iv.
30 марта 2025 г., 01:40
пушкин никогда не ревновал. ревность — удел слабых, не так ли? а он не слабый.
он не ревнует.
но этот чёртов студент, который слишком смело наклоняется к ване, слишком долго задерживает на нём взгляд… он явно нарывается.
пушкин сидит за другим столом, стискивая ручку так, что костяшки пальцев побелели.
— саша, ты сейчас сломаешь эту несчастную ручку, — раздался знакомый голос рядом, — всё в порядке?
пушкин не отвлёкся.
— порядок.
— ты сверлишь взглядом бедного человека уже минут десять.
— не бедного. сам виноват.
— виноват? в чём?
пушкин молчит.
пущин внезапно оказывается рядом, чуть склоняется к нему.
— саша… — голос мягкий, но в нём слышится улыбка.
пушкин резко разворачивается.
— что?
— ты ревнуешь.
— нет.
— ты ревнуешь.
— ваня, я не ревную.
— ты ревнуешь, — ваня уже откровенно улыбается, наклоняясь ближе.
пушкин хочет отмахнуться, сказать что-нибудь колкое, но пущин вдруг кладёт ладонь ему на шею — спокойно, уверенно. пальцы скользят к затылку, чуть сжимают волосы.
пушкин замирает.
— дурачок, — тихо говорит ваня, всматриваясь в его лицо.
— сам дурачок, — пушкин не может сдержать тихого смешка.
— я твой, — ваня чуть сжимает пальцы в его волосах. — ясно тебе?
пушкин сглатывает.
— слишком ясно.
— вот и хорошо.
пущин убирает руку, отходит, будто ничего и не было.
пушкин остаётся сидеть, глядя в одну точку.
блять.
