It Comes In Waves

Следующие две недели стали для Минхо адом. От Джисона больше ничего не было слышно, Джин так и не организовал никакую встречу; дозвониться до него было невозможно, в отделе сказали, что он уволился, а в его старой квартире уже проживал кто-то другой. Ли тонул в чувствах безысходности и бессилия. Чанбин поддерживал его, как мог, но все равно он видел, как с каждым днем от его напарника остается все меньше. Они пытались разбирать какие-то старые зацепки, перечитывать все имеющиеся на руках данные, включая то немногое, что предоставил им Хёнджин. Хотели даже установить слежку за Минхёком, но его оказалось невозможно найти. На компанию «Лира» не удалось нарыть абсолютно ничего: по бумагам все было идеально. Тот массажный салон, который они собирались проверить, был закрыт навсегда. «Везде тупик, куда бы я ни пошел… Словно застрял в паутине. Сколько можно топтаться на месте?» — Сидя в своем рабочем кресле, Минхо вновь перебирал свои мысли. За окном уже давно стемнело, и офис, как обычно, опустел, но уходить не хотелось. Он больше не спешил домой, ведь там его никто не ждал. «Может, снова съездить проверить, как там Суни?» — он за это время несколько раз бывал в старом районе Джисона, чтобы покормить и погладить того самого рыжего кота, что помог им с Ханом немного сблизиться в то Рождество. В глубине души он надеялся, что младший тоже покажется там. Минхо думал. Тихо гудел процессор. Он подошел к своей доске, где был наглядно представлен ход дела, в миллионный раз принявшись изучать каждую строчку, каждую фотографию, что удалось найти, каждое досье. Он настолько погрузился в работу, что даже не заметил, как прошло еще полтора часа. Уже давно перевалило заполночь, а он так и не ушел домой. – Опять от кэпа прилетит. Пора, наверное, идти домой. Тишину разрезал звонок мобильного. И снова номер не определен. –Алло? – Минхо? Привет, это я, — Ли замер прямо посреди офиса, – Прости, что так долго не выходил на связь, надо было разобраться со всем. Ты сейчас дома? – Нет, еще в участке. Но я как раз уже собирался выходить. Ты возвращаешься? – Он не хотел строить какие-то ожидания, но скрыть надежду в голосе было непосильной задачей. Ему очень хотелось увидеть Джисона. Желательно, побыстрее, а лучше – еще вчера. – А ты хочешь, чтобы я вернулся? Я думал, может, тебе уже надоело, что я постоянно где-то маячу, ха-ха, – смех по ту сторону провода был очень натянутым, что не ускользнуло от внимательного полицейского. – Джисон, возвращайся. Я соскучился. Повисла небольшая пауза, словно они оба не ожидали таких слов от Минхо. – Я тоже… соскучился. Могу я приехать завтра вечером, часов в восемь? – А почему не сейчас? Джисон усмехнулся: – Боже, какой нетерпеливый, – в этот раз смех был искренний, – Сейчас тебе нужно ехать домой и как следует выспаться. Я все тебе расскажу завтра, хорошо? – Ладно. Я буду ждать. Кстати, это твой новый номер? Я могу его сохранить? – Да, конечно. Будем на связи. – На связи. На линии повисли гудки. Ли убрал телефон в карман, собрал сумку и направился к выходу. Может быть, ему удастся сегодня немного поспать? *** Несколькими днями ранее Два парня стояли перед тяжелой дверью в кабинет, так и не решаясь войти. Наконец, после пяти минут топтания и недовольного бормотания, один из них все-таки не выдерживает и рывком ее открывает. Хищный взгляд карих глаз моментально метнулся от компьютера к вошедшим. – Стучаться не учили? – Феликс поднял одну бровь в удивлении, но сильно нагнетать не стал. Ему казалось, что Джисону и так досталось, поэтому пугать еще больше он его не хотел. – Привет, прости, – синхронно ответили парни. – Прощаю. Садитесь, будем решать, что с тобой теперь делать, Сонни. Его вновь передернуло от этого прозвища, но он все равно послушно сел на диванчик, а Чонин уместился рядом на стуле. – Итак, рассказывай. Пока что вся информация, которая ко мне попадала, была лишь обрывками картины. Я бы хотел услышать все от непосредственного участника сей неурядицы. – Ну, в общем, все началось с того, что ко мне в клубе после моей первой смены подошел какой-то парень. Представился Минхёком. Вскоре мы начали встречаться, – ему было очень неловко делиться такими вещами с чужим человеком, но Чонин сказал, что лучше быть максимально честным, поэтому, уставившись куда-то в пол, он продолжил, – Я ему ничего не говорил о том, кем работаю, да и он о себе не особо распространялся. Спустя несколько таких месяцев он напросился ко мне, якобы закинуться и просто расслабиться. Вспоминать это было не из приятных, и Хан немного замедлился. – Мы уже подходили к квартире, как на меня напали и начали избивать. Минхёк к тому времени уже исчез. Ну, в общем, они все вынесли. Вообще все. Я так и не понял, кто это были и откуда у них инфа о том, что у меня хранилось и где. Ну вот. Я испугался очень, поэтому и начал скрываться. – Ох, Сонни, какой же ты дурачок. Приди ты ко мне сразу, как только все произошло, и расскажи о случившемся, этого всего бы не было, – Феликс встал со стула и прошел в угол кабинета, где стояла кофе-машина. Достав три чашки, он принялся готовить напитки, параллельно продолжая вещать. – Понимаешь ли, я уже давно в этом деле. Возможно, слишком давно. И знаю всех, кто так или иначе замешан в наркоторговле. Те люди, которые на тебя напали, были из банды Джихуна; крысы, что торгует второсортным дерьмом. Он, вроде, не строитель, но все пытается построить из себя что-то невъебенное. Спойлер: ему никогда это не удастся, потому что у него напрочь отсутствуют принципы, – Он подмигнул ребятам и поставил поднос с тремя чашками на небольшой столик у дивана, жестом приглашая парней угоститься, а сам присел на диван недалеко от Джисона. – Когда-нибудь я расскажу тебе историю о том, как пришел к своему месту, и почему Джихун постоянно вставляет мне палки в колеса. Но не сегодня. Сегодня скажу следующее: мне жаль, что все сложилось именно так, но это будет твоим уроком. Если что-то подобное произойдет еще раз, прятаться – это последнее, что ты должен делать. Мы здесь все связаны, и за каждого своего человека я отвечаю. Ты тоже мой человек, Сонни. Если понадобится, я тебя из-под земли достану, – Феликс отпил свой кофе. Горечь обожгла горло, и он довольно прикрыл глаза, – Надеюсь, ты этого уже понял. – Понял. – Кстати, Инни, а ты уже рассказал нашему маленькому другу о его бывшем? – Ну, в общих чертах. – Хорошо, врага надо знать в лицо. А эту крысу так точно. – Хм, Феликс? – Да, Сонни? – Я хотел спросить кое-что. Откуда вы все знаете Минхёка? – Так Инни все-таки не все рассказал? – Он бросил хитрый взгляд на Чонина, а тот в смущении отвел глаза. – Прости, я не знал, сколько могу рассказать. – Что ж, похвально. Свой урок ты, похоже, усвоил, – Феликс усмехнулся, а Чонин еще больше вжался в стул, – Минхёк раньше работал на меня. Давно. Но я его выгнал, когда понял, что в нем нет ничего святого. Мне такие не нужны. Вот он и обозлился, а потом на него каким-то образом вышел Джихун и взял к себе. Он давно точит на меня зуб. Но об этом, как я уже сказал, как-нибудь потом. Во внезапно образовавшейся тишине кабинета раздавались лишь глотки и гудение компьютера. Хан решился задать еще один вопрос. – А кто такой Хван, ты не знаешь случайно? – А поточнее можно? Мы все-таки в Корее, тут Хванов тысячи. – Хван … как его там, он говорил как-то… Хён… Хёнмин? Или нет, как же… А! Хёнджин. Точно, Хван Хёнджин. Феликс с недоверием посмотрел на парня. – А его ты откуда знаешь? Джисон не знал, как объяснить это, не упоминая Минхо. Они с Чонином заранее договорились, что их боссу явно не стоит знать о том, что Хан все это время скрывался у полицейского. – А, ну, это… Его Минхёк как-то упоминал, – он не знал наверняка, связаны ли как-то Хёнджин и Минхёк, но решил блефовать. Не лучшее место для этого, конечно, но кто не рискует – тот не пьет, верно? Небольшая пауза в диалоге заполняла комнату, и Хан уже приготовился к чему-то плохому, как Феликс сказал: – Интересно, в каком контексте он это сделал, – во взгляде заблестели недобрые искорки, – Но, если тебе так надо это знать, то это их коп на побегушках. – Коп… на побегушках? – Ага. Любой уважающий себя наркобарон обязан иметь крышу над головой. В переносном смысле, разумеется. Только вот если у Джихуна это какой-то сомнительный парень, у меня на это есть целое отделение. Всех можно купить, но не всех можно купить за деньги, — он встал с дивана и вернулся за стол. – Ладно, заболтали вы меня, – парни смущенно переглянулись, ведь все это время болтал, по большей части, Феликс, а затем встали и уже почти открыли дверь, как проникающий под кожу бас заставил их развернуться: – Сонни, ты мне нравишься. Инни свяжет тебя с новой точкой. Придется снова завоевывать доверие людей, ты готов? – Да, Феликс, конечно. Спасибо, что дал мне еще один шанс. – Обычно я не даю вторых шансов. Но у меня хорошее предчувствие на твой счет, так что не подведи меня. На этом все, – и он уставился обратно в компьютер. Однако боковым зрением он видел, что у дверей все еще кто-то трется. Ли поднял глаза на парня и с легким раздражением спросил: — Ну, что еще? Чонин неловко переступил с ноги на ногу. — Я… я хотел спросить тебя кое о чем. — Спрашивай, только быстро. У меня куча дел. — А, да, конечно. Ну, в общем… прости, если лезу не в свое дело, но ты, вроде, хотел заставить Джисона замолчать? Я думал, что ты выгонишь его или буквально лишишь языка, или еще чего похуже… — А-а, решился все-таки, — Феликс деловито откинулся на спинку стула и довольно улыбнулся, — Я так и знал, что ты подслушивал, маленькая шкода. Это была твоя проверка, Инни. — Проверка? — Чонин немного нервничал, ведь он по сути признался, что подслушивал его, но Феликс, кажется, не было зол? — Ага. Мне было интересно, что ты выберешь: помочь другу или остаться со мной. Ты выбрал правильно, и отчасти поэтому я решил дать Сонни еще один шанс. Но это последний, имейте это ввиду. Еще один прокол, и вы оба понесете наказание, — Ли посмотрел прямо в глаза Чонина с абсолютно непроницаемым лицом, — И поверь, это будет посерьезней нескольких ударов плетью. Парень молча кивнул, поклонился и наконец покинул кабинет. *** В этот день Минхо впервые отпросился с работы пораньше, чтобы успеть привести квартиру в божеский вид. За две недели его апатичного состояния дом успел обрасти слоями грязи и пыли, которую не хотелось демонстрировать Хану. Чанбин заметил перемены в настроении Ли, но тот на его расспросы лишь загадочно пожимал плечами. Его это крайне смутило, но дальше расспрашивать он не стал. Вернувшись домой около пяти, Ли принялся прибираться так, словно от этого зависела его жизнь. Он управился со всем за пару часов, так что еще оставалось время что-нибудь приготовить. Выбор пал на кимчичиге. Вскоре дом наполнился приятными ароматами еды. За пару минут до восьми в дверь раздался долгожданный стук. Сердце Ли, казалось, пропустило удар. Он побежал в коридор, чуть не споткнувшись о пакеты с мусором, которые совершенно забыл выкинуть. «Че-е-ерт» – пронеслось у него в голове, пока он судорожно открывал замки. – Привет, – в дверях стоял, слава всем богам, Джисон. Слегка похудевший, с чуть заметными тенями под глазами, но живой и улыбающийся. и с каким-то пакетом в руках, на который Минхо даже не обратил внимания. – Привет. Входи скорее, – он жестом пригласил его внутрь и, как только тот вошел, заключил его в самые крепкие объятия, на которые был способен. Хан, конечно же, ответил. Они простояли так пару минут, не меньше. – Я так рад тебя видеть, – шептал Минхо в затылок парня. Он не мог перестать втягивать аромат его волос. Это было что-то хвойное, напоминающее лес тихим зимним вечером. – Я тоже. Очень, очень, очень рад, – кое-как оторвавшись от Минхо, Джисон показательно втянул носом воздух и с улыбкой спросил: – Чем это так пахнет? – А, я приготовил кимчичиге. Надеюсь, ты такое любишь, – Ли кинул на Хана лукавый взгляд и, взяз его за руку, повел на кухню. Ответом ему стал заливистый смех и объятия со спины. После того, как гость был усажен, а еда разложена по тарелкам, Минхо и сам присел за стол. Он постоянно возвращался глазами к Джисону, как будто убеждаясь, что он действительно здесь. – Не стесняйся, бери все, что хочешь, – Ли придвинул несколько тарелок с закусками поближе к парню. – Я раскусил твой коварный план! Накормить меня до отвала, чтобы я не смог двигаться, и мне пришлось остаться у тебя? – Хан весело рассмеялся, и Хо не мог не ответить тем же. – Признаю, ты меня поймал. Но ты и правда выглядишь чуть похудевшим. Расскажи мне, пожалуйста, все, что произошло. С самого начала. – Может быть, все-таки сначала поедим? – Хан как мог оттягивал момент откровений, потому что мог приблизительно представить реакцию Минхо. Тот немного смутился и уставился в свою тарелку: – А, да, конечно, прости. Приятного аппетита. – И тебе. Когда с основной едой было покончено, Хан достал что-то из пакета, с которым пришел. – О боже! Ты принес целый чизкейк? – Минхо был изрядно удивлен таким поступком. – Конечно, это ведь наш любимый. Из той самой кофейни, – он смущенно улыбнулся и протянул Ли упаковку. Быстро открыв и отрезав солидные кусочки себе и Джисону, он убрал остальное в холодильник. Чизкейк на завтрак – что может быть лучше? Он уже предвкушал завтрашнее утро. А если еще и Хан останется… это будет самое доброе утро за долгое время. – Ну какой же он шикарный! Я, кстати, давненько его не брал. Да и в кофейню давно не заходил… Надо исправляться. Как я понимаю, тебя больше не разыскивают? Ну вот и настал момент. Пора все рассказать. – Нет, меня больше не разыскивают. Минхо в нетерпении посмотрел на Хана и одарил его очень говорящим выражением лица, мол, «ну а дальше-то что?» – Да окей, окей, рассказываю, – закинув в рот последний кусочек чизкейка, Хан отвел глаза к окну и начал свой рассказ. – Если вкратце, то теперь все более-менее пришло в норму. Феликс, коли ты уже знаешь его имя, дал мне еще один шанс, так что так просто я оттуда не выпутаюсь. – Джисон, меня интересует сейчас другое. Кто тебя забрал и что они с тобой делали? – Ну, это немного сложно. Минхёк как-то узнал, где я живу. В тот день, когда мы, ну, хотели поговорить, я ждал доставку. Когда в коридоре послышался шум, я без задней мысли вышел проверить. А не стоило. У него, вроде, было что-то, он меня вырубил. По словам Сынмина, он привез меня к главному офису, очень рискуя. – Главному офису? В «Лиру»? — Джисон удивился осведомленности Минхо, — А зачем он тебя туда вообще повез? Я не понимаю мотивов. – Все по порядку. Итак, о чем это я? А, да. Меня разыскивали свои же. Тот факт, что после ограбления я исчез, чести мне не сделал, поэтому мне… Скажем так, вынесли некий приговор. – Что? – Ну, типа, наказание. Так вот. Минхёк и Феликс не в ладах, но, судя по всему, он все пытается как-то на него повлиять? Не знаю, я и сам не до конца понял, что там у них. Короче, он сдал меня нашим, а они и оформили мне… наказание. – Джисон, мне не нравится, как ты избегаешь деталей. Чем ты вообще заслужил наказание? И что это было? Ему не хотелось вспоминать все пережитые ужасы. Спина все еще побаливала, но шрамы, что останутся с ним навсегда, будут вечно напоминать о том, что произошло в той бетонной комнате. Собравшись с мыслями, он все-таки сказал: – Меня высекли. За мой проёб. – Что ты сказал?? Высекли? – Ли не смог больше сидеть и поднялся, чтобы хоть как-то снять напряжение, – Что, блять, за варвары там работают? – Как оказалось, я еще легко отделался, – он вспомнил слова Сынмина об отрезании пальцев и прочих наказаниях, которые были у них приняты. – Пиздец. Это просто пиздец. Минхо приблизился к Джисону и схватил его за плечи: – Джи, покажи мне. – Нет, Минхо, не стоит, правда. Там ничего такого… – Покажи мне. Я хочу понять. Пожалуйста. Джисон видел искренность в глазах напротив. Как и всегда. Он мог ему доверять. Он хотел ему доверять. И он не хотел его расстраивать. Но, тем не менее, поднялся со стула и аккуратно снял худи вместе с футболкой, а затем молча повернулся к Ли спиной. – Блять!! – Джисон подскочил от резкого удара по столу и поспешил одеться. Ли обессиленно сел на пол. – Джи, мне так жаль, – он посмотрел на парня, что присел напротив, а в глазах у него сверкали слезы, которые уже начали спускаться по лицу. Джисон нежно стер мокрые дорожки и погладил его по щекам. – Эй, ну ты чего. Я уже в порядке. Все пережил. Шрамы затянутся. Все будет хорошо. – Хан-и, мне кажется, я люблю тебя. Хан ожидал услышать это в последнюю очередь, если вообще ожидал. Да, он тоже испытывал к Минхо довольно сильные и теплые чувства, но любовь? Она ли это? Он не знал, поэтому просто присел еще ближе и крепко обнял его, поглаживая по голове. Они ведь хотели поговорить об этом? – Если честно, я не уверен, что знаю, что такое любовь. Ты очень дорог мне, и мне очень хорошо с тобой. Ты как теплое одеяло в морозный день. У меня еще не было такого, — он сделал небольшую паузу, — Прости, что пока не могу как-то определить свои чувства, но я не думаю, что теперь смогу без тебя. Минхо выпрямился и посмотрел Хану в глаза, а затем притянул к себе и поцеловал с такой нежностью, на которую только был способен. Теперь они, кажется, все выяснили. Слезы высохли. Стало теплее.