Амортенция

      Молли взяла в руки отчёт, написанный как раз по недавнему обряду Стюарта Крэмбла. Она должна была отнести бумаги в кабинет к Патрику — пока это всё, что от неё требовалось. Написанного оказалось немного, однако она указала всё по форме и в деталях: упомянула о неизвестном заклинании, о снова появившемся всполохе энергии и личной просьбе Стюарта. Она не написала, что именно он попросил передать жене, но всё равно собиралась с ней встретиться. Молли знала, что та работала в банке Гринготтс, однако пока что находилась дома из-за траура. Она попросила у Гарри узнать её адрес — они пересеклись утром, когда почти что одновременно зашли в лифт. Теперь же она стояла у стола в своём кабинете и всё думала о том, как ей следовало начать разговор с миссис Крэмбл. Она почти что никогда не встречалась с семьями погибших и всего единожды передала личную просьбу. Это было невероятно важно, но это её смущало.       Затем Молли наклеила стикер с яркой подписью «Подразделение некромантии» и вышла из кабинета. Ей предстояло найти Патрика. Тот, конечно, должен был быть у себя.       Однако в коридоре она снова повстречалась с Гарри.        — Уже загрузили работой? — он неловко улыбнулся и кивнул ей.        — Не совсем, — Молли пожала плечами, — а как ты? Есть что-то срочное?        — Уже нет, — они шли по длинному серому коридору и озирались по сторонам, взгляд Хупер цеплялся за старинные колонны и таблички должностей на дверях разных кабинетов. — Я нашёл адрес, который был тебе нужен.       Гарри протянул ей записку, и Молли была ему горячо благодарна. Она призналась, что страшится грядущей встречи с миссис Крэмбл.        — Но ты не обязана это делать, разве нет? — удивлённо спросил он, когда они проходили мимо других волшебников. Украдкой Молли услышала, что они обсуждали новую сплетню: поговаривали, будто бы матч «Пушек Педдл» хотят всё-таки провести в ноябре, но билеты никто не покупает. Она слегка оступилась.        — На самом деле, обязана, — робко сказала Хупер. — Это последняя воля души, и я никак не могу её проигнорировать. Теоретически это возможно, но у всего есть последствия. Некромантия не так проста, как кажется. Мы проводим ритуалы и помогаем душам обрести покой, это не обычная магия. Не каждый волшебник сможет провести обряд и призвать умершего из Вечности. Призраки, с которыми мы когда-то виделись в школе, не те души, с которыми некроманты имеют дело.       Казалось, сказанное смутило Гарри. Он задумчиво покачал головой, размышляя над её словами. Многие люди даже не задумывались о существовании некромантов, и поэтому им было тяжело понять суть их работы. Да и стоило ли говорить об этом как о работе? Молли поспешила перевести разговор в другое русло.       — Мне нужно передать жене его последние слова, даже если я не хочу этого делать, — сказала она растерянно. — Но перед этим я должна отнести бумаги Патрику.       Вечность не была обычным загробным миром. Она представляла собой пространство, в котором обитали души, однако никто не мог сказать, как оно выглядело. На вопросы о том, как она была устроена, души не отвечали. Они лишь говорили, что это — вечное. Очень часто призванные души находились в состоянии рассеянности, они могли не помнить себя, поэтому некоторые маги предполагали, что в Вечности нет такого же мира, как у живых людей. Вероятно, там не было абсолютно ничего, кроме этих самых душ, и сами они, бесплотные, тоже там как будто бы не существовали. Однако всё это исключительно догадки.       В Хогвартсе, когда Молли там училась, никогда даже не говорили о некромантах. В Академии Авроров сказали, что эта информация школьникам ни к чему, более того, она опасна. Молли узнала о своих способностях, когда впервые увидела фестрала. Некроманты могли видеть их независимо от того, сталкивались ли они со смертью ранее. Для неё это стало большим открытием. Увидев фестрала, она его сначала сильно испугалась и посчитала жутким. Другие ученики сказали, что кареты едут без лошадей, и тогда Молли оказалась в неловком положении. Профессор Макгонагалл объяснила, что фестралов видят не все, однако Хупер так и не смогла вспомнить ни одного человека, который мог умереть у неё на глазах. Профессор убедила её, что это на самом деле не так и важно. Возможно, тогда она поняла, что Молли была некромантом, но не стала ей об этом говорить. Информацию пришлось искать самостоятельно. К счастью, её профессор по Уходу за магическими существами был очень разговорчив. Как-то после урока она спросила у здоровяка Хагрида о фестралах и том, могли ли люди видеть этих жутких лошадей по другим причинам.        — Могут, но не все, — ответил он ей охотно. Молли до сих пор помнила тот разговор очень чётко, хотя это было совсем давно, ещё тогда, когда она училась на втором курсе. После урока она прошла в огород Хагрида, где уже стояли огромные рыжие тыквы, больше по размеру похожие на гигантские валуны. Серое, затянутое тучами небо выглядело невероятно таинственным в контрасте с этими рыжими тыквами. — Есть люди с даром некромантов. Вот они и видят этих лошадок. А что, ты их видишь?        — Да, — неуверенно ответила она ему, думая о том, могла ли сама назвать их всего лишь «лошадками». — А некроманты это?..        — Я этого не говорил, — поспешно заявил он, а затем быстрым шагом направился к своей хижине, желая отделаться от ученицы как можно скорее. — Просто забудь это, не заморачивай себе голову.       Молли хотела ещё подойти к профессору по Защите от тёмных искусств, но постеснялась, вспомнив реакцию Хагрида. Уже после, в Академии, ей рассказали о некромантах больше. В маггловском мире она из художественной фантастики прознала, что некроманты могли оживлять мёртвых. В Академии сказали, что это возможно в редких случаях, только тогда, когда человек умер совсем недавно и не успел отойти в Вечность — оказывается, на это тоже требовалось время.       Конечно же, Молли не стала грузить Гарри всей этой информацией. В Академии о некромантах рассказывали только людям с этим даром, другие студенты знали совсем немного, самое важное — что некроманты вообще существуют.        — А знаешь, — вдруг сказал Гарри, когда они уже подходили к кабинету Патрика. — Волдеморт ведь пытался убить меня. И не знаю, было ли это Вечностью, но я встретил там Дамблдора и, как помню, на перроне.       Молли не ожидала услышать это. Они успели перейти к другой теме — обсуждали школьные годы и Турнир Трёх Волшебников (в их годы название события не совсем отражало его суть из-за большего количества участников).        — В Вечность души уходят навсегда. Оттуда нельзя вернуться, — пояснила Молли, тут же вспомнив печальное известие о кончине Гарри Поттера. К их счастью, он был исключительным человеком и имел возможность вернуться в их мир вновь. — Вероятно, ты видел лимб. Многие видят его по-разному.        — Да, кажется, я понимаю, — Молли показалось, что Гарри после её слов лишился хорошего расположения духа. Не сказала ли она чего лишнего? Он снова кивнул ей и затем небрежно махнул рукой. — Ладно, мне уже пора. Удачи!       Молли снова поблагодарила его. Как только она занесёт отчёт, то сразу отправится к дому миссис Крэмбл. Таков был её план.       Когда Молли вошла в пустой кабинет, она задумчиво огляделась. Ей казалось, что Патрик сегодня в Министерстве, однако она всё равно планировала поговорить с ним о рабочих делах. Молли села на один из стульев, предназначенных для посетителей. В какой-то момент она услышала негромкие голоса. Нахмурившись, она прислушалась. Ничего нельзя было разобрать. Молли только поняла, что один из голосов принадлежал Патрику — слегка писклявый и взволнованный. Второй голос принадлежал мужчине, это всё, что Хупер могла сказать. Казалось, что шум раздавался откуда-то слева, со стороны книжного шкафа. «Тайная комната?» — с недоверием подумала Молли.        — ..не знаю, что мне теперь делать! — Патрик почему-то заговорил громче.       Хупер боролась с желанием подслушать. Она никогда так не делала. В самом деле, что произойдёт, если Патрик узнает, что она слышала этот разговор? И о чём он мог быть? Молли решила уйти. Нельзя было здесь оставаться.        — ..следующий я?!       Она остановилась посреди кабинета и теперь смотрела на книжный шкаф. Значит, там действительно было потайное помещение. Все ли комнаты начальства имели такие? Молли честно хотела уйти, но та реплика заставила её остаться ещё на минутку.        — ..бежать, срочно!..       Молли спешно покинула кабинет, решив, что не хочет больше быть свидетелем этого разговора. Она и так не должна была там появляться. В самом деле, почему они не закрыли дверь?! Теперь Молли чувствовала себя скверно — эта беседа не предназначалась ей. Если так подумать, о чём вообще был разговор? Патрик говорил о том, что он следующий и должен бежать. Молли быстрым шагом поспешила вернуться в свой кабинет. Когда она заметила, что другие сотрудники в недоумении смотрели на неё, она сбавила шаг, однако её сердце всё ещё бешено колотилось от волнения. Патрик всегда был странным и нервным человеком, но неужели он теперь хотел сбежать? Но от чего?       Одна мысль по этому поводу всё-таки была у Молли.       Из кабинета она забрала свои вещи, сумку и блокнот с записями. Палочка, конечно же, всегда была при ней, а вот карандаша порт-ключа не нашлось. Она обыскала весь стол с его множественными ящичками, но не нашла ни одного ключа, который мог бы перенести её домой. Признав поражение, Молли всё-таки пошла к лифту, чтобы выйти из Министерства обычным способом. И, как назло, в коридоре она всё-таки столкнулась с Патриком. Подол его яркой малиновой мантии слегка развевался из-за его быстрого и нервного шага. Увидев Молли, он почему-то заволновался. Их взгляды встретились, но было не похоже, что Патрик знал о её подслушивании. Казалось, что он хотел что-то спросить у неё, однако он ничего не стал говорить и просто прошёл мимо, как будто бы совсем её не заметил.       Что, если он получил записку?..

***

      Близился сентябрь. Под ногами всё чаще стали появляться жёлтые листья, но деревья пока стояли с густыми зелёными кронами. Шерлок не понимал удовольствия от наблюдения за природой. Он со скукой рассматривал серые городские дома и думал о том, кто теперь будет работать в Бартсе, если не Молли. Возможно, Майк Стамфорд. Он был профессионалом, но очень любил разговаривать о пустяках, из-за чего Шерлок каждый раз испытывал сложности при работе в лаборатории. Пустые разговоры отвлекали его от дел. Шерлок мог абстрагироваться от лишнего только в тех случаях, когда ему не требовалось работать руками, ведь тогда ему была нужна полная концентрация.       Шерлок зашёл в Бартс, толкнул тяжёлую дверь и прошёл дальше. В пустом и просторном секционном зале пока никого не было. Лестрейд попросил Холмса посмотреть недавнее тело, доставленное в госпиталь, потому что инспектор подозревал намеренное убийство, а не случайную смерть. Подобные дела не так уж и часто попадались Шерлоку. Он согласился, сказав, что сделает это по собственному желанию и без платы со стороны родственников погибшего. Прошлый клиент, дело которого Холмс раскрыл всего за полдня, был крайне настойчив и предлагал Шерлоку до безобразия огромную сумму денег, но он не взял её, посчитав, что клиент был не в себе. В этот раз Шерлок заранее огласил требование, чтобы избежать очередных проблем. Всё чаще о нём стали писать в газетах из-за блога Джона, и это было большой проблемой. Шерлок не привык к всеобщему вниманию, для него это было неестественно. Однако он не противился желанию Джона писать об их раскрытых делах, хотя и частенько блогер приукрашивал некоторые детали.       Дверь лаборатории открылась, и в секционный зал вышла Молли Хупер. В её взгляде он прочёл лёгкое разочарование. Конечно, она не ждала его в Бартсе. Да и сам Шерлок ожидал встретить в госпитале кого угодно, но точно не её. Он был... удивлён. Майк Стамфорд сказал, что она больше здесь не работала, однако он читал в новостях о пожаре в Квинсборо. Значит, Молли всё-таки будет работать здесь? Заминка стала секундным замешательством.       — Не ожидал тебя встретить здесь.        — Да, — она кивнула, чувствуя себя ужасно смущённой, — я тоже не думала, что вернусь.       Какое-то время они просто неловко смотрели друг на друга, но потом Молли припомнила его слова, которые он сказал ей неделю назад:        — Я не стану забирать у тебя пропуск, но я не смогу доставать органы для твоих экспериментов. Это слишком рискованно.        — Понимаю, — ответил он. — Что насчёт тела Джорджа Такера?       Молли сверилась с бумагами, которые держала в руках.        — Он на мне.        — Отлично!       И он принялся за работу. Молли показала ему тело мужчины, о котором спросил Шерлок, и откинула ткань. Как только она это сделала, она вспомнила о Стюарте Крэмбле и его приоткрытых губах, которые, как ей думалось, ещё хотели проронить последние слова. Молли намеревалась зайти к его жене сразу из Министерства, но ей позвонил Стамфорд и попросил подменить его. Отказать было сложно.       Она отошла от секционного стола, позволив Шерлоку самому рассмотреть тело. В какой-то момент она почувствовала, что у неё отчего-то занемели руки. Она растёрла холодные ладони и подумала о том, что приход Холмса совсем не разозлил её, как она думала ещё недавно. Узнав, что ей придётся продолжить работать в Бартсе, она представила, что будет, когда они снова там встретятся. Она воображала, что совсем закроет ему доступ, как он и говорил. Однако сегодня, вспомнив их недавнюю встречу и его извинения, она поняла, что не хочет злиться. Был ли он прощён? Молли пока не знала. Она снова растёрла ладони и затем спрятала руки в карманах белого халата.       Шерлок осмотрел руки, ступни и шею, а потом отправил Лестрейду сообщение. Молли спросила, что случилось с этим человеком.        — Умер, — коротко сказал он, и Хупер нахмурилась, подумав, что он шутил над ней. — Сам. Без посторонней помощи.        — Ладно, — только и выдавила она, не поняв, что нужно было на это ответить.       Ещё Шерлоку была нужна лаборатория — провести небольшое исследование, которое он начинал ещё до их ссоры. Он сказал, что это займёт всего лишь полчаса, не больше, и тогда Молли согласилась дать ему доступ к лаборатории. Она протянула ему халат большого размера и сказала, что не будет его беспокоить, но он должен сам убрать все реагенты и то, что он возьмёт. Молли села на соседний стул. Она нашла в кармане брюк листочек с адресом миссис Крэмбл; осталось только понять, где этот дом находился. К счастью, это было не так и далеко от Бартса. Затем Молли стала думать о том, как ей следовало начать разговор с ней. Непростое дело... Ей было безумно жаль эту женщину. Молли даже не знала, были ли у них дети, но, может, и не было, раз Стюарт не сказал о них ей.       За всё то время, что они сидели вместе, Шерлок только раз посмотрел на неё. Это было украдкой, на мгновение, поэтому Молли подумала, что он посмотрел на неё всего лишь в задумчивости. Холмс действительно закончил работу быстро, не прошло и двадцати минут. Она заметила, что он что-то всё время добавлял в разные образцы крови. Хупер не понимала, какого эффекта он добивался, но решила просто оставить его в покое. Мало ли, может, дело такое. Его действия не выглядели такими уж интересными. Когда он закончил, она спросила:        — Получилось?        — Нет, — проговорил он, и Молли просто кивнула в ответ. — Так. Пустяки.       Почему-то ей показалось, что Шерлок соврал. Стал ли он заниматься этим, если бы это было для него неважным? Впрочем, Холмс был весьма непредсказуем, поэтому она не стала его допрашивать. Когда он уже собирался уходить, то остановился на пороге и обернулся. Он был очень серьёзным.        — Ты всё ещё злишься?       Молли вздохнула. Она была удивлена тому, что он спрашивал её об этом. Пожалуй, до этого дня она действительно ещё немного злилась на него.        — Не знаю, — честно ответила ему Молли, снова почувствовав онемевшие пальцы. — Немного, наверное.        — Я приду завтра, — сказал он, — мне снова будет нужна лаборатория.        — Хорошо.       Они простились, и Молли почувствовала лёгкое дежавю. Если так подумать, его компания была не так уж и плоха. Сейчас, когда Хупер сильно переживала из-за подслушанного разговора и предстоящей беседы с вдовой Крэмбл, эта встреча для неё была даже приятной.