Глава 62. Тени и свет
18 июня 2025 г., 16:26
После всего, что произошло, Лери чувствовала себя опустошённой. Она рассказала свою историю, словно вывернула душу наизнанку, и теперь в груди осталась только тишина. Никто не осуждал её — ни Пик, ни Армин. Но воспоминания всё равно жгли.
Дариус не искал встречи сразу. Он исчез на сутки, и Лери уже почти решила, что он просто исчезнет снова — как и тогда, в детстве. Но на следующее утро, когда она сидела возле лагерного костра, задумчиво глядя в чашку с остывшим чаем, он подошёл.
— Ты всегда делала слишком крепкий, — сказал он, опускаясь рядом. — Я тебя тогда ругал. Помнишь?
Лери не ответила. Просто посмотрела на него — отстранённо, но уже не враждебно.
— Я не рассчитываю, что ты примешь меня обратно. — Он говорил спокойно. — Я просто хотел сказать, что рад, что ты жива. И... я бы хотел быть рядом, если ты разрешишь.
Тишина. Только треск костра.
— Ты пропал, когда я больше всего в тебе нуждалась, — тихо сказала она. — Отец погиб. Всё вокруг рушилось. А ты исчез.
Он опустил голову.
— Я думал, что ты погибла. Я... проклинал себя за то, что не смог вас защитить. Я искал, в надежде что есть шанс того, что ты ещё жива. Но это не оправдание. Я не прошу прощения, я прошу только... дать мне возможность быть полезным. Хоть как-то.
Он встал, собираясь уйти, не ожидая ответа. Но Лери вдруг задержала его взглядом:
— Я не знаю, кто ты для меня теперь. — Голос дрогнул. — Но если ты правда был другом моего отца... если ты его помнил — расскажи мне о нём. Не как солдате. А как человеке.
Он снова сел рядом. Несколько секунд они просто молчали, прежде чем он заговорил.
— Он... он обожал чай с грушей. Ненавидел бумажную работу. Любил по утрам играть на фортепиано — и всегда ошибался в одной и той же ноте... но ты — ты всегда хлопала в ладоши, будто он гений.
Лери усмехнулась — впервые за долгое время по-настоящему. Эта картина была слишком живой.
Он продолжал. Рассказывал о вещах, которые никто больше не мог знать. Как отец Лери однажды прятался с ней под одеялом, изображая грозу. Как пел ей на старом наречии Варкона. Как смотрел на неё с такой гордостью, будто она уже спасла мир.
Слова лились спокойно, но с любовью. И с каждой новой историей что-то в Лери оттаивало. Словно изнутри вынимали шипы, которые сидели в ней годами.
Когда солнце начало садиться, и костёр трещал всё тише, она, не глядя на него, сказала:
— Я не могу назвать тебя отцом. Ещё нет.
— Я понимаю, — кивнул он.
— Но ты можешь быть рядом. Пока... просто будь.
Он молча накрыл её плечи тёплым плащом — осторожно, будто боялся спугнуть.
И Лери не оттолкнула.
Пик увидела их издалека. Лери и тот мужчина — Дариус — сидели у костра. Никаких громких слов, только движение рук, мимика, странная мягкость в плечах Лери, которая раньше была бронёй.
Она прислонилась к дереву, не приближаясь, просто наблюдая. Впервые за долгое время Лери выглядела не как капитан, не как солдат, даже не как раненая — а как человек, у которого наконец-то появилось что-то... тёплое. Кто-то, кто знал её прошлое и не отвернулся.
Пик вздохнула, иронично усмехнулась про себя.
— Ну вот, — пробормотала она. — Только привыкаешь к её вечной броне, как появляются люди, которые знают, как её снять. Без топора.
Она смотрела, как Дариус накинул ей плащ, как Лери не отбросила его руку, как будто в этом было нечто почти интимное, но не романтичное — родственное. Настоящее.
Её губы тронула лёгкая, почти грустная улыбка.
— Маленькая упрямая Лери... ты всю жизнь была одна, а теперь вдруг — кто-то берёт и остаётся рядом. Видимо, не все исчезают. Чудеса.
Она оттолкнулась от дерева, но прежде чем уйти, ещё раз взглянула на них.
— Вот только Леви теперь точно начнёт бурчать, когда вернётся... — усмехнулась она про себя. — Лери, ты нашла ещё одного близкого сердцу, а у нас там, между прочим, капитан-ревнивец. Собственник ещё тот.
Она покачала головой и двинулась обратно в лагерь.
— Надеюсь, он хотя бы не попытается вызвать этого старика на дуэль.
И только потом, совсем тихо, будто себе:
— Но всё же хорошо... хоть кто-то в твоей жизни теперь остаётся не призраком, а живым человеком.
***
Вечером, когда Лери сидела в тени палатки, задумчиво перебирая бумаги с отчётами, рядом беззвучно появилась Пик. Она опустилась на ящик, как будто была здесь всегда, и в руки ей каким-то образом попала кружка с чем-то горячим. Она протянула её Лери. — На. Пей, пока не остыло. А то от этих карт и планов ты уже сама скоро станешь бумагой. Лери взяла кружку с благодарным кивком, но не отрывая взгляда от документов. — Спасибо... — Ну, как там твой "папа"? — с усмешкой спросила Пик, бросая взгляд в сторону, где размещался отряд прибывших. Лери приподняла бровь, не поднимая головы. — Ты сейчас хочешь сказать что-то конкретное или просто намекаешь? — Я? Намекаю? Да я ж друг, мне можно прямо говорить. — Пик сделала невинное лицо, а потом хмыкнула. — Смотри, только Леви не забудь предупредить, что у тебя теперь ещё один мужчина в жизни появился. А то как вернётся, увидит, как ты с кем-то "отцом-другом" обнимаешься — и начнёт чистить оружие. Причём не против врагов. Лери фыркнула, впервые за день улыбнувшись по-настоящему. — Пик, ты неисправима... — Естественно. Зато искренняя. — Она ухмыльнулась. — А если серьёзно... я рада, что ты впускаешь кого-то в свою жизнь. Даже если это бородатый призрак из прошлого. Пауза. Тишина. Только потрескивание огня вдалеке. — Спасибо, — тихо сказала Лери, не глядя на неё, но с той самой мягкостью в голосе, которая говорила больше слов. Пик встала, потянулась и, уходя, бросила через плечо: — Ладно, я пошла, пока ты не расплакалась от моей доброты. Но если Леви начнёт ревновать — знай, я предупреждала.
