Глава 40. Разлом
11 мая 2025 г., 10:23
Лери медленно идёт по утренней улице, чувствуя, как всё внутри сжимается. Воздух кажется тяжёлым, вязким, он давит на грудь, мешает нормально дышать.
Она не хочет никуда идти, но и возвращаться назад — не вариант.
Лери сворачивает в пустой переулок, прислоняется к холодной стене. В висках стучит — то ли от усталости, то ли от бурлящих эмоций.
Она сжимает пальцы в кулаки.
Нужно успокоиться. Разложить всё по полочкам.
Но чем больше она пытается, тем сильнее её мысли бьются друг о друга, как волны во время шторма.
Она любит его.
Но его любовь душит её.
Он заботится о ней.
Но эта забота превращается в контроль.
Она хочет быть с ним.
Но не так.
Лери закрывает глаза, проводит руками по лицу.
Её бросает в жар, но не от холода, а от мыслей о нём. О том, что он слишком груб, слишком резок, слишком собственнический.
Но почему она не может просто его отпустить? Почему всё так сложно?
Её взгляд цепляется за запястья, где всё ещё заметны красные отметины от его пальцев.
Она чувствует, как её дыхание становится прерывистым.
— Чёрт... — шепчет она.
Она зашла в тупик.
И именно в этот момент она слышит шаги.
— Я тебя искала.
Голос спокойный, но в нём слышится напряжение.
Лери резко оборачивается.
Пик стоит чуть поодаль, её тёмные глаза внимательно изучают Лери, как будто пытаются понять, в каком она состоянии.
Лери вдруг осознаёт, что, должно быть, выглядит не лучшим образом: растрёпанные волосы, бледное лицо, взгляд, полный смятения.
— Ты что здесь делаешь? — голос выходит чуть резче, чем хотелось бы.
— Хотела убедиться, что ты в порядке. — Пик делает пару шагов вперёд, засовывает руки в карманы.
— Я в порядке.
— Да ну?
Пик скептически вскидывает бровь, а потом быстро кидает взгляд на её запястья.
Лери нечаянно дёргает руками, скрывая следы.
Но Пик уже всё увидела.
— Что случилось, Лери? — теперь её голос тише, но в нём чувствуется искреннее беспокойство.
Лери молчит.
Она не хочет говорить.
Она не хочет признавать вслух, что у неё проблемы.
Но когда Пик просто садится рядом, молча, не настаивая, не требуя ответа, Лери вдруг понимает, что ей не нужно ничего объяснять.
Пик понимает её без слов.
— Ты переживаешь из-за Леви?
Лери сжимает губы, отводит взгляд.
— Ты же видела, что было вчера…
— Видела. И именно поэтому я здесь.
Пик скрещивает руки на груди, выдыхает.
— Жан с Леви чуть друг друга не убили, а потом ты встала между ними и остановила их. Это было чертовски смело. Но знаешь, что было потом?
Она знает. Она помнит.
— Леви посмотрел на тебя так, как будто весь мир рухнул, — продолжает Пик. — А потом просто схватил тебя и увёл. Я сразу поняла, что ты не будешь чувствовать себя хорошо после этого.
Лери резко вскидывает голову.
— Я… — она запинается. — Он… он не хотел мне зла.
— Я знаю. — Пик не перебивает, не осуждает.
Лери прикусывает губу.
— Просто… он слишком привык всё контролировать. Меня это бесит. Но, чёрт, Пик, я не могу от него уйти.
Пик внимательно смотрит на неё, а потом тихо говорит:
— Потому что ты его любишь?
Лери кивает.
— Но любить — не значит позволять кому-то решать за тебя.
Лери замолкает.
Эти слова сильнее, чем ей хотелось бы признать.
— Мы с тобой стали близкими не просто так, — вдруг говорит Пик. — Мы обе знаем, что значит жить в мире, где тобой пытаются владеть. Ты – из-за Леви. Я – из-за Марлии. Разница лишь в том, что я научилась не позволять этому контролировать меня. Ты тоже можешь.
Лери резко поднимает глаза.
— И что, ты предлагаешь мне уйти от него?
Пик качает головой.
— Нет. Я предлагаю тебе выбрать себя. А что это будет значить для ваших отношений — это уже другой вопрос.
Эти слова попадают прямо в цель.
Лери впервые за все это время чувствует, что в её голове что-то проясняется.
Она не должна сразу всё решать.
Она не обязана уходить или оставаться.
Она просто должна понять, чего хочет сама.
И это — её первый шаг к выходу из тупика.
***
Леви сидит на краю кровати, локти упираются в колени, пальцы сплетаются в замок. Голова опущена, тёмные пряди волос падают на лоб, но он даже не пытается их убрать. В комнате пусто. Лери ушла. Он пытается себя убедить, что это временно. Что она вернётся, потому что иначе быть не может. Потому что… Потому что он этого не выдержит. Но в глубине души он не уверен. И от этого внутри всё сжимается. Чёрт... Его руки дрожат. Он не привык к этому чувству — к этому беспомощному, глухому страху, который тянет изнутри, как гравитация. Он привык контролировать, привык держать всё в своих руках. А теперь он потерял контроль. Он резко поднимается на ноги. Шаг, другой. Пальцы сжимаются в кулаки. Челюсти стиснуты. В груди растёт ярость — на неё, на себя, на этот чёртов мир. Какого чёрта она просто ушла?! Она должна была понять. Должна была принять его таким, какой он есть. Он не умеет любить по-другому. Он не может по-другому. Но... Леви чувствует, как его уверенность даёт трещину. На секунду перед глазами вспыхивает её лицо — не в страсти, не в злости, а в разочаровании. «Я не твоя собственность.» Эти слова снова и снова бьют его по голове, отдаются в груди тупой болью. Он сильно ударяет кулаком в стену. Дерево трескается под кожей, но он не чувствует боли. Просто гнев. Просто беспомощность. Почему?! Он хотел защитить её, хотел показать, что она ему принадлежит — не как вещь, а как самая ценная часть его жизни. Но он не заметил, как его любовь стала оковами для неё. Леви закрывает глаза, выдыхает через зубы. Ощущение, будто его внутренний мир трещит по швам. Где-то на столе стоит её чашка. Он тянется к ней, но в последнюю секунду не решается взять. Он просто смотрит на неё. И в этот момент его накрывает. Страх. Холодный, липкий страх. Если она не вернётся? Эта мысль — как удар в живот. Он замирает, не в силах даже дышать. Он может пережить боль, кровь, смерть. Он выжил в аду, прошёл через худшее, что можно представить. Но потерять её? Потерять по собственной вине? Этого он не переживёт. Леви медленно опускается на стул, руки дрожат. Он кладёт ладонь на лицо, вдавливая пальцы в виски. Он думал, что его сила – в контроле. Но сейчас он понимает: Силы недостаточно, чтобы удержать то, что ему дорого. И эта мысль ломает его изнутри.
