Из клетки неведения

      Уютную комнату освещало дневное солнце. На столе все еще в некоторых местах лежала пыль, чистая белая одежда ожидала на дубовом стульчике у кровати, светлые плотные шторы закрывали лишь половину окна несмотря на то, что всего некоторое время назад в эту квартирку заселили Рэнни, которая все также лежала на кровати в смятых одеяле и простыне. Выданные книги с правилами охотников еще запакованные простаивали на прикроватной тумбе, вызывая лень каждый раз, когда попадались на глаза. Всего несколько часов назад человек, занесший их и представившийся Йормом Кафой, принес и уведомлении о поступлении в отдел. Все это время девушка не решалась открыть конверт с ним.       В дверной звонок снова позвонили. Противный звон заставил Эндэли медленно встать и пройти к двери. В этот раз за ней оказался не Кафа, обещавший зайти за ней через некоторое время.       – Здравствуй, – с улыбкой сказал он и неуверенно продолжил, – меня отправили к тебе… я и сам не понял зачем. Братец просто попросил познакомиться с напарником. Хотя мы и так бы познакомились позже.       Рэнни на мгновение замерла и снова провела взглядом по парню. Короткие черные волосы, торчащие в разные стороны. Серо-зеленые узкие добрые глаза. Чистая белая форма, состоящая из пальто, напоминающем шинель, штанами и черными ботинками на маленьком каблуке. Придя в себя, она заговорила:       – Познакомиться?       – Да! Я Нёр Йорм. Ты наверно знакома с братцем. Он заходил к тебе несколько часов назад. Надеюсь, он не был груб. Не был же?       – Да нет, – постояв, Рэнни перевела взгляд в стороны только бы не смотреть на Нёра из-за наступившей паузы. Немного отойдя в сторону, она подняла руку, приглашая войти в квартиру. – Ну, проходи? А то стоишь тут на лестничной площадке.       В миг оживившись, Нёр прошел в квартиру, а Рэнни быстро закрыла дверь и неосознанно потянулась. Парень же прошел в единственную открытую дверь, которой которая вела в спальню. Туда же зашла и снова упала на кровать Эндели.       – Что-то случилось? Я думал, ты будешь рада. Все же попала в самый безопасный и нормальный отдел. Тут радоваться надо.       – Я надеялась на какой-то выбор, но меня сразу отправили в определенный и никакой больше, – пробубнила Рэнни.       – И в какой же ты хотела? – недоуменно спросил Нёр, беря в руки конверт с информации о распределении и садясь на стул.       – Отдел науки или хотя бы разведки. Йорм аккуратно развернул конверт и достал пару бумаг.       – Ну, у тебя были все шансы попасть туда, – улыбнулся парень и положил лист с итогами на кровать рядом с Эндэли. – Скажу так, милашка. Ты не попала в разведку, потому что Казу копыта с землю уперла и ни в какую не захотела принимать. Ну а в научном тебе бы не понравилось. Дадбад, конечно, прекрасный и заботливый командир, но жуть как помешан на своих исследованиях. Все пытается узнать больше о странном листе бумаги, который нашли на одной из вылазок в Разу.       – Лист бумаги? – резко спросила Рэнни, привставая.       – Десять на двадцать сантиметров. Синий такой. От него сначала хотели избавиться, как и от остальных ненужных бумаг, но не получилось. Сколько бы ни рвали и ни сжигали все бестолку, – Нёр почесал затылок и откинулся на спинку стула. – Сейчас хранится у нас в архиве. Однако Дадбад все пытается убедить начальницу отдать его на опыты.       – А можно на него посмотреть? – осторожно задала вопрос девушка, приподнимаясь на кровати.       – А ты еще спрашиваешь. Архивная бездна открыта для всех членов охотников. Однако…       – Однако?       – Если ты из боевого отдела, вход без сопровождения запрещен, – показав руками крест, сказал Йорм.       – Почему? – удивилась Рэнни, садясь на кровати.       – Не знаю. Таковы правила. Не я их придумал. К тому же, если они есть, то тому есть разумная причина, – он развел руками, легко улыбнувшись.       – Слушай, а можешь рассказать еще чего-то об отделе информации? – с любопытством поинтересовалась Эндели, отведя взгляд.       – Конечно! Спрашивай что угодно. На все вопросы отвечу или попытаюсь ответить!       – Тогда можешь вкратце рассказать об отделе? Чувствую, на чтение книг у меня не хватит ни сил, ни времени, – голос ее звучал неуверенно и будто бы виновато.       – Начну, пожалуй, с того, что отделом информации управляет Мэри Галеро. Мы пойдем к ней завтра. Или сегодня. Не беспокойся, я проведу тебя. Так, ладно. Сам отдел располагается и заведует Архивной бездной – крупнейшим скоплением информации в мире. Она делится на несколько уровней и уходит глубоко вниз. Скажу честно, даже мой брат не бывал на самых нижних этажах. Первые два сверху занимают жилые помещения: кухня со столовой, спальни, душевые. Туда тебе придется переехать к концу завтрашнего дня. Так как мы будем напарниками, то будем жить в одном номере. Одна будет только гостиная, спальни, конечно же, раздельно. Дальше вниз идет сам архив. Точно не скажу, но вроде там около пятидесяти этажей, на которые можно без труда спускаться. Там мы и будем работать. Членов нашего отдела часто посылают в другие. За всю службу успеешь побывать в некоторых, – Йорм рассказывал с энтузиазмом и в некоторых моментах показывал руками.       Рэнни еще много чего спрашивала у Нёра, пока солнце не стало приближаться к горизонту. Сама девушка заметно оживилась. В голове ее появлялись вопросы, ответы на них, другие мысли. Однако один вопрос все продолжал висеть прямо в воображаемом списке особо важных. Что за листок такой волшебный? Не рвется и не сгорает. Даже после того, как его несколько раз в грязи валяли и сминали ему ничего не было. Только маленькие едва заметные вмятинки. В этом Йорму было сложно поверить. Единственное, что оставалось Эндэли это пойти и проверить самой.       Засыпала в конце дня она с точно поставленной целью. И буквально с самого утра ей предоставилась эта возможность. Около восьми часов пришел Нёр и с порога сказал ей собираться. Впопыхах надев на себя белоснежную форму, Рэнни вылетела с небольшой сумкой всех ее вещей из временной квартиры. Недолго петляв по коридорам здания, она оказалась на улице. А двери высокого дома закрылись за ее спиной. Прохладный ветер подхватил ее короткие волосы, играясь с ними. Шумели кроны деревьях, когда он проходил сквозь начинающие желтеть листья, подхватывая несколько из них и унося к небу.       Оглянувшись вокруг, она заметила и Нёра, стоящего рядом с дорогой и смотревшего куда-то вперед. Рэнни тихо подошла к нему и кинула взгляд туда, куда смотрел и он, а затем заговорила:       – На что ты смотришь?       – А? – парень вздрогнул и бросил взгляд на нее. – Ты чего пугаешь?       – Я? Пугаю?       – Вообще да, но не важно. Идем. Пора ехать! Вперед к архиву! – радостно сказал он, подходя к стоящей неподалеку машине. – Садись сзади и пристегнись.       Послушав своего нового напарника, Рэнни аккуратно присела внутрь и пристегнулась. В машине было все чисто и опрятно даже несмотря на ее старость. Кажется, если она ничего не путает, такими пользовались век назад.       Но сейчас не это было важно. Напротив. Удивление сменилось шоком и страхом за жизнь, когда они поехали. Нёр водил ужасно: вечно уезжал с одной линии, поворачивал, не включая поворотники, и делая невообразимые вещи. Один раз машина просто выехала на тротуар и повредила дорожный знак, который упал прямо на какое-то устройство, заставив его загореться.       – У тебя вообще права есть? – со страхом спросила Рэнни схватившись за края сидения.       – Ну, были, а потом их забрали, а теперь вернули. Не беспокойся. Это не первый раз, когда я везу кого-то. Будем живы. Клянусь.       – Я начинаю сомневаться! – прокричала девушка на очередном повороте.       – Ну вот и приехали. Не беспокойся, – попытался успокоить ее Нёр, проезжая один из перекрёстков и перебраковываясь у большого одноэтажного здания. – На месте.       Выходя из машины, Эндэли еще некоторое время постояла около нее на трясущихся ногах, чтобы мысленно поругаться и отойти от самой поездки.       – Мэри будет ждать нас в своем офисе в одиннадцать.       Мысленно Рэнни уже придумывала, как убивает его самым мучительным способом. Она подошла к Нёру и пнула его по ногам, и закричала:       – Сейчас только девять часов утра! Зачем надо было так торопиться?!       – Ну я не думал, что мы так быстро придем. Мы можем пока что сходить в номер. Разложишь там свои вещи и посмотришь на комнату, – попытался сгладить ситуацию парень, но взамен получил очередной пинок по ногам и быстрое «веди».       Снаружи архив представлял из себя серое здание без каких-либо украшений. Несколько черных дверей, стоящих в ряд на входе и пару окон рядом. Само оно напоминало круг. Внутри же оказалось, несмотря на отсутствие окон, очень светлым местом. Первый этаж был всего лишь приемной в несколько квадратных метров. Пройдя через нее и спустившись на один ниже, они оказались в до ужаса светлой и большой комнате. Потолок был стеклянный, но по разным сторонам все равно были установлены лампы. Всюду ходили люди, переговариваясь между собой и обмениваясь бумагами. По разные стороны были расположены двери с табличками на них. В самой середине была огромная дыра, огражденная перилами.       – Удивлена? – внезапно спросил Нёр и потянул напарницу к ряду из дверей по правую сторону.       – Еще как! Что это вообще за дыра?! – воскликнула девушка, освобождаясь от хватки, предпочтя идти следом на некотором расстоянии.       – Ну, как я уже говорил, архив разделён на несколько десятков, а то и сотню этажей. Мы сейчас на первом. Второй будет еще номерами, а третий столовой и душевыми. Когда пойдем к Мэри, увидишь. Уверяю, ты будешь в еще большем восторге, – в предвкушении сказал Йорм, останавливаясь у двери с номером 9.8. – А здесь мы будем жить.       Открыв дверь, он театрально пригласил внутрь Рэнни, а когда она зашла, закрыл.       – Твоя комната справа. Туалет в конце коридора, а рядом гостиная. Если что-то понадобится, я у себя, – вмиг он исчез за соседней дверью, указав на нее предварительно.       Решив для начала оглядеться в номере, Рэнни прошла в свою комнату. На первый взгляд она была простой. Шкаф, стол, стул, кровать. Все стоит близко друг к другу. Одно окно прямо напротив двери, выходящее прямо на восток. Стены серые, а пол коричневый. В ящиках стола были только пара ручек и стопка чистых листов, а на нем самом легкий слой пыли. Кровать была уже застелена чистым бельем.       Гостиная же оказалась более уютной и разукрашенной. Яркий зеленый пол, нежного голубого цвета стены. На потолке сразу же были замечены нарисованные облака и солнце. Диван, светло-коричневый с текстурой дерева и пледом стоял у дальней стены. Рядом небольшой столик с ящичками. Напротив него широкое окно с плотными темными занавесками и тумбочка. По углам лампы с абажурами.       – Не плохо, да? – неожиданно спросил Нёр. – Кафа вечно говорит, что не стоило делать такое и потом нужно будет все закрашивать. Но мне кажется, что это того стоило.       – Да, не плохо, – согласилась Рэнни, пройдя вглубь, но потом удивленно обернулась. – Подожди! Ты все это сделал? Да тут же работы на несколько дней. Одни облака чего только стоят! Они же как настоящие!       – Оу, спасибо. Я старался. Однако! Дождись ночи и увидишь что-то еще лучше. Ну а теперь нам пора! – внезапно сказал он и пошел к выходу.       Когда они вышли, то сразу вновь оказались на свету. Йорм пошел в краю, где не было ограждения. Рэнни последовала за ним. Как оказалось это был лифт, который сразу стал опускаться.       По мере спуска становилось темнее, а людей все меньше.       – Когда зайдем в кабинет, советую следить за языком, – предупредил Рэнни Нёр, выходя на землю. – Мэри тебя, конечно, не убьет, но все же, если не хочешь выделяться, не стоит злить эту женщину.       Постучав в дверь, Рэнни задержала дыхание. В ответ сначала была тишина и только через несколько минут послышалось легкое «Входите».       За дверью скрывалась темная комната. Ковры покрывали дубовый пол. Несмотря на расположение в одном из самых нижних этажах бездны, было очень светло. В основном за счет множества ламп в разных углах. В стенах были вырезаны заставленные книжные полки. Потолок украшали узоры и декорированные лампы. В середине стоял большой стол с бумагами и сидевшей за ним Мэри Галеро.       Девушка носила круглые очки. Имела черные волосы, которые были собраны в хвост, темную кожу и синие глаза. Она подняла глаза на Рэнни и серьезно смерила ее с ног до головы. Затем вздохнула и отчего-то недовольно пробормотала:       – Ну и работника мне подсунули, – после чего выпрямилась в кресле и уже громче и быстрее продолжила. – Надеясь ты знаешь свою работу. Начинать можешь хоть сегодня. За вопросами обращайся к напарнику. Опережая вопрос о так называемом собеседовании, о котором говорят все в Архиве, то можешь забыть. Все это небылицы. Какие-то вопросы есть?       От удивления, Эндэли не могла и слова сказать.       – Ничего? Отлично. Ты свободна. Поздравляю с поступлением на службу в Архив.       На этой ноте Рэнни выставили за дверь, за которой уже ждал Нёр. Все время он просто смотрел вверх, оперившись на перила, а когда услышал открывшиеся двери, глянул на напарницу.       – О, ты уже все? Удивительно, обычно люди много времени проводят. Бывает и по часу.       – Она долго рассказывает те несколько предложений или дает больше информации?       – Нет, обычно все спрашивают что-то. Но ладно. Идем.       Новое рабочее место представляло собой обычное офисное окошко, которое Рэнни видела на работа своих родителей, будучи еще совсем маленькой. Однако это было совмещено с местом Нёра и единственное, что давало хоть какое-то ощущение личного пространства, были стенки по правую и леву сторону, а также расположение столов. Они находились напротив и если ты работал, то находился спиной к напарнику.       – Ну как тебе? Это еще хорошее место. В отличие от некоторых. Рэнни предпочла не знать тех мест.       – Кстати, – когда они уже работали, Нёр внезапно обратился к ней. – Ты про тот листок странные спрашивала, да? Я отправил запрос. Примерно через два-три часа должны принести.       А ведь она уже и забыла про него. Поездка к бездне, сам Архив, встреча с главой. За эти пару часов эта бумажка вылетела из головы. И теперь придется ждать еще несколько часов, чтобы ее наконец увидеть, а пока нужно было разбирать разные записи.       К неудаче Эндэли ей попалась работа, которую она ненавидела всей своей душой. Перевод и расшифровка старинных книг и документов, которую ей подсунули, не спросив согласия. На немой вопрос в сторону Йорма тот ответил, что: «Здесь вообще никого не спрашивают, что хочешь делать. Дали работу, дак работай и не задавай вопросов. Это Архив, милашка». Уже спустя час-два нервы и терпение сдали.       – Я не могу так работать! – прокричала Рэнни, резко положив голову на стол.       – Хэй, я бы не стал больше так делать, – повернулся к ней Нёр.       – Это невозможно сделать. Некоторые символы даже в самых старых словарях отсутствуют, а другие написаны так, словно их писали левой рукой, стоя на голове, а пишущий был правшой.       – Ну-ну, не стоит так драматизировать. Если чего-то не понимаешь, то просто пропускай. Может кто-то другой будет знать перевод.       – Но ведь мне поручили это делать, – недоуменно возразила Рэнни.       – Но никто не говорит, что ты должна сделать это полностью сама. Тогда бы переводы занимали у нас больше, чем неделю, а то и целый месяц. Так что можешь спокойно отправлять такие в стопку готовых у себя, – он показательно отложил один из документов. – Все равно это будет проходить еще не один стол.       – Но я не привыкла так бросать дела на половине.       – Придется привыкнуть. Здесь много может встретиться такого. Привыкнешь. Да и…       Тут его прервал подошедший мужчина с тележкой. Он достал конверт и передал его Нёру после чего пошел дальше. Нёр же отдал его Эндэли.       – Держи. Можешь отложить работу. Я закончу за тебя.       – Правда? – неуверенно спросила она. – И не станешь жаловаться на меня?       – Зачем? Если выданную работу выполняет хотя бы один в ячейке, то никто не беспокоится. Можешь спокойно заняться своими исследованиями этой бумажки. Постараюсь не мешать.       Закончив, он забрал бумаги и отвернулся к себе. После этого его было почти не слышно и лишь иногда появлялся шелест.       Немного повертев в руках конверт, Рэнни аккуратно его открыла. Внутри и впрямь был обычный на первый взгляд лист бумаги синего цвета. Однако что-то ее беспокоило в нем. По размерам он и правда совпадал со сказанным утром. Десять сантиметров с высоту и двадцать в длину. По краям были видны маленькие вмятинки и порезы, но по середине он был как новый. Словно там должна была находиться надпись. Долгое разглядывание ничего не дало. В этот момент Эндэли начала предпринимать попытки узнать, была там вдруг надпись и какие еще свойства присущи этому листу. Во время всех ее испытаний, когда на нее оборачивался напарник, чтобы проверить, как у нее дела, Нёр иногда отворачивался к своему столу с желанием нервно погрызть чего-то и помолится богам, чтобы его напарница не оказалась внезапно сумасшедшей. В один из таких моментов он не выдержал и пробормотал:       – Еще свет выключить и будто в ужастик попаду.       Рэнни на это лишь закатила глаза, но потом решила выключить свет у себя и посмотреть. Вдруг он еще и светится в темноте. И это дало свои плоды.       – Нёр, ты почему мне не сказал, что тут надпись есть?       – Какая надпись? – в недоумении спросил он и повернулся к Рэнни, которая показывала, на его взгляд, чисто синий лист бумаги. – Ты точно не сумасшедшая? Он пуст. Там ничего нет.       – Да нет же. Есть. Здесь написано: «Начало, скрытое тобой, унесёшь с собой причины на первое тысячелетие жизни.» Не знаешь, что это могло бы значить?       – Рэнни, – серьезно сказал Нёр.       – Что? Если быть точнее, то тут написано: "Куар, кьерту сола, пирсолик ху солах пекос слхо трок балькорих ливсвор".       – Этот лист пуст, а я подумываю звонить в психиатрическую больницу.       – Ты издеваешься? Тут правда так написано! – не унималась Эндэли, тыча в лицо Йорма.       – Ладно, допустим, там это и написано. Почему я этого не вижу, а ты видишь?       – А я знаю?       – Ну наверно. Вдруг ты как моя бабка, которая могла предсказывать будущее родственников, – посмеялся он.       – У тебя была… Стой! Я говорю правду.       – Хорошо-хорошо, мисс Рьерло, – Нёр поднял руки вверх и спокойно заговорил.       – Сделаем вид, что я тебе поверил. Но! Я почти уверен, что если существует этот листок, то должны существовать и другие листы. Да? Если бы мы были в фэнтези книге, то я бы так и сказал, но мы не в книге. Я не могу просто взять и поверить тебе.       – Ладно, но если появятся еще листы, то можешь мне их передать потом? – с надеждой спросила она и, когда получила в ответ кивок, отвернулась к себе и улыбнулась. Но уже через мгновение вспомнила. – Подожди. Ты назвал меня психом на языке древнегоров?       В ответ послышался лишь смешок.       – И еще, – уже более серьезно и тихо спросила Рэнни. – Я здесь новичок, а так просто получила то, что хотела. Это как минимум странно.       – В какой-то мере это из-за меня, – девушка недоуменно посмотрела на него. – Я брат главы нашего крыла. Один из прекрасных работников, которые метят на повышение. Для меня получить такую мелочь вполне возможно. К тому же мне для друзей ничего не жалко.       – Ты определенно быстро записал меня в этот список. Не боишься, что я буду пользоваться тобой и твоим положением?       – Ха! Не думаю. Ты не кажешься мне таким человеком. А у меня чуйка на это хорошая. Раздался звон колокольчика и один из работников-носильщиков, подойдя к ним, поставил на столы по стопке бумаг и ушел.       – А вот и еще работа подъехала. Ну ладно. Можешь продолжать изучать это, мисс Рьерло, – Нёр усмехнулся и отвернулся к себе.       – Я уже закончила. Лучше продолжу работать. И не называй меня так больше!       Оставшийся день пролетел незаметно. Уже ближе к восьми многие стремились в свои номера и столовую за ужином. В коридорах было не пройти. Из-за этого Эндэли пришлось смиренно стоять где-то в углу и ждать напарника, который бы смог вывести из этой ситуации и который появился только через пару десятков минут с небольшим пакетом.       – Где ты был?       – Ходил за ужином. Долго ждала? – спросил он и повел ее через толпу, иногда оборачиваясь.       – Достаточно, чтобы занервничать. Не люблю большие толпы людей, – на последних словах по спине Рэнни пробежали мурашки.       – Ну, теперь с этим придется сталкиваться каждый день.       Слова ничуть не утешили. Рэнни же погрузилась обратно в свои раздумья, продолжая идти.       Совсем же скоро из мыслей ее выдернул Нёр, открывший двери номера.       – Вот мы и дома. Красота. Кстати, предпочитаешь ужинать одна или нужна компания?       – Ну, почему бы и не без нее, – голос казался неуверенным, что слышал Нёр.       – Если тебе непривычно или не нравится, то я не настаиваю.       – Нет-нет. Все нормально. Просто раньше меня не приглашали поесть вместе. Сами как-то все собирались.       – А, ясно. Тогда ближе к девяти в гостиной, – Йорм улыбнулся и ушел в свою комнату, а потом и Рэнни к себе.       Переодевшись в свою обычную домашнюю одежду и причесав растрепавшиеся волосы, она пошла к гостиной, где уже во всю попевал чай ее напарник.       На столике у дивана были разложены контейнеры с едой: супом, хлебом и пара палочек с запечёнными шариками мяса с сыром. Когда Нёр увидел подошедшую Эндэли, то сразу жестом пригласил ее на трапезу.       – Уверен, что это вообще можно есть? – девушка явно не заметила сразу, что на шариках было еще что-то помимо сыра.       – Как видишь, я еще живой. Так что ешь.       На вкус это и правда было хорошо. Именно сейчас Рэнни поняла, что проголодалась. Странные пятна на мясе оказались просто необычной специей. Когда они уже заканчивали, Нёр внезапно вскочил и со словами: «Дырявая башка! Совсем забыл!» выключил свет. Именно тогда она поняла, что имел в виду утром Нёр. С небольшой задержкой на потолке засветились маленькие точки-звездочки, образующие созвездия. Солнце стало полумесяцем, а облаков будто и не бывало.       – Нравится? – послышалось со стороны Нёра.       – Ну, да. Неплохо.       – Это все?       – А что еще сказать? Да, это несомненно красиво, но я такое уже видела. Извини.       – Хах, ничего. Может быть, у меня еще найдется, что сможет тебе понравиться и удивить, – после этого Нёр зевнул, ложась на диван и закрыл глаза.       – Тогда удачи тебе.       Ответа на это не последовало. Посмотрев на него, Рэнни заметила, что Йорм уже спит.       – Быстро же ты, – прошептала она и накрыла его пледом. Сама же ушла к себе в комнату, погасив везде свет. Последний раз взглянула на синий лист на столе и легла в кровать, где вскоре также заснула.