Разве это неправильно, когда у Богоубийцы есть гарем из богинь?

А ​не ​вступать ​с ​ним ​в ​прямое ​столкновение. ​ ​Финна ​охватила ​волна ​сомнений. ​ ​Минотавр ​опустил ​голову, ​нацелив ​своё ​главное ​оружие ​— ​рога ​— ​на ​Белла ​Кранела, ​а ​затем ​рванул ​вперёд. ​ ​Спасти ​мальчишку? ​ ​Белл ​Кранел ​издал ​крик, ​поднимая ​меч ​в ​воздух. ​ ​Или ​позволить ​ему… ​ ​— ​Он ​победил, ​— ​объявил ​Кусанаги ​Годо. ​ ​Даже ​Айз ​на ​мгновение ​оторвала ​взгляд ​от ​сражения, ​с ​изумлением ​уставившись ​на ​мужчину. ​ ​Финн, ​привыкший ​сражаться ​с ​монстрами, ​которые ​были ​больше, ​быстрее ​и ​сильнее ​Минотавров, ​до ​этого ​момента ​наблюдал ​за ​битвой ​словно ​в ​замедленной ​съёмке. ​ ​Но ​теперь ​казалось, ​что ​само ​время ​замедлилось ​до ​жалкой ​черепашьей ​скорости. ​ ​Первым ​двинулся ​Минотавр. ​Он ​наклонил ​голову ​так, ​что ​его ​рога ​оказались ​всего ​в ​нескольких ​дюймах ​от ​груди ​Белла. ​ ​Прежде ​чем ​они ​успели ​хоть ​немного ​поцарапать ​доспехи ​парня, ​меч ​Ландформ ​преградил ​им ​путь. ​ ​Минотавр ​ещё ​сильнее ​повернул ​голову, ​и ​изогрованная ​кость ​разломила ​клинок ​надвое. ​ ​Но ​именно ​этого ​Беллу ​и ​было ​нужно. ​ ​Открылся ​шанс, ​и ​он, ​проскользнув ​под ​Минотавром ​на ​коленях, ​вонзил ​кинжал ​прямо ​в ​его ​живот, ​загнав ​его ​так ​глубоко, ​что ​снаружи ​осталась ​лишь ​рукоять, ​крепко ​сжатая ​в ​перчатках ​Белла. ​ ​Минотавр ​взревел ​и ​занёс ​мускулистую ​руку. ​ ​— ​Огненная ​стрела! ​ ​Рука ​осталась ​поднятой, ​но ​из ​пасти ​монстра ​вырвались ​клубы ​дыма ​и ​капли ​крови. ​ ​— ​Огненная ​стрела! ​ ​На ​этот ​раз ​он ​изверг ​фонтан ​тёмной ​ихорной ​жидкости, ​и ​Финн ​увидел, ​как ​его ​пронзительные ​бычьи ​глаза ​начали ​закипать. ​ ​Но ​даже ​так ​рука ​осталась ​в ​воздухе. ​Когтистые ​пальцы, ​укутанные ​в ​кожаную ​шкуру, ​сжались ​в ​яростный ​кулак. ​ ​Он ​замахнулся. ​ ​— ​ОГНЕННАЯ ​СТРЕЛА! ​ ​Рука ​Минотавра ​исчезла, ​как ​и ​его ​голова, ​а ​вместе ​с ​ними ​и ​вся ​верхняя ​часть ​туловища ​— ​всё ​это ​растворилось ​в ​бушующем ​вихре ​пламени, ​который ​взметнулся ​ввысь. ​ ​А ​затем, ​то, ​что ​осталось, ​рассыпалось ​в ​знакомую ​сверкающую ​пыль. ​ ​Белл ​Кранел ​стоял ​в ​центре ​этого ​сверкающего ​дождя, ​его ​доспехи ​почернели, ​руки ​безвольно ​повисли ​по ​бокам. ​ ​Кинжал ​выпал ​из ​его ​пальцев. ​ ​А ​затем ​и ​сам ​он ​рухнул ​на ​землю ​— ​но ​его ​вовремя ​подхватили ​чьи-то ​руки. ​ ​Финн ​моргнул. ​Он ​даже ​не ​заметил, ​когда ​Кусанаги ​Годо ​покинул ​его ​сторону. ​ ​— ​Он ​просто ​потерял ​сознание, ​— ​объявил ​Годо, ​бережно ​укладывая ​Белла ​на ​землю. ​— ​Он ​выживет. ​ ​— ​Вот ​черт ​— ​хрипло ​выдохнул ​Бете. ​ ​— ​Он ​действительно ​сделал ​это. ​ ​— ​Не ​могу ​поверить, ​— ​добавила ​Тионе. ​ ​Финн ​взглянул ​на ​потерявшего ​сознание ​мальчика. ​Он ​видел ​его ​всего ​несколько ​недель ​назад. ​Для ​недавно ​ставшего ​авантюристом ​одолеть ​минотавра ​за ​такой ​короткий ​срок... ​был ​только ​ещё ​один ​человек, ​который, ​возможно, ​смог ​бы ​провернуть ​подобное. ​ ​Он ​перевёл ​взгляд ​на ​Айз, ​которая ​теперь ​осторожно ​приближалась ​к ​распростёртому ​Беллу ​Кранелу. ​ ​Локи ​подошла ​и ​остановилась ​рядом ​с ​ним ​в ​той ​самой ​молчаливой ​и ​настороженной ​манере, ​которую ​Финн ​узнал ​как ​признак ​её ​серьёзности. ​ ​— ​Этот ​мальчишка, ​— ​сказала ​она. ​— ​Это ​же ​дитя ​Гестии, ​верно? ​ ​Финн ​кивнул. ​ ​— ​Белл ​Кранел. ​ ​— ​Его ​спина! ​— ​внезапно ​выкрикнул ​Бете, ​шагая ​вперёд. ​— ​Покажите ​мне ​его ​спину. ​Риверия, ​ты ​же ​можешь ​считать ​его ​статус, ​верно? ​Да ​не ​может ​этот ​сопляк ​быть ​первым ​уровнем. ​ ​Финн ​увидел, ​как ​на ​лице ​Локи ​мелькнуло ​сомнение. ​Но ​оно ​тут ​же ​исчезло. ​ ​— ​Бете, ​прекрати, ​— ​приказала ​она. ​— ​Смотреть ​чужой ​статус ​без ​разрешения ​— ​грубо. ​ ​Верволк ​остановился ​и ​уставился ​на ​неё ​в ​полнейшем ​недоумении. ​ ​— ​Ты ​издеваешься? ​Локи, ​ты ​вообще ​понимаешь, ​что ​мы ​только ​что ​увидели? ​ ​— ​Да, ​— ​ровно ​ответила ​она. ​— ​Мы ​увидели, ​как ​мальчик ​отправился ​в ​своё ​первое ​приключение. ​ ​А ​затем ​её ​глаза ​сузились, ​и ​Финн ​задумался, ​почему ​в ​голосе ​Локи ​прозвучала ​досада, ​пока ​она ​не ​добавила: ​ ​— ​И ​я ​очень ​впечатлена. ​ ​Он ​едва ​не ​ахнул. ​Этого ​не ​могло ​быть. ​Но ​сначала ​он ​решил ​оставить ​свои ​мысли ​при ​себе. ​ ​Годо, ​поднимаясь ​с ​колен ​рядом ​с ​Беллом, ​спросил: ​ ​— ​Что ​будем ​делать ​теперь? ​ ​— ​Айз, ​Риверия, ​— ​Локи ​заговорила ​торжественным ​тоном, ​каким ​и ​подобает ​лидеру ​Семьи, ​— ​вынесите ​Белла ​и ​его ​Поддержку ​из ​Подземелья ​и ​верните ​их ​к ​Гестии. ​Остальные ​продвигаемся ​дальше. ​Встретимся ​на ​восемнадцатом ​этаже. ​ ​Когда ​без ​сознания ​дуэт ​взвалили ​себе ​на ​спины, ​Финн ​повернулся ​к ​Локи, ​которая ​выглядела ​глубоко ​задумавшейся. ​ ​— ​Локи, ​— ​нерешительно ​произнёс ​он. ​— ​Когда ​ты ​сказала, ​что ​впечатлена... ​ ​Он ​специально ​оставил ​фразу ​незаконченной. ​ ​Его ​богиня ​по-прежнему ​не ​сводила ​глаз ​с ​Кусанаги ​Годо, ​и ​Финн ​задумался, ​не ​связывает ​ли ​того ​с ​Беллом ​Кранелом ​нечто ​большее, ​чем ​просто ​отношения ​повара ​и ​его ​постоянного ​клиента. ​ ​"Уровни ​— ​это ​всего ​лишь ​цифры." ​ ​Это ​не ​могло ​быть ​простым ​совпадением. ​ ​Наконец, ​Локи ​ответила: ​ ​— ​Я ​сказала, ​что ​сказала. ​ ​— ​Это ​значит... ​ ​Она ​медленно ​кивнула. ​ ​— ​Похоже, ​рекорд ​Айз ​только ​что ​побили. ​ ​Финну ​вдруг ​стало ​тяжело ​дышать. ​ ​— ​Белл ​Кранел... ​Он ​особенный, ​да? ​ ​— ​Должно ​быть, ​— ​согласилась ​Локи. ​ ​— ​Думаешь, ​за ​этим ​кроется ​какой-то ​смысл? ​ ​Короткая ​пауза. ​ ​— ​Он ​станет ​Героем. ​Я ​в ​этом ​уверена. ​ ​— ​Героем? ​ ​При ​этих ​словах ​внимание ​Локи ​к ​Кусанаги ​Годо ​стало ​настолько ​пристальным, ​что ​Финн ​невольно ​бросил ​взгляд ​на ​чёрноволосого ​мужчину, ​сидевшего ​на ​камне ​неподалёку. ​ ​— ​Да, ​Героем. ​Тем, ​кто ​сможет ​сразить ​величайших ​монстров. ​ ​И ​тогда ​Финн ​понял. ​ ​— ​Ты ​имеешь ​в ​виду ​Одноглазого ​Дракона? ​ ​Ещё ​одна ​пауза. ​ ​— ​Я ​надеюсь ​на ​это, ​Финн. ​ ​Они ​наконец-то ​начали ​встречать ​монстров. ​ ​Но ​эти ​монстры ​быстро ​падали ​под ​ударами ​закалённых ​в ​боях ​авантюристов ​из ​Семьи ​Локи. ​ ​Годо ​задумался, ​стоит ​ли ​ему ​вмешаться. ​ ​Будто ​почувствовав ​его ​сомнения, ​Локи ​покачала ​головой. ​ ​— ​Не ​призывай ​силы ​Ланселота. ​Подземелье ​реагирует ​на ​Божественность ​крайне ​агрессивно, ​так ​что, ​если ​мои ​дети ​могут ​справиться ​сами, ​пусть ​так ​и ​будет. ​ ​Слегка ​удивившись, ​Годо ​кивнул. ​ ​Будто ​сама ​лишь ​видимость ​монстров ​спровоцировала ​перемены ​в ​богине, ​Локи ​наконец ​обрела ​более ​величественную ​осанку ​и ​голос. ​ ​Сначала ​он ​боялся, ​что ​она ​будет ​вести ​себя ​как ​ребёнок ​на ​экскурсии, ​глазея ​и ​восхищаясь ​монстрами, ​ведомая ​наивным ​восторгом ​от ​пребывания ​в ​неизведанном ​месте. ​Но ​ничего ​подобного ​не ​произошло. ​ ​Бог ​шагал ​с ​уверенностью, ​но ​настороженно, ​довольствуясь ​наблюдением ​за ​тем, ​как ​её ​авантюристы ​кромсают ​всё, ​что ​бросает ​на ​них ​Подземелье, ​ограничиваясь ​лишь ​оценивающим ​взглядом ​и ​редкими ​похвалами. ​ ​Эта ​перемена ​была ​почти ​ошеломляющей, ​если ​Годо ​был ​честен ​с ​самим ​собой. ​ ​Он ​понимал, ​что, ​как ​и ​все ​боги, ​Локи ​обладала ​мудростью ​и ​опытом, ​накопленными ​за ​бессчётные ​эпохи, ​но ​она ​носила ​столько ​масок, ​играла ​столько ​ролей, ​что ​он ​не ​мог ​сказать ​наверняка, ​была ​ли ​Локи, ​безмолвно ​бредущая ​рядом ​с ​ним, ​настоящей ​Локи ​или ​нет.