Поцелованный смертью

      С живых сталактитов срывались капли прозрачного ихора, с ритмичными глухими шлепками падая в углубления каменного пола. Звуки навевали сонливость, противоположная стена и свод пещеры то и дело начинали плыть перед глазами. С подозрением покосившись на очередное порождение Руин, Дим проверил, надежно ли респиратор прилегает к лицу. Не хватало еще надышаться дряни и остаться здесь навсегда. Судьба не любит беспечных, на легких, вроде бы, миссиях гибнут не реже, чем на сложных. Просто потому что расслабились.       По сравнению с предыдущими, это задание и впрямь выглядело плевым. После появления нового этажа, для научников без боевой подготовки доступ ниже второго временно закрыли. Группа биохимиков, проводящая какие-то важные исследования совместно с фармакологами, довела командира Азаританию до нервного тика. Бесстрашные ребята. В конце концов руководитель искателей уступила, заявив, что пойдет им навстречу, если найдутся добровольцы, готовые принести их цветочную дрянь.       Дим знал – командир находится в неудобном положении. Исследованиям, направленным на повышение выносливости и устойчивости разных групп разумных к неблагоприятным факторам, сейчас давали зеленый свет. Отрывать от работы и отправлять в опасную зону опытных искателей Азаритании тоже явно не хотелось. Она и не подозревала, какую услугу невольно им оказала, позволяя ненадолго отдохнуть от обязанностей наставников. Вторая группа учеников оказалась посложнее первой, и опыт не спасал. После нескольких занятий Дим постоянно чувствовал во многих из них некое внутреннее сопротивление, и пока не мог определить его причину. Акайю не жаловался, однако в конце каждого рабочего дня выглядел вымотанным и немного раздраженным. Проблем не возникало, кажется, у одного Игнотуса, в основном потому, что старый искатель сразу заявил - на богатый внутренний мир каждого ему плевать, правила обучения одни для всех, и принципов этих придерживался железно. Еще и Янис-младший добавил головной боли. Мелкий засранец ухитрился повздорить с двумя парнями из новичков. Намечающуюся драку разняли Мира с Пандорой, успевшие за короткий срок заработать авторитет среди искателей. Говорить о причинах конфликта юный некромант отказывался, вторая сторона тоже отмалчивалась.       Новые ученики не были задиристыми или самодовольными. Больше походило на то, что они испытывают предубеждения – то ли к искателям в целом, то ли к своим наставникам. Не все. Дим выделил бы человека три, но они влияли на внутренний климат группы. Довольно дружные между собой, демонстрирующие результаты выше среднего. Все трое обычные люди, без магического дара. Вздохнув, Дим вытянул затекшие ноги. Что-то он упускает. Группа формировалась на добровольных началах, силой никого не гнали. Прервать обучение по собственному желанию также не запрещалось. Зачем мучится, если не лежит душа? А ведь на первом занятии все без исключения ученики выглядели полными любопытства и решимости. Что же повлияло на их мнение после?       Сбоку зашевелился спящий Акайю. Их бдение длилось больше трех часов, и некромант воспользовался настойчивым советом потратить время на отдых. До фазы «цветения» оставалось еще больше часа. Сканер подмигивал зеленым, агрессивных форм жизни в радиусе трехсот метров не наблюдалось. Дим уже собирался подняться и немного размяться, разгоняя сонливость, а, может, и запалить горелку и заварить чай. В зале сталактитов было прохладно, от долгого сидения по спине и ногам бегали ледяные мурашки. Опустившаяся на плечо голова Акайю нарушила планы. Медленно повернувшись, Дим проверил, не съехала ли маска респиратора напарника. Маска находилась на положенном месте, вместе с визорами практически полностью скрывая лицо некроманта. Дим вернулся в прежнее положение, не возражая, чтобы его использовали в качестве опоры. Издав невнятный, похожий на урчание звук, Акайю придвинулся ближе, практически ложась ему на грудь. Дим забеспокоился. После всех совместных миссий он убедился, насколько чуткий у Акайю сон. Вряд ли бы он уснул настолько крепко посреди Руин, будучи в порядке. Зажав предплечьем, Дим стянул тактическую перчатку, подышал на пальцы, согревая. Пульс напарника бился ровно и сильно, но кожа показалась ненормально холодной. От манипуляций Акайю не проснулся, только белые брови хмуро сошлись на переносице. Может, замерз? Осторожно сдвинув левую руку ниже, Дим приобнял спутника, позволяя улечься удобнее. Пускай поспит, через час разбудит и напоит его любимым горячим химическим кофе. Взгляд зацепился за полоску кожи над воротником, за пульсирующую бледно-голубую жилку. Маг смерти, некромант, способный одним заклятием превратить в прах тварей в радиусе ста метров вокруг себя. С кем даже коллеги поддерживаю опасливую дистанцию… Такой беззащитный сейчас. Дим не допытывался причин, почему рядом с ним Акайю теряет большую часть вечной настороженности, словно снимает незримую броню. Он сам доверял напарнику и знал, что никогда не предаст его доверие.       Белые волосы, прижатые ремешками визоров и респиратора, забавно топорщились во все стороны. Интересно, наощупь они такие же жесткие, как и на вид?   Медленно выдохнув, Дим опустил свободную руку. Дураком он себя не считал, не думать уже не получалось – слишком много фактов накопилось. Его влекло к напарнику. Определить природу этого влечения он затруднялся, однако отрицать не мог. С Акайю было приятно говорить и молчать, ходить на миссии и заниматься бумажной рутиной, проводить тренировки и отдыхать после за чашкой кофе. Будто он стал последним кусочком мозаики, окончательно превратившим хаотичную россыпь деталей в завершенный узор. При мысли, что с напарником может что-то случится или по какой-то причине они не смогут больше видеться, внутри образовывался тошнотворный вакуум. Слишком глубокое для дружбы чувство. Хотя друзей у него никогда не было, откуда ему знать. После смерти родителей он жил простыми понятиями, примитивными эмоциями. Сознательно отрезал и спрятал от чужих глаз все, не укладывающееся в жесткие рамки. Показывать что-то большее – подставить себя под удар. Он не забыл, никогда не забывал, но все долго не используемое, в конце концов, начинает атрофироваться.       Их связь Калистиасом и Вараваном, трансформировавшаяся в нечто похожее на дружбу, все же являлось не совсем ею. Они изначально не были на равных – слишком большая разница в возрасте и жизненном опыте, разное восприятие мира в силу своего происхождения. Дим очень ценил обоих, уважал как наставников и старших товарищей. Однако с чувствами к Акайю это не имело ничего общего. Он и уважал напарника за острый ум и обширные знания, и восхищался его магическим талантом и боевыми навыками, и ценил их сотрудничество, но все перечисленное не отражало в полной мере притяжения, охватившего все его существо.       В неярком синеватом свете третьего этажа кожа Акайю приобретала холодный меловый оттенок, болезненно выглядевший на контрасте с черной униформой. Поняв, что несколько минут бездумно пялится на серебристую прядку у виска и аккуратное ухо, Дим торопливо отвел взгляд. Притягивала не только личность Акайю, но и его внешность. Необычная, не укладывающаяся ни в какие каноны красоты, обманчиво хрупкая. Раньше мир был страшным, простым и не предполагал наличия полутонов. Жизнь не предполагала особого выбора, да и не рассматривал он одноразовых партнеров с эстетической точки зрения. Дим считал себя не переборчивым в вопросах внешности, ибо сам красотой похвастаться не мог. Для встреч с целью взаимного удовольствия этого было вполне достаточно. На Адмеруе некрасивых людей в принципе встретить было сложно – не испорченный экологическим катастрофами и войнами геном, хорошая медицина, доступность качественного питания. Тряхнув головой, Дим вперился в треклятый сталактит, словно на складчатой зеленой поверхности вот-вот проступят ответы на все роящиеся под сводом черепа вопросы. Рассматривать Акайю просто как сексуального партнера казалось чем-то неправильным, почти кощунственным. Все равно что использовать редчайший, драгоценный артефакт в качестве подставки для чашек. Да и вряд ли талантливый молодой маг обратит внимание на потасканного жизнью напарника, чьей рожей можно в темноте людей пугать. - А я еще удивился, почему здесь так тепло, - шелестящий голос заставил замереть соляной статуей, к щекам прилил жар, будто у застигнутого за подглядыванием подростка. – Благодарю, что пожертвовали ради меня левой рукой, Диметрио.       Наверное, он слишком увлекся размышлениями и потревожил спящего некроманта. Рука и впрямь немного затекла, но не настолько, чтобы говорить о жертвах. Иногда Акайю тянуло на художественные преувеличения. - Можете еще подремать, - Дим надеялся, его голос звучит достаточно беззаботно. – До «цветения» около часа, я разбужу. - Я достаточно отдохнул, спасибо, - Акайю отстранился, вызвав короткий импульс сожаления. – Обычно мне достаточно двух-трех часов сна. - Может, мне пора начать следить за вашим режимом? – респиратор надежно скрывал выражение лица, потому их старая шутка оставалась просто шуткой. - Не скажу, что возражал бы, - потянувшись всем телом, некромант легко поднялся на ноги. – Раз уж мы оба бодрствуем, предлагаю выпить кофе. Нужную фазу все равно не пропустим.       Хмыкнув, Дим подтянул поближе рюкзак, достал и разложил горелку. Исходя из предоставленной информации пропустить действительно было бы проблематично. Ибо появляющиеся раз в две недели на живых сталактитах «цветы», распускаясь, источали по описаниям такой смрад, что вывернуло бы наизнанку любого падальщика. Как такой «ароматный» подарок Руин хотят использовать научники, да еще и в медицинских целях, Дим не интересовался. Их с Акайю задача заключалась в том, чтобы спуститься на старый третий этаж, по возможности минуя новый, найти расположенный уровнем выше «болот» грот с «псевдоскальными органическими структурами» и собрать цветы. Про себя Дим добавил еще один обязательный пункт – благополучно вернуться с добычей на поверхность. Воцарившееся в последнее время затишье и падение активности тварей скорее настораживало, чем радовало.       Образовавшийся полтора месяца назад «новый» этаж исследовала уже третья группа, после того, как разведывательная заключила о его относительной безопасности. В первую миссию их сборный отряд из десяти разумных обшарил чуть ли не каждый закоулок открывшейся локации, оказавшейся не слишком обширной. Весь новый этаж представлял собой каменный лес. Его деревья выглядели так, будто гениальному творцу в руки попали гигантские брылы драгоценных камней, усердным резцом превращенные в причудливые, не лишенные изящества скульптуры. Тонкие ветви легко ломались от малейшего нажима, оставляя острые сколы. Продвигаться приходилось осторожно, желания оказаться пришпиленным десятками каменных стрел никто не изъявлял. Однако деревья никак не реагировали на пришельцев, загадочно мерцая и переливаясь полированными гранями. За три дня они не встретили ни единого живого существа, первичные пробы не выявили ни опасных микроорганизмов, ни неизвестных примесей в воздухе. Расположившаяся с аппаратурой на одной из больших «полян» стешш-физик становилась все мрачнее – мощные сканеры не фиксировали никаких искажающих полей или аномалий. Акайю также отчитывался о непривычно низком для Руин уровне некрочастиц.       Дим видел, как все настороженнее становятся Игнотус и Вараван с Калистиасом. Стешш, представившаяся Калипсией, ругалась на двух языках и требовала смотреть в оба. В безопасности новой локации опытным искателям чудилась скрытая ловушка. Когда все слишком нормально, это вызывает подозрения. Особенно в таком месте, как Руины. Помогая Акайю устанавливать датчики слежения, Дим несколько раз ловил себя на ощущении рассеянного взгляда в спину, как в кристаллических пещерах, но определить направление не мог. Сканирующие заклятия некроманта тоже ничего не нашли. - Есть здесь что-то… недоброе, - признался Вараван за ужином, когда на «поляне» собралась вся группа. И беззлобно оскалился на тихое фырканье Калипсии. – Ну, не силен я в науках. Говорю, как чую. - Напротив, - стешш сверлила напряженным взглядом ближайшее рубиновое деревце, похожее на окаменевшую акацию. – То, что наши приборы ничего не фиксирую, не значит, что действительно ничего нет.       Тогда он порадовался, что в группе у них психически устойчивые и привычные ко всякому разумные – атмосфера после ужина стала неуютной. Спать больше пары часов по очереди никто не рисковал. По возвращению командир Азаритания загнала их на пятидневный карантин, новый этаж временно был объявлен зоной повышенной опасности. Дим решение их руководителя полностью одобрял – лучше дуть на воду, чем после разгребать последствия.       Следующая группа искателей, благополучно вернувшаяся из Каменного Леса, подшучивала над предшественниками, называя перестраховщиками. Материал деревьев при детальном анализе действительно оказался драгоценными минералами, используемыми в промышленности и ювелирном деле. О добыче пока речь не шла – командир Азаритания перестраховщиком себя показать не боялась. Диму вспомнилась детская сказка о домике злой ведьмы из драгоценных самоцветов, манящего наивных путников в глухом лесу. Акайю тогда без улыбки заметил, что в сказках нередко скрыты важные предупреждения… … - Достаньте чай, будьте добры. Или разделите со мной кофе? - Нет уж, воздержусь, - на автомате откликнулся Дим, возвращаясь в реальность, и отрицательно качая головой на предложенный пакет пайка. – Есть, думаю, сейчас не стоит.       Акайю убрал паек в свой рюкзак и протянул термос с горячей водой. Вынул похожие на стеклянные пеналы контейнеры для биоматериала, щипцы и ножницы на длинных ручках, положил под правую руку, а сам сел напротив, подогнув ноги под себя. Дим сделал вид, что высматривает что-то на дне термоса. Занятый работой Акайю завораживал – плавные, словно фигуры неведомого танца, движения, ни одного лишнего жеста. Нужно будет договориться еще как-нибудь потренироваться вместе… - Командир Азаритания планирует организовать регулярные рейды по зачистке этажей. - Слышал. Группы по десять человек, с магическим прикрытием, - Дим охотно поддержал беседу, надеясь, что его заторможенно-созерцательное состояние осталось незамеченным. – Тренировки в приближенных к боевым условиях. - Именно, - Акайю воздел палец вверх. – Учитывая, что зачистить Руины в принципе невозможно. Первый-второй этажи оставляют за новичками. - То есть за нами, - вздохнул Дим, заранее предчувствуя какой головной болью это обернется. – Буду просить усилить команду первыми учениками.       Иначе как бы не вышло, что не они тварей гонять будут, а твари их. Участвовать в таких экстремальных догонялках с зеленым молодняком на шее Дим желанием не горел. Тем более, что уничтожить раз и навсегда порождения Руин, на данный момент невозможно. За двенадцать лет ученые не смогли достоверно установить, откуда именно появляются новые твари. По наблюдениям искателей, некоторые временами мигрировали с этажей ниже пятого – такую миграцию они однажды наблюдали с Акайю. Некоторые существа третьего этажа обладали способностью к самовоспроизводству, размножаясь почкованием или делением, как примитивные водоросли и бактерии. А вот паразитарных форм жизни, опасных для разумных Адмеруи, кстати, до инцидента прошлым летом обнаружено не было. - Акайю, если Руины живые, может, они воспринимают нас как захватчиков? - Как своего рода вирус, проникающий в гигантский организм? Или этот организм медленно гниет, и все, что мы наблюдаем – лишь продукт распада, грозящий отравить любого соприкасающегося.        Акайю вернул на место респиратор, но Диму казалось, что напарник улыбается. Жуткой, невеселой улыбкой много знающего разумного. Внезапно и разговор, и нынешнее положение показались какими-то гнетущими. Два человека в недрах невообразимо огромного, предположительно, давно мертвого, существа, отрезанные от привычного, знакомого мира толщей камня. Затухающий огонек горелки, и неестественный синеватый свет, отбрасывающий длинные тени на бугристые стены, пробуждал первобытный страх, доставшийся в наследие от далеких предков. Страх перед тем, что разум постичь не может. - А может, это просто давно покинутая крепость неизвестного народа? – Дим незаметно вытер о штанину вспотевшую ладонь и надел перчатку. – И твари с аномалиями – всего лишь сбоящая система защиты?       - Тоже интересная теория, - Акайю бросил взгляд на истекающие ихором сталактиты и повел плечами, будто от холода. – Что-то подобное предполагали первые исследователи Руин. Псевдоразумыне здания создавали многие народы. В Инферно замки князей сами по себе боевая единица, к примеру. Но вам не кажется, что нас скорее изучают, чем пытаются избавиться? - Приманивая сокровищами, как малышей конфетами? Все возможно.       Дим уже не радовался, решив поддержать научный диспут о природе Руин. Слишком неприятную цепочку ассоциаций он вызывал. Как говорили на его родине, идя в лес, лучше не думать о медведе. Вдобавок он только недавно осознал насколько разговорчивым, болтливым даже становится рядом с Акайю. Дим никогда не боялся показаться глупым, просто чаще всего не считал свои размышления настолько важными, чтобы их озвучивать. Слишком привык держать все в себе. С Акайю вести беседы на различные темы стало отдельным удовольствием – напарник слушал внимательно, без насмешек объяснял некоторые понятия, восполняя пробелы в знаниях о прошлом и настоящем нового мира. И сам, не чинясь, расспрашивал о непонятных моментах. Будучи остроумным и язвительным, Акайю совершенно не был подвержен высокомерию. За время их знакомства Дим пришел к выводам, нелюдимость напарника порождена скорее старой душевной травмой, чем специфическим магическим даром или скверным характером. - А вот и одна из приманок, - Акайю легко поднялся из неудобной, на взгляд Дима, позы и подхватил один из контейнеров. – Начинаем?       На ближайшем из полудесятка сталактитов начали стремительно вспухать похожие на нарывы наросты чернильно-фиолетового цвета. Затянув липучки перчаток потуже, Дим взял второй контейнер. «Цветы» следовало сорвать в течение десяти-пятнадцати минут после появления, на этом особо настаивали давшие задание научники. Наросты увеличились до размера волейбольного мяча, покрываясь сетью мелких трещин, и начали лопаться с сочным хрустом. Дим задержал дыхание, как выяснилось, весьма предусмотрительно. Вонь ощущалась даже через фильтры респиратора, вызывая непроизвольные спазмы желудка. Словно очутился посреди могильника в разгар летней жары. Ножки несимметричных черных цветов, больше походящих на грибы, по плотности не уступали резине и резались плохо. Стараясь не повредить мясистые лепестки и не испачкаться в сочащейся с них слизи, Дим поминал недобрым словом изначальное и воевал уже с шестым цветком. Судя по коротким фразам на демонидском, у напарника также возникали определенные трудности. Руками было бы быстрее, научники заверяли, что, кроме неприятного запаха, никаких вредоносных эффектов эти псевдорастения не имеют, однако рисковать Дим не собирался. Словно подслушав его размышления, упрямый цветок с резким чвоканьем оторвался от стебля, обдавая все вокруг смердящей жижей. Рефлекторно прикрывшись локтем, Дим беззвучно хмыкнул, когда несколько капель остановились прямо в воздухе и стекли по невидимой преграде в нескольких сантиметрах от лица.       До конца отведенного времени оба контейнера были заполнены, инструменты отправились в мешок-утилизатор. Пытаясь дышать пореже, Дим считал минуты до подъема – желудок настойчиво намекал на желание вернуть выпитый недавно чай.  Немного утешало, что страдал он не один – Акайю, кажется, вообще перестал дышать, двигаясь с непривычной, дерганной поспешностью. Закрепив контейнер, Дим забросил рюкзак на спину и жестом указал в сторону выхода.       Через два коридора вонь перестала атаковать обонятельные рецепторы. Дим уговорил желудок вести себя прилично, но снимать респиратор не спешил. Молча идущий рядом Акайю вдруг пошатнулся, цепляясь рукой за стенку. Согнулся, срывая респиратор, и шумно, со всхлипом втянул в себя воздух. - Тошнит? Дать воды?       Дим потянулся за емкостью с водяными капсулами. Если уж его, всякое повидавшего, едва наизнанку не выворачивает, не удивительно, что напарнику стало плохо. Акайю отрицательно помотал головой. - Неприятные… воспоминания. Сейчас… - Давайте понесу ваш рюкзак, - состояние напарника начало внушать беспокойство, к тому же они находились не в самой безопасной локации. – Или могу понести вас, опыт имеется.       Расчет оказался верным. Акайю растянул бледные до синевы губы в неловкой усмешке и выпрямился. - Лестное предложение. Не стоит так беспокоиться, Диметрио. Идемте?       До винтовой лестницы, ведущей на второй этаж, шли в молчании. Дим не хотел дергать напарника, но прояснить кое-что было необходимо. - Акайю, как давно вы держите вокруг меня защитный барьер? - С момента, как вошли в пещеру, - прозвучало предельно честно, будто само собой разумеющееся.       Не ожидающий столь прямого ответа, Дим крякнул. Акайю не впервые ставил его в тупик. Зато стала понятна причина, почему вечно настороженный некромант уснул посреди Руин – поддержание барьера тянет силы. - Благодарю за заботу, - слова вязли на языке, не желая складываться в стройные предложения. Придумать, как донести до напарника мысль, не обидев, с ходу не получалось, но Дим старался. – Акайю, я, конечно, обычный человек, однако не настолько хлипкий, чтобы вы истощали себя ради моей защиты. Меня это… огорчает. - Я никогда не считал вас слабым, - Акайю повел рукой, словно отметая столь абсурдное предположение. – На миссиях вы – моя защита на физическом плане, я – ваша на магическом. Майхара, тандем на равных.       В голове внезапно зазвенело, словно вдохнул чистого кислорода, сердце подпрыгнуло к горлу и заскакало бешенным зайцем. В который раз порадовавшись закрывающему лицо респиратору, Дим прокашлялся, стараясь звучать уверенно. - Обещаю защищать вас впредь, и полагаюсь на вашу защиту.       Акайю вдруг оказался совсем рядом, раскрытая ладонь в перчатке легко коснулась предплечья. - Пока я рядом, ничто не коснется вашего тела и души.       До самых Внешних врат Дим чувствовал себя легким, как воздушный шарик, готовый улететь сквозь все этажи и земную твердь прямо в небо. Слова Акайю звучали в ушах бесконечным повтором, вызывая непонятную эйфорию. Именно потому не мог утверждать, не почудилось ли ему золотое мерцание из глубины Каменного Леса, когда они проходили мимо входа в новый этаж.