Амортенция

      От запаха влажного бетона и едкого креозота Молли поморщилась. Она редко спускалась в метро, чтобы уехать куда-нибудь, но Шерлок сказал, что телепортироваться не будет ни в коем случае, и ей пришлось согласиться уехать в центр на метро. К Патрику они приехали в такси, вернуться тем же способом оказалось проблематично. В вагоне сидело всего несколько человек, не больше пяти, и Молли сначала это показалось странным, но потом она совсем перестала об этом думать. Вагон покачивался от быстрой езды, и её слегка укачивало. Шерлок был совершенно невозмутим, если не учитывать его пробудившееся любопытство. В центр они должны были приехать через пятнадцать минут.        — Я не ожидал, что Патрик расскажет всё, что нас интересовало, — сказал негромко Шерлок, обращаясь к поникшей Молли. Он заметил, что она была расстроена, и это его удивляло. — Почему это произошло?        — А ты как думаешь? — устало спросила она, повернувшись к нему. Ещё пару месяцев назад она была бы счастлива, что они вместе сидели, вместе ехали куда-то, но теперь Молли всего лишь хотела уединиться и отдохнуть от навалившихся неудач и проблем.       — Ты налила что-то в кружку, и он раскололся. Дай угадаю — зелье?       Молли кивнула. Другие пассажиры их не слышали, Шерлок предусмотрительно говорил так, чтобы разобрать его слова могла только она. Заметив, что Молли кивнула, он ухмыльнулся.        — Ну конечно.        — Сыворотка правды, — пояснила она, — и мне уже надоел твой скептицизм. Правда.       Он промолчал. Затем, немного подумав, задал вопрос:        — Хочешь сказать, что несколько капель имеют такой результат? Какое там главное действующие вещество?       Молли ответила, что это тёртый корень мандрагоры. Это растение было ему знакомо, хотя он, конечно же, подумал именно о маггловской мандрагоре.        — Предлагаю эксперимент, — Молли недоверчиво на него посмотрела. Шерлок находился в каком-то странном возбуждённом состоянии. Он напоминал ребёнка, ожидавшего появления под ёлкой подарка от Санты. — У тебя осталась сыворотка? — Молли кивнула. — Отлично! Дай мне её.       Идея показалась ей глупой. Молли покачала головой. Поезд затормозил, и вскоре двери вагона открылись на станции. Двое человек вышли. Всего их осталось трое — в углу сидела пожилая женщина с чёрным котом в переноске. Она напоминала сморщенный изюм, и Молли подумала, что ей, должно быть, было лет девяносто, если не больше. Она проследила за взглядом Шерлока и поняла, что думали они примерно об одном и том же. Какая-то из ламп в вагоне замигала, но остальные исправно горели неярким светом.       — Почему ты грустишь? Дело в том, что рассказал этот идиот? — спросил Холмс, нахмурившись.       — Отчасти, — она неопределённо пожала плечами. Шарф слез с плеч и упал ей в руки. — Теперь мы знаем больше. Это всё ужасно... Я даже и не помнила инцидента с «Сурками» и «Мётлами». Кто бы знал, что человек умер... значит, кто-то мстит?       Теперь Шерлок выглядел сосредоточенным, Молли смутилась из-за его внимательного взгляда и призналась:       — Не нравится мне всё это.        — Понимаю, — кивнул он и отвернулся. Чёрный кот, сидевший в переноске, несколько раз мякнул, когда вагон снова остановился. Старушка задремала. — Патрик твой начальник. Ты ему угрожала.       Молли недовольно закатила глаза, и тогда Шерлок, будто бы что-то поняв, просиял.        — Так вот в чём дело. Ты переживаешь, что угрожала ему. Тебя уволят? У него вряд ли есть доказательства твоих угроз, так что тебя, скорее, понизят в должности. Или он большая шишка в вашем ведомстве?        — Использование сыворотки правды запрещено в обычных ситуациях. Это разрешено только во время следствий и в особых случаях, на подозреваемых... — Молли закрыла лицо руками. — Что мне теперь делать?!        — Ничего, — ответил Холмс, и она убрала руки, затем подняла на Шерлока взгляд. — Сейчас точно. Надеюсь, ты брала с собой диктофон? — Молли покачала головой, он тяжело вздохнул. — Непредусмотрительно.        — Я не ожидала...        — Это и моя вина тоже, — коротко сказал Шерлок. Молли так не думала, и ей показалось, что он хотел её успокоить. Затем они снова замолчали. Ехать оставалось около семи минут. На следующей станции в вагон зашли студенты, они прошли в конец, так и не заметив, что с ними ехали ещё люди. Старушка с котом вышла на предыдущей станции.       Воображение рисовало зал суда, где Молли предстояло стать обвиняемой в преступлении. Она всего-то хотела выяснить, кто мог быть убийцей, а в итоге сама могла стать осуждённой... Молли представила, как будет оправдываться и объяснять, что она и не думала причинить начальнику вреда, но кто бы из совета Визенгамота её послушал... Она также боялась, что теперь разочарует Гарри, и он совсем от неё отвернётся. Всё-таки быть ему другом тоже было приятно. В Азкабан её посадят вряд ли, Молли на это надеялась. Очевидно, то, что она думала о чём-то плохом, отражалось на её лице, потому что Шерлок снова спросил в чём дело. Она честно ответила, что совершила преступление.        — Я думал, ты стала детективом, а, оказывается, стала преступницей, — он усмехнулся, и Молли в возмущении сложила руки на груди. Она демонстративно отвернулась от него, и тот продолжил говорить. — Не беспокойся. Он так боится выйти из дома, что вряд ли кому-то расскажет о твоих выходках в ближайшее время. У него нет доказательств. Отрицай всё, что тебе предъявят. И у тебя есть на него теперь компромат, не забывай об этом.        — У меня тоже нет никаких доказательств, — растерянно пробормотала она, думая над его словами.        — Они будут, — заверил её Шерлок. — Надо будет узнать побольше о смерти участника «Сурков».       Это звучало весьма разумно. К тому же, доказательства вины Патрика в том деле могли бы вывести их на преступника. Молли ещё не знала, с чего следовало начать, но она догадывалась, что Шерлок мыслил уже на десять шагов вперёд. Решив не думать пока о плохом, она вспомнила о его просьбе показать действие сыворотки правды. В один момент вагон остановился — снова на станции, — однако двери не открылись. Молли глянула на людей, столпившихся у выхода. «Кажется, сломались», — поняла она, когда парень-студент нажал на аварийную кнопку. Глаза Шерлока снова загорелись азартом.        — По всей видимости, у нас есть ещё время до того, как мы выйдем из вагона. Минут семь, думаю. Этого времени нам хватит для эксперимента.        — Не боишься, что я дам тебе яд? — спросила она, немного отвлёкшись от переживаний. — Вдруг Патрик уже лежит в своём доме без признаков жизни, а мы здесь... ну... едем?        — Не думал, что ты такая кровожадная, — он засмеялся, и тогда студенты недоумённо на них посмотрели. Возможно, они узнали Шерлока, потому что действие заклинания, меняющего внешность, кончилось, но сейчас их больше интересовала сломанная дверь, чем знаменитый детектив в вагоне метро. Молли потянулась в карман куртки, где лежал маленький флакон с зельем. Сыворотки оставалось ровно на глоток, не больше. «И зачем ему это? Никак не пойму», — она задумчиво посмотрела на полупустой флакон. Сыворотка правды без запаха, вкуса и цвета. Выпив его, Шерлок даже не поймёт, что это не просто вода, а сильное запрещенное зелье, но он расскажет всё, о чём она его спросит. Вряд ли она хотела что-то узнать. Быть может, у неё был только один маленький вопрос, однако он был довольно личным, и Молли считала плохой идеей его задавать. Шерлок забрал флакон у неё из рук и, изучив бутылочку, откупорил её и за один глоток осушил.        — Действует сразу? — спросил он, Молли кивнула. Люди, столпившиеся у двери, громко друг с другом ругались за право первенства воспользоваться аварийным краном. — Хорошо. Спрашивай что угодно.        — Что угодно? — удивилась Молли. — И ты не против?        — Нет, — уголки его губ приподнялись, — не думаю, что ты можешь спросить то, о чём я не захочу говорить.       «Не спеши с выводами», — подумала она и слегка покраснела. Дверь вагона наконец-то открылась, и люди, радуясь, вышли на платформу. Войти внутрь никто из людей на станции не решился, дальше Шерлок и Молли поехали одни.        — Ладно. Ты сам попросил. Так... — она вытянула ноги и огляделась по сторонам, рассматривая серый облезлый вагон, — чего ты боишься больше всего на свете?       Шерлок хмыкнул.        — Полагаю, смерти близких, — Молли удивлённо на него посмотрела. — Ты ожидала другой ответ? Считаешь, что я чёрствый циник, которому плевать на окружающих?        — Ну, я...        — Мы с братом не ладим, и иногда мне снится, что его убивают из-за меня. Терпеть не могу эти сны, — Шерлок глянул на наручные часы. — У нас есть ещё пять минут. Это самовнушение? Почему мне так хочется отвечать на вопросы распространённо?        — Ты сам попросил дать тебе Сыворотку правды, — напомнила она, смутившись, — и прости, что спросила о личном, но так ты быстрее убедишься, что зелье действует. О, придумала! В блоге Джон писал, что ты не знаешь, что Солнце — это звезда. Это правда?        — Знаю, — буркнул он. — Теперь. Мне уже не нравится эта идея. Я не хотел говорить, что не знал этого. В своё оправдание скажу, что «удаляю» лишнюю информацию, если она мне не нужна для расследований. В школе у нас был курс астрономии.       Молли улыбнулась. Этот вопрос оказался удачнее. Она думала над третьим вопросом, сложно было его придумать. Что она хотела узнать о Шерлоке?        — Есть дела, которые у тебя не получалось раскрыть?        — Твои вопросы не кровожадны, но чересчур любопытны, — снова пробурчал он, — есть, конечно. Их мало. До недавнего времени это было дело Мэйси, но теперь можно рассчитывать на его закрытие, — пока Молли думала, о чём спросить далее, он сказал. — Я тоже хочу задать вопрос. Для чего ты ввязала меня во всё это?       Она открыла рот, чтобы ответить, и тут же его закрыла. Себе она объясняла это тем, что иначе поступить в той ситуации не могла, что любое её оправдание он не счёл бы правдоподобным, что так она могла его отблагодарить за спасение — рассказать правду. Но теперь ей всё это казалась недостаточно веским поводом. Взгляд Молли метнулся к поручням, с которых давно слезла серая краска. Табличка с названием следующей станции дважды мигнула и снова зажглась.        — Мне нужна была твоя помощь. Я, конечно, только некромант, и моя работа не предполагает расследования преступлений, но я подумала, что ты сможешь помочь мне.       Обдумав услышанное, он понимающе кивнул.        — Кстати, ты украл у меня одно зелье...        — Позаимствовал для эксперимента, — невозмутимо произнёс он.       Шумно вздохнув, Молли продолжила:        — ...и ты должен его вернуть. Какой... запах ты услышал?        — Показалось, что твой, — её щёки вспыхнули ярким румянцем, — запах ягод и формалина. Странное сочетание. И было странно, что Джон и Стамфорд слышали совсем другие запахи.        — Вот как... — смущённо протянула она. Вагон начал замедляться. Шерлок встал с места и решительно направился к выходу, Молли поспешила следом, схватив чуть не упавший шарф.       Вместо того чтобы зайти на Бейкер-стрит, они завернули в какое-то кафе, потому что Шерлок неожиданно заявил, что успел проголодаться. Молли сначала подумала, что ослышалась — когда Холмс был в Бартсе, он практически никогда не появлялся в столовой и на все её приглашения отобедать отвечал со скукой. Она понимала, что он это сделал, так как заметил её задумчивость, и это предложение напоминало попытку её подбодрить. Молли была ему за это благодарна, хотя она теперь почти что не думала о Патрике и Мэйси, она думала об украденной Амортенции и его словах. Это было просто невероятно. Он чувствовал запах ягод и формалина, и эти ассоциации вели к ней. Пока Шерлок что-то говорил человеку, принимающему заказ, она смотрела на Холмса так, как будто усиленно пыталась разгадать тайну его мыслей.       Она не сказала, что Амортенция была любовным зельем, и не раскрыла тайны его действия. Да и надо ли было это Шерлоку? Конечно, нет. Действие Сыворотки правды закончилось быстро, но Молли успела ещё задать два вопроса и узнала, что к Джону он относился исключительно положительно и что соседство с ним было даже приятным.       Подхватив растворимый кофе в пластиковом стаканчике, Шерлок сел за стол. Кругом было не сильно много людей, в основном молодые, зашедшие за сытными хот-догами. Молли посмотрела в сторону закусок и попросила принести ей что-нибудь горячее. «Не вопрос», — сказал он, и она снова почувствовала себя смущённой. «Он так и не сказал, поверил ли в действие Сыворотки правды», — она отвернулась и теперь видела только стену с какими-то разноцветными флагами и плакатами футбольных команд. Всякие мысли о Гарри пропали из её головы, и это, безусловно, было к лучшему, хотя Молли казалось совершенно неестественным думать о том, что она почему-то заинтересовала Холмса... Когда он принёс ей хот-дог, она едва слышно сказала спасибо. Понимал ли он сам, что она ему нравилась?        — Предлагаю найти родственников умершего игрока и расспросить у них о произошедшем, — садясь, проговорил он. Молли согласно кивнула. — Мы можем предполагать, что мстит кто-то из родственников, и это создаёт дополнительную проблему.        — Можем сразу выйти на этого убийцу? — Шерлок не ответил, но она и так понимала, что именно это он и имел в виду. — И что мы будем делать?        — Будем смотреть по ситуации. Неплохо подстраховаться, — он достал из кармана брюк телефон и проверил новые сообщения от Джона, который не знал, куда они уехали этим вечером. — Или мы можем обратиться к старым игрокам и миновать родственников. Шансы остаться живыми в этом случае будут выше. Выйти на игрока «Мётел» будет проблематично, правильно понимаю?       Учитывая, что этот игрок спустя несколько лет после трагедии стал довольно популярным в мире спорта, Шерлок был прав, и Молли подтвердила его слова.        — От имени Министерства Магии мы можем обратиться к нему, — сказала она, — только это будет превышением полномочий с моей стороны. А я и так... ну... рискую.        — Значит, будем искать бывших игроков, — Шерлок отправил сообщение Джону и только тогда снова посмотрел на неё. Молли пожала плечами.        — «Сурки» сейчас не так популярны, как «Мётлы», так что не будет проблемой связаться с игроками без их уведомления через Министерство, — и теперь все её размышления снова были сосредоточены на деле.

***

      За дополнительной помощью пришлось обратиться к Гарри. Он снова неодобрительно отнёсся к идее Молли что-то выяснять самостоятельно, но она горячо заверила его, что влезать в неприятности не будет. Об угрозах Патрику в Министерстве пока не знали, и Молли надеялась, что этого так и не произойдёт — она также узнала от Гарри, что Патрик появился впервые за долгое время на работе и заговорил об отстранении Хупер, однако его слова не успели перерасти в действия. «Хуже некуда», — расстроенно подумала Молли, когда прочитала об этом в сообщении от Гарри. Он передал ей адрес нескольких бывших игроков «Сурков», бывших в составе команды в годы, когда произошла та трагедия.       План был очень прост — всего-то нужно было поговорить с кем-то из игроков, разузнать подробности смерти некого Майлза Октавиуса и подробности вынесения приговора по делу его убийства. Шерлок пообещал взять все сложности на себя, и Молли оставалось только проконтролировать весь процесс и проследить, чтобы Холмс не проболтался, что он — маггл. Идя вместе с ним по одной из улиц Дандженесса, она приметила, что проводить с Шерлоком время стало какой-то нездоровой традицией последней недели. Молли всё ещё помнила случай, когда он накричал на неё, хотя она практически простила его за это. Жизнь спас, как-никак, и это нельзя было игнорировать. Шерлок шёл впереди и о чём-то рассуждал, она слушала его вполуха и думала о своём. Она с любопытством разглядывала его профиль, отмечая про себя, что это был самый красивый профиль, который она когда-либо видела. Шерлок, заметивший на себе её взгляд, обернулся и спросил, слушала ли та его.        — Конечно, — поспешно ответила Молли, — нам направо.       Всё это время Шерлок рассуждал о деле, он прикидывал возможные варианты личности убийцы. Следовало разузнать о родственниках Майлза Октавиуса, не все они, к сожалению, были живы. Гарри передал Молли некоторую информацию, из которой она узнала, что отец Майлза скончался спустя пару лет после трагедии, спился. Мать погибшего совершенно точно не могла быть тем, кого они искали. Молли надеялась, что друзья Майлза по команде смогут рассказать больше, чем было известно Министерству.       Они свернули направо и наткнулись на какой-то трактир. Молли чуть съежилась от холода и спрятала руки в карманы куртки. Дождя не было, но по небу ходили кудрявые тучи. В Дандженесс они приехали поздно, потому что Шерлоку требовалось днём закончить с другими делами, касавшимися какого-то расследования с кражей. По пути, когда они ехали в арендованной машине, он, следя за дорогой, обмолвился, что всё оказалось ровно так, как он полагал, и ездить в дом к клиентке было не так уж и обязательно. Молли не знала, о каком деле он говорил, но ей почему-то всё равно было интересно его послушать. Дандженесс не показался Хупер дружелюбным. Напротив, он предстал перед ней холодным и грязным. Может, так действовало первое впечатление. Молли глянула на трактир и тут же вспомнила «Дырявый Котёл» — это здание тоже по-своему было дырявым. На первом этаже одно из окон замуровали, а на втором, прямо на стекле, написали какое-то неприличное слово, которое Шерлок никак не мог прочесть из-за разводов краски. «Грязнокровки», — пронеслось в голове Молли, когда она увидела очертания знакомого ругательства. Кто-то в этом месте, видимо, был обеспокоен чистотой крови. Она поморщилась.