Из клетки неведения

      Красный свет горел в коридоре. На стенах из пулевых дыр исходили искры. Обезвреженные андроиды, неестественно согнув конечности, валялись на полу.             Каждые несколько минут автоматический голос говорил об опасности рядом с просьбой пройти в специальные комнаты. Редко встречалась человеческая кровь, растекаясь по полу и стенам.       Мимо головы Рэнни мелькнула пуля и ударилась в голову андроида, который тут же упал. Она тут же взорвалась.       – Не задел? – обеспокоено спросил Нёр, выстреливая в головы еще двоих.       – Да у тебя глаз-алмаз. Еще пару миллиметров и попало бы в нос! – возмутилась девушка. – Сзади еще трое.       – Черт, мне это надоело, – выругался Йорм, перезаряжая пистолет. – Иди вперед, я прикрою спину.       Эндэли кивнула и бросилась к выходу. Нёр бежал позади.       Из стены вырвалась металлическая рука, попытавшаяся схватить хоть кого-то, и взорвавшаяся от пули. Ударная волна отбросила Йорма и Рэнни дальше.       – Сколько еще идти? – прокричала девушка, вскакивая на ноги и утаскивая за руку парня.       – Если не ошибаюсь, то нужно на следующем повороте завернуть вправо и слева будет выход, – раздались еще несколько выстрелов.       Дальше андроидов становилось все меньше. На повороте их и вовсе не оказалось, позволив паре спокойно добраться до выхода. Увидев свет из окна у дверей, Рэнни облегченно вздохнула.       – Никогда не думала, что, будучи охотником и находясь с товарищем среди этих тварей буду рада увидеть солнечный свет.       – Мне воспринимать это, как оскорбление?       – Нет. Кстати, у меня вопрос. Какого черта происходит между тобой и мистером Каф…       Не успела она договорить, как послышался треск. В миг пол начал покрываться трещинами. Нёр тут же схватил Эндэли и крепко обнял, закрывая руками ее голову. Под ногами все исчезло и оба полетели вниз, ударясь о камни.       Поднялась пыль. Из-под обломков можно было увидеть руки или ноги андроидов. Где-то искрились оборванные провода. Большие крысы бегали по камням и принюхивались.       Одна из плит была откинута. Из-под завала, тяжело дыша, вылезли сначала Рэнни, а потом и Нёр. Они тяжело дышали. Отряхивали пыль с одежды и осматривались. Эндэли, державшись за предплечье, со злостью глянула на напарника. Йорм обеспокоенно посмотрел на нее.       – Ты… в порядке? – с надеждой спросил он.       – Нет! Я абсолютно точно не в порядке, – вытерев кровь со щеки, выкрикнула она. – У меня болит голова и плечо. Я не чувствую руку и, похоже, она сильно травмирована. И все из-за твоего нежелания слушать мистера Кафу! Почему ты вообще решил, что будет прекрасной идеей проигнорировать его слова? Убить нас решил? Что у вас за отношения такие интересные?       – Рэн-Рэн, я просто…       – И даже не думай говорить что-то кроме ответов на мои вопросы! Я буду просто тебя игнорировать! – воскликнула Рэнни, опираясь на камень.       – Послушай, я не думаю, что это как-то важно для…       – Я тебя не слышу! Я тебя не слышу! – прокричала Эндэли, стараясь заглушить голос Нёра.       – Ладно! Я расскажу, но давай сначала выберемся отсюда, – взмолился он, жалобно смотря на нее.       – Хорошо.       – Судя по всему мы находимся на минус первом этаже. Потолок здесь высокий. Залезть не получится, если учитывать и раны. Идем, где-то должна быть лестница.       Йорм подошел к Рэнни, протягивая руку. Однако Эндэли отошла от него. Он тяжело вздохнул и пошел по более ровным обломкам, показывая путь. Шли они в тишине.       Единственное, что освещало коридор, оставшийся целым, была красная лампа, протянувшаяся на несколько метров на потолке.       – Скоро придем, – предупредил Нёр. Вскоре показалась дверь. За ней оказалась лестница наверх.       – Вот и она, а теперь. Говори уже, что у вас такого случилось? – недовольно спросила Рэнни, проходя вперед. Йорм вздохнул и сложил руки на груди, идя за Эндэли. Спустя некоторое время раздумий он начал:       – И сам не знаю. Семь лет назад, было все нормально. Теплые братские взаимоотношения. Но когда нашу деревушку разрушили, он присоединился к охотникам и стал отдаляться. Я подумал, что у него много работы. Думал, если тоже вступлю, то смогу помогать ему. Надеялся, что у него появится больше времени и будет, как раньше. Старался учиться, поступил на службу. Но он не был доволен этим решением. Все пытался как-то помешать, а когда понял, что ничего не выходит, то взбесился. Стал чрезмерно опекать. Каждый месяц случается что-то и, если я рядом, Кафа звонит, говоря убраться в безопасное место. Иногда это доходит до абсурда. Ну правда! Кому могут навредить сбежавшие курицы? А утечка корла? У него даже нет никаких серьезных последствий. Даже если его выпить, то можно просто в больницу на пару дней попасть. Это максимум. Вот и теперь я иду к повышению в надежде снова быть рядом с ним.       В голосе читалось разочарование.       – И все же ты его ослушался.       – Да потому что надоело! Да и кто мог знать, что андроиды нападут? Вероятность этого ничтожно мала, как говорил Дадбад: «Скорее Казу перестанет пугать новичков в других отделах, чем они прорвутся за стены центров охотников.»       – Больше не игнорируй его слова, – строго сказала Рэнни, поворачиваясь к нему. – Ты так можешь подвергнуть опасности не только себя, но и меня. Сегодня все хорошо закончилось, но потом удача может послать куда подальше. О Святой Судья, сколько же раз ты так по глупости попадал в больницу, если так делал еще.       – Хорошо. Обещаю. И прости, – виновато опустил голову Йорм.       Впереди показалась сломанная дверь. Нёру пришлось использовать немало силы, чтобы можно было выйти. В коридоре, в котором они оказались, было светло. Несмотря на разрушения, он по большей части сохранил чистоту. Он был единственным, в котором горел обычный белый свет.       Андроидов уже было не слышно. Казалось, будто их уже обезвредили. Только редкие куски их тел валялись на полу и торчали из стен.       Смотря на все это, в Рэнни собиралась пойти дальше, но остановилась, когда на плечо легла рука. Ее напарник беспокойно взглядом указал на пол, а потом поднял одну из конечностей.       Деформированная рука была исполосована тонкими линиями. Они были еще горячими. Создавалось ощущение, что ее резали очень тонким лезвием.       – Никогда такого не видел, – честно признался Нёр разглядывая находку.       – Ни у кого нет оружия с таким эффектом? – задумчиво спросила Эндэли.       – Ну, я не помню такого. Может читал где-то, но не помню.       – Что?       – Если хочешь быть лучшим, нужно много знать. Я прошерстил библиотеку, когда учился, вдоль и поперек. Прочитал много книг даже не по разу, но такое видел только у мисс Маро в мастерской, – голос казался неуверенным и удивленным. – Однако такие делают огромные машины. Чисто физически нельзя притащить их на другой конец мира. Они слишком тяжелые даже для группы людей.       – Значит возьмем с собой. Возможно, Дадбад или генерал Птенес знают.       – Тогда лучше показать это генералу Лендороу. Он дольше руководит войсками и должен лучше знать об оружии.       Тут же из-за двери по одну из сторон раздалось шипение и часто замигал красный свет. Рэнни пальцем указала Нёру молчать. Она тихо подошла. Устроившись у прохода и тихо вздохнув, Эндэли заглянула внутрь.       В комнате оказался Фэри. Он стоял в окружении тел андроидов. Перед ним перед ним лежала нижняя часть тела с такими же полосами в верхней части. Сам мужчина спокойно смотрел на это, пока не дернул головой и не обернулся, пристально вглядываясь в дверной проем, заставив Рэнни спрятаться.       – Выходи. Я тебя заметил. Могла бы сразу подойти, а не играть в прятки, – раздраженно сказал он, выскакивая из помещения.       – К-как вы узнали, что я тут?       – Тень сложно не заметить, – пробормотал Птенес и глянул на Йорма. – Я думал здесь уже никого нет. Что вы тут забыли?       – Просто заблудились, – мысленно Эндэли пообещала потом заставить Нёра все отработать.       – Идемте. Провожу вас до выхода. Группа из армии уже прибыла и работает, но на андроидов еще можно наткнуться.       – Как они сюда смогли пробраться? – спросил Нёр, идя за Фэри, изредка поглядывая на состояние напарницы.       – Какой-то гений решил, что привести сюда для исследования парочку будет хорошей идеей. Думаю, теперь он так не станет делать. Никогда, – мрачно ответил военный.       – Он мертв, да?       – Умеешь соображать, – получила ответ Рэнни.       Вскоре впереди показался выход. Из окна лился солнечный свет. На полу всюду лежали обломки железа и камня. Стены и потолок стали еще хуже, чем были.       – Надеюсь, вы не заблудитесь. Фэри резко замолчал и нахмурился, смотря за их спины на выход. Йорм и Эндэли обернулись.       В дверях стоял мужчина. Темный китель, расшитый золотыми нитями, Черно-синие короткие волосы, бледная кожа, большую часть которой покрывали бинты. Единственный непокрытый изумрудный глаз впился в напарника в белом. Губы исказились в легкой улыбке.       – Зачем приперся, бинтованный? – зло спросил Птенес, глядя на человека.       – Мне нельзя проведать своего товарища?       – Сначала на мой ответь.       – А ты назови меня по имени, а не по прозвищу. Мне вообще-то обидно, – спокойно сказал незнакомец.       – Гени, ответь мне, какого дьявола ты здесь делаешь? – взбесился Фэри.       – Господин Фроун попросил проверить обстановку. Атакован один из центров как ни как. Знал бы ты, как он беспокоился.       – Проверил? Молодец. Теперь проваливай отсюда! Главе я сам передам отчет о ситуации.       – Ну-ну, чего ты сегодня такой злой?       – Себя спроси идиот!       Наблюдая за этой перепалкой, Нёру стало не по себе, и он отвернулся. Рэнни же продолжала смотреть. После тихо спросила напарника:       – Они всегда так себя ведут друг с другом?       – Большую часть времени, – побормотал Йорм. – Честно, никогда не видел, чтобы они мирно общались. Думаю, скорее глава на тот свет уйдет, чем они поладят. Это уже стало привычным.       – Ты проверил, вот и уходи, монстр! К тому же, раз делать нечего, то проведи этих двоих до медиков. Хоть кокая-то польза будет! – прокричал Фэри, указывая на рядом стоящих.       Гени уставился на них. Мягко улыбнулся и подошел.       – Я и не заметил вас сначала, – его голос был теплым и добрым. – Я Гени Лендороу, позвольте провести вас в безопасное место, для оказания дальнейшей медицинской помощи.       Где-то позади фыркнул уходящий обратно в здание Птенес.       Нёр кивнул и последовал за генералом, поведя рукой Эндэли. Когда они вышли на улицу, их озарил солнечный свет. Около центра стояли несколько машин. Медики бегали среди пострадавших.       Гени подозвал одного из врачей и передал ему Рэнни и Йорма, а сам пошел обратно.       Доктор усадил их на импровизированные стулья из ящиков и понялся осматривать.       – У девушки вывихнута рука в области плеча. Восстановление займет около трех месяцев в лучшем случае. Ну и небольшие ушибы и ранками. А вот у тебя, Йорм, опять трещина на кости. Большой синяк на спине и раны там же. Не надоело тебе? Неужели прошлый урок не усвоил? Еще и ходишь так, будто ничего не и не случилось.       – Меня опять госпитализируют… – вздохнул Нёр.       – Ну а что ты ожидал? Два месяца полежишь в отделении и гуляй дальше. Не двигайтесь. Сейчас придут и окажут первую помощь.       Врач ушел. Рэнни была недовольна. Она посмотрела на Йорма и сказала:       – Мне не важно, что в следующий раз случится, но не смей умалчивать о своих травмах!       – Хорошо.       – Даже ничего не скажешь? – недоуменно спросила Эндэли.       – Сил уже как-то нет, – его голос казался сонным.       – Уже и не притворяешься.       Вскоре подбежали больничные помощники и развели их по разным машинам.       Рэнни сидела на кровати, глядя в окно. На соседней лежал Нёр. Между ними на стуле, тихо напевая незамысловатую песенку со странными и непонятными словами, сидел Гени. Прошло уже несколько недель.       Некоторое время назад он пришел к ним, сказав, что кое-кто просил проверить их.       – Вы пришли только проверить нас? – неуверенно спросила Эндэли.       Пение прекратилось. Лендороу повернулся к ней.       – Вообще мне было интересно увидеть Нёра.       – Почему?       – Он один из тех, кто метит на повышение. За такими солдатами идет особое наблюдение. Хотя, после случившегося, ты тоже могла бы претендовать на него.       – Заранее откажусь, – протараторила она.        – Многие только об этом и мечтают, а ты отказываешься? Повисла тишина. Рэнни думала, что ответить.       – Не хочешь усложнять путь Нёру?       – Д-да. Я только недавно пришла и так сразу будет не лучшим решением.       – Понимаю.       Йорм стал ворочаться в постели. Открыв глаза, он огляделся.       – Мистер Лендороу? Что вы здесь делаете?       – Пришел вас проверить.       – Благодарю вас. Это большая…       – Давай без этого.       Рэнни бросила взгляд на Нёра, вспомнив, что хотела что-то спросить. Она потянулась к тумбочке у кровати и достала оттуда поврежденную конечность.       – Генерал Лендороу, у меня вопрос, –       Гени повернулся у ней, давая знак продолжать.       – Когда мы с Нёром ходили по исследовательскому центру во время атаки, нашли это. Нам показались странными следы от оружия. Может мы и ошибаемся, но такие могут быть только после специальной машины, которые обычному человеку не поднять. Интересно, что на это способно.       Эндэли протянула ему железяку. Гени мельком осмотрел ее, покрутил и положил на колени, призадумавшись.       – Вы правы. Не знаю ни одно оружие, оставляющее такие. Только то устройство. Сомневаюсь, что Маро дала бы кому-то им воспользоваться. Она слишком любит эту старую диковинку, чтобы доверить другому. Я могу посмотреть из арсенала на складе, но не обещаю, что скажу точно.       Он поднялся и пошел к выходу. Остановившись в дверях, он повернулся и обратился к Йорму:       – И еще, буду ждать вас у себя в отряде, когда поправитесь. Нёр, через три месяца будет финальный этап выбора на повышение. Буду за тебя болеть.       Дверь захлопнулась.       – Финальный этап выбора на повышение? – недоуменно спросила Рэнни, поворачиваясь к нему.       – Это, можно сказать, собрание всех кандидатов. Командиры смотрят на них и выбирают того, кто пройдет. Длится шесть часов. Все время нужно быть в напряжении. Дается листок с заданиями. Одним словом – экзамен.       – Будешь готовиться к нему, да?       – Думаю, ты удивишься, но основной костяк этого экзамена – это отсутствие толковой подготовки. Любой участник может готовиться только по ходу службы.       – Кто это вообще придумал?       – Первый капитан разведки Дантири.       – Кто?       – Этим отрядом издавна руководил один род. Первый глава ввел жестокие методы в свой отряд, а потом что-то перешло в другие. Вообще, многие практики пришли оттуда. Вообщем, это объясняет, почему мисс Казу такая, какая есть.       – Долго собираетесь разговаривать?       В комнату вошла низкая растрепанная девушка в докторском халате.       – Чего вылупились? Понимаю, она пялится. Видит впервые. Ну а ты, бедовый? Уже в который раз встречаемся и все равно удивляешься.       – Левка! Да ты еще бледнее стала! Раньше хоть на человека отдаленно похожа была. Сейчас вообще на призрака смахиваешь, воскликнул Йорм и тут же получил кулаком по колену.       – Не Левкай мне тут! Совсем оборзел? Я обещала тебя побить, если снова увижу здесь. Обещания надо выполнять.       – Я вообще-то больной и не до конца поправился!       – Да мне не важно. Хоть подольше от опасностей будешь держаться. Потом еще и удивляешься, что за тебя Кафа беспокоится. Хотя… ладно, он иногда перегибает палку, – последнее она сказала шепотом.       – А кто вы? – подала голос Рэнни. В недоумении глядя на доктора.       – Я Левка Лулури, врач этого оболтуса. Хотя теперь лучше сказать, что ваш. Не представляешь, как он мне надоел! Обычные архивные черви по пять лет в больнице не появляются, потому что их охраняют лучше, чем самого Фроуна, а этот раза два в год попадает.       – Работников архива охраняют?       – Да. Некоторые просто бояться гнева мисс Мэри.       – Для чего пришла то? Нас утром осматривали, – встрял Нёр.       – Тебя нужно еще второй раз. К тому же, ты забыл? Появился напарник и выкинул на помойку наши посиделки, когда в койке отлеживаешься?       – Точно, – вздохнул он. – И что нового случилось в последнее время? Почему раньше не заходила?       – Занята была. Отправили в казармы к вонючим мужикам. Кстати, хорошо, что вас тогда увезли. Буквально через некоторое время произошло еще одно нападение. А еще гигант 12–12 опять объявился.       – Что за гигант? – снова поинтересовалась Рэнни.       – Точного описания нет. Однако встретили его вестника. Черные перья, которые при соприкосновении с кожей рассыпаются в прах.       – И его до сих пор не поймали? – Нёр удивился.       – Нет. До сих пор гоняются.       – Левка.       – Чего тебе, бедовый?       – Когда меня выпишут? Рэн-Рэн то уже может идти куда захочет. Когда я?       – Через неделю.       – Раньше нельзя?       – Обойдешься.       Рэнни встала и пошла к выходу. Уже стоя в дверях, она повернулась и, глянув на улыбающихся доктора и напарника, сказала:       – Я выйду подышать.       – Не задерживайся или оденься, на улице прохладно, – крикнула ей Левка.       Когда Эндэли вышла, Лулури повернулась к Нёру и пихнула его в бок.       – По лицу вижу, что рад ей. Первый за долгое время напарник. Ставлю годовую зарплату, что влюбишься, а потом и свадьба.       – Надеюсь ты шутишь. Рэн-Рэн, конечно, красивая и добрая, но я уже сделал все, чтобы даже не претендовать на нее.       – И что именно?       – Ну давай подумаем. Хм, даже не догадываюсь. Может быть чуть не убил? – воскликнул он.       – Но она же тебя простила. Чего волноваться тогда? Да и хорошего в тебе больше.       – Как у тебя все просто! Простила и ладно!       – Ты просто неуверенный становишься в таких делах. Поверь, узнай она тебя еще лучше, то шанс будет.       – Тебе вроде надо идти к другим пациентам? – сказал Нёр, указывая на часы.       – А, ну да, – входя, Левка крикнула ему, – Но все же подумай об этом, дорогуша!       – Иди к черту! – прокричал он в ответ и, оставшись один, упал на подушку закрывая глаза.