It Comes In Waves

Заброшка на севере, вечер — Давайте еще раз быстро пробежимся. Сынмин и Минхо, вы идете прямиком на место встречи, куда вскоре подойдет Джуён. Это, как мы обговаривали, будет главный зал на первом этаже. Скорее всего, он будет не один, так что с вами еще пойдет Ёнпиль. Он, кстати, должен уже приехать. Феликс любезно одолжил нам своего телохранителя на эти переговоры из-за его большого опыта, так что, если что, можете смело обращаться к нему. Вся команда из пятерых человек сидела в машине Сынмина, в последний раз сверяясь с планом. Из Чонина получился отличный координатор, так что было решено вручить ему все организационные «поводья». — Так, позвоню-ка я Ёнпилю, узнаю, где он, — Ким достал телефон, но Чонин его остановил. — Подожди, давай закончим, и потом позвонишь, — получив в ответ кивок, он продолжил, — Итак, вы ведете переговоры. В идеальном мире, они проходят отлично, и мы все расходимся по домам. Если же вдруг окажется, что мир наш неидеальный, мы с Джисоном и Чанбином будем на подхвате и спрячемся в соседней комнате. Вот он на карте, — он ткнул на фото в телефоне, — Если что-то пойдет не так — мы тут же придем на помощь. Бин пошлет за подкреплением. Все верно? Чанбин в этот момент себя просто отвратительно чувствовал. Все, о чем они говорили и обсуждали до этого, ему приходилось передавать Хвану. У него не было права на ошибку, ведь она могла стоит жизни его любимой племяннице. Он не знал планов Хёнджина, а даже если бы и знал — все равно не смог бы помочь. Подкрепления не было, но никто не должен был об этом знать. — Да, они будут ждать в нескольких кварталах отсюда, чтобы не привлекать внимания, — как же ему хотелось сейчас врезать самому себе. — Спасибо, Бинни, ты правда очень помогаешь, — Ли, молчавший все это время, сделал только хуже своей благодарностью. Вымученно улыбнувшись, Чанбин уставился в окно, где уже прилично стемнело, пока они тут сидели. — Наши люди будут непрерывно патрулировать территорию и здание. У нас везде расставлены камеры. Никто не пройдет незамеченным, — подходя к финалу в своей речи, Чонин решил немного успокоить всех присутствующих, — Но, в любом случае, мы надеемся на лучший исход, верно? — Надежда – глупое чувство, – отозвался Хан, который с каждой минутой становился все более и более поникшим. Тревога заволокла все мысли и сковала тело. Минхо слегка пихнул его в бок, как бы подбадривая, но эффекта это не возымело, и он сдался. Понимал, что это бесполезно, ведь и сам сильно переживал. — Ну что, детки, готовы? Тогда по коням, — Сынмин решил, что они уже засиделись, и решил подтолкнуть всех к действиям. Выйдя из машины, он сразу набрал номер Ёнпиля, который тут же ответил, — Он уже на месте. Минхо, пойдем. Ли кивнул и быстро чмокнул Хана в щеку, заставляя всех присутствующих неловко покраснеть. Они сцепили руки на прощание, и младший прошептал в самое ухо: — Пожалуйста, будь осторожен. Минхо кивнул, подарил ему еще один легкий поцелуй в лоб, и, нехотя расцепив руки, отправился вслед за Сынмином. Чонин, завидев состояние своего друга, поспешил его успокоить: — Все будет хорошо. Мы как следует подготовились. — Да я понимаю. Просто тревожно. — Ну, это наверное, нормально? Когда тебе есть, за кого переживать, сложно не переживать. — Это точно. Раньше мне вообще на все плевать было. Они зашли в здание с черного хода и сразу направились в комнату, где должны были сидеть и ждать результатов. Чонин раздал всем по наушнику, чтобы они могли быть в курсе всего, что происходит в зале, не привлекая внимания, и затем все расселись кто куда. Хан принялся осматривать комнату. Судя по всему, когда-то это был чей-то кабинет: возле окна стоял пыльный деревянный стол, что был разломан почти на пополам, у стены стоял шкаф, в котором еще оставались какие-то тетради и книги, которые тоже поросли пылью за эти годы, чуть поодаль стоял старый диванчик, из которого тут и там выглядывали пружины. «Унылое местечко, ничего не скажешь» — после беглого осмотра помещения он решил присесть на подоконник, но Чонин тут же его одернул, потому что там его будет видно с улицы. Мысленно дав себе подзатыльник за тупость, Джи подошел к Бину и уселся на диванчик рядом с ним. Ему очень хотелось спросить, почему Бин в последнее время такой подавленный и тихий, но говорить тоже было нежелательно. Нельзя дать себя обнаружить, потому что, судя по звукам из наушников, Джуён со своим сопровождением только что зашли в помещение. *** Главный зал Заметив наконец вошедших, Сынмину очень захотелось отчитать их за опоздание. Они с Минхо и Ёнпилем стояли тут уже минут 20, хотя встреча была назначена ровно на 21:00. По довольной морде Джуёна было понятно, что опоздание это не было случайным. Рядом с ним шла пара незнакомых парней: обоим лет по 25, оба ничем непримечательные брюнеты, по лицу которых было видно, что находиться они здесь не очень хотели. Один из них, увидев Минхо, напрягся, но вскоре быстро пришел в себя и продолжил путь. Быстро считав обстановку, Джуён по-хозяйски протянул: — Добрейшего вечерочка. Полагаю, мне представляться не надо. Раз вы сами со мной связались, то должны прекрасно знать, кто я такой. А вот я вас не особо знаю, так что окажите честь..? — Конечно, — Минхо выступил чуть вперед, — Это Сынмин, он говорил с тобой по телефону, — Ли указал на парня справа от себя, — Меня зовут Минхо. Я, своего рода, дипломат здесь. Это, — он указал на мужчину слева, — Ёнпиль, присутствует как опытный и надежный человек. Что насчет твоих сопровождающих? — Ли тщательно всматривался в лица напротив. — Это мои ребята, мы уже давно проворачиваем вместе дела. Чон Сури и Нам Богён, — он сделал два ленивых жеста по обе стороны, — Прошу любить и жаловать. — Спасибо, что пришли сегодня. Мы бы хотели обсудить возможное сотрудничество с вашей… командой, — Минхо решил сразу приступить к делу, но нужно было аккуратно выбирал выражения, чтобы не спугнуть «гостей» сразу. Хоть он и прогонял свою пламенную речь в голове примерно тысячу раз, все слова, как это обычно бывает, покинули его в самый ответственный момент. — Ну, давайте, вещайте, что вы там задумали. А почему, кстати, решили встретиться со мной? Не с Джихуном, не с Минхёком, не с Хваном? Я слышал, с последним у вас особые отношения, — он подмигнул Минхо, и тому стоило титанических усилий никак не отреагировать на эти сальные намеки. — Мы долго думали, как лучше поступить и с чего начать переговоры. В итоге согласились, что ты будешь самым разумным в принятии решений, ведь тобой не будут двигать сторонние мотивы. Ты сразу поймешь, на чью сторону встать, чтобы выйти победителем, — Минхо отлично подготовился и знал, куда и как нужно давить. Манипуляции с человеческим эго – самый надежный вид манипуляций. — Очень самоуверенно с вашей стороны, но допустим. Что вы предлагаете? — Мы отлично осведомлены о том, что Джихун уже давно не выполняет свои обязательства как босс. Он не делает свою работу, не защищает своих людей, не оплачивает по достоинству их труд. У нас такого нет. Каждый человек для нас важен, и мы серьезно подходим ко всем делам, особенно тех, что касаются денег и полиции. Поэтому, безопасность и стабильность – это первое, что мы предлагаем, — Минхо сделал паузу, чтобы дать словам осесть в головах пришедших, — Во-вторых, мы предлагаем карьерный рост. Как вы знаете, Феликс и Джихун не ладят, поэтому мы бы хотели предложить место босса кому-то более… способному. Возможно, тебя оно заинтересует? — Нужно было осторожно закинуть удочку. Говорить уверенно, но не переходить черту. — Хм, интересно, интересно. Перспективы довольно неплохие, — Джуён сделал вид, что всерьез раздумывает над предложением, — А что требуется от меня взамен? Я же понимаю, что все не так просто. — Верно. Тебе нужно посеять разлад в рядах и убедить всех в некомпетентности вашего нынешнего босса. Убедить людей в необходимости изменений, в том числе и в местной структуре. Пусть семечко сомнений, что мы посеяли, прорастет в дерево и принесет плоды. — А, так это вы внедрили те сплетни… Получается, крыса у нас и правда есть. А, может быть, и не одна. Любопытно, — Сынмин и Минхо переглянулись на этих словах, — Так, а дальше что? — А дальше… Ну, перестройка. Чистка, смена ролей, новые верхушки… Все как обычно. — А Хёнджина с Минхёком куда планируете девать? — Они… Как бы это сказать. Они не смогут стать частью новой системы. — То есть вы их попрете в шею? — Ну, если тебе ближе такие выражения… — Минхо становилось все тревожнее. Разговор сворачивал не в то русло, и он не знал, как вернуть его в нужное. — Поняли, что они хотят? — Джуён словно обратился в пустоту, рассмеявшись не самым приятным смехом. Сынмин и Ёнпиль тут же почуяли неладное и проверили оружие в кобурах. Минхо стоял, все еще не понимая, что происходит. Тут с другого конца зала донесся знакомый голос: — Обидно. Я-то думал, что мы с тобой ближе. А ты меня работы лишить хочешь, ай-ай-ай. «Откуда они взялись, блять?? Вся территория должна была патрулироваться. Как они пробрались в здание?» — К такому повороту никто не был готов. — Джин, ты обещал не ломать комедию, — сказал Минхёк с капризными нотками в голосе. — Один разочек, сладкий, всего один, — они оказались в паре-тройке метров от Минхо, и Сынмин сразу встал к нему вплотную, чтобы прикрыть, если понадобится. Ёнпиль тем временем попытался связаться хоть с кем-то из патруля, но ответа ни от кого не было. — Что вы сделали? — Ким старался не выдавать в голосе волнения, что так и норовило вырваться. Парни в соседней комнате сразу уловили прибытие незваных гостей. Джисон, услышав знакомые голоса, тут же хотел ринуться в зал и броситься к Минхо, но Чонин велел ему оставаться на месте и продолжать сидеть тихо. — Ещё не время, Джи. Мы не можем совершить ошибку и испортить все своим появлением. — Ты не понимаешь, там Хван! От него добра не жди. — Я понимаю, но пока что обстановка неопределенная. Все еще может решиться в нашу пользу… — Ты сам-то в это веришь? — Джисон был на грани крика, — Никто посторонний не должен был проникнуть. Тот факт, что они сейчас в соседней комнате, говорит только об одном. Мы в полной жопе!! Как ты собрался… Он замолчал на полуслове, потому что его позвали по имени. Не Чонин. Не Чанбин. Его позвал Хёнджин. — Ну же, Ханни, — снова раздалось в наушниках, — Я знаю, что ты где-то здесь. Ты же не мог бросить своего любимого Минхо на растерзание стервятникам? Казалось, что на слове «любимого» у Хвана по подбородку начал стекать яд. Хан не мог пошевелиться. Он застыл, не в силах даже моргнуть, ровно как и Чонин напротив. — Йена, что делать? — В глазах была мольба. Но Ян не знал, что ответить. Такого в списке чрезвычайных ситуаций не было. Тем временем голос в наушнике зазвучал требовательнее: — Выходи сейчас же, не то я снесу твоему Минхо башку-у, — мелодично закончив фразу, он для убедительности достал пистолет и направил его на Минхо, — Пиу! — Джи, даже не думай показываться! — Ли не знал, что им руководило в этот момент. Он лишь хотел защитить Джисона. Внезапно дверь, ведущая из главного зала в кабинет, открылась, и оттуда медленно вышел Джисон. Хёнджин, увидев его, захохотал как ненормальный и начал хлопать в ладоши, совершенно не обращая внимание на оружие в руке. Хан огляделся в поисках Минхо и своих коллег, а затем оценил расстановку сил. Трое против пятерых. Негусто. Молчание затянулось. — Пожалуйста, не трогайте его, — на этих слова Джи обвел глазами остальных, и его взгляд зацепился за парней, что стояли за Джуёном, — Подождите, это же… Образы той роковой ночи тут же всплыли в его голове, и его бросило в холодный пот. Это были те, кто его бил тогда. Тот, что слева от блондина… Именно у него была дубинка. Тело сразу же отозвалось ноющей болью во всех местах, как это было тогда. Хван заметил перемены в лице Джисона, и ему не составило труда сложить два и два. Конечно же, он был в курсе того ограбления, ведь самолично предоставил ребятам все необходимое для их маленькой шалости, в том числе ту самую дубинку. — О, ну что, узнал своих друзей? — В его голосе отчетливо читалась насмешка и издевательство, — Да, они тогда знатно с тобой повеселились, — он перевел глаза на ничего непонимающего Минхо, — Это, если тебе интересно, те детки, что с таким упоением поотбивали твоему дражайшему почки. Услышав это, Минхо поддался импульсу и резко дернулся, чем спровоцировал оглушающий выстрел. — Но-но-но, без резких движений, — Хван снова направил пушку на Минхо. Видимо, выстрел бы предупреждающий. Все замерли, боясь лишний раз даже моргнуть. — Я все думал, что же мне сделать? Как отомстить за все те унижения? Казалось, фортуна от меня отвернулась, — Хёнджин долго готовил свой монолог. Долго готовил план. Все должно было быть идеально, ведь права на ошибку у него не было, — Я помню, что обещал тебе убить твоего любимого Джисончика, — он резко перевел пистолет на Хана. Минхо вмиг стал как приведение, — Но это было бы слишком легко, не находишь? — Дуло пистолета медленно вернулось на прежнюю позицию, — Поэтому я придумал кое-что еще. В тот момент, когда я узнал, что вы хотите сместить меня с должности, у меня случилось озарение. Я не убью Хана, нет. Я столько времени убил, пытаясь добиться от тебя взаимности, а в итоге что? Появился какой-то хуй с горы, и ты сразу привел его к себе домой. Не очень-то вежливо, не находишь, Минхо-я? Минхо стойко выслушивал этот бред сумасшедшего. Его успокаивало только одно: Хан не был под прицелом. Никто не смел шевельнуться или встревать в монолог Хвана. Знали, что небезопасно. Но что-то же нужно было делать! Чонин, следивший за ходом провальных переговоров, дал Бину знак, что настало время вызывать подкрепление. Что-то потыкав в телефоне для вида, Со кивнул и, когда Ян снова отвлекся на голос в главном зале, неслышно покинул кабинет через другую дверь, ведущую в коридор. — Джин, прошу тебя, мы можем все обсудить по-человечески? — Да, Минхо был обучен вести переговоры в разных ситуациях. Даже тогда, когда на тебя направлена пушка. Однако ситуации, когда тебя на мушку берет твой поехавший бывший друг и напарник, который, как оказалось, был долгое время в тебя влюблен, на обучении отсутствовали. — Ты так ничего и не понял, да? — Хёнджин звучал немного разочарованно, — Я здесь не разговаривать. Я здесь, чтобы закончить это все наконец и двигаться дальше. Обстановка накалилась до предела. Это почувствовали все присутствующие. В этот момент казалось, что даже пылинки в воздухе застыли. — Не достанься же ты никому. Зал снова сотряс выстрел. На этот раз он не был предупреждающий; он попал точно в цель. В грудь Минхо. — НЕ-Е-ЕТ!! — Надрывный голос Хана прорезал ставшую невыносимой тишину, в которой все еще отдавалось эхо выстрела. Он за доли секунды оказался у упавшего и положил его голову себе на колени. — Мы здесь закончили, ребята, давайте все в паб! Сегодня празднуем, я угощаю, — приобняв Минхёка за талию, Хёнджин развернулся и направился к выходу вместе с остальными из банды. Чонин выбежал на звук выстрела. Сынмин и Ёнпиль подлетели к Минхо, который совершенно не мог дышать и с каждой секундой все больше истекал кровью. — Пуля пробила легкое, — словно вердикт произнес Ёнпиль. — Нет-нет-нет, ты не умрешь, нет, — Хан заливался слезами и гладил старшего по волосам, — Нет, ты выживешь, хорошо? Мы поедем в Австрию, поженимся, заведем десять котов, и будем жить у моря. Ты только не умирай, любовь, ладно? Не умирай, прошу… Он смотрел в глаза Минхо, из которых тоже непрекращающимися ручьями лились слезы. Он столько всего хотел сказать, но изо рта выходили лишь невнятные хрипы, а потом и вовсе полилась кровь. — Хён, пожалуйста, держись. Я так тебя люблю, так люблю, — он стирал пальцами мокрые дорожки и неотрывно смотрел в глаза напротив. Но даже несмотря на это он не смог отследить момент, когда эти глаза остекленели навсегда. Хан все сидел, укачивая безжизненное тело на своих руках. Вокруг стояли три человека, которые совершенно не понимали, что им теперь делать. — Ханни, нужно отпустить, — Чонин мягко дотронулся до плеча своего друга, но тот яростно замотал головой. — Нет-нет, все хорошо, скорая скоро придет и спасет его! Вы ведь вызвали скорую? Все трое переглянулись. Они осознали неизбежное еще в тот момент, когда Ёнпиль констатировал ранение. От такого не оправиться. — Ч-Чонин..? Вы ведь… вызвали? Скорую? — Хан впервые оторвал взгляд от тела на коленях. — Ханни, его серьезно ранили, у него легкое… — Вы. Ведь. Вызвали. СКОРУЮ?? — К концу фразы было ясно, что он в ярости. Стены содрогнулись. Парни поёжились, — Отвечай!! — Нет, — не было смысла врать, — Хан, Минхо уже не вернуть. Его ранение было смертельным. Мне очень жаль… — Тебе жаль?? Ах, тебе жаль??? — Джисон аккуратно взял голову Минхо и положил на пол. Медленно поднялся, а затем повернулся к стоящим позади, — Это все из-за вас! Это вы виноваты! Вы! И ваш ненаглядный Феликс. Он знал, что это небезопасно, и все равно поставил Минхо во главе этих блядских переговоров!! Ненавижу!!! — Новый крик сотряс стены. Парни понимали, что сейчас переживает Джисон и не смели вмешиваться. Ему надо было выпустить все эмоции. — Это все вы. Из-за вас мой Минхо не увидит Австрию. Не увидит их замки. Не попьет там пива. Не увидит меня, рыдающего от счастья, что мы наконец официально женаты. Онбольшеникогданепочувствуетморскойбризинеувидитзакат, и все это из-за вас!!! — Под конец все слова слились воедино, потому что рыдания душили его. Хан снова повернулся к Минхо, на этот раз видя то, чего не увидел до этого. Жизнь покинула Минхо. Это был конец. Конец их истории, а также конец его собственной жизни, ведь без Минхо эта жизнь была ему не нужна. Он нежно взял его руку, которая все еще была теплой и мягкой. — Я отомщу за тебя, любовь, обещаю. Отомщу, а затем приду к тебе. Найду тебя, где бы ты ни был, слышишь? — Слезы снова полились потоком. Хан прижался лбом ко лбу Минхо, заливая его слезами, и в последний раз подарил ему поцелуй, в который вложил всю свою боль. В конце концов он не сдержался и издал пробирающий душу вой, что был заглушен чужими губами. Когда он снова поднялся, слезы высохли, а всхлипы прекратились. Его лицо был нечитаемым. Сынмин, Чонин и Ёнпиль все также стояли на своих местах. Джисон обратился к ним самым холодным голосом, на который был способен, и пристально посмотрел каждому в глаза: — Похороните его достойно. Это самое малое, что вы можете сделать. На работу я больше не вернусь. Надеюсь, вы и так это поняли. На этих словах Джисон направился к выходу. По тому же пути, по которому недавно шел убийца его жениха. Каждый шаг отдавался болью во всем теле. Хотелось обрушиться на пол и расшибить голову. «Еще рано, Джисон, еще рано. У тебя есть неоконченное дело». Единственное, что заставляло его сделать новый шаг, была мысль о том, как он собственными руками будет душить Хвана и смотреть, как жизнь медленно угасает в его глазах. Снаружи раздались залпы фейерверков.