Глава 31
19 июля 2025 г., 23:05
— Влюбилась уже, — пробормотал он себе под нос с лёгкой усмешкой. Он бросил на неё быстрый взгляд, отметив едва заметное напряжение в её челюсти. Одна ночь — и её сердце уже в капкане. Это могло сыграть на руку Дорну.
Он вспомнил свой разговор с Визерисом накануне вечером. Принц, как всегда, был прямолинеен.
— Я не стремлюсь к браку. Пока нет, — сказал он.
Сначала это взбесило Оберина — ему не нравилась мысль о том, что его племянница питает ложные надежды. Но Визерис был честен: хотя он пока не собирался делать Арианну своей королевой, он также не хотел давать Дорну пустых обещаний. Он уважал её, и, возможно… возможно, однажды она могла бы стать королевой. Но только если заслужит это.
Это было честно. Оберин уважал такую откровенность. Лучше так, чем пустые речи.
Позже он поговорил с Элларией, попросив её присмотреть за Арианной. Если существовал хотя бы малейший шанс, что она сможет стать королевой, то ей следовало избегать скандалов и необдуманных поступков. По крайней мере, пока.
— Я выезжаю, — голос Визериса выдернул его из раздумий.
Оберин кивнул, собираясь ответить, но звук копыт эхом разнёсся по двору. Головы обернулись, когда из тенистых аллей Водных садов вышла новая фигура, силуэт её тёмного коня выглядел внушительно.
Кинвара.
Её алые одежды поймали солнечный свет, и казалось, будто она сама несёт в себе пламя. Она сидела в седле с безупречной грацией, её рыжие волосы сверкали, как раскалённые угли, а улыбка была острой и уверенной, когда она натянула поводья рядом с Визерисом.
— Ты уезжаешь без меня? — спросила она, в её голосе слышались веселье и укор.
Визерис слегка наклонил голову, оглядывая её оценивающим взглядом.
— Красная Жрица слишком заметна, — сказал он, в его голосе сквозило сомнение. — Ты будешь слишком выделяться.
— Только если я не захочу выделяться, — ответила Кинвара, её улыбка стала шире. — Я просто скажу, что пришла проповедовать. Что подозрительного в женщине, несущей слово своего бога? Кроме того, — добавила она, её голос приобрёл мягкую, почти игривую нотку, — тебе нужна легенда, не так ли? Ты не можешь просто появиться в Королевской Гавани без какого-либо предлога. Моё присутствие придаст тебе убедительности, если вдруг твои «чудесные» способности вызовут подозрения.
Визерис нахмурился.
— А если тебя повесят? Самый большой септ, поклоняющийся Семерым, находится именно в Королевской Гавани.
— Религиозные лидеры уважают друг друга, — Кинвара ответила с непоколебимой уверенностью. — В худшем случае меня просто предупредят, если я привлеку слишком много последователей. Но я не собираюсь собирать последователей — это не моя цель. Так что я буду в безопасности.
Она бросила взгляд на его волосы.
— А кроме того… это? — Она кивнула на его голову. — Один хороший дождь — и твой секрет раскроется. Тебе стоило обратиться ко мне раньше.
Прежде чем он успел ответить, она щелкнула пальцами. Её волосы перелились, мгновенно изменившись с глянцево-чёрных на гладкие, огненно-рыжие. Она посмотрела на него, изогнув бровь.
— Легко, правда?
Визерис раздражённо выдохнул:
— Ты могла бы сказать мне это до того, как я перевёл три парика впустую.
— Но это было забавно, — ухмыльнулась она. — Но теперь — никаких париков. Я еду с тобой. Азор Ахай нуждается в своей жрице, разве нет?
Оберин наблюдал за их обменом репликами с прищуренными глазами. Эта жрица была слишком уверена в себе рядом с ним, слишком свободно держалась. Опасная. Она могла бы представлять угрозу для положения Арианны — и, соответственно, для Дорна… если бы не была жрицей. И всё же за ней следовало присматривать.
Внезапно у него родилась идея.
— Возможно, я могу помочь, — сказал Оберин, делая шаг вперёд. Его голос звучал легко и непринуждённо, как всегда, когда он пускал в ход своё природное обаяние. — Маленькие пташки Вариса имеют длинные крылья. К сожалению, даже здесь, в Дорне. Они, конечно, не знают твоего секрета, но уж заметить Красную Жрицу, направляющуюся отсюда в Королевскую Гавань, они точно смогут. А это уже повод для подозрений.
Кинвара слегка наклонила голову, её улыбка чуть дрогнула, когда она прислушалась к его словам.
Оберин хлопнул в ладони, и вперёд шагнули восемь девушек, вооружённых до зубов. Трое из них выделялись особенно.
— Но, — продолжил он, меняя тон, — если уж подозрения неизбежны, давайте использовать их в свою пользу. Мои дочери умеют не только травить. Они могут сражаться, шпионить и убивать, когда потребуется. Ты можешь взять их с собой, представив как слуг Красной Жрицы. Их присутствие обеспечит тебе защиту… а заодно они станут твоими дополнительными глазами и ушами в Королевской Гавани.
Лёгкое прикосновение Элларии к его плечу было немым вопросом. Оберин встретил её взгляд, и его выражение стало чуть мягче. Доверься мне, говорили его глаза. Она вздохнула и кивнула.
— Д-дядя?! — Арианна резко повернулась к нему, но он её проигнорировал.
Она чувствовала угрозу, но позже он ей всё объяснит.
Арианна и Эллария понимали, что он задумал. Если не Арианна, то, возможно, одна из его дочерей сможет занять место влияния рядом с Визерисом Таргариеном. Возможно, не как королева, но как любовница. В конце концов, Эллария и Оберин тоже не были женаты, но её значение для него было неоспоримо.
Визерис обдумал предложение, его острый взгляд скользнул по Оберину, затем — по «Песчаным Змеям», что выстроились перед ним по приказу отца. Три старшие — Обара, Нимерия и Тиена — стояли впереди остальных.
— Ладно, — наконец сказал Визерис, на губах мелькнула едва заметная улыбка. — Я возьму этих троих. Больше народу только помешает.
Оберин хлопнул в ладони, довольство блеснуло в его глазах.
— Тогда подготовьте ещё три лошади.
Утро завершилось тем, что пятеро всадников выехали за ворота Старого дворца.
Визерис, Кинвара и три «Песчаные Змеи» — Обара, Нимерия и Тиена.
Восходящее солнце бросало длинные тени во дворе, а принцы Доран и Оберин наблюдали, как они уходят, их мысли уже сплетали новые нити интриг.
Так или иначе, через одну девушку или другую, Дорн займёт высокое положение в новой империи, что вскоре родится.
