Мороженное и пиво.

Тяжёлые рабочие дни закончились, а значит настал вечер пятницы. Ноги с трудом и не охотой шагали по пустой улице, пока Нил пытался вспомнить, что все же нужно купить домой. Корм они с Эндрю купили ещё на прошлой неделе, наполнитель для лотков тоже был приобретен, и его было ещё достаточно. С такими мыслями Джостен все же дошёл до ближайшего к их дому магазину и зашёл внутрь. Быстрое блуждание между полок, ленивый взгляд бегающий по продуктам, и вот в корзину Абрама уже летит булка хлеба, за ней из холодильника летит две банки пива. А позже и одно мороженое. Поскольку на улице уже была осень, что принесла с собой дожди, холод и грязь, а так-же лёгкое покашлевание, Нил решил отказаться от мороженого. Но зная Эндрю, он будет не против съесть его даже осенью. Касса, улица, подъезд, поворот ключей и парень уже в квартире. Об ноги привычно трётся Король Мышелов. Самый ласковый из всех пяти котов в этом доме. Из зала доносится не громкий звук телевизора, значит Эндрю уже дома. Улыбка сама по себе появляется на губах парня, когда он проходит в зал и не переодевшись падает на диван рядом с Эндрю. — Привет, как дела? — спокойно спрашивает Абрам, удобнее устраиваясь рядом с Миньярдом. — Как обычно, чего не переоделся? — выгнув одну бровь, поинтересовался Джозеф. — Лень, я сегодня так устал, ты не представляешь, — вытянувшись во весь рост, и положив голову на грудь Эндрю ответил Нил. — Ясно, но иди переоденься. А ещё ты напугал Сэра Толстый Кот МакКаттерсон. — Вот это трагедия, — с сарказмом, но весело проговорил Джостен, а после всё-же встал с дивана и пошёл переодеваться. Пока Нил отошёл в комнату, к блондину уже успели прибежать три из пяти пушистых демонов, как их называет называет Ники, после того как они его покусали. Устроившись по удобнее на диване, уже четыре туши спокойно ждали возвращения Джостена. И вновь тело парня по выше падает на диван, в этот раз более аккуратно дабы не придавить котов. Быстро принимает сидячие положение и протягивает Миньярда баночку пива и мороженное. Шоколадное мороженое с орешками на палочке. Классика. Звук открывания банки разносится по комнате, Нил быстрыми глотками и с громким хлюпаньем отпивает немного. А после морщится и откидывается назад, на спинку дивана. Эндрю смотрит на него украткой, немного хмурится, открывает свое мороженное и так-же откидывается на спинку дивана. По телевизору идет какая-то неизвестная комедия, которая не сильно смешит парней. Скорее вызывается вопросы об адекватности и разумности персонажей. Ближе к середине фильма Нил уже заскучал и не смотря телевизор просто гладил котов, пока Эндрю все ещё пил пиво и продолжал с интересом смотреть в экран. Джостен уже допил свою баночку нулевки и поэтому когда Эндрю осушил свою, потянулся к ниму. Первый поцелуй пришёлся на щеку. Второй на шею. Далее нос. Губы. Лоб. Снова щека. И вот Эндрю отталкивает Нила от себя. — Чего это ты? — Хочу тебя, да и фильм скучный. На этот ответ Миньяр закатывает глаза, встает с дивана и выгоняет котов из комнаты. Далее тянется к замку и закрывает комнату, после выключает телевизор и возвращается к Абраму. — Ты невыносим. — Знаю, но ты меня любишь, — с улыбкой довольного кота Нил снова тянется к чужому телу, целует и прижимается ближе. — Сегодня я сверху, хорошо? — Ладно, но с защитой. — спокойно ответил Эндрю, а после сам тянется к губам на против. Нил отстранился так же быстро, как приблизился и ответил на поцелуй, его взгляд был уставшим, но в уголках губ играла едва заметная усмешка. Эндрю поднялся со своего места и притянул младшего за футболку обратно к себе, впиваясь в губы со вздохом. Его руки перекочевали на широкие плечи парня, сжимая их. Из невинного, даже чуть неуверенного, поцелуй становился все развязнее и развязнее. Джостен спокойно сминал то нижнюю, то верхнюю, чуть оттягивая и кусаясь, слизывая капельки крови. У Миньярда от ощущений ноги подкашиваются, он пытается успеть за Абрамом, зарываясь рукой в рыжие, слегка спутаные волосы. Сегодня Нил был грубее и торопливее чем обычно. Пропускает пару прядей сквозь пальцы, оттягивает у корней. Когда все дошло до пика, он попытался взять контроль над Абрамом, но в этой пылкой борьбе за власть, если честно, он сам готов подчиниться. Второй же в дело вводит язык, проникая в горячий рот. Одновременно, он подхватывает Джозефа под бедра и садит на стол, что стоял рядом с диваном, скидывая бумаги, карандаши и сминая страницы некоторых книг и учебников, но об этом они будут думать потом. Удобно устроившись между разведенными ногами Эндрю, парень уверенно проводит языком по небу, ряду белых зубов, находит чужой язык, обвивая его и искусно посасывая. Руки неспеша блуждают от упругих бедер, сжимая их, до плоского живота под футболкой, с небольшими кубиками пресса. Отстранившись, их глаза встретились, во взгляде читалась лишь страсть и переизбыток адреналина. Грудь бешено вздымалась, в голове взрывались фейерверки. Эндрю опустил руку, на удивление, на горящую щеку Нила, поглаживая. —Ты всегда был таким? Или я заставляю тебя терять контроль? — Он открыто язвит младшему. Потому что сейчас он будто под кайфом, эйфория ошеломляюще била в голову, от чего другие чувства и страхи просто исчезли. — Если я теряю контроль, то только чтобы показать тебе, что это означает, — и снова впечатывается в чужие губы, разрывая долгий зрительный контакт. В этот раз резче, грубее, так, что Миньярду становится неимоверно жарко. Будто в раскаленной до предела печи, где он медленно распадается на атомы от прикосновений холодных пальцев Джостена. Нил спускается дорожкой мокрых поцелуев к шее, оставляя за собой следы в виде легких укусов и меток, опускается ниже, оттягивая край футболки, к ключице. Он укусил за выпирающую косточку, несильно, но этого хватило, чтоб старший выпустил томный вздох и откинул голову назад. А чуть выше от нее оставил большой алый засос, что расцветет на утро красивым цветком. Парень отстранился и, налюбовавшись своими творениями, грубо схватил Эндрю за талию и с легкостью закинул себе на плечо, и понес в неизвестном направлении придерживая за ноги, будто тот совсем ничего не весит. Хоть он и дернулся, но такое поведение Нила вызвало волну тепла внизу живота, возбуждение накрыло еще сильнее, снося крышу. Его резко кинули на мягкую кровать в их комнате. Его ноги обвили талию рыжеволосого, прижимая как можно ближе. Тот упирается стояком прямо в пах и трётся, параллельно снимая верх с Эндрю и кидая его куда-то назад. Руки Джостена скользят вдоль подтянутого тела Миньярда. Медленно опускаясь с груди, задевая соски, он проходится по животу, и, дойдя до паха, парень наконец расстегивает и кидает шорты Эндрю, в которых стало уже порядком тесно. А того пробирает на дрожь, мурашки покрывают все его тело, он готов сейчас взорватся от этих прикосновений и желания большего. С его губ сходит уже который вздох, когда Нил наконец снимает с себя одежду, оставаясь лишь в боксерах. Миньярд пожирал его взглядом, каждый сантиметр его тела. Видел он его не раз, но каждый раз смотрел так, словно в первый. Если бы у него возможность сфотографировать и поставить в рамочку, чтоб любоваться на этот шедевр, он сделал бы это в первую очередь. На реакцию Эндрю младший лишь слегка улыбнулся, хотя в его глазах можно заметить удовольствие. Способность Джозефа здраво мыслить заканчивается тогда, когда с него снимают оставшуюся ткань и чужая рука обхватывает член, накрывая головку большим пальцем. С его уст сходит протяжный стон. Нил начинает двигать рукой в медленном темпе, уделяя внимание головке, будто наслаждаясь как Эндрю извивается, тихо стонет и покрывается испариной. Но контроль сейчас полностью в руках Абрама, и не сказать, что Эндрю против. Он сам отдался ему, сам подчинился, хотя всегда всё, наоборот, находилось в его власти и управлении. Но Нилу удалось пробудить в нем то, о чем он сам раньше никогда не подозревал. Когда Эндрю находится на пределе, Нил резко убирает руку, от чего первый разочарованно стонет, смотря на рыжеволосого злым взглядом. — Я тебя ненавижу, — прерывисто выдает Эндрю, пытаясь восстановить дыхание, когда его резко переворачивают лицом в подушку и шлепают по бедру, от чего он матернулся. — Знаю, — слышится звук открывающегося шкафчика, а за ним и крышечки от бутылька. Когда в него проникает первый палец, обильно политый прохладной смазкой, он чувствует на своей спине губы Нила, который мягко проходится вдоль линии позвоночника, оставляет пару чмоков возле лопаток, останавливается на пару секунд на шейном позвонке и кусает за загривок. Абрам пытался расслабиться, игнорировать боль и такие неожиданно нежные жесты от Джостена помогали отвлечься, пока из него выходили полу-стоны полу-вскрики. Он неспеша вставил второй палец в горячее нутро парня, начав медленно двигаться то глубже, то на манеру ножниц, чтоб избежать случайных травм. Нил снова повернул Эндрю к себе лицом, сразу впиваясь тому в губы, продолжая двигаться. И первый стон удовольствия не заставляет себя ждать, когда младший задевает простату кончиками пальцев. Выдав что-то невнятное в поцелуй, он хватается за крепкую спину Джостена, чуть поцарапав ее ногтями. Ощущений, эмоций слишком много. Ему и хорошо, и больно, кровь приливает к голове, когда рыжеволосый увеличивает темп, все чаще проходясь по чувствительному месту, одновременно кусая и так распухшие губы. С хлюпающим звуком пальцы покидают его. Нил снимает боксеры, наконец освобождая ноющий от возбуждения член, размашисто проводя по нему несколько раз. Ни проронив ни слова, он надевает презерватив и подставляет его ко входу. И без колебаний, входит резким движением полностью, от чего Эндрю закатывает глаза, хватаясь за простыни. Внутри так приятно распирает, заставляя сгорать полностью. Абрам сразу начинает двигаться резко, с высокой амплитудой, но медленно, что грубые шлепки постепенно начали заполнять стены комнаты. Джозеф мечется взглядом из стороны в сторону от того, как неприлично правильно Нил заполняет его, выбивая звезды перед глазами, стоны до сорванного голоса. С каждой минутой Эндрю хотелось послать Нила к чертям, но хотелось и большего. Он увеличивает темп до животного, не давая тому и передышки между толчками. Закидывая его ноги себе на плечи, Нил поворачивает лицо Миньярда к себе, притянув за подбородок. — Смотри мне в глаза, — произносит между вздохами парень в просяще-приказном тоне. Старший только от этого уже кончить готов. Их зрительный контакт как разряды, пробегающие по телу, парализует разум и заставляет еще сильнее дёргаться из нутри. Воздух в комнате стал еще плотнее, пульс превышал норму в два раза, а в голове только одно. — Сильнее, Нил, сильнее черт тебя дери, — его желание тут же исполнено и заставляет поджимать пальцы на ногах в неописуемом удовольствии. И либо сейчас они сломают кровать, либо оставят вмятину в стене. Имя Нила вылетает из губ Джозефа как мантра, лаская слух первого. Юноша снова впивается в губы второго, жадно проникая все глубже и глубже, будто это их последний поцелуй. Абрам отстраняется, разрывая языком блестящую ниточку слюны между ними, Их лбы встретились, хриплые, тихие стоны смешивались с высокими и громкими. Этот момент, казалось, интимнее всего, что происходит извне. Контакт не разрывался ни на минуту, взгляд передавал весь объем чувств лучше любых слов. В груди у каждого бушевало непонятное чувство, теплее, чем солнце. Словно после холодной ледяной зимы, вдруг пришла весна, наполняя воздух ароматом распустившихся цветов. Тепло разливалось по венам, превращая каждую секунду этой близости в нечто большее, чем просто мгновение. Джостен, ощущая предоргазменную дрожь Эндрю, сжимает его бедра сильнее, толкаясь как можно сильнее. И в один момент в глаза Миньярда проносятся вселенные разноцветными пятнами, эйфория заполняет голову, а тело наконец расслабляется. Он кончает с громким вскриком, пачкая себя и парня напротив. Чувствуя сжимающиеся горячие стенки вокруг своего члена, Нил изливается следом, с томным стоном «Эндрю» прямо тому в губы, толкнувшись еще пару раз, чтоб продлить удовольствие. Он падает на изнеможденное тело старшего, сразу собирая его в охапку. И ему не мешает ни пот, ни сперма на коже. Они лежат так минуту, восстанавливая дыхание и осознавая, что только что произошло. — Ты так прекрасен, — проговаривает рыжеволосый полушепотом тому в затылок, снимая презерватив и кидая его куда-то в сторону. Эндрю ожидал услышать от Джостена все, что угодно, но не комплимент хриплым голосом. Снова чувствуя объятия, он поворачивается лицом к Нилу. Челка на его лице прилипла ко лбу, губы были распухшие, в небольших укусах, а взгляд нежным, где не было места предыдущей отстраненности, холода и резкости. — Я думаю, что хочу ещё мороженого, — рука Эндрю мягко легла на плече Джостена. — Обязательно схожу за ним для тебя. — Это прозвучало спокойно, но атмосфера была такая, словно это было признание в любви. Собственно, для них оно таковым и являлось.