Джин

Бар, в который зашёл Брок, был шумным, прокуренным и пах табаком, алкоголем и чем-то сладковато-приторным — дешёвой туалетной водой или духами, слишком резкими для такого заведения. За стойкой возился бармен в кожаном фартуке, лениво протирая стаканы. Пара девиц, явно работавших здесь не только официантками, переговаривались у стойки, посмеиваясь над каким-то клиентом. Но Брок не обращал на них внимания. Его интерес был прикован к человеку, сидевшему за дальним столиком в полутени. Тимми Тёрнер. Он выглядел так, будто его образ жизни был одной сплошной рекламой хороших денег и плохих решений. Высокий, полный, с кожей цвета тёмного шоколада и широкой улыбкой, которая тут же привлекала взгляд — особенно из-за крупных передних зубов, напоминавших слегка заострённые клыки. Тимми был одет в белый костюм с золотыми цепями на шее и браслетами на запястьях. На пальцах блестели перстни, и, судя по тому, как уверенно он сидел, он здесь был если не королём, то кем-то очень близким. Брок шагнул ближе, развернув стул и усевшись напротив. — Говорят, ты знаешь Джин. Тимми не изменился в лице, но поставил бокал с виски на стол с лёгким цок. — А говорят, что у любопытных парней бывают проблемы. Брок ухмыльнулся, чуть подавшись вперёд. — Не хочу проблем. Она мне нравится, мужик. Тимми пристально посмотрел на него, потом ухмыльнулся и покачал головой. — Любовь — это важно, — протянул он, вставая. — Пойдём, красавчик, поговорим там, где потише. Брок последовал за ним через толпу, минуя танцпол, где девушки в узких платьях извивались под басы клубной музыки. Они прошли через узкий коридор с мягким красным ковром и зеркальными стенами, пока не оказались перед дверью с табличкой “Служебное помещение”. Тимми открыл её и жестом пригласил внутрь. Кабинет был обставлен с размахом: кожаный диван, массивный стол с инкрустацией и целый бар с коллекцией дорогого алкоголя. На стенах — постеры старых рок-групп и фотографии, где Тимми запечатлён с самыми разными людьми. — Выпьешь? — предложил он, подойдя к бару. Брок кивнул. — Виски. Тимми наполнил два бокала, протянул один Броку и уселся в кресло, закинув ногу на ногу. — Значит, ты интересуешься Джин.  Брок повертел в руках бокал, взглянул на янтарную жидкость, прежде чем сделать глоток. — Ты сутенёр, у тебя клуб. А она знала тебя и вы были очень дружелюбные, когда мы пересеклись у бара. Так что да, у меня были догадки. Тимми усмехнулся и покачал головой. — Джин? Нет, она бы не испортила себе жизнь таким образом. Она предпочитает портить её другим. Брови Брока чуть дёрнулись вверх, но он промолчал, давая Тимми говорить дальше. — Я нашёл её у клуба, когда ей было восемнадцать, — продолжил Тимми, лениво потягивая виски. — Сидела на тротуаре, пила кофе из бумажного стаканчика. Карманы полны денег и наркоты. Она была… как бы сказать… сломана, но не в привычном смысле. Не сломлена жизнью. Скорее, сломана внутренне, но всё ещё вертелась на своём персональном хаосе. Брок сжал пальцы на бокале. — И ты просто решил взять её под крыло? — Ну, скажем так, я дал ей выбор. Либо продолжать жить на краю, либо сделать что-то толковое. Она выбрала второе. Собрала свою банду, устроила в моём клубе рок-концерты, а потом решила, что хочет чего-то большего. Стала готовиться к колледжу, а я… ну, я переделал клуб в стрип-бар. Время идёт, знаешь ли. Брок медленно кивнул, обдумывая услышанное. — А ты? — Тимми прищурился, цепко разглядывая его. — Кто ты, чёрт возьми? Как познакомился с малышкой Джин? Брок сделал ещё один глоток виски, поставил бокал на стол. — Я солдат. А Джин была моим адвокатом. Моим и моих парней. Тимми ухмыльнулся. — Любит она всякий сброд, — пробормотал он, затем добавил, взглянув Броку прямо в глаза: — Ты тоже из таких? Брок ухмыльнулся в ответ. — Я вообще со свалки. Тимми расхохотался, хлопнув себя по колену. — Чёрт, а ты мне нравишься. Он протянул руку, и Брок пожал её — крепко, по-мужски. — Если тебе или твоим парням нужна помощь, звони. У нас тоже есть связи, — Тимми протянул визитку с золотым тиснением. — Она мне как дочь, а ты выглядишь как умный парень. Брок взглянул на неё, затем убрал в карман. — Спасибо. Он поднялся, кивнул Тимми и направился к выходу. Информация стоила одного бокала виски. Но теперь у него было о чём подумать.

***

Брок никогда не придавал большого значения тому, что носит. Чёрная футболка, тактические штаны, кевларовая броня — его обычный гардероб. Но сегодня он провёл перед зеркалом больше времени, чем хотел бы признать. Чёрная рубашка сидела плотно, подчёркивая его широкие плечи. Жилет дополнял образ, а цепочка, которую когда-то подарил дед, придавала всему этому чуть больше… чего? Стиля? Семейного наследия? Тени прошлого, которым он никогда не интересовался всерьёз? Он посмотрел на себя внимательнее, пригладил короткие волосы и усмехнулся. — Чёрт, дедуля, выгляжу почти как ты, — пробормотал он себе под нос. Вспомнилось, что надо бы позвонить бабушке. Или, может, навестить её летом в Палермо? Эта мысль вертелась в голове, пока он ехал за Джин. Брок не был самым терпеливым человеком. Но он уже час сидел в машине у её дома, проверяя время и сдерживая желание позвонить. — Сучка, — пробормотал он, стуча пальцами по рулю. Он уже почти поверил, что Кёртис передумала, но потом услышал звук открывающейся двери подъезда. И увидел её. Джин вышла медленно, уверенно. Она была в длинном чёрном платье, которое подчёркивало изгибы её тела, но нисколько не выглядело вульгарно. Наоборот, в её образе было что-то величественное и… мрачное. Брок усмехнулся. Он уже хотел что-то сказать, когда она подошла, открыла дверь и села рядом, небрежно бросив: — Привет. А потом неожиданно наклонилась и быстро чмокнула его в губы. Он застыл. Это было мгновение — короткое, но достаточно, чтобы выбить его из колеи. Она рассмеялась в голос, откинув голову назад, её смех был лёгким, искренним. — Ты должен был видеть своё лицо, — сказала она, стирая пальцами красную помаду с его губ. Брок только молча смотрел на неё, изучая её черты: выразительные глаза, острые скулы, этот лёгкий прищур, который делал её взгляд одновременно хищным и загадочным. Что-то горячее поднялось к его лицу, и он понял, что щеки наверняка покраснели. — Расслабься, — Джин ухмыльнулась. — Тебе ещё меня от родителей оттаскивать. Родители. Брок только сейчас вспомнил, что они тоже будут там. — Представишь меня им? — спросил он, прежде чем успел подумать. Джин пожала плечами, глядя перед собой. — Да. Скажу, что ты мой жених, и мы скоро поженимся. Он чуть не захлебнулся воздухом. — Это не лучшая идея. Она бросила на него скептический взгляд. — Не вижу разницы. Они всё равно будут мною недовольны. Они ехали молча. Брок краем глаза заметил, как Джин едва заметно сжала пальцы на подоле платья. Она волновалась. Он не сказал ни слова, просто накрыл её руку своей, затем медленно переместил её на рычаг переключения передач. — Наберись терпения, крошка. Всё будет нормально, — его голос был низким, почти шёпотом. Она только хмыкнула, но кивнула. Несколько секунд спустя Брок почувствовал её взгляд на себе. Она изучала его профиль, взгляд задерживался на линии челюсти, лёгкой щетине, напряжённости в плечах. Он был красив. Грубый, сильный, совсем не идеальный — но именно это и притягивало её. Она улыбнулась уголками губ. — Ты хорошо подготовился. Брок бросил на неё короткий взгляд. — Ну, не хотелось выглядеть совсем уж неуместно. — Чёрный цвет тебе идёт. Он чуть усмехнулся, затем, не отрываясь от дороги, спросил: — А тебе часто нравятся парни со свалки? Она рассмеялась. — Только те, кто умеют водить. Брок покачал головой, но не мог сдержать ухмылки. По крайней мере, вечер обещал быть интересным.

***

Брок уверенно вёл машину, улицы Нью-Йорка мелькали за окнами, а ночь была мягкой, тёплой. Он уже мысленно представлял, как они заходят в дом Старка, как Джин представит его родителям (если вообще представит), и что за хреновые взгляды он будет ловить от её семьи. Но вдруг Джин резко сказала: — Останови машину. Брок нахмурился, глянув на неё. — Что? — Заткнись и останови. Брови его взметнулись вверх, но он послушно свернул к обочине. — Что случи— — Тихо, — перебила она, поворачиваясь к нему. А потом всё случилось слишком быстро. Её пальцы скользнули к его ширинке, расстёгивая молнию и забираясь внутрь боксеров, её губы нашли его губы — жарко, требовательно. Брок не сразу понял, что происходит, потому что мозг мгновенно отключился. Она посмотрела ему в глаза и медленно опустилась вниз. Пальцы ловко обхватили вставший член, Брок издал приглушенный полу-стон. Он откинул голову назад и чуть прикрыл глаза. Джин провела рукой по стволу и аккуратно обхватила головку губами, плавно вбирая плоть в рот.  — Крошка... Рамлоу казалось что он спит и это все просто сон. Такого удовольствия он не получал уже давно. Он собрал её волосы в руку, убирая их с лица и насаживая её на себя. Джин уже начала двигаться, вбирая всё глубже и глубже, наращивая темп. Одной рукой она помогала себе, а другой плотно ухватилась за жилет Рамлоу, пытаясь найти хоть, какую-то опору. Где-то позади проезжали машины, вдалеке слышались шумные вечерние голоса, но всё это было неважно. Только её дыхание, её прикосновения, её пальцы, сжимающие ткань его жилета. Джин довела его до пика и Рамлоу излился в её рот с болезненным хрипом, приоткрывая рот от удовольствия. Он наблюдал, как она медленно глотала его теплое семя. Она резко отстранилась, их губы были близко. — Молчи, — прошептала она, обводя пальцем его нижнюю губу. Брок моргнул, вцепился в руль, пытаясь перевести дыхание, и вдруг хрипло рассмеялся. — Ты ебанутая, Кёртис. Она только ухмыльнулась, но этого было достаточно, чтобы в нём что-то взорвалось. Он наклонился сам, без пауз — просто потянул её к себе, целуя с другим напором. Рамлоу не брезговал собственной спермы, наоборот, его заводил собственный вкус на её губах. Джин отреагировала моментально, её пальцы впились в его волосы, царапнули затылок. Больше, ближе, горячее. Когда они наконец разорвали поцелуй, у обоих дыхание сбилось. Джин снова ухмыльнулась. — Теперь поехали. Брок провёл языком по губам, усмехнулся и застегнул ширинку, приводя себя в порядок. Джин достала зеркало, и начала поправлять волосы и красить губы ярко-красной помадой, которая размазалась в процессе. Рамлоу завёл машину. — Давай, пока ты не выкинула что-нибудь ещё. К тому моменту, как они вошли в лифт дома Старка, Брок всё ещё ощущал вкус её губ на своих. Он не пытался выглядеть слишком довольным, но Джин явно его раскусила. — Ты такой самодовольный, — заметила Джин, скрестив руки на груди. Брок посмотрел на неё с лёгкой ухмылкой. — А ты удивлена? Мне очень понравилось. Джин только закатила глаза, но уголки её губ дрогнули. Лифт плавно поднимался, и в кабинке повисло спокойное молчание. Брок прислонился к стене, скользнув взглядом по Джин. Она выглядела так, будто только что вышла с какой-то мрачной кинопремьеры — элегантная, но при этом расслабленная. Он задумчиво спросил: — Что ты купила Пеппер? — Серьги. Дорогие. Думаю, ей понравятся, — ответила Джин. Брок кивнул. — А я купил ей парфюм. Джин удивлённо посмотрела на него. — Правда? — Не знаю, что ещё можно подарить женщине, у которой есть всё. Джин усмехнулась. — Ты удивляешь меня, Рамлоу. Лифт зазвенел, сигнализируя, что они почти на месте. И вдруг Джин сказала, чуть наклоняя голову и внимательно глядя на него: — После вечеринки я хочу поехать к тебе. Брок посмотрел на неё, прищурился, изучая её выражение. — Хорошая идея. Двери лифта открылись, и они вышли в зал, полный людей.

***

Вечеринка была в самом разгаре. Просторный зал, наполненный светом и музыкой, блестящие бокалы с шампанским, идеально одетые гости, смех, разговоры. Все, как и ожидалось от мероприятия, устроенного Тони Старком. Но Джин было плевать. Она шла рядом с Броком, её лицо было мрачным, взгляд — холодным, а осанка — напряжённой. Единственное, что выдавало в ней эмоции — это едва ощутимое напряжение в руке, которой она держала подарок. Брок же выглядел спокойно. Неторопливо оглядывал зал, держа её за талию, будто не замечая натянутой атмосферы. Он знал, что Джин нервничает, даже если она это не показывала. Они подошли к Пеппер, которая мило улыбнулась им. — С днём рождения, — Джин протянула небольшую коробочку, пожав ей руку. Пеппер раскрыла её, в глазах мелькнуло приятное удивление. — О, серьги… Они просто прелестные. Спасибо, Джин. Рамлоу, не теряя времени, достал свой подарок — маленькую коробочку с парфюмом. — Тоже не знал, что подарить, так что… пусть будет классика. Пеппер рассмеялась. — Надеюсь, Тони возьмёт с тебя пример в выборе подарков. — Эй, я здесь, между прочим! — раздался голос Тони, и они повернулись. Старк подошёл к ним с фирменной улыбкой, явно довольный своей вечеринкой. — Рад вас видеть. Рамлоу, Кёртис. Ну что, готовы к светскому вечеру в кругу лучших людей планеты? — Ты слишком громко сказал “лучших”, — заметила Джин. Тони подмигнул. — Сарказм — это хорошо. Хотя сегодня давайте без боевых действий. Он обвёл рукой зал, привлекая внимание присутствующих, среди которых были Мстители: Стив Роджерс, Наташа Романофф, Тор, Брюс Бэннер и другие. — Дамы и господа, прошу любить и жаловать — Джин Кёртис — адвокат, профессионал своего дела и человек, который, возможно, выиграл бы суд даже у дьявола... А Рамлоу вы знаете. Джин лениво помахала рукой. — Всем привет. Герои восприняли её дружелюбно — Наташа оценивающе посмотрела, Тор кивнул с любопытством, а Стив чуть склонил голову, явно раздумывая, где он мог её видеть. Брок тоже кивнул им, но особо в разговор не ввязывался. А затем взгляд Джин наткнулся на родителей. Они стояли чуть поодаль, наблюдая за ними с выражением, в котором смешивались неприязнь, надменность и что-то ещё. Джин сжала губы, а затем, собравшись, направилась к ним, таща за собой Брока. — Привет, мама. Привет, папа. Мать Джин смерила её презрительным взглядом. — Джин. Ты опоздала. — Даже не удивлена, что именно это ты решила сказать первой, — сухо ответила Джин. Отец только кивнул, но ничего не сказал. Прежде чем неловкость успела повиснуть в воздухе, рядом снова оказался Тони. — О, мистер и миссис Поттс! Позвольте представить вам Брока Рамлоу. Старк беззастенчиво приобнял Брока за плечи, словно они давние друзья. — Отличный парень, честное слово. Настоящий профессионал, преданный своему делу. Я бы сказал — человек чести. Родители Джин смерили Брока взглядом, в котором читалось нечто вроде: “Кто этот тип и почему он рядом с нашей дочерью?” Мать первая протянула руку. — Ну что ж, раз уж ты здесь… Приятно познакомиться, мистер Рамлоу. Брок пожал ей руку, но в её взгляде не было ни капли теплоты. Затем он повернулся к отцу Джин, и тот тоже нехотя протянул руку. — Рад знакомству, — коротко сказал Рамлоу, сдерживая своё раздражение. Но мать Джин тут же добавила, склонив голову набок: — И это твой парень? Тоже из этих? Джин знала, что за этим словом стоит целый пласт осуждения. Но она промолчала. Не потому что не было, что сказать, а потому что знала — любые объяснения будут бессмысленны. — Я, если что, солдат, а не уголовник, — спокойно ответил Брок, но его челюсть была напряжена. Мать Джин хмыкнула, а отец добавил, скрестив руки на груди: — Ты что, спишь со своими клиентами? Брок резко повернулся к нему, его взгляд потемнел. Тони, который стоял рядом, заметно напрягся. Но прежде чем кто-то успел что-то сказать, Джин усмехнулась, сложив руки на груди. — С Солисом не спала, — бросила она, пристально глядя в глаза отцу. На секунду повисла тишина. Затем Брок усмехнулся, Старк тихо хмыкнул, а мать Джин едва заметно поджала губы. — Ладно, мы пойдём. Нужно перекинуться парой слов с остальными гостями, — заявила Джин, разворачиваясь. Рамлоу медленно выдохнул, провёл языком по зубам, прежде чем повернуться и последовать за ней. Когда они отошли на достаточное расстояние, Брок качнул головой. — Я был бы не против врезать твоему отцу. — Очередь занимай, — равнодушно ответила Джин, поднося бокал к губам. Тони догнал их, на ходу прихлёбывая из своего бокала. — Это было нечто. Прямо семейная драма на вечере у Старка. Вам бы в кино. Джин лишь закатила глаза. — Ещё скажи, что ты не знал, что так будет. — Ну, подозревал, — ухмыльнулся Тони. — Но это было неплохо. Брок усмехнулся. — Мне тоже понравилось. Джин только покачала головой и сделала большой глоток вина. Этот вечер явно будет долгим.

***

Пару часов Джин сидела за столом, ощущая, как напряжение пронизывает каждый нерв. Она держала лицо спокойным, не показывая ни раздражения, ни злости, но внутри всё кипело. Спасал её только Брок. Он сидел рядом, непривычно молчаливый, но его присутствие было мощным якорем, который не давал ей сорваться раньше времени. Он не касался её открыто, но его нога чуть касалась её ноги под столом, его пальцы иногда небрежно задевали её запястье или колено, и это было единственной реальной вещью в этом вечере лжи. Они часто переглядывались. Взгляды были долгими, горячими, наполненными молчаливым обещанием. Разговоры оставлялись на потом, но одно было ясно: ночь обещала быть долгой. Она слышала шумные голоса за столом, иногда даже смеялась над шутками Тони. Он всегда ей нравился. Старк был единственным, кто не казался ей фальшивым. В нём было что-то настоящее — честность, лёгкость, умение не осуждать, чего не хватало её собственной семье. Удивительно как сестра его выбрала. Но родители… Они не могли остановиться. Сначала были мелкие замечания. — Джин, сиди ровно. — Джин, не крути в руках бокал. — Джин, хотя бы здесь веди себя достойно. — Джин, манеры. Она молчала. Но последней каплей стало сравнение с Пеппер. — Ты посмотри, Пеппер, — начала мать, внимательно глядя на рыжеволосую женщину напротив. — Элегантная, сдержанная. А ты? Джин замерла. Пеппер неловко улыбнулась, потянулась за бокалом. — Мне кажется, это не совсем к месту, мам… Но мать уже не слушала. — Ты могла бы учиться у неё, Джин. Но вместо этого… Джин почувствовала, как что-то внутри хрустнуло, будто натянутая струна лопнула. Она резко встала, сдвинув стул. — Вы так её любите, да? — её голос дрожал от ярости. — Всё детство я пыталась быть идеальной дочерью. Я старалась, как могла! Вы осуждали меня за каждый шаг, за каждую ошибку. Она смотрела на родителей, но они не выглядели тронутыми. Они смотрели на неё так же, как всегда. — Ты никогда не старалась, — холодно сказала мать. — Ты сбежала.  — Сбежала?! Ты сама меня выгнала! — Джин вздрогнула от злости. — Вы вообще меня слышите?! Вы даже назвали меня в её честь! За столом повисла тишина. — Вирджиния — Пеппер. Джин — сокращение от того же Вирджиния. Вы даже имени мне своего не дали, а просто решили, что вторая дочь должна быть такой же! Отец скрестил руки на груди, лицо его было жёстким. — Ты сама всё испортила. — Испортила?! — её руки дрожали. — Я выросла с пустыми карманами, потому что все деньги и внимание уходили Пеппер! Я делала всё, что могла, чтобы вы хоть раз посмотрели на меня так же, как смотрите на неё! Мать прищурилась. — Всё, что ты могла? Ты продавала наркотики. Джин замерла, чувствуя, как в груди что-то болезненно сжалось. — Ты заслужила всё, что с тобой произошло, — продолжала мать ровным, холодным голосом. — Тебе не было места в нашем доме. Эти слова прошлись по ней, как удар кнута. И вдруг Пеппер заговорила: — Джин… это не оправдание. Джин повернула голову, медленно. — Что? Что ты сказала? Повтори. Пеппер выглядела расстроенной, но твёрдой. — Я понимаю, что тебе было тяжело. Но это не даёт тебе права винить всех вокруг за свои ошибки. Ты сама ответственна. Брок рядом сжал кулаки. Джин посмотрела в глаза Пеппер, и что-то в ней оборвалось окончательно. Она усмехнулась. — Пошла ты. Затем резко отодвинула стул и вышла из-за стола. Брок встал сразу за ней, не раздумывая. Он бросил короткое, ледяное «До свидания» и пошёл следом. Тони пробормотал: — Ну, этот ужин пошёл не по плану… Но Джин уже не слышала. Она шла к лифту, тяжело дыша, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Она услышала, как лифт открылся, и зашла внутрь. Брок зашёл за ней, нажал кнопку, и двери закрылись. Только тогда она позволила себе выдохнуть, прикрыв глаза. Брок не сказал ни слова. Но его рука скользнула к её спине, мягко сжав её талию. Джин обернулась, посмотрела на него. — Давай уедем отсюда, — тихо сказала она. Брок кивнул. — Как скажешь, крошка.