрями, мотнул головой и заметно поуспокоился: — Алый занят. Где Голд? Ему не место в этом мире. На несколько минут воцарилась тишина. Ни я, ни Нари, ни пророк не знали, где находится Голд. Мы столкнулись с его последствиями, только и всего. Сильвер со вздохом поднял зеркало и осмотрел его со всех сторон: — Судя по всему, ему пришлось очень много сил слить на что-то очень важное в этом мире. Что он делал? Помимо того, что… — дракон замолчал, глядя на меня. Мысли читает, да? Читает же? — Ясно… Он так и не угомонился… — А можно узнать, что всё-таки произошло?! Агнец молчит, Джаспер тоже не особо горит желанием разбалтывать! Я имею право знать! — Нари… неугомонный. Не понравится тебе мой рассказ, да и… — Изнасиловал, заставил сожрать грех и выносить в себе яйцо, затем вскрыл тело, извлёк яйцо и заставил кроля это всё выпить. Этот процесс обратил старение вспять, Джаспер вновь стал молодым, а затем он переплавил его старый золотой череп и на живую прижёг ко лбу — такой артефакт заставляет тело раз за разом омолаживаться, что по сути является аналогией бессмертия. И всё это без прямого согласия, — хе, судя по взгляду Нари, он явно не хотел этого знать. — А ещё он держал меня насильно и кусал везде, — буркнул я. Сильвер лишь искоса глянул на меня: — Я думаю, мало кому захочется знать твои страдания прям вот до подробностей. Но сейчас же тебе лучше, да? — Угу… — Голд просил что-то взамен? — Ну… Он просил, но я отказал. Сказал, что лучше умру, чем соглашусь на его условия. — Это хорошо, главное, чтобы этот шкодник ещё чего не вытворил. Значит так, поступим следующим образом: эту вещь я у Вас оставляю — будете следить за состоянием Голда. Путь в мир демонов я ему перекрою, благо сил мне на это хватит. Джасперу дам это, —он протянул мне маленькое серебряное украшение. — Это серьга для уха. Проткнёшь ухо и вставишь серьгу. Или попросишь Агнца. Она будет тебя защищать от нападок Голда. Носить не снимая. Так, вроде всё… Без подпитки мой брат долго не выдержит — сам вылезет на свет. А когда ослабнет, там его и твоя корона поработить сможет, — кивнул он в сторону Агнца. — Зеркало повесить на самую открытую территорию. — Бар подойдёт? Хотя я не особо жажду смотреть в него, — я вертел в руках серебряное украшение. Вот оно-то меня спасёт? Очень сомневаюсь. — Оно и не нужно. Это простое зеркало, но с частичкой его силы — оно как олицетворение его сил, чем он слабее, тем больше сколов будет на нём. В конечном итоге металл почернеет и будет рассыпаться в хлам — именно в этот период его состояние будет близко к жизни простого смертного. Надеюсь, я объяснил понятно. — Что делать с Голдом, когда он ослабнет? — задал вполне логичный вопрос Агнец. — Что хотите. Можете на замок посадить, убить, меня вызвать… Что в голову взбредёт, то и делайте. Мне на него искренне плевать. Когда он и получит по шее, то сам в этом и будет виноват. Если на этом всё, то я возвращаюсь обратно, — и, не дожидаясь разрешения, Сильвер исчез в клубах дыма, оставив на своём месте лишь разбитое зеркало. Голд всё ещё охотится за мной… Я его выгодный трофей… Но зачем? Когда он пришёл ко мне и силой завладел моим ослабшим телом, я и понять не мог, зачем ему это! Он даже заставил меня проглотить этот мерзкий чёрный ком с глазами! — Грехи дают возможность смертным иметь детей, даже если они чисто физиологически этого не могут. А яйца, которые формируются из этого греха, обладают поистине удивительной способностью. Что ж… Раз и Сильвер сказал, что яйца из греха омолаживают смертных, то точно удивительные способности. Вот только… Чтобы извлечь растущее яйцо в моём организме, Голд меня почти что напополам порвал. Нельзя же так! — Тебе помочь её надеть? — от мыслей меня отвлёк пророк. Видимо, мой взгляд, направленный на серьгу, он растолковал иначе. Мысли же не читает также часто, как демоны. — А… да… наверное… — я протянул ему украшение и немного наклонился, чтобы он мог достать до ушек. Щёлк! Небольшая боль сопроводила этот процесс. Но, учитывая, какую Боль я терпел до этого — это так, лёгкая неприятность. — Значит, я иду работать, да? — я отогнул ухо и посмотрел на красовавшуюся там серьгу. Странно всё это… — Ты идёшь отдыхать! — Агнец тем временем взял зеркало. — Пока не поправишься полностью, работать я тебе запрещаю! — Как скажете… — я не могу противиться приказам. И даже сейчас. — Я могу делать всё, что захочу? — Да. Отдыхай, можешь помочь кому-то ещё, но не увлекайся тяжёлой работой! — Я понял, — может, Яшу проведать? Я его с утра не видел. Интересно, чем он занимается… — Джаспер! — меня радостно встретили его парни в их общем доме. Их местное население называет «иные» — потому что они со своим пророком прибыли из иного мира. Но если так подумать… То я ведь тоже в некотором роде «иной», да? Как я понял из рассказов Яши и местного населения, в мире барашков кроме него или Агнца не оставалось. По одному рогатому на мир, так сказать. Четыре епископа заточили Нариндера в Небытие… Но рассказы, которые я слышал в детстве, и которые потом передавал маленьким детям, совершенно иные… Наша прекрасная богиня Миледи (сейчас я так уже не считаю) росла простой жизнью, покуда вражда, чума, война и смерть не настигли её семью. В страхе она бежала, молила о помощи, но никто не смог ей помочь. Перед тем, как тело ей было предано топору, она отдала себя во служение справедливого бога. И когда смерть забрала её жизнь, заточённая в Небытие Богиня дала ей силы бороться дальше. Она сказала: «Пусть последователи твои не знают голода и холода, пусть в домах их всегда горит огонь надежды, а враги твои загнутся от боли, которую вытерпела ты». Богиню ту звали Хекат, она мудро правила своим народом, но остальные епископы, видя счастье на лицах её последователей, видя, что те не знают голода и страха, решили проучить её и заковали в Небытие. Вместе со своим пророком, Богиня нашла выход из мира Небытия и теперь путешествует по миру, а Миледи возглавила свой культ, коим руководит и по сей день. Я не особо верю в правдивость всей истории, но даже если она и отчасти верна, то Нариндер был именно тем, кто убил пророка, а не был заточённым в плену. Это может значить в том числе, что я — тоже из иного мира, отличного от мира белого и чёрного барашков. Иномирец… Ещё никому я об этом не говорил. Меньше знают — крепче спят. Тем более, что к иномирцам в культе до сих пор относятся не очень дружелюбно. Но у чёрного барашка хотя бы есть маленькая группа, которая держится друг за друга, а что будет со мной? Я-то ведь здесь совершенно один… — Привет, — прочь, глупые мысли! Меня в культе уже приняли. И не важно, что было в моём прошлом. Миледи ни за что не покусится на это прекрасное место. — Мы слышали, что тебе досталось, всё хорошо? — они на самом деле искренне за меня беспокоятся. Проводили меня к столу, усадили, предложили перекусить или выпить воды с дороги. Яша сидел тут же, за столом. Выглядел он куда спокойнее. Он улыбнулся мне: — Рад, что ты в порядке. — Спасибо… Я уж переживал, что помру, но нет — жив и здоров. — Это самое главное. Иные же начали меня расспрашивать о моём самочувствии, предлагали помочь, если что вдруг. Эх, хорошие они всё-таки парни… И Яшу уважают. Я слышал о том, что черного пророка считают злом во плоти, но Яша совершенно не такой. Он добрый, понимающий, сострадательный. Но к своим подчинённым требовательный и, порой, жестокий — он может и пинка под зад дать, и подзатыльник, если кто не слушается. А рука у него тяжёлая! Тем не менее, его иные любят. Любой его приказ выполняется беспрекословно. Пусть даже его маленький культ и не расширяется также быстро, как культ Агнца, но пару-тройку новых лиц я здесь вижу. — Один из демонов в нашем мире, — я подумал, что Яше и иным стоит об этом знать. — Он устроил на меня охоту и хочет… — я замолчал… Чего же хочет Голд? Когда он в неистовстве издевался над моим телом, его скрипучий шёпот говорил: «Ты будешь мой. Я сделаю тебя своим»… Сильвер упоминал, что его брат ни перед чем не остановится в том, чтобы заполучить желаемое. Но я нисколько не горю желанием быть игрушкой для безумного демона. Пусть хоть что делает, я ему так просто не дамся! Ещё какое-то время я пробыл среди иных, поболтал с ними о том да о сём, а затем направился в бар.

***

*Автор* Голд замер. Прямо перед ним, спиной к нему, стояло его сокровище. Джаспер перевесился через барную стойку и достал себе выпивки, чтобы хоть немного скрасить свой выходной день. Но что это? Какая-то неведомая сила не позволяет спокойно подойти к нему. Более того — его демонически способности гасли, если он приближался. — Я слышал твои шаги, — Голд хотел воспользоваться ситуацией, но Джаспер его опередил. С бутылкой в руках он скучающим взглядом осмотрел демона: — А чего ты обратно-то не вернулся? — Зачем мне уходить, если моё сокровище осталось здесь? — демон попытался завладеть ситуацией, ухватить кроля за уши, но болезненный удар током заставил его отдёрнуть руку. — Тебе брат не даёт уйти отсюда, — холодно и жестко, будто вбивал клинья в земля, произнёс Джаспер. — Но и меня ты тронуть теперь не можешь. — О, ты думаешь, что мной можно будет вот так просто манипулировать? — но в глазах кроля он уже выглядел слабым и беспомощным. Осознавая это, Голд начал звереть: — Ты же понимаешь, что я начну вытворять всякое с теми, кто не защищён меткой брата?! Ему не хватит сил уберечь весь мир! — В таком случае даже не надейся на моё расположение, — и кроль налил себе в стакан жидкости из бутылки, совершенно не обращая внимания на чуть ли не полыхающего от злости демона. — Если я узнаю, что ты каким-то образом навредил кому-либо из культа Великого пророка… Я не просто сдам тебя брату. Сначала я буду бить тебя, швырять камни и палки, настрою против тебя всех… И когда ты приползёшь ко мне с извинениями, я подумаю над тем, чтобы дать тебе возможность жить дальше. Ты не тронешь никого из местного населения. Или я найду на тебя управу. А теперь пошёл вон. Джаспер понимал, что теперь его никто не тронет. И если Голд на самом деле хочет заполучить его и его расположение, вредить культу он не станет. Демона посадили на короткий поводок.