Бунтарь по натуре [Быстрая трансмиграция]

Голографическое изображение растворилось, и огромный космический корабль Альянса, бесшумно стоящий на ровном участке поверхности между двумя мусорными горами, стал отчётливо виден. На фоне сине-зелёного тусклого неба у самой линии горизонта вырисовывались очертания погасшей звезды, словно потускневший глаз мёртвого Бога, безучастно взирающего на людей с небес. Сначала вдали появились лишь редкие чёрные точки. Затем их становилось всё больше и больше: подобно горным потокам, впадающим в реки; рекам, впадающим в море — люди сливались в толпу, превращаясь в бурные волны, неудержимо стремящиеся к звездолёту, стоящему на земле. Гнев и ненависть, накопившиеся за сто лет, как будто обрели собственную сущность, обладающую ужасающей разрушительной мощью, способной превратить все препятствия на своём пути в прах, подобно тому как река разрушает дамбу, а волны разбивают корабль в щепки. Даже издалека это зрелище пробирало до глубины души, заставляя дрожать от ужаса. Гэ Сю стоял на вершине мусорной горы неподалёку и снисходительно взирал на открывающуюся перед ним сцену с отстраненным и таинственным выражением лица. Его губы изогнулись в слабой, едва уловимой улыбке, словно он был очень доволен вызванным им хаосом или демонстрировал презрительное и насмешливое отношение к чему-то далекому и маловажному. Гэ Сю отвёл взгляд, отцепил причудливый механизм от нулевой машины[1], убирая её назад в вещмешок. После чего положил свои тонкие костлявые пальцы на кнопку управления, медленно увеличивая мощность до максимума. Странный прибор оглушительно загудел, в мутной атмосфере засверкали электрические искры. Пронзительный шум наводил на мысли, что ещё немного, и эта штуковина выйдет из строя. Сяо И настороженно следил за его движениями, не осмеливаясь даже громко вздохнуть. Когда он был на главном корабле, ему попалась информация об ЭМИ, и Гэ Сю тогда пояснил, что в связи с ограничениями, на данный момент импульсная машина не может быть использована с максимальной эффективностью. И, исходя из нынешнего поведения Гэ Сю, можно предположить, что «ограничения» заключались в получении энергии, необходимой для её активации. Разрушительная энергия, которую ЭМИ аккумулировала и передавала, насильно вытягивалась из окружающей среды, что приводило к чрезвычайной перегрузке и нестабильности. Включить мощность на максимум... — всё равно что зажечь спичку в замкнутом пространстве, заполненном чистым кислородом. Машина издавала зубодробительные вибрации и скрежет, словно готовый к извержению вулкан, и выпускала в воздух потоки горячего дыма и искры, приводя в ужас сторонних наблюдателей. Гэ Сю опустил голову и оценивающим взглядом осмотрел уродливый механизм перед собой, как будто что-то подсчитывая. Он взглянул на время, показанное ПУМом, и пробубнил себе под нос: — Хм... самое время... Вслед за этим отступил на шаг назад, поднял ногу и что есть мочи ударил!.. Металлическая штуковина с гудением и бульканьем быстро покатилась вниз по склону. Прежде чем все успели среагировать, снизу донесся сильнейший взрыв, сотрясший гору под их ногами, а в лицо ударил мощный поток жара и ослепительного света. Гэ Сю осторожно сделал два шага вперёд, вытянув шею, он посмотрел в сторону подножия, и с некоторым сожалением пробормотал: — Скривил... Сяо И ошеломлённо проследил за направлением его взгляда и увидел обугленный чёрный след, тянущийся по склону. Будто в результате точного расчета он обрывался ровно в том месте, где стоял звездолёт Альянса. Разрушительный взрыв проделал зияющую дыру во внешней обшивке космического корабля, его хвостовая часть сильно пострадала и загорелась от пылающего вокруг сухого мусора. Гэ Сю ещё раз разочарованно вздохнул и тихо пробормотал: — На самом деле я целился в двигатель. Но и этого было вполне достаточно. Нулевая машина вывела из строя системы взлёта и вооружения космического корабля. Но с энергетическим щитом, защищающим звездолёт, было не так легко справиться. И как только защитная оболочка была разорвана, космический корабль Альянса утратил последнее преимущество. Толпа людей вдалеке продолжала увеличиваться, нагнетая угрожающее давление, подобно клубящейся тёмной грозовой туче. Неудержимо набирая скорость, она устремилась в направлении звездолёта, в мгновение ока оказавшись рядом. Не имея возможности взлететь, и лишившись щитов, армия Альянса была вынуждена встретиться с врагом лицом к лицу и принять бой. Гэ Сю продолжал смотреть вниз, в его чёрных как сама тьма, глазах не было и тени волнения, с безобидной улыбкой на губах он тихо произнёс: — Просто уравняли шансы. Все с трепетом наблюдали за поистине ужасающим зрелищем, представшим перед ними. Это было похоже на то, как колония муравьев поглощает слона, вгрызаясь в огромное тело, кожу, мышцы и кровь, а затем прожевав, проглотив и переварив, оставляет после себя лишь крепкие белые кости и следы мутной крови, пропитавшей землю. Отчаяние, гнев, ненависть. Тёмные эмоции вырывались наружу самым зверским способом, даже кровавая жертва не могла их утолить. Стальная обивка корабля была разорвана в клочья, и защита полностью рухнула. В передних рядах схватка быстро перешла в рукопашный бой. Никакого оружия, только самые примитивные и жестокие столкновения. Фанатичная жажда мести превратилась в мощный клинок, который со страшной силой разрушал, разбивал и уничтожал всё на своём пути. Сцена была сколь ужасающей, столь и впечатляющей. Взгляды всех присутствующих неотрывно следили за происходящим, словно ими завладела демоническая сила, они не могли ни сдвинуться с места, ни отвести глаз, пораженные до глубины души. Являясь зачинщиком всех происходящих событий, Гэ Сю был настолько безмятежным, что спокойно отвернулся и привычно задал ПУМу команду. В скором времени вдали замаячил неторопливо летящий ржавый грузовой корабль, покрытый грязью и отходами. Его массивный металлический корпус затмевал собой свет, и в мутном воздухе Мусорной Звезды был подобен чудовищу. Члены экипажа наконец сбросили демоническое оцепенение и посмотрели на приземлившийся шаткий звездолёт, понимая сердцем, что пришло время уходить. Гэ Сю достал из кармана конфету, с грустью долго смотрел на неё, а затем бросил мужчине позади себя: — Вот, награда за выигрыш в викторине. Вдруг позади них раздался отчаянный рев: — Горите в аду! Грязный адъютант в разорванной в клочья одежде, спотыкаясь, показался из-за горы мусора. Весь в пятнах крови и гари он уже не выглядел таким воодушевлённым, как раньше: израненное лицо всё ещё кровоточило, а в налитых кровью глазах плескался оттенок безумия. Его рука, державшая пистолет, нервно дрожала — это было не светоэнергетическое, а более древнее, примитивное оружие со спусковым механизмом, давно вышедшее из употребления. Теперь, пожалуй, только коллекционеры были заинтересованы в том, чтобы носить его при себе. Его использование не требует энергии, и, естественно, на него не будет воздействовать ЭМИ. Возможно, именно это позволило адъютанту вырваться из осады. На лице мужчины появилась удовлетворённая мстительная улыбка, как будто он уже тысячи раз прокручивал в уме следующую сцену. Он без колебаний нажал на курок. Раздался оглушительный выстрел, эхом прокатившийся по долине мусорной горы, в этот момент течение времени словно замедлилось, а промежуток между ударами сердца растянулся на столетие. Никто не мог сравниться со скоростью пули. Рассекая воздух с резким звуком с силой десяти тысяч цзюней, пуля устремилась прямо в грудь юноши... ... но в следующую секунду внезапно остановилась. Она словно застыла в воздухе под действием невидимого магнитного поля. Кусочек металла на несколько секунд завис, а затем, исчерпав всю свою кинетическую энергию, упал в протянутую ладонь Гэ Сю. Нагретый металлический патрон всё ещё хранил запах пороха. Гэ Сю зажал пулю двумя пальцами, прищурил один глаз и внимательно осмотрел её на свету, легкомысленно прокомментировав: — Неплохая меткость. Довольное выражение на лице адъютанта застыло, в глазах отразился неописуемый ужас, в панике он снова поднял дрожащий в руке пистолет и начал стрелять в безоружных членов экипажа. Непрерывная стрельба сопровождалась звуком падающих на землю пуль. Сяо И ошеломлённо опустил голову и коснулся своей груди в том месте, куда должен был прийтись удар. Внезапно он вспомнил, что перед тем, как покинуть главный корабль, Гэ Сю забрал у всех ПУМы, объяснив это «обновлением ПО». Неужели... Он в замешательстве посмотрел на Гэ Сю. Тот молча прошёл мимо него и двинулся дальше. По мере того как расстояние между двумя людьми сокращалось, адъютант продолжал отчаянно нажимать на курок, но вместо выстрелов раздавались только слабые щелчки пустого патронника. На губах Гэ Сю появилась лёгкая улыбка, его тонкие и бледные пальцы нежно сжали теплый ствол пистолета, легко вытаскивая оружие из дрожащих рук испуганного мужчины. Он подкинул тяжёлую железку в руке, прикидывая её вес, и спросил: — Знаешь, какие недостатки есть у древнего огнестрельного оружия? Зрачки адъютанта сузились, лоб покрылся холодным потом. В этот момент мужество, обретенное мгновение назад, совсем покинуло его тело. Стиснув зубы, он не проронил ни слова. Гэ Сю оставил без внимания его молчание, умело вынул обойму, вложил в неё патрон, зажатый в ладони, и прицелился себе в висок[2]. Сяо И с шумом втянул в себя воздух... ... наблюдая, как юноша, не моргнув глазом, спустил курок. После выстрела сжатая и деформированная пуля со звоном упала на землю, оставив лишь слабый выжженный след на виске Гэ Сю. Он криво усмехнулся: — Мощность слишком мала. Адъютант в насквозь промокшей от пота изодранной форме затаил дыхание, его начала бить дрожь, от которой стучали даже зубы. Находясь так близко, он мог отчётливо видеть глаза юноши перед собой. В глубине равнодушных бездонных глаз, плескалось безумие, словно там заключён демон, злобно улыбающийся своему противнику. Ужасающе прекрасно, прекрасно до ужаса. — Достаточно интегрировать в ПУМ сжатое магнитное силовое поле, и тогда урон, наносимый такими простыми физическими устройствами, может быть полностью нейтрализован. Гэ Сю отвёл взгляд, большим пальцем ставя пистолет на предохранитель, и мимоходом добавил: — В следующий раз пораскинь мозгами. — он без всякого интереса бросил оружие обратно в руки адъютанта. — По крайней мере, подумай о том, почему противник предпочел использовать ЭМИ. Потому что знал, что при обезвреживании свето-энергетического оружия с остальным уж точно не может возникнуть проблем. Губы офицера задрожали, и из его горла вырвалось несколько отрывистых фраз, которые невозможно было связать в законченные предложения. В этот момент над головой послышался шум рассекаемого воздуха. Все подняли головы, и увидели, как чёрный звездолёт медленно заходит на посадку, рассекая мутный воздух Мусорной Звезды. Длинный посадочный трап опустился ещё до того, как звездолёт окончательно приземлился, в открытой двери корабля появилось молодое и спокойное лицо Холла. Под его командованием хорошо обученные солдаты в форме высаживались на землю. Гэ Сю равнодушно поджал губы и отвернулся. Он подозвал к себе одного из членов своего экипажа, придя в себя, тот поспешно подошёл: — Корабль, капитан. Гэ Сю указал на спасательный звездолёт, маячивший у него над головой, а затем раскрыл ладонь: — Ты неправильно угадал, поэтому лишаешься награды. Член экипажа: — ... Со сложным выражением лица он достал из кармана ещё тёплую конфету и вложил её в руку Гэ Сю. У Холла, который после получения приказа Лероя, поспешил на помощь так быстро, как только смог, было труднопостижимое выражение лица: — ... Почему он чувствует себя так, словно... его отвергли? Черт, а он ведь даже немного беспокоился об этом сопляке, когда летел сюда! Взгляд Холла скользнул по грязным, но невредимым членам экипажа и, наконец, остановился на отчаявшемся адъютанте неподалёку. Он узнал форму на его теле, и знак отличия на ней говорил о принадлежности к одному из самых мощных флотов Альянса. Холл поднял брови, впрочем, особого удивления он не испытывал. В конце концов, мало кому удавалось переиграть этого маленького дьявола, он знал об этом давным-давно. Холл жестом приказал своим подчинённым позаботиться о последствиях, а затем повернулся, чтобы подойти к Гэ Сю. Остальные члены экипажа также начали организованно подниматься на борт корабля. Гэ Сю, стоявший перед ним, внезапно пошатнулся, его тоненькое тело, подобно листу бумаги, унесённому порывом ветра, упало. Испуганный Холл рванул вперёд и подхватил его. Придерживая юношу за его худые плечи, он совсем не ощущал его веса. Этот обморок был настолько внезапным, что Холл на мгновение заподозрил, а не была ли это очередная шутка, придуманная юношей, чтобы разыграть их, но, несмотря на все попытки привести его в сознание, Гэ Сю оставался неподвижным. И хотя на теле парня не было ран, его глаза были плотно закрыты, а побледневшее лицо, лишённое красок, казалось безжизненным. Сердце Холла замерло, он поднял Гэ Сю на руки и закричал: — Врача! Несколько дней спустя Лерой широким шагом шёл по коридору корабля, его длинные ноги, обтянутые форменными брюками, поднимали резкий ветер, развевающий полы плаща. Хотя его темп никогда не был медленным, редко случалось, чтобы он так торопился. Неподалёку мигали синие огни медблока, и Гэ Сю, только что доставленный на главный корабль, находился внутри. Лерой ощущал, как в его груди разгораются какие-то странные чувства, которые как будто подгоняют его и призывают к действию... Но что он должен сделать? Он не понимал. В медблоке было очень тихо, только измерительное оборудование, контролируемое УМом, издавало мерные звуки и нарушало тишину. Гэ Сю лежал в боксе[3], его глаза были закрыты, а выражение лица безмятежно. Тревога в сердце Лероя, появившаяся при потере сигнала с корабля, на котором путешествовал Гэ Сю, в этот момент наконец исчезла. Подсознательно замедлив шаг, он осторожно открыл дверь в изоляционный бокс и вошёл внутрь. Остановившись у кровати, он посмотрел на крепко спящего Гэ Сю. Он был таким тонким, словно лист бумаги, без веса и толщины, почти раздавленный тонкой простыней, и только слегка вздымалась и опускалась его грудь. С таким трудом появившиеся нежные щёки снова осунулись, всё, что можно было увидеть — выступающие кости на фоне мертвенно-бледной кожи. Лерой пристально всматривался в его лицо, неожиданно осознав, насколько тот был молод. Если отбросить всё коварство, упрямство и яростное безумие — он всего лишь несовершеннолетний ребёнок. Худой и слабый, он больше десятка лет изо всех сил боролся за собственное выживание на покинутой, бесплодной планете, всю сознательную жизнь вооружаясь всем, что можно использовать в борьбе за существование. Этих невзгод было достаточно, чтобы разрушить и раздавить даже крепкого сильного взрослого, превратив здоровое тело и дух в жалкое несчастное чудовище. Лерой совсем не жалел Гэ Сю. Жалость — оскорбление для сильного. В таком случае... Что за странные эмоции поднимаются в его сердце? Лерой опустил взгляд, его серебристо-голубые глаза под светло-золотистыми ресницами окрасились в очень глубокий тёмный цвет, подобно морским глубинам во время шторма. Он поднял пальцы и нежно дотронулся до холодной, как лёд, щеки Гэ Сю, будто прикасаясь к хрупкому и очень ценному фарфору. Под непроницаемой стальной бронёй, которую он собственноручно воздвиг вокруг себя, закипая, зарождались новые эмоции и ощущения, в высшей степени чуждые и незнакомые, таящие опасность, но заставляющие пристраститься. Как если бы он стоял перед бездонной пропастью, ощущая опасное, но такое притягательное желание сделать шаг вперёд. Лерой не хотел разбираться в этом. Но, как ни странно... ему не хотелось и сдерживаться. Внезапно раздался звук открывающихся дверей, Лерой быстро отдёрнул руку, украдкой посмотрев в ту сторону. Он увидел Холла, стоящего за дверью, голографический экран на его руке излучал слабый голубой свет, мерцающий в полутемной комнате. Лерой осторожно закрыл дверь изолированного бокса и широкими шагами направился к нему: — Нашли причину? Выражение лица Холла стало мрачнее, он медленно покачал головой, передавая голографический экран: — ... Нет. Лерой бегло просмотрел текст, выражение его лица постепенно стало серьёзнее. Холл подавленно уточнил: — По неизвестным причинам его внутренние органы один за другим стремительно отказывают, текущего уровня развития медицинских технологий... недостаточно, чтобы выяснить причину. ————— [1] Небольшое пояснение. У нас есть два РАЗНЫХ прибора: Первый — позаимствованная (естественно, для благородных целей) у Лероя Нулевая машина, которая позволяет управлять ИИ звездолёта, в т. ч. перехватывать сигналы. Из минусов — прибор должен стоять относительно близко к кораблю, чей УМ надо взломать, и оставаться на этом месте достаточно продолжительное время. Нулевая машина кругленькая, изящная и красивая, это её чертежи рассматривал Лерой в отчёте. Второй — механизм, слепленный на колене из кусков мусора, подобранного по пути. Имеет весьма уродливую наружность с какими-то ножками, усиками, чешуйками. Его работа основана на электромагнитных импульсах. Первый раз нам его показывают когда этот прибор блокирует светоэнергетические пушки солдат на площади. Потом эту хрень прикручивают к нулевой машине в качестве аккумулятора, чтобы запустить её. Потом эту дрянь отцепляют и используют уже отдельно, но в качестве взрывчатки, чтобы пробить щит звездолёта Альянса. И наконец-то, дают ей имя — это ЭМИ. Мы правда старались, когда переводили. [2] Гэ Сю оставил без внимания его молчание, умело вынул обойму, вложил в неё патрон, зажатый в ладони, и прицелился себе в висок. Думаю у вас возникли некоторые вопросы... У нас тоже... Итак, ранее на ладонь Гэ Сю упала выпущенная из пистолета пуля. Для выстрела же необходим именно патрон, который, собственно, состоит из пули, гильзы, пороха, шляпки гильзы и воспламенителя. Могу только предположить, что автор решила не заострять на этом моменте внимания для пущего драматизма. Поэтому мы, как преданные читатели представим, что зарядив лишь пулю можно произвести выстрел. Либо это какая-то особенная пуля. Возможно огнестрельное оружие, которое считается древним в Межзвёздную эпоху, в наше время ещё попросту не изобрели, и в каком-нибудь далёком 7ххх году будут многоразовые пули-патроны. [3] Изоляционная комната, она же бокс-палата для изоляции пациентов и медблок: https://t.me/moon_cake_translate/18