Другой Поттер

      День проходил скучно. Поттер наблюдал за вознёй однокашников. Никто не обращал на него внимания и не стремился с ним заговорить. Всё так же край зелёно-серебряного стола был занят только им.       Пару раз Гарри чувствовал на себе взгляды близнецов Уизли. Те смотрели и перешёптывались между собой. И глупцу ясно: те что-то задумали. Впрочем, Поттер и не рассчитывал, что его предостережение дойдёт до их куриных мозгов. Хотят вновь почувствовать на себе его недовольство — их право. Поттер устроит этой парочке райскую жизнь. Он их не боялся. Те не смогут его чем-то удивить.       Поттер видел, как на него несколько раз кидала взгляд Дафна Гринграсс. Ещё одна его головная боль. Навязанная невеста. Что с ней делать, он пока не решил. Сначала получит на руки договор, а потом будет думать.       Малфой тоже косился на Поттера. Взгляд его был недовольным. К слову, тот всегда недоволен.       Взгляд Поттера переместился на преподавательский стол. Снейп о чём-то говорил с Малфоем. Лестрейндж… И тут взгляд остановился на темноволосом мужчине, восседающем рядом с Беллатрисой.       «Что Реддл забыл здесь?» — звучит голос в голове. Поттер был не рад видеть этого человека здесь. Он был опасен. А сам Гарри пока слаб для полноценного противостояния. Тело ещё не окрепло. Магическое ядро на пике роста. И чёртова волшебная палочка… Её попросту нет, как и нет возможности выбраться к Оливандеру. И как бы Гарри ни хорохорился, но ему не победить Реддла в нынешнем состоянии. А рассчитывать на удачу не следует. Удача — штука переменчивая.       Поттер вместе с остальными учениками отправился на трансфигурацию.       МакГонагалл что в его мире, что здесь, — одинаковая. Проверяет домашние задания и ведёт лекцию.       Поттер пару раз чувствовал на себе её изучающий взгляд. Попыток унизить или как-то оскорбить она не препринимала. Как и не выделяла среди остальных. Отношение МакГонагалл было нейтральным.       «Нужно узнать, известно ли Минерве что-то о Дамблдоре. Если я хочу вернуть бузинную палочку, то придётся поискать старика», — мысленно ведёт диалог сам с собой Гарри.       После трансфигурации — урок у Крауча. Как оказалось, ритуалистика являлась обязательным предметом для всех, начиная с пятого курса. На этих уроках ученики изучают премудрости магии. Учат, какие ритуалы бывают и когда их проводить. Пытаются разобраться в наследии, родовой магии и древних чарах. Девушек обучают защитным ритуалам. Поттер и не знал, что младенца стоит пеленать в вышитое руками матери покрывало. Это сильнейший оберег. Джинни его в такие тонкости не посвящала. Да, наверное, и сама не знала, считая это пережитками прошлого. Здесь же каждая уважающая себя леди обучена вышивать. Может, это было и в его мире, но он не особо вникал.       Парни делали упор на защитные чары. Они должны были знать, как наложить защиту на свои жилища, какие ритуалы следует проводить на алтаре рода, дабы усилить его… Там целый список всего.       После двух часов лекции Поттер признал, что ритуалистика — полезный предмет. Не у всех есть родители, которые обучат своих детей тонкостям. А есть такие родители, которые попросту не хотят этого делать, считая это ненужным.       Поттер понимал, что возрождение его рода принесёт с собой немало трудностей. Он единственный живой представитель древнего рода Поттеров. Помощи ждать ему неоткуда. Портреты могут дать совет, но решить проблему — нет. Магия рода уснула после смерти деда. Придётся проливать литры крови и не только своей.       Перед ужином Поттер поймал Гермиону и осторожно расспросил её о Реддле. Оказалось, он каждый год посещает Хогвартс, присутствует на некоторых уроках и даже ведёт лекции. Обычно везёт выпускникам. Те «имеют честь» лицезреть его темнейшество.       Поттера не прельщала перспектива снова столкнуться с Реддлом. Тот был опасен. А ещё он был не так безумен, как в его мире, а значит, мозгами будет пользоваться по назначению, и полагаться на свою удачу Поттеру было бессмысленно. Рассчитывать на победу только за счёт феноменального везения дважды не получится. Даже если сама Смерть благоволит ему.       Перед ужином Поттер смог отделаться от Гермионы и направился на встречу с Делакур. Он до последнего сомневался в правильности этого поступка. Делакур была неучтённой единицей. Но в конце любопытство победило, и ноги сами понесли на башню.       Флёр уже стояла там. Француженка прислонилась к стене и курила. Лицо девушки выражало умиротворение.       — Я вроде не опоздал, — проговорил Гарри, поравнявшись с Делакур.       — Я пришла раньше, — просто ответила девушка. — Надоело всеобщее внимание. Парни в Хогвартсе слишком надоедливы.       Поттер понимающе хмыкнул.       — Если тебе не хочется внимания, то зачем решила принять участие в Турнире?       — Меня не особо спрашивали, — скривилась Флёр. — Директриса сказала, что я должна ехать.       — Не поверю, что ты не смогла бы отказаться.       — Могла, — согласилась девушка. — Но решила, что это будет весело. Меня тешит, что ученицы моей школы будут кусать локти, когда я стану чемпионкой. Они за спиной называют меня пустоголовой красоткой и смеются. Им даже плевать, что я лучшая ученица и мои отметки лучше, чем у них.       — Вижу, у тебя не особо хорошие отношения с товарищами по Шармбатону.       — Да, — просто кивнула девушка. — Они все идиотки.       — Ого, — хохотнул Поттер. — Красноречиво. А как твоя семья отреагировала на поездку в Хогвартс?       Флёр лишь неопределённо пожала плечами.       — Я уже совершеннолетняя и могу сама решать. Но папа очень злился. Он вообще очень волнуется о моей безопасности.       — Ты уверена, что именно тебя выберет Кубок?       — Конечно, — голос полон уверенности. — Если Кубок не фитюлька, то он выберет меня. Я самая лучшая кандидатка. Да и мадам Максим уверена в этом, а её предчувствия почти всегда сбываются.       — Ну наверное, тогда удачи тебе в Турнире, — смешок. — Уверен, что ты добьёшься поставленных целей.       Парочка шла по Хогвартсу. Поттер показывал наиболее значимые места, радуясь, что пока им никто не встретился по пути. Ну ладно, он наложил лёгкий отвод глаз. От взглядов преподавателей заклинание не скроет, а вот от учеников сработает.       — Хогвартс не так и плох, — спустя час проговорила француженка. — Не так красив, как Шармбатон, но тоже ничего. Пошли к озеру, — неожиданно заявила девушка.       Поттер искоса посмотрел на напарницу, но возражать не стал. Они осторожно спустились в один из тайных ходов и двинулись в нужном направлении.       Гарри не стал изображать из себя глупца и трансфигурировал из листьев плед. Он приглашающее махнул рукой.       — Сквиб, ну-ну, — хмыкнула Делакур. — Как ваши идиоты могут верить в этот бред?       Поттер ничего не ответил, его губы расползлись в ухмылке.       — Я хороший актёр.       — Возможно, — согласилась Флёр. — Только я за несколько метров чувствую терпкий вкус твоей магии. — Неожиданно тёплые пальчики коснулись щеки парня. — От тебя разит Тьмой. Признайся, ты ведь убивал? — Пальчики девушки скользнули ниже. Острые коготки упёрлись ему в грудь. Голубые глаза засветились странным огнём. Сейчас только глупец назвал бы Флёр Делакур простым человеком.       Вопрос вогнал Поттера в ступор. Он не ожидал подобного от этой блондиночки. И не знал, что стоит на это ответить. В своём мире он убивал и делал это не единожды. На его руках немало крови. Но этот Гарри — наивный сквиб, который не произносил заклинаний сильнее «Люмоса». Гарри Поттер был маленьким мальчиком, даже не помышляющим об убийстве.       — Да, — тихий шёпот.       — Приятно понимать, что ты честен со мной. Не люблю трусов, которые боятся признать правду и прикрывают всё радужной ложью.       С каждой секундой Гарри всё меньше понимал эту девушку. Она была полной загадкой. Совсем не та Флёр Делакур, которую он знал.       — И тебя это совсем не пугает?       — Нет, — следует ответ. — Я и так об этом догадывалась. Твои движения слишком плавные. Взгляд — совсем не детский. И слова ты используешь осторожно и разумно. Увидев тебя в первый день, я сразу поняла, что ты другой. А потом лишь убедилась, когда моё очарование не сработало. Согласись, странно, что шестнадцатилетний парень прекрасно владеет окклюменцией. Это довольно сложная отрасль магии.       — Может, это врождённый талант.       — Может, — согласилась Делакур. — Но это не отменяет того факта, что ты сильный волшебник. Ты свободно колдуешь без волшебной палочки. И даже не скрываешь этого, кстати.       Поттер вновь хмыкнул. Делакур была права. Он не видел смысла врать ей.       — Ты, наверное, сейчас думаешь о том, почему я не бегу к вашему Малфою или мадам Максим с доносом.       — Признаюсь, подобные мысли меня посещали.       — А всё просто: мне плевать, скольких людей и нелюдей ты убил. Это лишь твоё дело. Тебя не в праве кто-то осуждать.       — Многие с тобой поспорят. — Поттер раскурил очередную сигарету. Взгляд блуждал по глади воды.       — Мне плевать на законы, — следует ответ. — Их создали идиоты для идиотов.       — Не соглашусь. Зачастую законы необходимы.       — Ты говоришь как мой отец, — хмыкнула девушка и забрала из его руки сигарету, делая затяжку. — Нужно делиться, — пояснила она, заметив вопросительно выгнутую бровь. — Поттер, ты же не жадина.       Брюнет лишь хмыкнул.       Они пару минут просидели в тишине, прижимаясь друг к другу и наслаждаясь небом.       Француженка повернулась — так, что их лица оказались напротив.       — Мне с тобой спокойно, — призналась Флёр. — Ты словно источаешь спокойствие и умиротворение. Холод. Да, ты как ледяная глыба. — Пальчики девушки вновь касались его груди. — Даже мой огонь не способен тебя растопить. Меня это завлекает. Я люблю острые ощущения.       Поттер засмеялся.       — Столько комплиментов и мне одному. Я польщён.       Флёр тоже улыбалась.       — Цени мою щедрость.       Пальцы касаются его шеи. Коготки скользят по пульсирующей венке. Глаза всё так же пылают синим огнём.       — Я слышала, у тебя есть невеста, — неожиданная смена темы.       — Есть, — легко признаётся Поттер.       — Но тебе ведь на неё плевать, Поттер, — это было не вопросом, а лишь озвучиванием факта.       — Всё равно, да, — такое же честное признание.       — Вот и прекрасно. Не хочу, чтобы рядом со мной ты думал о ком-то другом.       Француженка сжала его футболку и с силой, не свойственной этому хрупкому телу, дёрнула на себя. Жадные губы впились в не менее жадные… Начался своеобразный танец. Борьба за власть.       — Кхе-кхе, — звучит позади покашливание.       Парочка настолько увлеклась, что не сразу заметила, как к ним подкрался Барти Крауч. Преподаватель с ухмылкой смотрел на парочку. Те, конечно же, отстраняются друг от друга, но даже не пытаются изобразить раскаяние или смущение.       — Не хотел прерывать ваше уединение, но час назад был объявлен отбой, — наконец заявляет мужчина. — Не стоит нарушать правила, — нахальная ухмылочка. — Боюсь, ваш декан, мистер Поттер, не обрадуется такому наплевательскому отношению к уставу школы.       Гарри ничего не ответил. Он не боялся этого человека. И не боялся, что Крауч назначит наказание.       — Пойдёмте, я провожу вас, голубки, — насмешка. — Не все преподаватели такие добрые, как я.